Корона из Костей и Льда

༺ 𖤍 ༻

❦ Джейн Таргариен ❦ «Кто ты… И почему я вижу тебя?» Джейн не могла отвести взгляда. Женщина всё ещё сидела на краю кровати, держа руку на лбу мальчика. В комнате было тихо, только трещал огонь. Джейн чувствовала, как что-то тяжёлое и древнее продолжает течь от ладони женщины к ребёнку. «Что это за сила?» — думала Джейн. Женщина медленно убрала руку с горячего лба мальчика. Пальцы слегка дрожали от усталости. Она не сразу подняла голову. — Оставьте нас, — произнесла она. — Мне нужно остаться с ним наедине. Леди Джиллиан резко вскинула взгляд. — Что? — выдохнула она. — Нет, я не уйду. Это мой сын. Если ты собираешься делать что-то опасное… Женщина наконец подняла глаза. Во взгляде не было ни мягкости, ни уступчивости. — Если вы останетесь, я не смогу ему помочь, — сказала она спокойнее, но в голосе послышалась холодная властность. — Мне нужно, чтобы ушли все. Джиллиан хотела возразить, но высокий мужчина в мехах положил ей руку на плечо. Он не сказал ни слова — просто крепко сжал пальцы, давая понять, что спорить бесполезно. Джиллиан поднялась с колен, бросив на женщину последний отчаянный взгляд, и позволила вывести себя из комнаты. У порога уже стояли двое стражей. Мужчина остановился перед ними и сказал: — Никого не впускать. Стража поклонилась и удалилась. Мужчина ещё секунду постоял в дверях, глядя в спину уходящей Джиллиан, а потом медленно повернулся и вошёл обратно в комнату. Дверь за ним закрылась. Северянин подошёл ближе и остановился напротив женщины. Несколько долгих секунд он молча смотрел на неё, будто пытался разглядеть что-то за капюшоном. — Если мой сын умрёт… — произнёс он, — Я убью тебя. Не важно, кто ты и откуда пришла. Поняла? Элира, — отчего-то Джейн знала её имя, — не отвела взгляда. Она смотрела на него спокойно, почти отстранённо. — Вам придётся мне довериться, — ответила она. — Я знаю, что делаю. Мужчина ещё несколько секунд не двигался. Потом медленно опустил взгляд на сына. Лицо мальчика было бледным, почти серым, губы — синеватыми. Он шагнул ближе, тяжело опустился на одно колено у самой кровати и положил большую ладонь на горячий лоб ребёнка. Пальцы слегка дрогнули. — Вытащи его, — хрипло произнёс он, не глядя на женщину. — Вытащи моего сына из лап смерти. Он ещё секунду посидел так, потом тяжело поднялся. Не сказав больше ни слова, развернулся и вышел из комнаты, плотно закрыв за собой дверь. Женщина ещё несколько секунд сидела неподвижно. Потом медленно поднялась. Она подошла к двери, прислушалась и, убедившись, что за ней действительно никого нет, вернулась к кровати. Джейн смотрела на это и чувствовала, как внутри всё сильнее сжимается. «Что она собирается делать?» — думала она. Женщина остановилась у кровати. Она посмотрела на мальчика. Потом медленно подняла руки и сняла капюшон. Перед ней оказалась молодая женщина с тёмными волосами, собранными в несколько тугих кос. Лицо было красивым, но уставшим: тени под глазами, бледная кожа. Глаза — тёмные, почти чёрные. На шее виднелся тонкий белый шрам. Джейн смотрела на неё и чувствовала, как внутри поднимается холодное, тревожное предчувствие. Женщина не стала медлить. Она подошла к небольшому кожаному мешку, который стоял у стены, и развязала его. Достала несколько небольших мешочков, глиняный сосуд и знакомый обсидиановый кинжал. Джейн смотрела, как она достаёт всё необходимое, и внутри у неё всё сильнее шевелилось одно и то же ощущение: «Это не просто лечение. Это что-то другое. Что-то древнее.» Женщина поставила вещи на низкий столик у кровати. Она открыла один из мешочков и достала тёмно-красную густую массу. Запах ударил в нос — железо и что-то тяжёлое, почти гнилостное. «Кровь, — поняла Джейн, — Это кровь.» Женщина обмакнула два пальца в массу и начала наносить на тело мальчика странные изогнутые символы — на лоб, грудь, запястья и ступни. Символы блестели в свете огня, будто были ещё живыми. Джейн не могла пошевелиться. Она только смотрела и думала: «Что она делает? Что это за знаки? И почему я чувствую, что это… неправильно?» Женщина закончила с символами. Потом достала обсидиановый кинжал, надрезала себе ладонь и дала крови стечь на лезвие. После этого она провела кинжалом по одному из символов на груди мальчика, смешивая свою кровь с краской. И начала говорить. Слова звучали на незнакомом, древнем языке — тяжёлом, тягучем, от которого по коже пробегала холодная рябь. Женщина говорила, не отрывая взгляда от лица мальчика. Её глаза постепенно начали мутнеть. Джейн смотрела на это и чувствовала, как внутри растёт страх. Женщина продолжала шептать. Из её носа потекла кровь, но она не остановилась. Её тело начало слегка дрожать. Женщина резко выгнулась назад, будто что-то ударило её в грудь. Глаза закатились, оставив только белки. Кинжал выпал из её руки и со стуком упал на пол. Она упала вперёд — прямо на мальчика, безвольно повиснув над ним. Джейн смотрела на упавшую женщину и чувствовала, как внутри всё сжимается от ужаса. «Она не дышит… — мелькнуло у неё в голове. — Нет… она дышит, но очень слабо.» Женщина лежала на мальчике не двигаясь. Её рука безвольно свисала с кровати, пальцы слегка подрагивали. Джейн инстинктивно сделала шаг вперёд. «Помоги ей! — закричало что-то внутри неё. — Она умирает!» Она попыталась подойти ближе, но тело снова не послушалось. Она была здесь лишь тенью — невидимой и невесомой. Её рука прошла сквозь край кровати, как сквозь воздух. «Нет… — подумала Джейн с нарастающей паникой. — Я не могу… Я не могу дотронуться.» Она попыталась крикнуть. Открыла рот, но из горла не вырвалось ни звука. Она звала вслух, звала изо всех сил, но в комнате оставалась такая же мёртвая тишина. «Помогите! — кричала она внутри себя. — Кто-нибудь!» Джейн чувствовала, как внутри поднимается страх. Она была здесь, видела всё, но не могла ничего сделать. Не могла даже позвать на помощь по-настоящему. «Почему я здесь? — думала она отчаянно. — Зачем я вижу это, если не могу ничем помочь?» Вдруг комната вокруг неё начала меняться. Края зрения потемнели, будто кто-то задувал свечи одну за другой. Женщина и мальчик на кровати начали расплываться, будто их смывало водой. Джейн попыталась удержаться, но ноги внезапно перестали чувствовать опору. «Нет… подожди…» — попыталась она подумать, но мысли тоже начали ускользать. Тьма накрыла её полностью.

