Теперь они друзья, и этим всё сказано

– До свидания, миссис Синклер, – учтиво попрощался Майк с помахавшей из глубин дома женщиной, а потом перевёл хмурый взгляд на своего так называемого друга. – Пока, Лукас. – Майк, да хватит уже! – протянул Лукас, раздосадовано хлопнув по бокам руками. – Я уже сто раз извинился. На Майка эти слова не подействовали ровным словам никак. Он всё так же продолжал хмуриться и смотреть на Лукаса исподлобья. – В следующий раз останешься с ночёвкой, обещаю! И тогда я покажу тебе свою новую рогатку, которую папа подарит мне на Рождество, – заговорщически проговорил Сенклер. В курсе ли его родители, что мальчуган уже давно забрался в спрятанные на верхние полки шкафа коробки с подарками? Ещё и использует их для соблазнения своего друга? Едва ли. – Я даже дам тебе из неё пострелять, – соблазняющим речам Лукаса позавидовал бы сам змей-искуситель. – Первому! Ох, сколько эмоций вмиг сменилось на открытом, непосредственном личике Майка Уилера! Как мог он противостоять желанию пострелять из такого крутого оружия? Майк нахмурился, отказываясь сдаваться так просто. Но рогатка… Выбраться с ней в лес, найти ёлочку повыше, да сбить с неё как можно больше шишек, как настоящий снайпер! Однако сдаваться так просто Майк отказывался. Эту ночёвку они планировали целую неделю! И вот так вмиг всё сорвалось. Конечно, Лукас был в этом не виноват –внезапно на Сочельник к Синклерам решили приехать какие-то дальние родственники, так что дом скоро будет полон народу, и повеселиться вволю мальчишкам никто не даст. Тяжело вздохнув, Майк протянул Лукасу руку. – Я прощаю тебя только из-за своего великодушия! – Майк едва не задрал горделиво нос от того, что так мастерски использовал умное слово, которое недавно услышал от старшей сестры. – Вовсе не из-за какой-то рогатки. – Велико… что? – озадаченно скривился Лукас, но быстро понял, что своим невежеством только угодит Майку. Кашлянув в кулак, он взял в ладонь протянутую руку и пожал её, как истинный джентльмен. – Увидимся после Рождества? – с неприкрытой надеждой в голосе спросил Лукас. Майк не смог не улыбнуться в ответ. – Обязательно! В конце концов, не так уж сильно он на него и разозлился. Попрощавшись с другом уже куда более тепло, Майк развернулся и был таков. А Лукас зашёл домой, пребывая в куда лучшем настроении, чем когда выходил из него, чтобы проводить Уилера. Майк шёл по улицам Хоукинса, сетуя на свою горькую судьбу. Мокрый снег вперемешку с грязью хлюпал под ногами, добавляя безысходности. Несмотря на близость Рождества, погода на улице была не слишком-то зимней. Хотя мама и говорила ему, что так у них обычно и бывает, начитавшийся книжек с потрясающими картинками, изображающими снежную зиму с большими сугробами, Майк расстраивался каждый раз, когда снег успевал растаять ещё до того, как он с Лукасом или Дастином слепят снеговика, хотя бы маленького. Слишком большой для узких плечиков портфель едва не волочился по земле, но его обладатель совсем не обращал на это внимания. Дулся он недолго – всем его вниманием завладели наряженные дома. Майк совсем забыл, что вообще-то расстраивался. Он мечтательно разглядывал разноцветные огоньки, опоясывающие карнизы крыш, пушистые венки, висящие на входных дверях, множество фигур, рассыпанных по дворам. С яркими гирляндами и настроение мальчишки быстро поднялась, захватывающая дух красота быстро прогнала все невзгоды. И полпути до дома пройти Майк не успел, как повеселел, погружаясь в фантазии о том, как уже совсем скоро он встретит Рождество. Как здорово будет забраться под ёлку, какой сказочный вид ему откроется через тёмно-зелёные иголки и сверкающие игрушки. Что ему подарят, и чем интересным займётся в своей комнате, а ещё лучше в подвале, когда сбежит от родителей и сестёр. И всё же какой это замечательный праздник – Рождество! Майк припустил, ускоряя шаг и несясь по улице едва не в припрыжку. Квартал сменялся кварталом – пусть Майк жил недалеко от обиталища Синклеров, домой мальчуган не торопился и потому намеренно выбирал витиеватый путь. Так бы и рассекал он беззаботно, но вдруг кое-что привлекло его внимание. Он мигом остановился, едва не запнувшись о свои же ноги. Кое-чем оказалась маленькая фигурка ребёнка, сжавшегося в комочек у дороги. Что-то внутри него содрогнулось от этой картины. Недолго посовещавшись с самим собой, он решил подойти поближе. Майк подкрадывался осторожно, словно пытался подобраться к зашуганному котёнку, а не человеку. Но что-то в этой позе, в ручонках, обхвативших ноги, в голове, уткнувшейся в острые коленки, было таким беззащитным, что Майк не мог иначе. Когда до цели оставалось всего пару шагов, и на него до сих пор не обратили никакого внимания, Майк воспользовался возможностью рассмотреть этого человека – а это явно был мальчик – поближе. Неброские, даже простоватые одежды, заношенные, на размер, если не на два больше их носителя. Рюкзак за плечами рассмотреть было невозможно, но едва ли в нём было что-то интересное. Вроде целый, нигде не раненый. Только сидел так, словно пытался спрятаться от кого-то. И Майк был почти уверен, что слышал тихие, едва различимые всхлипы. И вскоре он догадался об их причине. Пригорюнившись, мальчик сидел над раздавленной в кашу, разбросанной ошмётками едой. По асфальту то тут, то там размазался розовый крем, рядом валялись крошки белой глазури, складывающиеся в снежинки и маленькие сердечки. Майк догадался, что ещё недавно это месиво было пирожными. Всё это время близость Майка по-прежнему оставалась незамеченной. Уилеру даже стало немного стыдно за то, что он глазел вот так притаившись. Он кашлянул пару раз, и только тогда на его присутствие как-то отреагировали. – У тебя всё в порядке? – Майк попытался придать голосу бодрости. Мальчик вздрогнул. Упс, кажется, с бодростью он перестарался. Пока Майк открывал рот, собираясь спросить ещё раз, мальчик выглянул из-за ладошек, открывая миру большие глаза, красные и залитые слезами. Увидев перед собой ровесника, в первые секунды он сжался из страха, но тот не выказывал никаких злых намерений, только беспокойство с вполне очевидным детским любопытством. Тогда он смог выдохнуть и поднять голову. Только увидев лицо, до сих пор прикрываемое длинными волосами, Майк узнал своего нового одноклассника, Уильяма Байерса. Он перевёлся в их школу совсем недавно, чем наделал переполоху – новенький в их маленьком городке, да ещё и пришёл в начале зимы! Ходили разные слухи о том, что послужило причиной перевода. Некоторые из них были довольно неприятными, но Майк им не верил. Уильям выглядел тихим и спокойным мальчиком, даже робким. Сейчас Майк подумал, что он ни разу не видел, чтобы тот зависал с кем-то на перемене. И от этого стало как-то грустно. – Всё нормально, – шмыгнув носом, пролепетал Уильям. Пусть он и ответил, с места не сдвинулся. – Всё в порядке, правда, можешь не беспокоиться. Майку ясно дали понять – так просто откровенничать с ним не станут. Отказ он принял стойко. Едва ли он мог винить Уильяма. Ему бы оставить одноклассника в покое, пойти дальше по своим делам, добежать до дома, взяться за комикс, шантажом вытянутый у Лукаса, или книжку поинтереснее, да проторчать так в подвале до самой ночи, пока мама не начнёт гнать его в комнату спать. Хорошо бы, да только что-то внутри противилось такому сценарию и не позволяло оставить товарища в беде. – Послушай, – Майк подошёл ещё на шаг ближе, но стушевался под напряжённым, напуганным взглядом. – Тебе не обязательно рассказывать, что произошло, я не буду настаивать, честно. Можешь вообще ничего не говорить, ладно? С каждой произносимой фразой он робел всё сильнее. В коротких паузах он жевал губы и дёргался едва ли не всем телом. Руки жили своей жизнью, то взмывали вверх, то опускались вниз. – Скажи только, чем тебе помочь, – на одном дыхании выпалил Майк. И протянул руку. Теперь пришла очередь Уильяма робеть. Он заколебался, потупив взгляд под ноги, но всё же вложил свою ладонь в предложенную ему руку. Одетая в разноцветную немного колючую перчатку, она была такой тёплой, совсем не похожей на его холодную голую ладошку. И пусть это смущало, он не мог не признать, что это было приятно. Майк явно обрадовался, что его помощь приняли. Улыбнувшись краешком губ, он ждал, пока Уильям не разомнёт чуть затёкшие ноги. – Итак, что надо сделать? – Майк продемонстрировал готовность рвануться в бой, стоило Уиллу с ним поравняться. Всё ещё неловкий от сложившейся ситуации и смущенный внезапно оказанной ему поддержкой, Уильям вздохнул, пытаясь успокоить роящиеся в голове мысли. С тоской он опустил взгляд вниз, туда, где осталось красноречивое свидетельство его неудачи. – Надо убрать этот беспорядок, – от того, насколько тихо звучал его голос, Майку пришлось придвинуться ещё ближе, отчего Уильям едва не дёрнулся от неожиданности. Он ойкнул, но всё-таки устоял на месте. Глаза его смущенно забегали. Он чувствовал себя глупо и потому говорил неуверенно. – Убрать это, как-то. Майк же только кивнул и глубоко задумался, прикидывая разные мыслимые и немыслимые варианты того, что они могут сделать. Уильяму бы заняться тем же, но всё его внимание сосредоточилось на мальчике рядом. Как бегали его глаза, когда он загорался идеей и тут же её отметал, как забавно он мотал головой из стороны в сторону. Столь живая мимика очаровала Байерса, наблюдать за ней было очень занимательно, пусть и невежливо вот так таращиться. К его счастью, увлечённый Майк этого не замечал. Он вдруг выдал «Ага!» и побежал к ближайшему дому. Правда быстро замедлился и обернулся назад, туда, где по-прежнему стоял его сбитый с толку одноклассник. Майк смущенно покраснел. – Пойдём к соседям, – он зазывающе махнул рукой. – Мы не можем трогать это голыми руками, так попросим метлу с совком, или что-то в этом роде. Уильям кивнул и двинулся к нему. Путь к ближайшему дому они продолжили вместе, только на этот раз куда менее торопливо. Даже недолгая дорога показалась Майку очень длинной. Его одноклассник пребывал в задумчивом настроении, был молчаливым и понурым, хоть и выглядел сейчас чуть лучше, чем буквально пару минут назад. Майк пытался придумать, чтобы ему такое сказать, чтобы скрасить неловкую тишину. – Эм, – шаркая по дорожке, ведущей к входным дверям, Майк пытался выдавить из себя хоть что-то. Под взглядом больших, всё ещё красноватых глаз, он вмиг стушевался и выпалил первое, что попало в голову. – Меня кстати Майк зовут. – Да, я знаю, – недоуменно проговорил Уильям. Майк готов был хлопнуть себя по лбу. – Ну да, конечно ты знаешь, – пробормотал он себе под нос. Со стороны раздался тихий смешок. Не ожидавший этого Майк сам начал пялиться на своего одноклассника. Подумайте только, над ним смеются! А впрочем… Если его прокол вызывает такую улыбку, он готов побыть дураком ещё немного. – Майкл Уилер, – остановившись едва не на пороге дома, он протянул руку, как для первого знакомства. – Уильям Байерс, – последовали поданному примеру. – Друзья зовут меня просто Майк, – он крепко пожал руку, прямо как это делают настоящие взрослые. – Уилл. Завершив официальное знакомство, Майк весело улыбнулся и только тогда вернулся к делам насущным. Он потоптался на дороге, но всё же нажал на дверной звонок. С минуту ничего не происходило, тогда он нажал ещё раз уже настойчивее, запуская звон по всему дому. Майк едва не приложился ухом к двери, чтобы расслышать, что творится внутри. Когда ничего не последовало, он хотел уже было отвернуться и предложить сходить к другому дому, как вдруг прямо на пороге послышались глухие шаги и Майк резво отодвинулся назад, чтобы случайно не ввалиться в дом вместе с открывшейся дверью. Из-за двери показалась пожилая женщина. Майк не знал её имени, но был почти уверен, что видел, как мама болтала с ней, пока стояла в очереди в магазине раз или два. Она смерила подозрительным взглядом мальчиков, потом пустоту за их спинами, словно проверяла, есть ли там что-то, чего ей стоит опасаться. Но там, естественно, ничего не обнаружилось. – Вам чем-то помочь? – хоть голос женщины и звучал вежливо, Майку отчего захотелось скривиться от её интонации. Но он постарался сдержать лицо. Понимал же – начнёт корчиться, и вряд ли им помогут. – Здравствуйте, меня зовут Майк, – он показал сначала на себя, – а это мой друг Уилл, – и затем на своего одноклассника. – Мистер Уилер и мистер Байерс, – чванливо кивнула женщина, мол, я прекрасно знаю кто вы и знаю ваши семьи. По телу Уилла от неё пробежали мурашки. Ему стало не по себе. Краем глаза от глянул на Майка, но тот выглядел на удивление спокойно, так что он и себя взял в руки. – Зачем вы трезвоните в мою дверь? – требовательно спросила женщина, сложив руки на груди. Знал бы Уилл, каких усилий Майку стоило оставаться спокойным! Даже не нахмуриться! Но для блага общего дела он держался как мог. – Эмм, понимаете, у нас кое-что упало, – пустился в пространные объяснения Майк. – Наша еда упала, – вторил ему Уилл. – И теперь дорога грязная, – Майк махнул в сторону места происшествия, как бы подтверждая свои слова. Хозяйка дома тут же посмотрела туда, но с такого расстояние ничего не увидела. Зато метнула строгий взгляд, так и спрашивающий – чего от неё хотят? – Вы можете, пожалуйста, одолжить нам мусорный мешок и какой-нибудь скребок или лопатку? – Чтобы мы могли убрать это, – продолжая манеру договаривать друг за другом попросили мальчики. Несколько секунд женщина смотрела в их честные глаза, словно выискивала в них подвох и пыталась понять, не разыгрывают ли её. Один из мальчишек отчего-то не вызывал доверия, но несчастный напуганный вид второго всё-таки её убедил. – Хорошо, я сейчас посмотрю, чем могу вам помочь, – под неровный хор благодарностей женщина зашла в дом и сделала несколько шагов по коридору, но вдруг обернулась к своим незваным гостям. – Не стойте на пороге, зайдите в дом. И закройте дверь, ветер дует. Переглянувшись, мальчики