⟡ · ⊹ · ⟡

Высокие Башни Джейн резко села на кровати, жадно хватая воздух. Сердце колотилось так сильно, что отдавалось в висках. На лбу выступил холодный пот. Она огляделась. Вместо тёмной комнаты Винтерфелла перед ней были покои в Высоких Башнях. Утренний свет уже пробивался сквозь щели в ставнях. На диване напротив кровати всё так же лежал Эймонд. Джейн прижала ладонь к груди, пытаясь успокоить сердцебиение. Она всё ещё видела перед глазами упавшую женщину и кровь на простыне. Она медленно опустила ноги на пол и села на край кровати. Руки всё ещё слегка дрожали. Во рту остался привкус крови — она прикусила язык, когда резко проснулась. Она закрыла глаза и тихо прошептала в полутёмную комнату: — Кто ты? Что это было? Она встала. Ноги слегка подкашивались, будто она действительно прошла долгий путь. Подошла к столику, налила себе воды из кувшина и сделала несколько больших глотков. Вода была тёплой, но всё равно приятно освежала горло. Джейн повернулась и посмотрела на Эймонда. Он крепко спал, лежа на боку. Одно плечо было обнажено, и даже в полумраке было видно, как медленно поднимается и опускается его грудь. «Это было прошлое? — думала Джейн, глядя на него, — Или просто очередной бред? Помутнение от всего, что случилось за последние дни?» Она сделала шаг ближе. Хотела подойти, может быть, даже дотронуться до его плеча. Но остановилась в двух шагах от дивана. «Нет, — подумала она, — Не стоит. Если я сейчас разбужу его и начну рассказывать про какие-то видения… он точно решит, что я сошла с ума.» Джейн тихо вздохнула и поставила бокал обратно на столик. Она постояла ещё секунду, глядя на спящего Эймонда, потом развернулась и вышла на балкон. Утренний воздух Дорна ударил в лицо: тёплый и сухой, с лёгким запахом пыли. Джейн подошла к самой балюстраде и облокотилась на тёплый камень. Небо заливалось мягким золотисто-розовым светом, постепенно переходящим в бледно-голубой. Красные горы, окружавшие город, выглядели особенно величественно на фоне восходящего солнца — их острые гребни окрасились в тёплые оранжевые и багровые тона. Внизу, у подножия, уже просыпался город: где-то зажигались первые огни, доносились отдалённые голоса и цокот копыт по каменным мостовым. Джейн смотрела на этот вид и чувствовала, как внутри немного отпускает. Здесь, на балконе, под открытым небом, видение казалось чуть менее реальным. Чуть более далёким. Но она знала — оно никуда не делось. Оно просто затаилось внутри неё, как тлеющий уголёк. Она обхватила себя руками и тихо прошептала, глядя на горы: — Если это и вправду было прошлое… то чьё? Ветер слегка шевельнул её волосы. Джейн ещё немного постояла на балконе, глядя, как солнце медленно поднимается. Ветер слегка трепал край её рубашки, а в воздухе уже начинало ощущаться жаркое дыхание дня. Она сделала глубокий вдох, пытаясь успокоить мысли, и наконец развернулась. Когда она вернулась в комнату, Эймонд уже не спал. Он сидел на диване, опираясь локтями о колени, и потирал лицо ладонями. Волосы были растрёпаны. Услышав её шаги, он поднял голову и посмотрел на неё. Джейн остановилась в нескольких шагах от него. Она не знала, что сказать. В голове всё ещё крутились обрывки видения — упавшая женщина, кровь на простыне, ощущение полной беспомощности. Эймонд первым нарушил тишину. Голос у него был низким и немного хриплым после сна: — Ты уже давно не спишь? Джейн покачала головой. — Только проснулась, решила подышать воздухом. Она подошла к столику, налила ещё немного воды и сделала маленький глоток, просто чтобы занять руки. Эймонд продолжал смотреть на неё. Он явно заметил, что она словно не в себе — слишком бледная, слишком напряжённая. — Плохой сон? — спросил он после небольшой паузы. Джейн на секунду замерла. Она хотела сказать «да». Хотела рассказать ему про видение. Вместо этого она просто тихо ответила: — Что-то вроде того. Эймонд ещё несколько секунд смотрел на неё, потом медленно выпрямился и провёл рукой по волосам, убирая их назад. — Приведи себя в порядок, — сказал он спокойнее. — Скоро нас позовут. В его голосе не было привычной холодности или собственнического раздражения. В этот момент в дверь негромко постучали. Дверь приоткрылась, и в комнату вошёл слуга. — Милорд. Миледи, — произнёс он ровно, слегка поклонившись. — Принц Корен просит вас обоих спуститься на завтрак. За ним в комнату вошли две служанки. Одна несла большой глиняный кувшин с водой, вторая — сложённую чистую одежду. Они молча поставили всё на столик. — Вода для умывания, милорд, — сказала старшая из служанок. — И свежая одежда. Служанки поклонились и вышли. Слуга задержался у порога и добавил уже тише: — Принц ждёт вас. Когда дверь за ними закрылась, Эймонд посмотрел на кувшин с водой, потом перевёл взгляд на Джейн. — Похоже, день начинается, — сказал он без особой радости. Эймонд поднялся, подошёл к столику и плеснул себе воды в ладони. Он наклонился над кувшином и несколько раз умыл лицо, проводя мокрыми ладонями по щекам и шее. Вода стекала по его подбородку и капала на пол. Джейн подошла ближе, когда он закончил. Она взяла полотенце, которое он оставил на краю стола, и тоже плеснула воды в ладони. Пока она умывалась, Эймонд отошёл в сторону, давая ей место. В комнате было тихо — только плеск воды да тихое шуршание ткани. Он надел сначала льняную рубаху, потом поверх неё — лёгкую бордовую тунику. Движения были спокойными и размеренными. Когда закончил с одеждой, он сел на край дивана и посмотрел на Джейн. Она всё ещё стояла у стола. Волосы были распущены и слегка влажные после умывания. Джейн надела сначала тонкую нижнюю сорочку, потом поверх неё — то же самое песочное платье, в котором была вчера. Она затянула пояс на талии и поправила ткань на груди. Потом взяла гребень и начала расчёсывать волосы. Эймонд не отводил от неё взгляда. Он сидел молча, опираясь локтями о колени, и смотрел, как она заплетает волосы. Джейн собирала пряди в плотную косу, привычным движением перекидывая их через плечо. Пальцы двигались уверенно, хотя она чувствовала на себе его взгляд. Она не стала смотреть в его сторону. Просто заплетала косу до конца и крепко перевязала конец тонкой кожаной полоской. Джейн наконец повернулась к нему. Их взгляды встретились. Эймонд кивнул, будто принимая то, что она готова идти. — Пойдём, — произнёс он. Джейн поправила косу и повернулась к двери. Она прошла мимо Эймонда, не глядя на него, собираясь выйти первой. Но не успела сделать и двух шагов, как он внезапно встал и схватил её за руку. Резко он развернул её к себе и притянул ближе. Джейн замерла, когда он другой рукой взял её косу и медленно провёл по ней пальцами, будто проверяя, насколько крепко она заплетена. Его ладонь скользнула ниже, к концу косы, и он сжал её в кулаке, не давая ей отойти. — Мы на вражеской территории. Здесь каждый неверный шаг может стоить нам жизни, — сказал он, глядя ей прямо в глаза. Джейн попыталась слегка отстраниться, но он не отпустил косу. — Я не собиралась никого подставлять, — ответила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — И не собираюсь. Эймонд чуть наклонил голову, продолжая держать её косу в руке. — Я не знаю, чего от тебя ждать, — произнёс он спокойно. — Ты противоречивая. Я не могу предугадать, что ты сделаешь в следующий момент. Джейн попыталась вырваться, но он крепче сжал пальцы на её косе, не давая отойти. Она посмотрела ему в лицо, в глазах мелькнуло раздражение. — Отпусти, — сказала она. Он ещё несколько секунд смотрел на неё, потом медленно провёл большим пальцем по пряди волос у неё на виске. Только после этого он разжал руку и отпустил косу. — Просто веди себя осмотрительно, — сказал он уже тише. — Хотя бы до тех пор, пока мы не выберемся отсюда. Это всё, о чём я прошу. Джейн сделала шаг назад, поправляя косу. Она повернулась и вышла из комнаты. Эймонд постоял ещё секунду, глядя ей вслед, потом вышел следом.