робко зашли внутрь. Словно боясь случайно прикоснуться к чему либо, они осторожно прикрыли двери и продолжили стоять истуканами. Любопытство Майка оказалось сильнее его опасений, и он не удержался от того, чтобы поглазеть по сторонам. Фантазия рисовала всякие жуткие картины, но реальность оказалась разочаровывающе скучной – дом как дом, вполне обычный. На самом деле, с небольшой натяжкой его даже можно было назвать уютным, разве что пустоватым. Из глубин комнат доносилось разное шуршание и стук каблуков домашних туфель. В остальном всюду царила тишина. Нет, всё-таки было здесь что-то жуткое! Через несколько минут хозяйка дома вернулась и вручила в руки Майка совок с детской лопаткой, а в руки Уилла – пакет для мусора. – Не задерживайтесь надолго, молодые люди, – женщина отдала наказ перед тем, как отворить дверь. – Мы быстро. – Мы всё вернём. Слова мальчиков прозвучали одновременно, и женщина не удержалась от смешка, удивительно преобразившего её лицо. – Спасибо, – прошептал Уилл, проходя мимо. Если ещё минуту назад она собиралась тщательно смотреть за тем, что там собираются делать эти мальчишки, чтобы, упаси Всевышний, они ничего не испортили, то сейчас эта затея вмиг её покинула. Доверившись им, она вернулась к своим делам, не запирая дверь на замок. Вооружившись инструментами, Майк бодрым шагом направился на свою миссию, да так, что Уилл за ним едва поспевал. Вернувшись на место происшествия, они тут же приступили к делу. Работа продвигалась, но в полной тишине. Майк видел, что Уилл снова поник. Он медленно соскребал размазанное по асфальту тесто взятой из рук Уилера лопаточкой – сначала она показалась ему забавной, но сейчас он понял, что она подходила для этого дела очень даже неплохо. Однако даже её жёлтый цвет не очень-то поднимал настроение. Угрюмо смотревший на эту сцену Майк думал, чего бы такого сказать, чтобы хоть немного развеселить Уилла. Но тот подал голос первым. – Спасибо тебе, – не отрываясь от своего дела проговорил Уилл. Майк хотел было отмахнуться, что не стоит благодарностей, и вообще ничего в этом такого нет, но его любопытная натура хотела послушать, что ему скажут ещё. Он видел, что Уилл ещё не закончил. – Ты не обязан был всё это делать. Придумывать за меня, что со всем этим делать, обращаться к другим за помощью. Мог ли Майк считать это большим делом? Конечно, ему было немного не по себе от той женщины, но это только поначалу. Да и вообще, ничего сложного он не сделал. О чём и сказал Уиллу. Но пусть для Майка это была не проблема, для Уилла произошедшее оказалось весьма значимо, это было очевидно. С уборкой закончили быстро. Стремясь закончить этот неловкий момент поскорее, мальчики вернулись к дому той женщины. На этот раз она подошла к ним почти сразу. Она забрала мешок с мусором, хоть Уилл и собирался выкинуть его сам где-нибудь по пути. Взамен он высказал намерение почистить одолженные инструменты, за что сразу и взялся, уйдя вглубь дома, в ванную комнату. Майк восхитился его смелостью, но в то же время ощутил укол невнятной тревоги, будто Уилл там пропадёт словно в каком-то подземелье. Пришлось силой осаждать свою буйно разыгравшуюся фантазию. Всё непродолжительное отсутствие Уилла он стоял в коридоре и безрезультатно пытался заглянуть в разные комнаты, прислушивался к тому, что творится в доме, но до слуха доносилась лишь льющаяся из крана вода да приглушённая музыка с пластинки. Облегчение накатило, когда Уилл снова показался на глаза. То же можно сказать и про Байерса, только он успокоился из-за другого – он догадывался, что так вмиг Майк не убежит, ничего не сказав, но всё равно был рад видеть его, терпеливо ждущего у двери. Когда до выхода на свободу оставалось всего ничего, хозяйка дома вдруг окликнула мальчиков. Вновь невовремя разбушевалось воображение. Неужели они всё-таки где-то провинились и сейчас им попадёт? – Подождите секунду, – хозяйка дома ретировалась в какую-то из комнат. Ребята переглянулись, но остались терпеливо ждать. Уилла позабавил вид съежившегося Майка. И его-то он посчитал смелым и спокойным как скала? Он весело фыркнул, вмиг чувствуя какое-то облегчение. Это не ускользнуло от внимания Майка, но он счёл себя достаточно великодушным, чтобы не ворчать в ответ. Вернувшись, хозяйка дома протянула мальчиком свёртки из прозрачной упаковочной бумаги, поблёскивающей под тусклыми лампами коридора. Внутри оказались спрятаны большие пушистые снежинки на ниточке. Красивые и изящные, они вызвали восторженные вздохи у обоих мальчишек. – Вы хорошо поступили, убрав за собой беспорядок. Не все поступили бы также на вашем месте. «Особенно такие маленькие мальчики», не стала она добавлять вслух. – Возьмите небольшие подарки. Это ёлочные игрушки, вы можете повесить их на ёлки или украсить комнаты. В глубине глаз женщины показались маленькие тёплые искорки, которые так заворожили Уилла. Хотелось бы ему запечатлеть такую дивную картину. – С Рождеством вас. – И вас тоже! – первым в себя пришёл Уилл, тут же ответивший на поздравление. – Спасибо вам. И за подарок, и за помощь. Женщина коротко улыбнулась, сопротивляясь желанию потрепать по голове этого очаровательного мальчика, который стал выглядеть повеселее, чем когда только зашёл в её дом. – С Рождеством, – проговорил Майк. Скоро попрощавшись, мальчики покинули дом со столь необычной обитательницей. Только отойдя подальше Майк подал голос. – Странная тётенька. Я сначала её испугался, – признался он без обиняков, не боясь показаться глупым или трусливым. – Ага, – согласно кивнул Уилл. – А оказалась нормальной, – с толикой стыда он посмотрел на врученный ему подарок. Да уж, вот это история! Он обязан рассказать её Лукасу с Дастином, им точно понравится. Майк обернулся к своему однокласснику, который тоже рассматривал свёрток. Только что он пусть и робко, но улыбался, а сейчас грусть снова показалась в его глазах, и он начал выглядеть каким-то потерянным. Майку это решительно не понравилось. Он огляделся по сторонам и увидел детскую площадку, на которой, вот чудо, никого не нашлось в такое время. Майк положил ладонь на плечо Уилла, привлекая его внимание. – Пошли на качели! – с мальчишеской улыбкой он погнался на площадку. Уилл не смог не присоединиться, пусть в нём не нашлось столько же энтузиазма. Под аккомпанемент болтовни Майка обо всём на свете они медленно качались на качелях. Не с первой попытки, но благодаря природному упорству у него даже получилось разговорить Уилла и втянуть его в спор о самых крутых фильмах. Если согласные реплики, наполненные мечтательными или восторженными вздохами, можно назвать спором. На очередном заковыристом вопросе Уилл о чём-то задумался, и Майк решил его не торопить, ведь ему нравилось, как он рассуждает о некоторых, порой слишком взрослых вещах. Но Уилл внезапно сменил тему разговора. – Знаешь, я не сам уронил те сладости. Майк прекратил раскачиваться. Со скрипучим шарканьем он остановил качель. Весь обращаясь в