⟡ · ⊹ · ⟡

Когда они вошли в зал Корен уже завтракал. Он сидел во главе длинного стола, а на его коленях, приобняв его за шею, устроилась Лира в лёгком красном платье. Она лениво ела виноград, время от времени поднося ягоду к губам Корена, и тот время от времени откусывал. Увидев Эймонда и Джейн, Корен слегка кивнул им. — Присаживайтесь, — сказал он, указывая на места по правую руку от себя. Эймонд молча кивнул и сел. Джейн опустилась на стул рядом с ним. На столе уже была еда. Слуги сразу же наполнили их кубки. Корен сделал глоток вина, потом посмотрел на Эймонда. Его рука спокойно лежала на бедре девушки, которая сидела у него на коленях. — Ну что, — начал он без лишних предисловий. — Вхагар всё ещё не появилась? Эймонд отрезал себе кусок хлеба, не глядя на него. — Я её призвал, но отклика не чувствую. — Я так и думал. Мы не можем ждать. У меня в Дорне горит земля, а каждый день промедления даёт моим врагам время укрепиться. Если драконица не откликнется в ближайшее время… — он сделал небольшую паузу, глядя на Эймонда, — То мы будем действовать без неё. Эймонд медленно поднял взгляд. — И как же мы будем действовать? Корен пожал плечом, будто это было не самое страшное, что могло случиться. — У меня достаточно людей. Мы можем ударить по Чёрному Клыку наземными силами. Будет тяжелее, будет больше потерь, но ждать мы не можем. Тайрон Сэнд уже собирает вокруг себя всех недовольных. Если мы дадим ему ещё время — он станет настоящей проблемой. Корен медленно провёл пальцем по краю кубка, глядя на Эймонда. Несколько секунд в зале стояла тяжёлая тишина. Потом он повернулся к девушке, сидевшей у него на коленях, и сказал: — Иди присядь вон туда. Девушка на мгновение задержала на нём взгляд, но возражать не стала. Она грациозно поднялась, поправила платье и пересела на стул чуть поодаль, сохранив спокойное выражение лица. Корен дождался, пока она устроится, и только тогда снова посмотрел на Эймонда. Его голос стал ниже и жёстче. — План с Вхагар пока отклоняется. Мы меняем подход. Он слегка наклонился вперёд, опираясь локтями о стол. — Сегодня ночью мы выступаем на Чёрный Клык. У меня достаточно людей, чтобы взять крепость наземным штурмом. И у меня есть союзники, которые выступят вместе со мной. Корен сделал небольшую паузу, давая словам повиснуть. — Дом Дейн из Звёздопада уже дал мне слово. Лорд Фоулер из Небесного Пика тоже ведёт своих людей. Несколько мелких домов из Красных гор, чьи земли граничат с владениями Тайрона, тоже присоединятся. Они понимают, что если я паду — следующим будет кто-то из них. Так что у нас будет достаточно сил, чтобы ударить сразу с нескольких сторон. Он взял свой кубок, но пить не стал, просто покрутил его в руках. — План простой. Мои люди и союзники подойдут к Чёрному Клыку с трёх направлений. Мы не будем ждать рассвета и не будем давать им времени подготовиться. Удар будет внезапным и жёстким. Корен посмотрел Эймонду прямо в глаза. — Ты можешь попытаться призвать Вхагар ещё раз. Сегодня. Если она откликнется — хорошо. Если нет — мы пойдём без неё. Я не собираюсь откладывать наступление из-за того, что драконица не отвечает на зов. Он откинулся на спинку стула и продолжил уже спокойнее, но всё так же твёрдо: — После Чёрного Клыка мы ударим по Вориану. Там уже будет легче — после падения главной базы сопротивления многие начнут колебаться. Но сначала нужно сломать хребет Тайрону Сэнду. Корен замолчал, давая Эймонду время осознать сказанное. Его любовница сидела тихо, глядя то на одного, то на другого, но не вмешивалась. Он взял кусок вяленого мяса, откусил и медленно прожевал, глядя на Эймонда. Его любовница, сидевшая рядом, лениво взяла виноградину и поднесла её к губам, будто этот разговор её совершенно не касался. Корен запил мясо вином и продолжил: — Мы выступаем с заходом солнца. Эймонд отрезал себе кусок сыра, но есть не стал — просто вертел нож в пальцах. Потом тихо, с лёгкой горечью в голосе произнёс: — Хорошо. У меня всё равно нет выбора. Я связан клятвой. Корен кивнул, будто ожидал именно этих слов. Он взял кубок, сделал глоток и поставил его обратно на стол. — И я рад, что ты это помнишь. Клятва — штука серьёзная. Особенно когда она скреплена кровью и магией. Так что да, Эймонд. У тебя действительно нет выбора. Ты пойдёшь с нами. Эймонд наконец положил кусок сыра в рот и начал жевать, не глядя на Корена. Джейн сидела тихо. Она взяла небольшой кусок хлеба, разломила его на части, но есть почти не стала — просто держала в руке. Корен перевёл взгляд на неё. Его выражение стало чуть мягче. — А как вы себя чувствуете, леди Джейн? — спросил он, отрывая ещё кусок мяса. — После всего, что случилось… Джейн на секунду замерла. Она почувствовала, как Эймонд слегка повернул голову в её сторону. Внутри у неё всё сжалось, но она собралась с силами. Поэтому она спокойно откусила маленький кусочек хлеба, прожевала и ответила: — Я в порядке. Спасибо за беспокойство, принц Корен. Корен посмотрел на неё ещё секунду, будто пытался понять, говорит ли она правду, потом кивнул и откусил от мяса. — Хорошо. Если что-то понадобится — скажите. У нас здесь есть мейстеры… И не только они. Он сделал глоток вина и снова посмотрел на Эймонда. — Значит, решено. Готовься. И попробуй ещё раз позвать драконницу. Чем быстрее она появится, тем лучше для всех нас. Эймонд не ответил. Он лишь взял свой кубок и медленно сделал глоток, глядя куда-то в сторону. Корен обвёл взглядом тарелки и кивнул слуге, который стоял у стены. Тот сразу же начал убирать посуду. Корен вытер руки и посмотрел на Эймонда. — Раз уж мы сегодня ночью выступаем, было бы неплохо немного размять мышцы, — сказал он спокойно. — Потренироваться. У меня здесь есть неплохой тренировочный двор. Что скажешь? Эймонд на секунду задумался, потом кивнул. В его глазах мелькнуло что-то похожее на интерес. — Согласен, с удовольствием. Эймонд явно не против был показать на что способен, особенно перед Кореном и его людьми. Корен слегка улыбнулся и уже собирался встать, когда Эймонд повернулся к Джейн. — Ты можешь остаться и доесть, — сказал он. — А потом иди в покои и отдохни. Сегодня будет долгая ночь. Джейн сразу же покачала головой. — Я тоже пойду, — спокойно ответила Джейн. — Хочу посмотреть на вашу тренировку. И... Мне самой не помешает вспомнить, как держать кинжал в руке. Я слишком давно не тренировалась. Эймонд резко повернул голову и посмотрел на неё. В его единственном глазу мелькнуло явное недовольство, смешанное с беспокойством. — Тебе лучше остаться и отдохнуть, — сказал он. — Не нужно сейчас тратить силы. Джейн встретила его взгляд, но ничего не ответила. Она уже собралась было возразить, когда заговорила Лира. Она отложила виноградину и посмотрела на Эймонда с лёгкой, чуть насмешливой улыбкой. — Неужели ты настолько уверен, что небольшая разминка её доконает? — произнесла она мягко, но с явной иронией. — Женщина, которая пережила дорогу через Дорн, вряд ли сломается от пары упражнений с кинжалом. Эймонд медленно перевёл взгляд на неё. Челюсть у него напряглась, но он сдержался и ничего не сказал. Лира, будто не заметив его реакции, повернулась к Джейн и добавила уже спокойнее: — Я согласна с тобой. Иногда лучше немного подвигаться, чем лежать и думать о том, что будет вечером. К тому же, если уж мы все идём, то почему бы и мне не размять руки? Я, например, тоже давно не держала оружие. Составлю тебе компанию. Она произнесла последние слова с лёгкой улыбкой, но без издёвки — скорее с пониманием. Потом посмотрела на Корена и слегка приподняла бровь, будто спрашивая его мнение. Корен, который до этого молча наблюдал за происходящим, наконец откинулся на спинку стула и тихо хмыкнул. — Значит, решено, — сказал он, поднимаясь. — Все идём. Я прикажу принести оружие. Он поправил одежду и посмотрел на Эймонда, в глазах мелькнула едва заметная усмешка. — Не переживай так за свою жену, Таргариен. Лира, всё ещё с лёгкой улыбкой, тоже встала и обошла стол. Джейн поднялась следом, но Эймонд остался сидеть. Он медленно повернул голову и вперил в неё тяжёлый, пронизывающий взгляд. В нём не было ярости — только сдержанное, плотное недовольство. Джейн замерла, чувствуя, как этот взгляд давит на неё. Она сделала шаг обратно к столу, наклонилась и тихо, но уверенно произнесла: — Я не могу просто сидеть в покоях и ждать. Мне нужно хоть чем-то занять себя, иначе я сойду с ума. Эймонд ещё секунду смотрел на неё молча. Потом тихо, почти сквозь зубы, произнёс: — Я предупреждал. И только. Джейн не отвела взгляд. Вместо этого она протянула руку и осторожно коснулась его ладони, лежавшей на столе. Пальцы легли поверх его пальцев — тепло и настойчиво. — Просто дай побыть рядом, — повторила она. — Не запрещай. Эймонд опустил глаза на её руку. Он молчал, пока пальцы Джейн лежали на его ладони. Потом тихо выдохнул, и в его взгляде что-то чуть смягчилось. Он медленно встал, не убирая руку из-под её пальцев. — У меня шустрая женушка, — с едва заметной горчиной произнёс он. — Ладно, идём. Они вышли из-за стола последними. Корен и Лира уже ждали у дверей. Никто ничего не сказал, когда Эймонд и Джейн поравнялись с ними. Четверо молча покинули зал и направились по коридору в сторону тренировочного двора.