слух, он пристально смотрел на опустившего глаза Уилла. Тот украдкой уловил его взгляд. Но такое внимание его не насторожило, не отпугнуло. Даже наоборот, оно распалило его желание поделиться тем, что случилось. К тому же Майк заслужил узнать, что случилось. – Кое-кто из нашего класса цепляется ко мне, уже давно, – хрупкие ладони сильнее сжали перекладины качели, отчего кожа на них стала ещё белее. Он явно нервничал. И всё равно продолжил говорить. – Как только я перевёлся в эту школу, всё было спокойно, но потом… Они начали задирать меня. Я не помню, из-за чего они это начали. И что вообще им от меня нужно. О, Майк отлично мог представить себе, кто именно это был. Даже без названных имён у него перед глазами нарисовались две рожи. Эти мерзавцы многих донимали, особенно одиночек. Тех, кто не мог влиться в компании. Однако в следующий момент он подумал о другом. Пусть он и не следил пристально за новеньким, довольно многое на самом деле подмечал, просто в силу своего любопытства. Он не видел, как эти двое обижали Уилла, но в этом, увы, нет ничего странного – они умели пакостить втихую. Но он ни разу не слышал, чтобы Уилл кому-то жаловался, или рассказывал учителям о том, что произошло. И от этого стало как-то особенно грустно. – Сегодня мама забирала меня из школы. Мы сидели в машине, и пока никого…, – Уилл запнулся и поправил себя. – …пока папы не было рядом, мама дала мне денег. Сказала, потрать их, на что хочешь. – А почему втайне от папы? – не смог удержаться Майк. – Ну…, – Уилл вжал голову в плечи. Оу. Кажется, это попадание в больное место. Майк задумался о своём отце. Они не были особенно близки, если честно. Но папа научил его играть в некоторые игры, да и в целом не сильно досаждал. С ним можно иметь дело. – Мама догадывалась, на что я их потрачу, – Уилл заговорил ещё тише, так что Майку пришлось свеситься с качели, чтобы его расслышать. – На пирожные с клубничной глазурью. Мои любимые. Делясь сокровенным, Уилл смущался и едва не заливался краской. Майк вспомнил, в каком место он встретил Уилла и быстро сообразил, где именно продавалась его любимая сладость. То была небольшая, но потрясающая его воображение кондитерская лавка. Каких только сладостей там не было! Для Майка эта лавка была местом из волшебной сказки, куда мама его водила только если он получал хорошие оценки за контрольные. – Но папа считает, что такое не по-мужски. Это не совсем те слова, которые говорил его отец, точнее не только они, но повторять то самое Уилл не был готов. Да и не хотел он, чтобы Майк это слышал. Но даже такие, смягченные, они словно вернули Майка из мира грёз о потрясном магазине сладостей. И он тут же нахмурился, не улавливая связи. – Что за вздор! Как пирожные могут быть «не по-мужски»? – изображая пальцами кавычки и кривя лицо искренне возмутился Майк. Уилл и не думал, что его так порадует восклицание Майка. – Он ругается, когда мама мне их покупает. Говорит, что они очень дорогие, что они девчачьи. Но мама знает, что они мне очень нравятся. Уилл замолк, кусая губы, но потом всё-таки продолжил. – Мы берём их очень редко, и вот сегодня после школы я наконец-то купил их, целых две штуки, – голос Уилла зазвучал радостно, он даже растянулся в маленькой улыбке, пусть его глаза и оставались грустными. – Я побежал домой, хотел поделиться с мамой и с братом, но встретил… – Этих кретинов из нашего класса? Уилл кивнул. Майк догадался, что произошло потом, так что дальше продолжать не было смысла. Как и желания вспоминать те обидные слова, которыми осыпали его озлобленные непонятно на что дети. Слова, так похожие на те, которыми бранился отец, особенно когда выпивал. – И что я скажу маме? – Уилл силой подавил вырывающийся наружу всхлип. Мысли о маме стали последней каплей, из-за которой он тогда не смог сдержать слёз. Его мама так старалась, чтобы порадовать его, и всё это пошло коту под хвост. – У меня больше ничего не осталось. Всё, что дала мама, он потратил. Немногочисленные карманные, которые ему удалось скопить, ушли на подарки на Рождество. – Даже если я соберу оставшиеся центы, их не хватит даже на одно пирожное. И мама поймёт, если я совру, – обречённо добавил Уилл. Так и сидел он, унывая и не зная, что ему делать. – Прости, что жалуюсь, – Уилл поспешно протёр глаза и нос. Ему стало совестно от того, что он загружает других, ещё и кого? Майка, который и так ему сегодня помог! – Я, наверное, пойду. – Стой! – Майк схватил поднявшегося с качели Уилла за рукав куртки. Майк словно и сам от себя не ожидал такого поступка. Его глаза бегали туда-сюда, пока Уилл смотрел на него удивлённо. Майк не мог понять, почему так хочется его утешить. – Я, это…, – колебался он в нерешительности. Ему пришла одна идея. Но вот согласится ли Уилл? Не попробуешь – не узнаешь! – Пошли! И всё-таки Майк стушевался и не стал вдаваться в детали, просто потянув Уилла за собой. Тот оторопело вытаращился на Майка и пытался узнать у него, что тот задумал, и вообще, куда он их ведёт. А он сказал только, что они идут к нему домой, что тут недалеко, об остальном он благополучно умолчал, отмахиваясь пространными фразами без какой-либо конкретики. Уиллу только и оставалось, что покорно плестись за ним. Он слабо представлял, в какую авантюру его втягивают, но, к своему удивлению, быстро осознал, что он вовсе не против. Майк не соврал, когда сказал, что им близко. Вскоре показался симпатичный дом, впечатливший Уилла своими размерами – жилище Байерсов показалось ему меньше раза в три. Майк подвёл их к неприметной двери в боковой стене дома. За ней скрывался вход в небольшой коридор, по которому мальчики прокрались… к подвалу? – Куда мы идём? – прошептал Уилл, сам не понимая, почему шепчет. Может от того, что Майк вёл себя тихо, как мышка и передвигался буквально на цыпочках? Не отпуская руки, Майк так и вёл Уилла за собой, пока они не оказались в месте, захватившем дух Байерса. Вначале его смутило, что его буквально вели в подвал. Разве это не самое тёмное и страшное помещение в доме? На деле же это походило на тайное укрытие, настоящую мечту любого мальчишки. По стенам были развешаны постеры, на стеллажах расставлены книги и крутые игрушки – Уилл ни разу не видел столько всего в одной комнате сразу! Пока Майк шарил по углам, открывал всевозможные ящики, да ковырялся то тут, то там, Уилл беззастенчиво осматривал всё вокруг, не в силах сдержать восторг. Он ощущал, будто подглядывал за чем-то сокровенным, оказался в месте, где ему быть не положено, поэтому, пока ему позволяли смотреть, он жадно глазел по сторонам, пытаясь выхватить как можно больше деталей. Майк же бряцал мелочью и смотрел на свои раскрытые ладони. – Чёрт, здесь совсем немного! – досадливо ругнулся он под нос. Он впопыхах поднял голову на Уилла, только сейчас заметив, как увлечённо он смотрит на его подвал. Он почувствовал гордость за своё любимое место, но сейчас на то не было времени. Зато увиденное только укрепило Майка в правильности его затеи. Так что он надеялся, что сюда они ещё вернутся. Майк резво сунул монетки в карман. – Уилл, – он подбежал к нему и зацепился за его рукав. – Майк, тут так здорово! – большие глаза с расширенными зрачками смотрели на него с ярким восторгом. – Это твоя комната? – Не совсем, – щёки невольно начали теплеть. Он тут же потёр лицо свободной рукой. – Здесь я зависаю время от времени. Слушай, нам надо подняться наверх. Я проберусь на второй этаж, я совсем ненадолго, потом я вернусь к тебе, и мы снова выйдем наружу. Хорошо? – Ладно, – кивнул Уилл, с сожалением прощаясь с подвалом. – Мы вернёмся сюда позже, и тогда я тебе всё здесь покажу. Если ты не против, конечно. – Правда? – от искрившейся в глазах и в голосе надежды сердце застучало быстрее, а щёки опять потеплели. Да что ж это такое? – Правда, обещаю! Уилл улыбнулся и пошёл вслед за поспешившим к лестнице Майком. И чего он только вдруг так заторопился? Как и сказал, Майк вывел их на первый этаж. На цыпочках мальчики вернулись к тому коридорчику, по которому крались совсем недавно. Найдя уголок потемнее да понеприметнее, он спрятал туда Уилла. – Жди здесь, я быстро, – шепнул он и прокрался вверх по лестнице. От всего происходящего Уилл почувствовал себя шпионом. Подумать только! Он прячется в незнакомом доме, куда его привёл одноклассник, с которым он только сегодня впервые по-настоящему заговорил! Какой чудной день! Уилл точно запомнит его надолго. И пары минут не прошло, как на лестнице раздался грохот. Перескакивая через ступеньку, Майк торопился вниз. Он пробежал рядом с Уиллом, схватил его и сиганул вместе с ним из дома. Уилл гадал про себя – послышался ли ему какой-то девичий голос? Но Майк выглядел невозмутимым, значит всё прошло, как надо. И всё равно какое-то пузырящееся веселье не отпускало его. Отбежав от дома на некоторое расстояние, Уилл прыснул и засмеялся звонким смехом. Майк не смог сопротивляться этому заразительному смеху и залился вслед за ним. Успокоившись и утерев выступившие в уголках глаз слезинки, мальчики отдышались и только тогда смогли заговорить. – Теперь-то ты скажешь, куда мы всё-таки идём? Вместо ответа Майк икнул, что спровоцировало новый приступ хохота. Хватаясь за болящие животы, мальчики едва дышали. Пришлось даже облокотиться друг на друга, чтобы ненароком не завалиться в грязный подтаявший снег. Не рискуя неловким движением или словом спровоцировать ещё больше смеха, Майк просто пошёл вперёд. Идти вот так, в тишине, оказалось вовсе не неловко. По дороге мальчики принялись осматривать украшения на домах, совсем как Майк недавно. Быстро и придумалось развлечение – выискивать среди декораций самые интересные и необычные и придумывать о них всякие небылицы. Особенно хорошо это получалось у Майка. Его рассказы выходили такими увлекательными, что Уилл слушал его, открыв рот. Так они и оказались у дверей магазина. Уилл уже пошёл было дальше, но вовремя заметил, что Майк затормозил прямо на его пороге. Он кашлянул и засунул руки в карманы, принимаясь выуживать из них многочисленные монетки. – Подержи. Майк пересыпал мелочь в подставленные ладони и снова полез в карманы. Когда вся добыча была выловлена, мальчики подсчитали имеющиеся монетки. – В общем, – Майк замялся, а потом выговорил всё как на духу. – Можешь набрать сладостей на всё, что здесь есть. Возьми, что захочешь. А потом мы пойдём ко мне домой, только в этот раз зайдём нормально, с главного входа. Я покажу тебе свой подвал, ну или комнату, мы поиграем во что-нибудь или посмотрим кино, папа недавно купил новый телевизор, и ты съешь всё, что мы сейчас купим. – Майк взял паузу, чтобы отдышаться. – Ну как тебе идея? – Я… Сказать, что Уилл был малость удивлён – не сказать ничего. Казалось, ему потребовалось время, просто чтобы осознать предложение Майка. – Что ты, я не могу, это слишком, – застенчиво проговорил Уилл. В голове никак не укладывалось! Неловко было отвергать такое предложение, но пользоваться добротой Майка тоже не хотелось. А у Майка сердце дрогнуло от его отказа. Ладно, он подозревал, что так просто Уилл вряд ли согласится, и он не собирался вот так в раз сдаваться! И почему только его так расстроил ответ Уилла? – Давай, я не обеднею, у меня ещё куча есть, – Майк откровенно лукавил, и Уилл, отлично помнивший его метания в попытках наскрести мелочь, это понял. И намекнул красноречивым взглядом, от которого Майк стыдливо покраснел. – Будет куча, правда. Родители дают мне деньги за хорошие оценки. Уилл хотел было сказать, что ему всё равно неудобно, но только он открыл рот, Майк его опередил. – Ты же хочешь этого? Хочешь сладких леденцов или кислых мармеладок, шоколадных конфет… Майк долго перечислял разные вкусности, на которые только хватало фантазии, чтобы соблазнить Уилла. Само собой, денег на то, чтобы купить всё это у него не было. Но короткий взгляд на него говорил о том, что уловка сработала. В конце концов Уилл сдался. – Хочу, – честно признался он, застенчиво, как будто в этом было что-то постыдное. Майк заулыбался как объевшийся сметаны кот, и уже сделал шаг ко входу в магазин, но Уилл преградил ему путь, положив руки ему на плечи. – Но с одним условием, – лицо его было так серьёзно, что Майк против воли отзеркалил это выражение и чуть нахмурился от того, как внимательно приготовился его слушать. – Ты тоже возьмёшь себе что-нибудь. И есть всё мы будем вместе. Радостная улыбка расцвела на лице Майка. – Хорошо, я принимаю твоё условие. – Тогда и я согласен, – Уилл поспешно убрал руки с его плеч, будто только сейчас вообще заметил, что положил их туда. – Пошли? – Майк вновь взял на себя инициативу. Уилл кивнул и зашёл за юркнувшим в магазин Майком. В сладкой обители, и по совместительству в его любимом магазине, к Майку быстро вернулись счастье и беззаботность. Он уже начал предаваться мечтам, чего такого интересного нахватать. Уилл ходил между стеллажей и присматривался к полкам. Конечно, он тоже здесь бывал, но не так часто, как хотелось в глубине души. Даже смотреть на яркие разноцветные этикетки было приятно. Так бы и бродил он, если бы Майк не пихнул его в бок, уговаривая не скромничать. Не сразу, но он таки поддался, да и энтузиазм его был заразителен, и уже скоро мальчики носились по магазину, – в основном один их них, – собирая всевозможные батончики, подцепляя пачки мармеладок, загребая ладонями жвачки, карамельки и много всякой всячины. Перед кассой пришлось немного затормозить. Они набрали столько всего, что денег бы не хватило, и пришлось под пристальным взглядом продавца выбирать, от чего отказаться, но это нисколечко не расстроило ни одного из мальчишек. Распихав покупки по карманам, они выбежали из магазина, желая всем его работникам и посетителям счастливого Рождества. Отчего-то снова хотелось смеяться, хотя ничего смешного не произошло. И всё равно с губ Уилла не сходила сияющая улыбка, особенно когда он смотрел на все богатства, демонстрируемые Майком. Пока