⟡ · ⊹ · ⟡

Они вышли на открытый тренировочный двор. Он был довольно большим — вымощен гладким камнем, по краям стояли стойки с оружием и мишени для стрельбы из лука. В центре двора был небольшой помост для поединка. Корен остановился и огляделся. Он повернулся к слуге, который шёл за ними, и кивнул ему. — Принеси оружие. То, что я велел тебе спрятать. Слуга низко поклонился и быстро ушёл. Пока они ждали, Эймонд медленно прошёлся по двору, разглядывая стойки с оружием. Джейн тоже смотрела по сторонам, привыкая к новому месту. Через несколько минут слуга вернулся. В руках у него был меч в ножнах и два кинжала. Он подошёл к Корену и протянул ему оружие. Корен взял его и повернулся к Эймонду. — Нашёл твои вещи, — сказал он. — Те, что у тебя забрали, когда взяли в плен. Пришлось сильно рисковать, чтобы достать их обратно. Он протянул Эймонду один из кинжалов — тот самый, сделанный из драконьего стекла. Чёрное лезвие слегка поблескивало на солнце. Эймонд молча взял кинжал. Джейн сразу же узнала его. Это был её кинжал — тот самый, который ей дал Криган. Она сделала шаг вперёд, собираясь что-то сказать, но Эймонд быстро убрал его за пояс, под тунику, подальше от чужих глаз. Джейн сжала губы, но промолчала. Вместо этого Эймонд протянул ей другой кинжал — дорнийский, с изогнутым лезвием и удобной рукоятью, обмотанной кожей. Тот самый, с которым они тренировались раньше. — Возьми этот, — сказал он. — Вспомни, чему я тебя учил. Джейн взяла кинжал. Он был чуть тяжелым, и она на секунду нахмурилась, привыкая к весу. Сам он взял свой меч. Эймонд медленно достал его из ножен и несколько раз взмахнул, проверяя баланс и вес. Лезвие тихо засвистело в воздухе. Он сделал ещё пару быстрых движений, будто нащупывая, насколько сильно его тело до сих пор сковано после ран. Удовлетворённый, он убрал меч обратно в ножны, но оставил его при себе. Лишнее оружие, принесённое слугой, он положил на ближайшую стойку, не глядя на него. Эймонд явно собирался драться именно мечом. Для него это было привычное, родное оружие — то, в котором он чувствовал себя уверенно и которым мог по-настоящему показать своё мастерство. Корен тем временем взял себе лёгкое дорнийское копьё с острым наконечником — оружие, которым в Дорне владели особенно хорошо. Он несколько раз крутанул его в руке, будто проверяя. — Можешь взять дорнийский меч или копьё, — сказал он Эймонду. Эймонд покачал головой. — Предпочитаю свой меч. Он меня никогда не подводил. Эймонд сделал несколько шагов в сторону, разминая плечо. Рана на боку всё ещё отдавала — он двигался чуть осторожнее, чем обычно. Он несколько раз сжал и разжал пальцы на руке, держащей кинжал, будто проверяя, насколько сильно его тело до сих пор ограничено после плена и ранений. Корен не стал спорить. Он лишь слегка усмехнулся — Как скажешь, — ответил Корен. Затем он повернулся к женщинам и коротко кивнул в сторону края двора, где под навесом стояли низкие диваны и большие мягкие подушки, разложенные прямо на каменных плитах. — Присядьте, — сказал он. — Там хороший вид. Джейн прошла туда, где уже расположилась Лира. Та с явным удовольствием опустилась на большую подушку, подтянув под себя ноги, и взяла с низкого столика гроздь винограда. Рядом стояли кувшины с вином и водой, а также тарелки со свежими фруктами и сыром. Двое слуг тихо стояли у стены, готовые подойти, если понадобится. Джейн села чуть поодаль — на край низкого дивана, обитого тёмно-красной тканью. Она не стала тянуться к еде, просто сложила руки на коленях и посмотрела на мужчин. Любовница Корена откусила виноградину и, не глядя на Джейн, тихо, но достаточно громко произнесла: — У твоего мужа нет ни единого шанса. Как воин Корен безупречен. И как любовник... Он знает, как обращаться с женщиной и, если честно, я не часто видела, чтобы кто-то выходил против него победителем. Джейн лишь слегка сжала губы и отвела взгляд на Эймонда. В голове мелькнули воспоминания. Она действительно почти не видела его в настоящем бою. Только один раз — когда они ехали по дороге и на них напали разбойники. Тогда Эймонд дрался хорошо, быстро и жёстко, но его ранили. Она помнила, как он двигался, как разил одного из нападавших, но в тот момент всё происходило слишком быстро и суматошно. Она не могла сказать, насколько он силён по-настоящему, когда бой идёт не на жизнь, а на смерть, и когда у него есть время и пространство для манёвра. Корен тем временем взял своё копьё и встал напротив Эймонда. Он сделал несколько круговых движений оружием, разминая запястье. Потом поднял копьё вертикально, коснулся наконечником земли, а затем — своей груди, чуть выше сердца. Это был короткий, но чёткий жест — традиционное дорнское приветствие перед началом поединка или тренировки. Эймонд посмотрел на Корена, потом медленно достал свой меч из ножен. Лезвие тихо зазвенело. Он поднял его перед собой, держа обеими руками, и на секунду замер. Потом опустил остриё вниз, коснувшись им земли, и тоже провёл свободной рукой по груди — короткий, почти небрежный ответ на жест Корена. Корен слегка улыбнулся уголком губ. — Давай посмотрим, на что ты способен, Таргариен. Оба приняли боевую стойку. Корен сделал первый шаг вперёд. Копьё в его руках двигалось легко и уверенно, будто было продолжением его тела. Он не спешил. Просто шёл вперёд, слегка крутя оружие в пальцах, заставляя Эймонда отступать и держать дистанцию. Эймонд держал меч обеими руками, чуть наклонившись вперёд. Его взгляд был сосредоточенным, но в движениях уже чувствовалась осторожность. Он не мог полностью расслабить корпус и двигаться так свободно, как привык. Корен внезапно ускорился. Он сделал короткий выпад, целясь остриём копья в грудь Эймонда. Тот отбил лезвие меча в сторону, и металл с лязгом столкнулся с древком. Корен тут же крутанул копьё и ударил древком сбоку, целясь в ноги. Эймонд отпрыгнул назад, но не успел полностью уйти — древко задел его по бедру. — Ты медленнее, чем я думал, — спокойно сказал Корен, отступая на шаг и снова крутя копьё. Эймонд сильнее сжал рукоять меча и пошёл вперёд сам. Он сделал два быстрых замаха — один сверху, второй сбоку. Корен легко ушёл с линии атаки, используя длину копья. Когда Эймонд попытался сократить дистанцию, Корен резко толкнул древком вперёд, ударив Эймонда в плечо. Удар был точным и сильным. Эймонд пошатнулся, но удержался на ногах. Джейн, сидевшая на краю дивана, невольно подалась вперёд. Она видела, как Корен полностью контролирует бой. Он не просто отражал атаки — он диктовал темп. Каждый его шаг, каждый поворот копья был рассчитан. Эймонд же двигался тяжелее. Он пытался контратаковать, но Корен каждый раз оказывался на полшага впереди. Корен снова пошёл в наступление. Он сделал серию быстрых уколов копьём — слева, справа, снизу. Эймонд отбивал их мечом один за другим, но с каждым движением его лицо становилось всё напряжённее. Особенно когда он резко разворачивался. Он скрипнул зубами, но не остановился. В какой-то момент Эймонд сумел сократить дистанцию. Он сделал быстрый выпад и почти достал Корена мечом. Тот едва успел отбить удар древком и отступить. На мгновение Корен даже улыбнулся — впервые за бой. — Вот это уже лучше, — сказал он. Но преимущество длилось недолго. Корен сделал обманное движение копьём влево, а сам шагнул вправо и ударил древком по руке Эймонда. Удар пришёлся точно по запястью. Эймонд чуть не выронил меч, но успел удержать его. Он отступил, тяжело дыша. Он снова начал кружить вокруг Эймонда, копьё в его руках двигалось непрерывно — то поднимаясь, то опускаясь, то делая короткие круговые движения. Это был не просто бой. Это был настоящий танец, где один партнёр явно вёл, а второй пытался не сбиться с ритма. Эймонд попытался снова атаковать. Он сделал несколько быстрых и точных ударов мечом, пытаясь прорваться сквозь защиту Корена. Тот отбивал атаки с удивительной лёгкостью, используя как наконечник, так и древко копья. Один раз он даже ударил Эймонда древком по плечу так сильно, что тот чуть не упал на одно колено. Эймонд тяжело дышал. Пот стекал по его лицу и шее. Он вытер его тыльной стороной ладони и снова поднял меч. Рана на боку начала ограничивать его движения. Каждый поворот корпуса отдавался неприятным натяжением. Корен заметил это. Он снова пошёл вперёд, уже