его не обнаружили, Майк беззастенчиво любовался этой улыбкой, думая о том, что она идёт ему гораздо больше, чем те грустные потухшие глаза, с которыми он сидел на обочине дороги. Их хотелось видеть ещё больше, поэтому Майк не стеснялся дурачиться и рассказывать небылицы, которым Уилл верил через раз. Так бодро, уплетая купленные конфеты, мальчики вернулись к дому Уилеров. Жуя липкий мармелад, Майк нажал на дверной замок и принялся рассказывать о членах своей семьи, предупреждая, чего следует ожидать. Дверь открылась слишком быстро, и Майку пришлось упихать в рот мармелад под хмурым взглядом матери, выглянувшей из дома. – Майк, сколько раз я тебе говорила, – начали отчитывать его прямо с порога, – чтобы ты не… Миссис Уиллер боковым зрением уловила в сторонке мельтешение и вовремя поняла, что её сын мнётся на пороге не один. Она сразу узнала в этом мальчике нового одноклассника своего сына, пусть она и не была знакома с ним лично или с его родителями, да и видела их только мельком на парочке школьных мероприятий. Она метнула в сторону Майка грозный взгляд, красноречиво выражающий её недовольство по поводу того, что сын не предупредил о гостях. Но он только и мог, что беспомощно смотреть да двигать челюстями, стараясь побыстрее прожевать мармелад. – Здравствуй, – женщина обратилась к Уиллу. Тон её тут же сменился, и она мило улыбнулась, очень похоже на то, как улыбался её сын. – Ты, должно быть, друг Майка? Уилл открыл и закрыл рот, вмиг ощутив неловкость. Конечно, они быстро нашли с Майком общий язык, да и то время, что они провели вместе, пусть и непродолжительное, им обоим было весело, и всё-таки… – Ма, это Уилл, мы с ним в одном классе учимся, – наконец-то дожевав, заулыбался Майк и едва не втянул его за собой в дом. Карен только и оставалось, что отодвинуться к стенке, освобождая для них проход. – Здравствуйте, – кивнул Уилл и последовал примеру Майка, начавшего снимать верхнюю одежду. Его куртку порывались забрать, но он пробормотал благодарность, да повесил её сам. Миссис Уилер тотчас взяла детей в оборот – заставила их для начала помыть руки и накормила лёгким ужином, пусть Майк ворчал, а Уилл пытался отнекиваться просто из стеснения. Но что-то при виде этого очаровательного мальчика с большими, и как казалось её материнскому сердцу, голодными глазами побуждало её накормить его как следует. И к возмущению Уилла, Майк в конце концов встал на сторону матери, пусть сначала и хотел сбежать из-за стола, чтобы скорее добраться до желанных сладостей. Пока длился их импровизированный ужин, Майк увлечённо рассказывал о прошедшем дне. Сначала о посиделках у Лукаса, потом о совместных похождениях с Уиллом, предусмотрительно умалчивая некоторые детали. Женщина слушала их с улыбкой, пока хлопотала на кухне. А Уилл внимал россказням Майка так внимательно, словно и не был их непосредственным участником. Майк достал из своего портфеля свёрток, врученный той странноватой женщиной, и показал его маме. Полюбовавшись украшением, миссис Уиллер поручила Майку задание повесить его на ёлку. Так посиделки плавно переместились в гостиную, где стояла рождественская ёлка, от одного вида которой у Уилла заблестели глаза. Пушистая снежинка нашла своё место на одной из веточек. Правда, не совсем сразу – Майк чуть было не повесил её на первую попавшуюся ветку, и без того облепленную игрушками, что возмутило чувство прекрасного внутри Уилла, и он принялся советовать Майку, куда её лучше пристроить. – Ах вот ты где, маленький засранец! – в гостиной раздался голос, принадлежавший миниатюрной симпатичной девушке. Этот голос показался Уиллу смутно знакомым. Уж не его ли он слышал, когда вместе с Майком они сбегали из дома? Как и миссис Уиллер, девушка тут же затихла, когда увидела неожиданного гостя. – Уилл, познакомься, это моя старшая сестра, Нэнси, – Майк тут поспешил сменить курс разговора. – С наступающим Рождеством, – Уилл помахал рукой, стараясь улыбаться как можно более вежливо, чтобы утихомирить возмущение девушки. Понять бы ему ещё, что служит его причиной. – Нэнси, это Уилл. Нэнси хоть и казалась несколько озадаченной, кивнула в ответ. – Мы учимся в одном классе. – Мой друг. Обе фразы мальчики произнесли одновременно. Они переглянулись и от взгляда Майка по телу Уилла пробежали мурашки. – Мы друзья, – проговорил он куда тише, чем раньше. Нэнси недоумённо наблюдала за всей этой сценой. Она смотрела на мальчиков, которые пытались подавить улыбки, что, к слову, получалось у них очень плохо, едко улыбнулась брату и одними губами прошептала: – Потом поговорим. И была такова. Мальчики переглянулись. – Чем ты её разозлил? – без обиняков спросил Уилл. Глаза Майка забегали. Он пробурчал себе под нос что-то невразумительное, из чего получилось распознать только слово «одолжил», и резво подскочил на месте. – Пойдём, я покажу тебе свою комнату! Превращаясь в маленький ураган и затягивая в него всё живое вокруг, то есть Уилла, Майк бегом поднялся на второй этаж под звучное «Не бегайте по лестнице» в исполнении миссис Уилер. Мальчики оказались в комнате Майка. Он провёл Уиллу небольшую экскурсию, пусть и считал, что смотреть тут особо не на что. Обычная мальчишеская комната, разве что просторная. Хоть его гость и внимал с интересом, оба понимали, что самое захватывающее вовсе не здесь. Перестав скрывать своё нетерпение, Уилл едва не пританцовывал на месте, так ему хотелось вновь поскорее оказаться в той сказочной обители. И он был не одинок в своём желании. Закончив с показом, Майк скосил взгляд в сторону Уилла, такой якобы незаинтересованный, и спросил как бы невзначай: – Пойдём вниз? Блеск в глазах Уилла стал для Майка спусковым сигналом. Он едва вновь не схватил Уилла за руку – уже начал привыкать водить его вот так за собой, – но Уилл опередил его, побежав вперёд первым. Майк ахнул и попытался его нагнать. Так они и начали игру в догонялки, но Майк вовремя вспомнил, что они кое-что упустили. – Сладости! – застыл он у подножия лестницы. Он пригнулся, словно какой-то шпион, и просканировал гостиную на наличие препятствий. Когда мама обнаружилась на кухне, Майк подкрался к Уиллу и зашептал. – Мы должны добраться до курток незамеченными и забрать оттуда всё, что купили. – А почему мы скрываемся? – Мама будет ругаться, если увидит сколько у нас конфет, – Майк вздохнул так, словно у него не осталось сил на возмущение. Видать, история была не нова. Уилл основательно кивнул, понимая серьёзность ситуации, в которой они оказались. Мальчики синхронно заглянули на кухню, убедились, что горизонт чист, подали друг другу беззвучный сигнал, и прокрались вперёд. Чувствуя дыхание опасности позади, они перебежками добрались до коридора, замирая на каждом слишком громком шуме. Роли разделились сами собой: Майк стоял на стрёме, пока Уилл обчищал карманы курток, стараясь шуршать фантиками как можно меньше. Набив карманы, мальчики выдохнули от скопившегося напряжение. Но расслабляться было рано. Повторяя свой прежний маршрут, они добрались до лестницы, едва сдерживая внутри ликование. Они побежали в подвал без оглядки, не замечая, как облокотившаяся на столешницу миссис Уилер едва сдерживается от смеха. Наконец-то они вновь оказались в этом месте. Майк просто был доволен тем, что миссия удалась, но Уилл… Его чувство радости и восторга было куда ярче и глубже. И Майк захотел увидеть это сияние ещё больше, ещё сильнее! Он принялся осыпать его своими сокровищами, с гордостью рассказывал об играх, тут же вкратце объяснял, как работают их волшебные миры, показывал комиксы, давая полистать даже те, с которых едва не сдувал пылинки. А мог ли он поступить иначе, когда его слушают с таким трепетом, едва не заглядывая в рот? Выбрав самые интересные комиксы, мальчики завалились на диван. Так они и сидели, окружённые разбросанными и бездумно поедаемыми сладостями, едва не уткнувшись носами в открытый комикс. Он оказался таким захватывающим, что мальчики сидели в тишине, самозабвенно вчитываясь в действие, и только на особенно напряжённых моментах они гудели, роняя невразумительные реплики и обмениваясь впечатлениями. Дверь в подвал отворилась. Миссис Уилер, заставшая эту картину маслом, даже не пытаясь скрыть улыбку. Майк хотел было возмутиться, что их прервали на самом интересном моменте, но отлично знавшая привычки своего сына миссис Уилер взяла слово первой. – Мальчики, я приготовила вам чай, поднимайтесь. Майк скуксился в недовольную мордашку. Но затем он подумал о кое-чём другом. – Ма, а папа уже вернулся с работы? –он состроил такой щенячий взгляд, что миссис Уилер пожалела о том, что у неё нет камеры с собой. Запечатлеть бы такую хорошенькую картину! – Да, милый, он отдыхает после ужина. Так вы пойдёте? – Пять минут, – моляще посмотрел на неё Майк. – Дочитаем комикс и придём. – Только не задерживайтесь, а то чай остынет. Уилл озадаченно, даже немного грустно посмотрел на Майка. Уходить отсюда ему совсем не хотелось. Тут так здорово! Они могут смотреть тут столько интересных вещей, как угодно шуметь и громко разговаривать, и никто их за это не заругает! – Папа недавно купил новый телевизор, такой огромный, – Майк взмахнул руками, показывая, насколько их телевизор большой. – А Нана, это моя бабушка, на прошлое Рождество подарила нам кассету с мультиком, «Как Гринч украл Рождество!». Ты смотрел его? Уилл покачал головой. Ребята в прошлой школе когда-то обсуждали этот мультик, но у Байерсов не было телевизора, чтобы его посмотреть, да и кассеты такой ни у кого из его друзей не имелось. Так что на самом деле предложение Майка звучало довольно захватывающе. Вот только… – Здесь так здорово, что не хочется никуда уходить, – Уилл откинулся на спинку дивана и принялся меланхолично жевать мармеладку, осматривая стены, как будто прощаясь с ними. – Ну, ты можешь приходить ко мне в гости, когда захочешь, – глазки Майка забегали, но он смог взять себя в руки и проговорить уверенно, пусть и с долей смущения. – Мы ведь теперь друзья. – Друзья, – после нескольких секунд промедления ответил Уилл, растянувшись в смущённой, но очень довольной улыбке. Слышать это слово из уст Майка было как-то по-особенному приятно. Вдруг Уилл подпрыгнул на месте и развернулся лицом к Майку. – Давай поскорее дочитаем! Хочу узнать, чем там всё закончилось. – Ага! Поддавшись его настроению, Майк тоже подскочил и придвинулся ближе к Уиллу, удобно устраиваясь у него под боком. Комикс закончился даже как-то слишком быстро. Мальчиков обуяла эйфория от хорошей, захватывающей истории. Даже пришлось взять небольшую паузу, которую они потратили на обмен впечатлениями. Только на этот раз больше говорил Уилл. Он-то читал его впервые! Хотя Майк не сильно ему уступал, пусть комикс уже не раз бывал в его руках. Соскрести тушку с дивана стоило немалых усилий, но энергии поприбавилось, когда мальчики увидели, какой беспорядок они тут устроили. Пришлось прибираться, и заодно проверять, что ещё осталось. До Майка дошла запоздалая мысль, что мама не ругалась, когда заглянула в подвал. Это странно – она не могла не видеть весь этот кавардак. Но пока на него не ругались, он не имел ничего против. Когда фантики были собраны, а игрушки водворены на место, мальчики поднялись наверх, где их ждал ароматный чай. Только сейчас они почувствовали, что вообще-то хотели пить. Было ли им до этого какое-то дело, когда комикс такой увлекательный? Ответ очевиден. Свою чашку Майк осушил залпом за несколько глотков. Даже всё ещё горячая вода не могла сдержать его нетерпеливость. Бросив Уиллу «Я сейчас» он выскочил из-за стола и побежал будить своего отца. Как он пояснил уже позже, детям запрещалось самим трогать телевизор – чтобы его включить, требовалось попросить об этом родителя. Вместе с кружками и остатками конфет мальчики перебрались поближе к экрану. Уилл чувствовал себя неуютно рядом с хмурым, бурчащим что-то себе под нос мистером Уилером, настраивавшим телевизор. Но Майк вёл себя как обычно, значит такое его поведение было обыденностью. Но вся неловкость растворилась в воздухе, стоило экрану загореться. Словно прикованные, мальчики сидели у телевизора прямо на полу, с толикой страха наблюдая за историей угрюмого зелёного существа. Только когда спины начали уставать, пришлось опереться на диван. Но подняться и сесть по-человечески, как это называла миссис Уилер, они отказывались наотрез. Прекрасное чувство сытости и уюта окутало Уилла. Наполненный вкусной домашней едой и всякими сладостями живот довольно урчал. Пригретый, окруженный теплом, он и сам не заметил, как начал клевать носом. Вот они сидят и возмущаются проказами Гринча, как в следующий момент глаза слипаются, голова начинает резко падать, возвращая Уилла в гостиную дома Уилеров, где он сидел и смотрел мультик вместе со своим новым другом. Уилл потирал глаза, пытаясь поспеть за происходящим, но сил совсем не хватало. Его рассеянность не ускользнула от внимания чуткой миссис Уилер. Она присела на корточки рядом со своим сыном. – Милый, вам пора сворачиваться, – она с намёком кивнула в сторону Уилла, чтобы Майк не начал возмущаться и выпрашивать ещё пять минуточек, которые перерастут ещё в пять минут, а потом ещё… Майк увидел, каким сонным был его друг. Мысль о том, что совсем скоро им придётся расстаться, огорчала, но Майк старался не быть эгоистом. Он смиренно кивнул своей маме и принялся тормошить Уилла. Поддался он не сразу. Он сонно бормотал что-то и потерянно потирал глаза, пытаясь вспомнить, где он сейчас находится. Однако увидев лицо Майка, он не удержался от улыбки. – Прости, кажется, я уснул, – на бледных щеках зацвел очаровательный светло-розовый румянец. – Мне пора домой. Первая попытка встать не увенчалась успехом. Тело стало ватным и никак не хотело слушаться. С помощью Майка он смог-таки усесться на диван, и тогда за него взялась миссис Уилер. – Уилл, ты знаешь номер вашего домашнего телефона? Кто-то из родителей сможет тебя