более агрессивно. Копьё летело то сверху вниз, то сбоку, то делало быстрые колющие движения. Эймонд отбивался изо всех сил, но теперь уже явно защищался больше, чем атаковал. Его меч двигался всё тяжелее, а дыхание стало громче. Корен сделал ещё один быстрый выпад. Эймонд отбил копьё, но не успел среагировать на следующий удар древком, который пришёлся ему прямо в рёбра — туда же, где была рана. Эймонд резко выдохнул и отступил на несколько шагов, прижимая руку к боку. На мгновение он даже закрыл глаза от боли. Когда он снова открыл их во взгляде уже не было прежней сдержанности. В нём вспыхнула ярость — холодная, но очень сильная. Эймонд больше не собирался беречь себя. Он резко выпрямился, игнорируя боль, и пошёл вперёд. Корен, увидев перемену, чуть приподнял бровь, но не успел отреагировать. Эймонд внезапно ускорился. Он сделал два быстрых и тяжёлых удара мечом — один сверху вниз, второй сбоку. Корен отбил первый, но второй пришёлся так сильно, что древко копья дрогнуло в его руках. Эймонд не остановился. Он продолжал давить, каждый удар меча был быстрее и сильнее предыдущего. Теперь он вкладывал в каждый выпад всю оставшуюся силу. Корен отступал. Впервые за весь поединок он потерял инициативу. Эймонд не давал ему передышки. Он кружил вокруг, нанося удары с разных сторон: то снизу, то сверху, то делая резкие выпады. Корен пытался использовать длину копья, но теперь Эймонд был слишком близко. Каждый раз, когда Корен пытался отойти, Эймонд тут же сокращал дистанцию, не давая ему пространства для манёвра. Удар за ударом. Лязг металла о дерево разносился по двору. Эймонд дышал тяжело, но не останавливался. Пот стекал по его лицу. Но он будто не замечал этого. В его движениях появилась та самая опасная решимость, которую Корен раньше не видел. Корен попытался снова взять контроль. Он сделал обманный выпад копьём, а потом резко крутанул его, целясь древком в ноги Эймонда. Но на этот раз Эймонд был готов. Он отпрыгнул, а в следующий момент сделал быстрый выпад мечом прямо в грудь Корена. Тому пришлось резко отклониться назад, чтобы не получить удар. На его лице впервые появилось напряжение. Эймонд не дал ему времени восстановиться. Он продолжил атаку — теперь уже почти не защищаясь. Каждый его удар был направлен на то, чтобы сломить защиту Корена. Меч в его руках двигался с такой скоростью и силой, что Корен уже не успевал полностью отражать атаки. Один из ударов пришёлся по древку копья так сильно, что Корен едва не выронил оружие. В какой-то момент Корен сделал шаг назад, пытаясь снова создать дистанцию. Но Эймонд был уже слишком близко. Он сделал резкий выпад снизу вверх, и меч прошёл мимо копья Корена. В следующую секунду остриё лезвия оказалось у самой шеи принца Дорна. Эймонд тяжело дышал. Его рука, держащая меч, слегка дрожала от напряжения, но лезвие не дрогнуло. Оно остановилось в нескольких сантиметрах от горла Корена. Один неверный шаг — и поединок мог закончиться совсем не так, как планировалось. Корен медленно опустил копьё. Он посмотрел Эймонду прямо в глаза, отчётливо произнёс: — Победа за тобой. Эймонд не сразу убрал меч. Он ещё держал его у шеи Корена, будто не веря, что бой действительно закончился. Потом медленно опустил оружие. Лезвие слегка задрожало в его руке. Корен сделал шаг назад и провёл рукой по шее, будто проверяя, действительно ли там ничего нет. — Ты дрался хорошо, — сказал он спокойно. — Я не ожидал такого напора. — Он слегка улыбнулся. — Но нам стоит повторить, в другой раз. Эймонд убрал меч в ножны. Тело уже начинало сдавать, ноги слегка дрожали. Силы стремительно покидали его. Но внутри, вопреки всему, бурлило что-то горячее и живое. Он давно не дрался по-настоящему. Слишком долго был больным, почти калекой. А сейчас, после этого боя, в нём снова проснулась та самая кровь — не просто воина, а дракона. Кровь, которая требовала движения, опасности и победы. Даже сквозь боль и усталость он чувствовал, как она разливается по венам, горячая. Эймонд медленно выпрямился, стараясь не выдать слабости. Он посмотрел на Корена спокойным, почти холодным взглядом, но уголок его губ слегка приподнялся — не в вежливой улыбке, а в настоящей, пусть и сдержанной, удовлетворённости. — Как скажешь, — ответил Эймонд и улыбнулся своему противнику. Он не стал добавлять ничего лишнего. Не нужно было. Он и так чувствовал — этот бой был хорош. Не просто разминка. Настоящий бой. И пусть тело сейчас дрожит от напряжения и старой раны, внутри всё ещё горело. Кровь всё ещё пела. Корен кивнул, будто принимая его ответ. Потом повернулся к слугам, которые стояли у края двора. — Принесите воды, — сказал он громче. Они быстро принесли воду в глиняных кувшинах и несколько чистых чаш. Корен первым налил себе и сделал несколько больших глотков. Эймонд тоже взял чашу, но пил медленно, будто стараясь отдышаться. Корен вытер губы тыльной стороной ладони и посмотрел в сторону, где сидели женщины. — Идите сюда, — позвал он спокойно. — Ваша очередь, воительницы. Лира первой поднялась с подушек. Она грациозно прошлась по двору и остановилась рядом с принцем, слегка касаясь его руки. Джейн поднялась чуть позже. Она шла медленнее, чувствуя, как внутри нарастает лёгкое напряжение. Давно она не держала кинжал в руках по-настоящему. Сейчас же, глядя на Эймонда и Корена, она вдруг отчётливо поняла, насколько давно не тренировалась. Когда они подошли, Эймонд отдал пустую чашу слугам и посмотрел на Корена. — Я не хочу, чтобы её убили, — сказал он прямо. — Поэтому поединка не будет. Корен слегка усмехнулся и отставил свою чашу. — Это просто тренировка, Эймонд. Никто никого не собирается убивать. Я не настолько жесток, чтобы устраивать настоящие поединки с женщинами на глазах у их мужчин. Эймонд повернулся к Джейн и посмотрел на неё внимательно. — Ты точно уверена? — спросил он. Джейн на секунду задержала взгляд на нём. Она чувствовала, как Эймонд всё ещё тяжело дышит после боя, и как его рука слегка дрожит, хотя он и пытался это скрыть. Но она не стала показывать, что заметила. — Уверена как никогда, — спокойно ответила она. Эймонд кивнул и сделал шаг ближе. — Тогда давай перед поединком повторим основы. Прими стойку. Джейн взяла кинжал, который ей дали раньше, и попыталась вспомнить, как правильно стоять. Она расставила ноги, чуть согнула колени и подняла руку с оружием. Эймонд обошёл её и встал сзади, очень близко. Потом поднял руки и поправил её стойку: одной рукой слегка развернул её плечо, другой — поправил положение локтя. Его грудь почти касалась её спины. Джейн почувствовала тепло его тела. Она старалась не двигаться, но внутри всё напряглось. — Замахнись, — тихо сказал он ей на ухо. Джейн сделала замах и нанесла удар в воздух — резко и довольно неловко. Кинжал рассёк воздух с негромким свистом, но движение получилось слишком резким и неконтролируемым. Эймонд тихо рассмеялся. Это был короткий, низкий смешок, в котором слышалась и насмешка, и что-то похожее на нежность. — Ты не рождена для оружия, — сказал он, всё ещё стоя очень близко. — Это видно сразу. Но постоять за себя надо уметь. Он взял её руку, в которой она держала кинжал, и медленно, но уверенно повёл ею, показывая правильное движение. Его пальцы легли поверх её пальцев. — Не замахивайся так сильно. Движение должно идти от плеча, а не от кисти. И не напрягай руку до конца — иначе потеряешь равновесие. Он несколько раз провёл её рукой в воздухе, показывая правильный угол и силу удара. Джейн чувствовала, как его дыхание касается её виска. Она старалась сосредоточиться на его словах, но присутствие Эймонда так близко мешало думать. Корен и Лира стояли в нескольких шагах и молча наблюдали. Любовница принца слегка улыбалась, глядя на то, как Эймонд учит свою жену. Корен же смотрел более серьёзно, с лёгким интересом. Эймонд ещё несколько секунд держал руку Джейн в своей, поправляя положение пальцев на рукояти кинжала. — Вот так, — сказал он. — Попробуй ещё раз. Джейн сделала глубокий вдох и снова замахнулась. На этот раз движение получилось заметно увереннее. Кинжал рассёк воздух чисто и резко, без лишней суеты. Эймонд, всё ещё стоявший позади неё, слегка кивнул. — Достаточно, бой будет только на кинжалах. Любовница Корена, услышав это, довольно улыбнулась. Она быстро