забрать? Материнская натура отказывалась отпускать мальчика из дома одного, тем более в таком состоянии. Сгребая в кучу вяло текущие мысли, Уилл заозирался по сторонам в поисках часов. – Десять минут девятого, – словно угадав его мысли, миссис Уилер назвала время, которое показывали её наручные часы. Уилл удивился тому, как быстро летит время. Мама уже должна была вернуться с вечерней смены, если только её не задержали в который раз на работе. Или она не осталась на ней допоздна сама, лишь бы заработать чуть больше денег. А если мама ещё не пришла… Остаётся только Джонатан – едва ли папа за ним поедет. – Он есть в телефонном справочнике, – промямлил Уилл и глубоко вздохнул, борясь с желанием откинуться на спинку дивана и погрузиться в сладкий сон. – Я сейчас им позвоню, – миссис Уилер улыбнулась и шепнула Майку, чтобы он присмотрел за своим другом. А тот едва глаза не закатил, мол, он и так собирался это сделать. Найти номер Байерсов не оказалось проблемой. Набрав нужную последовательность цифр, миссис Уилер приложила трубку к уху. Не упуская из вида мальчишек, она дожидалась, пока кто-нибудь не подойдёт к телефону. Гудок следовал за гудком. Вместе с ними нарастало беспокойство. Пришлось набрать номер ещё раз. Миссис Уилер начала потихоньку продумывать план, как бы уговорить мужа отвезти мальчика. К её счастью, делать этого не пришлось. – Привет? – в трубке раздался усталый, настороженный женский голос. – Кто это? – Добрый вечер, меня зовут Карен Уилер, я… – И ты мне говоришь это только сейчас?! – внезапный мальчишеский вскрик был слышен далеко за пределами гостиной. – Майк! – миссис Уилер прикрыла трубку ладонью. – Тише, я же говорю по телефону! Извините за это, – виновато проговорила она, тотчас вернувшись к своей собеседнице. – Мой сын не очень умеет сдерживать свои эмоции. Пока миссис Уилер вкратце обрисовывала ситуацию и объясняла, как добраться до их дома, мальчишки пытались взять как можно больше от того времени, что у них осталось. Причиной столь громкого удивления Майка послужило откровение Уилла о том, что он любит рисовать. Уилл пытался его упокоить да оправдаться тем, что у него, вообще-то, и возможности такой не было, но Майка это не убедило. По его просьбе Уилл рассказал о своих излюбленных сюжетах. Впечатленный Майк стал выклянчивать какой-нибудь, хотя бы самый крошечный рисунок. Долго упрашивать не пришлось, и совсем скоро Майк снова носился по гостиной, только на этот раз с листком бумаги и цветными карандашами в руках. Уилл взялся за первое, что пришло в голову. В сгорбленной зелёной фигуре с гримасой, искаженной жутковатой улыбкой, легко угадывался Гринч, мультик про которого они только что смотрели. Правда до конца дойти не успели, и Уилл всё сокрушался о том, что не смог узнать, наступило ли Рождество вопреки козням Гринча, и что он сделал с украденными подарками. Тогда Майк пообещал ему, что они обязательно досмотрят его вместе. Нарисовав красным карандашом витиеватую надпись «Счастливого Рождества» в уголке листка, Уилл протянул рисунок Майку. Тот трепетно взял его в руки, начиная тут же восторженно нахваливать. От смущения Уилла спас дверной звонок. Миссис Уилер поспешила открыть дверь. За ней стояла миниатюрная женщина с тёмными бегающими глазами. – Здравствуйте, – помялась она. – Я мама Уилла. – О, миссис Байерс… – Прошу, просто Джойс, – тотчас перебила она хозяйку дома, выдавив из себя немного нервную улыбку. – Джойс, – примирительно улыбнулась миссис Уилер. – Пожалуйста, проходите. Мальчики сидят в гостиной. Только зайдя в дом, Джойс тотчас увидела своего мальчика. Он сидел на диване рядом с другим мальчонкой, держащим в руках рисунок – и Джойс даже догадывалась, кто его исполнитель. Уилл посмотрел на неё в ответ, расплываясь в улыбке. – Привет, мам. – Привет, золотце, – мягко проговорила Джойс и протянула Уиллу руку. – Пойдём домой? Джонатан тебя уже заждался. Глазки Уилла виновато забегали, хотя сильно пристыженным он не выглядел. Он замялся – следует ему попрощаться с Майком сейчас или… – Пойдём, я тебя провожу, – Майк взял на себя роль доброго и учтивого хозяина, едва ли осознавая, как выручил Уилла своим предложением. – Ага. Мальчики выбежали в коридор, о чём-то шушукаясь. – Подумать только, подружились совсем недавно, а уже секретничают, – миссис Уиллер умилённо наблюдала за детьми. Джойс не знала, но сама она в этот момент выглядела точно также. Она ничего не знала о том, что у её сына, оказывается, есть друг. И не просто друг – он ещё и в гости к нему ходит! И маленький партизан об этом ни разу не говорил! Джойс была намерена тщательно расспросить своего сына, пока они будут ехать домой. Смотря на него, тепло прощающегося со своим другом, такого счастливого, Джойс не могла не радоваться сама. Любопытство одолело её – кто этот мальчик, который заставляет глаза её сына так сиять? Байерсы попрощались с миссис Уилер, поблагодарив её за гостеприимство. Майк прошмыгнул к двери и отворил её для гостей – нашёл эдакий способ отсрочить расставание хоть на чуть-чуть. В присутствии взрослых он немного стушевался и просто помахал рукой. – Я буду ждать нашей следующей встречи, – признался Майк. И это больше, чем Уилл надеялся услышать. – Я тоже, – улыбнулся он напоследок и пошёл к припаркованной у дома Уилеров машине. Джойс наклонилась к Майку. – Надеюсь, что мы с тобой ещё познакомимся поближе. Приходи как-нибудь к нам домой, мы будем тебе рады, – Джойс пришлось упереться руками в колени, чтобы удержаться от искушения потрепать столь очаровательного мальчугана по вихрастой голове. – И Уилл тоже? – с надеждой спросил Майк, как будто ответ и так не был очевиден. – И Уилл тоже, – заговорщически улыбнулась Джойс. – У друзей ведь всегда так, правда? Майк улыбнулся так открыто и жизнерадостно, как умеют только дети, и кивнул обстоятельно. – Правда! Джойс пожелала счастливого Рождества миссис Уилер и торопливо пошла к машине, зябко ёжась от влажного холодного воздуха. Майк наблюдал, как Байерсы по очереди забирались в машину, как Уилл повернулся к своей маме, кажется, сказал ей что-то, отчего она засмеялась. Машина завелась, готовая тронуться, фары зажглись, освещая путь. Это было правильно, что они уезжали. Уиллу пора домой, его семья его заждалась. И всё равно Майку было грустно от этой картины. Пусть они подружились совсем недавно, пусть они много друг о дружке не знают, в Майке уже начал загораться собственнический огонёк, не желавший отпускать своего нового друга. Отчего так произошло? Он не мог знать. Но когда Уилл повернулся к нему и снова помахал рукой на прощанье, в груди Майка разлилось тепло. Мама звала его, но он не откликался, пока машина не скрылась из виду. Возвращаться домой было немного грустно. Но яркий рисунок на столе, сделанный специально для него, успокаивал его. Нечего беспокоиться. И задаваться глупыми вопросами, от которых только появляется каша в голове. Ведь теперь они друзья. И этим всё сказано.