вытащила из-за пояса свой кинжал — лёгкий, с изогнутым лезвием и удобной рукоятью. В глазах у неё загорелся настоящий азарт. — Мне всё равно, каким оружием драться, — сказала она весело, крутя кинжал в пальцах. — Кинжал, меч, копьё... Главное, чтобы было интересно. Корен посмотрел на неё и слегка нахмурился. — Будь мягче, — сказал он спокойно. — Твоя соперница не владела оружием с детства. Не нужно быть слишком жёсткой. Лира уже собиралась что-то ответить, но Джейн опередила её. — Меня лучше не недооценивать, — сказала она твёрдо, глядя прямо на женщину. — Я дочь Севера и меня учили и в детстве некоторым навыкам. Мы умеем постоять за себя. Лира сначала удивлённо подняла бровь, а потом тихо рассмеялась — искренне и с явным удовольствием. — Вот это да... — протянула она. — Мне нравится твоя бойкость, северянка! Корен тоже слегка улыбнулся, но ничего не сказал. Он просто посмотрел на Эймонда и коротко кивнул в сторону края двора. Оба мужчины отошли на несколько шагов, давая женщинам достаточно места для поединка. Эймонд остановился чуть ближе к Джейн, чем Корен, и теперь внимательно следил за происходящим. Лира сделала шаг назад, принимая стойку. Она подняла кинжал перед собой, а потом сделала короткий дорнийский жест начала — коснулась лезвием лба, потом груди и наконец опустила оружие вниз. Движение было быстрым и грациозным. Джейн посмотрела на неё, потом повторила тот же жест, хотя и не так уверенно. Она крепче сжала рукоять кинжала и постаралась принять стойку, свободная рука чуть отведена назад для равновесия. Соперница смотрела на неё с лёгкой улыбкой, но теперь уже без прежнего пренебрежения. В её глазах читался настоящий интерес. — Готова? — спросила Лира. Джейн кивнула. Они стояли друг напротив друга. Лира держалась уверенно и расслабленно, кинжал в её руке двигался легко, будто она просто играла им. Джейн же чувствовала, как сердце стучит быстрее обычного. Она крепче сжала рукоять своего кинжала и постаралась сосредоточиться. Соперница первой сделала шаг вперёд. Она двигалась грациозно, почти не напрягаясь. Джейн сразу поняла, что та не собирается сразу бросаться в атаку. Она просто начала кружить вокруг, слегка водя кинжалом из стороны в сторону, будто проверяя, как Джейн будет реагировать. Джейн отступила на шаг, стараясь держать дистанцию. Она вела бой осторожно, как и учил её Эймонд — не лезла вперёд, не делала резких движений. Только защищалась. Когда соперница сделала первый лёгкий выпад, Джейн быстро подняла кинжал и отбила удар. Звон металла о металл прозвучал коротко и звонко. — Неплохо, — сказала Лира, продолжая двигаться по кругу. — Но ты напряжена. Джейн следила за движениями соперницы, стараясь предугадывать следующий удар. Её рука с кинжалом была чуть приподнята, а свободная поддерживала баланс всего тела. Она чувствовала, как пот выступает на ладонях. Соперница снова сделала выпад — на этот раз чуть быстрее. Джейн успела отбить, но удар пришёлся по её кинжалу с такой силой, что рука слегка дрогнула. Она отступила ещё на шаг. Лира улыбнулась. Ей явно начало надоедать это осторожное кружение. Она ускорилась. Теперь её атаки стали резче и разнообразнее. Она наносила удары то сверху, то сбоку, то делала короткие выпады, заставляя Джейн постоянно отходить и отбивать. Джейн старалась изо всех сил. Она парировала один удар, потом второй, но с каждым разом её движения становились чуть тяжелее. Соперница читала её слишком хорошо. Каждый раз, когда Джейн пыталась сделать хоть что-то похожее на контратаку, Лира уже была готова. Она легко уходила с линии атаки или отбивала кинжал Джейн своим. В какой-то момент соперница резко сократила дистанцию. Джейн едва успела поднять кинжал, и их лезвия скрестились прямо перед её лицом. Они оказались очень близко. Лира смотрела ей прямо в глаза, и в её взгляде была смесь веселья и лёгкого превосходства. — Ты слишком предсказуема, — сказала она. Джейн попыталась вырваться, но соперница толкнула её кинжалом, заставив отступить. Потом сделала ещё один быстрый выпад, целясь в плечо. Джейн успела увернуться, но не полностью — лезвие слегка задело ткань на её рукаве. Сердце Джейн забилось ещё сильнее. Она понимала, что соперница играет с нею. Та не наносила серьёзных ударов, но постоянно держала её в напряжении, будто кошка, играющая с мышью. Каждый раз, когда Джейн пыталась атаковать, любовница Корена уже знала, куда она ударит. Джейн сделала ещё один замах, пытаясь наконец провести свою атаку. Но соперница легко ушла в сторону, а потом резко развернулась и провела кинжалом по воздуху в нескольких сантиметрах от её лица. Джейн инстинктивно отпрянула назад. — Ты много думаешь, — сказала Лира, продолжая кружить вокруг неё. — Это мешает тебе. В бою нужно меньше думать и больше чувствовать. Джейн тяжело дышала. Пот стекал по её спине. Она пыталась вспомнить всё, чему учил её Эймонд, но в голове было слишком много мыслей. Она видела, как Корен и Эймонд стоят в стороне и наблюдают. Особенно сильно она чувствовала взгляд Эймонда. Соперница снова пошла в атаку. На этот раз она двигалась быстрее. Джейн отбивала удары один за другим, но уже не успевала контратаковать. Каждый раз, когда она пыталась нанести ответный удар, Лира либо уходила, либо легко блокировала его. Она играла с Джейн, то давая ей надежду на контратаку, то мгновенно её уничтожая. В какой-то момент соперница сделала обманное движение влево, а сама шагнула вправо и провела кинжалом по руке Джейн — не сильно, но достаточно, чтобы оставить тонкую царапину. Джейн резко втянула воздух, но не остановилась. Соперница снова улыбнулась. — Видишь? — сказала она. — Ты уже начинаешь уставать. А я только разогрелась. Лира снова пошла в наступление. Теперь она уже не играла. Её движения стали быстрее и точнее. Джейн пыталась отбивать удары, но с каждым разом это давалось ей всё тяжелее. Рука с кинжалом начала дрожать от напряжения, а дыхание сбилось. Пот стекал по вискам и шее, рубашка прилипла к спине. Она отступала, стараясь хотя бы не пропустить серьёзный удар, но соперница уже полностью контролировала бой. Каждый раз, когда Джейн пыталась сделать хоть что-то, любовница Корена предугадывала её движение и мгновенно отвечала. Джейн чувствовала, как силы быстро покидают её. Ноги стали тяжёлыми, а в груди начало жечь от частого дыхания. Соперница сделала ещё один быстрый выпад. Джейн успела поднять кинжал, но удар пришёлся по её оружию с такой силой, что она едва не выронила его. Она пошатнулась и отступила на два шага, тяжело дыша. — Уже сдаёшься? — с лёгкой улыбкой спросила любовница Корена. Джейн не ответила. Она просто пыталась снова принять стойку, хотя тело уже плохо слушалось. В этот момент Эймонд сделал шаг вперёд. — Хватит, — сказал он. — Тренировка окончена. Любовница Корена остановилась и посмотрела на него с явным недовольством. — Я только начала, — возразила она, всё ещё держа кинжал в руке. Корен, который до этого молча наблюдал, тоже сделал шаг вперёд и положил руку на плечо своей любовницы. — Достаточно, — произнёс он тихо, но с той властностью, которую не принято оспаривать. Он посмотрел на неё сверху вниз и добавил уже тише, почти у её уха, — Мы ещё успеем с тобой размяться. Позже. Лира на секунду задержала на нём взгляд, потом тихо рассмеялась и убрала кинжал за пояс. Она явно не обиделась — скорее, её это даже позабавило. Корен же посмотрел на Эймонда и коротко кивнул в сторону выхода с тренировочного двора. — Пойдём. У нас ещё дела, — сказал он. Эймонд кивнул, но перед тем, как уйти, ещё раз посмотрел на Джейн. Она всё ещё стояла с кинжалом в руке, тяжело дыша и пытаясь отдышаться. Он ничего не сказал, только коротко кивнул ей, будто давая понять, что она справилась достаточно хорошо. Корен уже повернулся, чтобы уходить, но перед этим добавил: — Вы обе можете отдохнуть и расслабиться. Пока нас нет. Корен и Эймонд ушли с тренировочного двора, их шаги постепенно затихли в коридоре. Джейн всё ещё стояла посреди двора, тяжело дыша и держа кинжал в опущенной руке. Тело ныло от усталости, особенно правая рука и плечо. Лира осталась, наблюдая за Джейн несколько секунд, а потом неторопливо подошла ближе. На её лице уже не было той насмешливой улыбки, с которой она дралась. Теперь в глазах читался интерес. — Ты держалась лучше, чем я ожидала, — сказала она спокойно. Джейн слегка удивлённо посмотрела на неё. Она не ожидала похвалы, особенно после такого боя. Лира кивнула на кинжал в руке Джейн. — Хочешь, я покажу тебе пару приёмов? — спросила она. — Не те, которыми пользуются на Севере. Они больше подходят для нас. Меньше силы — больше хитрости и движения. Джейн на секунду задумалась. Ей было интересно. Она понимала, что её навыки действительно слабы, и если она хочет хоть как-то уметь постоять за себя, то отказываться от помощи глупо. — Хорошо, — ответила она. Женщина улыбнулась с лёгким одобрением. Она достала свой кинжал и встала напротив Джейн. — Первое, что тебе нужно понять — в Дорне мы редко стоим на месте. Мы двигаемся. Постоянно. Даже когда защищаемся. Если будешь стоять как столб — тебя быстро убьют. Лира сделала несколько шагов в сторону, плавно перемещаясь по кругу. — Смотри, когда противник атакует, не пытайся сразу отбить удар. Лучше уйди с линии атаки и сразу же ответь. Вот так. Она показала движение: сделала шаг в сторону, одновременно уводя от предполагаемого удала всё тело, а потом резко нанесла короткий колющий удар снизу вверх. Движение было быстрым и экономным. — Попробуй, — сказала она Джейн. Джейн попыталась повторить. Получилось неуклюже, но Лира не рассмеялась. Она просто подошла и слегка поправила положение её ног и руки. — Колени чуть больше согни. И не напрягай плечо так сильно. Движение должно идти от бедра, а не от руки. Она несколько раз показала ещё один приём — быстрый уход в сторону с одновременным ударом по руке противника. Джейн старалась запомнить. Ей было непривычно двигаться так, как показывала Лира, но она чувствовала, что эти движения действительно могут быть полезнее, чем то, чему пытался научить её Эймонд. Лира смотрела на неё внимательно, иногда поправляя стойку или положение кинжала в руке. — Ты быстро учишься, — заметила она после нескольких попыток. Она сделала паузу, а потом добавила уже тише: — Если хочешь, я могу иногда показывать тебе ещё. Не каждый день, конечно, но когда будет время. В Дорне женщина, которая не умеет постоять за себя, долго не живёт. Особенно если она рядом с таким мужчиной, как твой. Джейн посмотрела на неё, не зная, что ответить. Лира лишь слегка улыбнулась и убрала свой кинжал. — На сегодня хватит. Ты уже едва на ногах стоишь. Потом слегка наклонила голову и сказала: — После такого боя лучше всего — прохладная вода. Пойдём со мной. Джейн вопросительно посмотрела на неё. — Куда? — В прохладные источники, — ответила Лира. — Это приватное место. Только для принца и тех, кого он разрешает туда пускать. Вода там холодная, чистая и целебная. Помогает снять усталость и боль в мышцах. Джейн на секунду задумалась. Ей действительно было тяжело. Тело ныло, особенно руки и спина, а пот стекал по коже, вызывая неприятное ощущение. Отказываться от возможности освежиться и немного прийти в себя было бы глупо. — Хорошо, — согласилась она. — Пойдём. Лира слегка улыбнулась и кивнула в сторону одного из коридоров, ведущих вглубь замка. — Тогда за мной. Они вышли с тренировочного двора и двинулись по длинным каменным коридорам Высоких Башен. Здесь было заметно прохладнее, чем на улице. Стены были украшены мозаикой и лёгкими тканями, которые слегка колыхались от сквозняка. Лира шла уверенно, явно зная дорогу. Джейн шла чуть позади, разглядывая по сторонам.

⟡ · ⊹ · ⟡

Через несколько минут они спустились по небольшой лестнице и оказались в полутёмном помещении, освещённом только несколькими факелами и узкими окнами под потолком. В центре комнаты находился довольно большой естественный бассейн с прозрачной, слегка голубоватой водой. Вода тихо журчала, переливаясь через каменные края. Вокруг источника были разложены мягкие подушки и полотенца, а на небольшой каменной полке стояли кувшины, чаши и несколько чистых полотенец. У дальней стены, в тени, стояли слуги. Увидев вошедших, они низко поклонились, но не приблизились, ожидая приказа. Ещё один слуга, постарше, стоял ближе к бассейну с кувшином холодной воды в руках, готовый в любой момент подойти. Воздух здесь был прохладным и свежим, с лёгким запахом минералов и каких-то трав. — Это одно из самых спокойных мест, — сказала Лира, подходя к краю источника. Она начала расстёгивать верхнюю часть своего платья, явно собираясь войти в воду. — Раздевайся и заходи. Вода прохладная и приятная. Поможет мышцам расслабиться. Джейн стояла в нерешительности несколько секунд, глядя на воду. Ей было непривычно раздеваться в присутствии почти незнакомой женщины, но Лира вела себя спокойно и естественно, будто это было обычным делом. К тому же, желание освежиться и снять усталость перевешивало неловкость. Джейн начала снимать верхнюю одежду, оставшись в тонкой нижней сорочке. Лира уже вошла в воду и тихо вздохнула от прохлады. — Заходи, — позвала она. — Не бойся. Джейн подошла к краю источника, на секунду задержала дыхание и медленно вошла в воду. Холод обдал её кожу, заставив на мгновение перехватить дыхание, но уже через несколько секунд это ощущение сменилось приятной свежестью. Она опустилась по шею и тихо выдохнула. Лира сидела напротив, облокотившись спиной о каменный край бассейна. Она смотрела на Джейн спокойно, без прежней насмешки. — Ну скажи, разве здесь не прекрасно? — спросила она. Лира сидела напротив, облокотившись спиной о каменный край бассейна. Джейн медленно погрузилась в воду по плечи. Холодная, чуть минеральная вода обдала кожу, и она невольно тихо вздохнула. Она закрыла глаза на несколько секунд, позволяя воде смыть усталость с тела. Мышцы, которые ещё недавно горели от напряжения, постепенно расслаблялись. Вода в источнике была прохладной, но не ледяной — такой, что можно было сидеть в ней долго, не замёрзнув. — Тут и правда хорошо... — ответила Джейн с закрытыми глазами. Лира тоже тихо выдохнула, откинув голову назад и закрыв глаза. — Вот это уже лучше, — тихо сказала она. Джейн через некоторое время лениво открыла глаза. Она провела ладонями по поверхности воды, наблюдая, как расходятся лёгкие круги. Впервые за долгое время она почувствовала себя хоть немного живой. Лира открыла глаза и посмотрела на неё. — Расскажи мне о Севере, — попросила она неожиданно. — Я мало что знаю о тех землях... Только то, что там жутко холодно и жесткий нрав у северян. Джейн на секунду задумалась. — Да, — ответила она. — Суровые места. Долгие зимы, короткое лето. И люди там немного грубее, думаю это всё из-за климата... Лира внимательно слушала. Она слегка наклонила голову. — А ты сама скучаешь по Северу? Вопрос был простой, но Джейн на мгновение замерла. Она посмотрела на воду, в которой плавали её руки. В голове вдруг всплыли образы: заснеженные леса вокруг Винтерфелла, холодный ветер, который обжигал лицо, но при этом казался родным. Дворцовые коридоры, где она бегала ребёнком, псарни, где она проводила много времени, запах дыма из кузницы и свежего хлеба из кухни. Воспоминания о тех временах, когда всё было проще. Когда она ещё не знала, кто она на самом деле. Когда не было ни видений, ни крови, ни этой постоянной борьбы за выживание. Она почувствовала, как к горлу подступает комок, а глаза начинают щипать. Джейн быстро опустила взгляд в воду, стараясь скрыть это. Она глубоко вдохнула и медленно выдохнула, заставляя себя успокоиться. Слёзы не должны были пролиться. Она подняла голову и посмотрела на Лиру уже спокойнее. — Кто не скучает по землям, где родился, — сказала она. Она сделала небольшую паузу, а потом сама задала вопрос, который неожиданно пришёл ей в голову: — А ты откуда? Сама из Дорна или из других мест? Лира явно удивилась такому вопросу. Она на секунду замолчала, словно обдумывая, стоит ли отвечать. Потом слегка пожала плечом. — Я из Браавоса, — ответила она. — Приехала в Дорн совсем недавно. Здесь всё... Иначе, чем в Вольных городах. Но мне нравится, здесь я чувствую себя свободнее. В этот момент из-за каменной арки, ведущей в источник, появились двое слуг с подносами. Они тихо поставили на край бассейна кувшин с холодной водой, свежие фрукты и чистые полотенца, а потом так же бесшумно удалились. Вслед за ними в помещение вошла молодая женщина в лёгком песочного цвета платье. Это была Дерия Мартелл. Она не удивилась, увидев здесь Лиру и Джейн. Наоборот, на её лице появилась лёгкая, чуть насмешливая улыбка. — Вот вы где, — сказала она, подходя ближе. — Пропустила всё самое интересное. Говорят, сегодня на тренировочном дворе было настоящее шоу. Жаль, что у меня были свои дела. Она без всякого стеснения начала расстёгивать верх платья и через несколько секунд уже вошла в воду. Дерия расположилась между Лирой и Джейн, явно не собираясь спрашивать разрешения. Лира посмотрела на неё спокойно, но в глазах у неё промелькнуло раздражение. Дерия облокотилась о край бассейна и лениво провела рукой по поверхности воды. — О чём болтали? — спросила она, переводя взгляд с одной на другую. Лира не стала притворяться вежливой. — Говорили, как хорошо было без тебя, — ответила она ровным тоном. Дерия тихо рассмеялась, но в смехе не было веселья. — Ничтожества всегда должны знать своё место, — сказала она, не глядя на Лиру. — Особенно те, кто забывает, откуда пришёл. Напряжение между ними стало почти осязаемым. Лира сжала челюсти, но ничего не ответила. Она лишь отвела взгляд в сторону, явно стараясь держать себя в руках. Джейн смотрела на Дерию и чувствовала, как внутри нарастает неприятное ощущение. Ей не нравилось ни высокомерие Дерии, ни то, как та говорила с Лирой. Она не собиралась сидеть здесь и слушать это дальше. Не говоря ни слова, Джейн медленно поднялась из воды. Холодный воздух сразу ударил по мокрой коже. Она вышла на каменный край, взяла одно из полотенец и начала вытираться. Дерия повернула голову и посмотрела на неё. — Куда это ты торопишься, северянка? — спросила она. В голосе слышалась лёгкая угроза. — Я тебя не отпускала. Джейн на секунду остановилась, но потом продолжила вытирать тело. Она не собиралась подчиняться. — Я плохо себя чувствую, — спокойно ответила она. — Хочу пойти прилечь и отдохнуть. Дерия слегка приподняла бровь. — Садись обратно, — сказала она уже жёстче. — Я только пришла, а ты уже уходишь... Ты что, боишься меня?! Джейн медленно опустила полотенце и повернулась к Дерии. Внутри у неё всё сжалось от злости. Она уже почти остановила саму себя, чтобы не ответить что-то резкое, но не успела сдержаться. — Боюсь? — отчётливо произнесла она. — Я боялась мужчин, которые пытались меня изнасиловать. А тебя... Тебя я просто презираю. Воздух в помещении будто сгустился. Дерия на мгновение замерла, и в её глазах вспыхнуло настоящее негодование. Она уже поддалась вперёд, явно собираясь ответить. В этот момент Лира тоже поднялась из воды. Она не спешила, но в её движениях чувствовалась решительность. Она взяла полотенце, небрежно обернула его вокруг себя и посмотрела на Дерию уже без всякой маски вежливости. — Хватит. Джейн сказала, что плохо себя чувствует, — произнесла она. — И я тоже не собираюсь больше здесь сидеть. Если тебе хочется кого-то унижать — найди себе других собеседников. Дерия медленно повернула голову и посмотрела на Лиру. В её глазах вспыхнуло не просто раздражение, а настоящая злость. Она явно не привыкла, чтобы ей перечили. — Ты забываешь, кто перед тобой, — уже с явной угрозой произнесла она. — Ты всего лишь шлюха... Лира не отвела взгляда. Более того — она даже не моргнула. В её глазах не было ни страха, ни подобострастия — только холодная, спокойная уверенность. — Я отлично помню, кто ты. И кто я. И именно поэтому я не собираюсь молчать, когда ты пытаешься унизить человека, который тебе ничего плохого не сделал, — ответила она. Дерия сжала челюсти, а пальцы её руки, всё ещё находившейся в воде, слегка побелели. Она явно хотела ответить что-то ещё более жёсткое, но Лира уже отвернулась от неё. Она посмотрела на Джейн и коротко кивнула в сторону выхода. — Пойдём, — сказала она спокойно, но уже без всякой мягкости. — Здесь больше нечего делать. Джейн молча кивнула и последовала за ней. Лира шла впереди, держа спину прямо, а Дорея осталась стоять в воде, глядя им вслед с открытой злостью на лице. Двое слуг, стоявшие у стены, сразу же подошли к ним и помогли одеться — тихо и быстро, как будто хотели как можно скорее увести их отсюда. Джейн надела своё платье, Лира — своё. Когда они уже почти вышли из помещения, Дерия, всё ещё сидевшая в воде, громко и чётко произнесла им вслед: — Вы ещё пожалеете об этом. Лира на секунду замедлила шаг, но не обернулась. Она лишь слегка усмехнулась уголком рта и тихо, так, чтобы слышала только Джейн, сказала: — Пусть сначала попробует. Они вышли из прохладных источников и двинулись по коридору. Лира шла рядом с Джейн, и на этот раз молчала. Только через некоторое время она тихо добавила: — Не обращай на неё внимания. Дерия привыкла, что все перед ней стелются. И выходит из себя, когда показывает ей в ответ коготки. Джейн шла рядом с Лирой, всё ещё чувствуя лёгкое напряжение в груди. Ей было неприятно от произошедшего, но в то же время внутри сидело странное, горькое облегчение от того, что Лира вовремя вмешалась. Она прекрасно понимала, что если бы Лира не остановила их, она бы не смогла промолчать. Слова Дерии попали слишком глубоко — особенно фраза про страх. Джейн уже чувствовала, как внутри поднимается что-то тёмное и горячее. Она бы ответила. И ответила бы жёстко. Возможно, даже слишком жёстко. А дальше… дальше всё могло пойти совсем не так, как она хотела. Дерия — не просто заносчивая женщина. Она сестра принца Дорна. Мартеллы влиятельные люди. У неё есть власть, влияние и люди, готовые выполнить любой её приказ. Если бы Джейн позволила себе сорваться по-настоящему, это могло бы закончиться очень плохо. Не только для неё самой, но и для Лиры, которая встала на её сторону. Корен мог бы закрыть глаза на мелкие стычки, но если бы дело дошло до открытого конфликта между его сестрой и его любовницей… Последствия могли быть гораздо серьёзнее. Джейн тихо выдохнула, стараясь успокоить сердцебиение. Она понимала, что в ней всё ещё живёт та самая ярость, которая заставила её однажды приставить нож к горлу Дерии. И эта ярость была опасна. Не только для других, но и для неё самой. В этом месте, в этой крепости, она не могла себе позволить быть просто «северной волчицей». Здесь нужно было быть осторожной. Она искоса посмотрела на Лиру, шедшую рядом, и тихо сказала: — Спасибо, что остановила меня. — Я просто не переношу, когда люди используют своё положение, чтобы унижать других. Устала смотреть, как некоторые люди мнят себя богами только потому, что у них в жилах течёт «правильная» кровь. Это выводит меня из себя! После того, как они вышли из прохладных источников, Лира и Джейн медленно шли по тенистым коридорам Высоких Башен. Воздух здесь был чуть прохладнее, но всё равно тяжёлый и густой. Лира шла чуть впереди, молча, но время от времени бросала на Джейн короткие, оценивающие взгляды. — Пойдём в сад, — сказала она наконец. — Там хоть немного легче дышится. А потом уже решишь, что делать дальше. Джейн не возражала. Ей действительно было плохо — голова слегка кружилась, а тело всё ещё помнило напряжение недавнего поединка и неприятный разговор с Дерией. Они вышли в небольшой внутренний сад, окружённый высокими красными стенами. Здесь росли несколько оливковых деревьев, кусты лаванды и низкие пальмы, отбрасывающие тяжелую тень. В центре журчал небольшой фонтан с прохладной водой. Воздух был наполнен запахом трав и пыльной земли. Несмотря на то, что день уже клонился к вечеру, жара всё ещё стояла плотной стеной. Они сели на каменную скамью под раскидистым оливковым деревом. Почти сразу к ним подошёл слуга — молодой, с гладко зачёсанными волосами и спокойным лицом. — Миледи, — произнёс он, слегка поклонившись. — Хотите ли вы чего-нибудь отведать? Принести вина, воды или фруктов? Джейн медленно покачала головой. Она действительно чувствовала себя плохо. Жара Дорна давила на неё невыносимо — гораздо сильнее, чем она ожидала. Тело ломило, в голове было туманно, а глаза щипало от усталости. — Я правда плохо себя чувствую. Эта жара не по мне. Я бы прилегла. Меня клонит в сон, — ответила она. Лира, сидевшая рядом, повернула голову и внимательно посмотрела на неё. На её лице было спокойное понимание. — Тогда иди, — спокойно сказала она. — Отдыхай. Если что-то понадобится — в любое время можешь ко мне обратиться. Джейн слабо кивнула. Ей было приятно услышать эти слова. Она медленно поднялась со скамьи. — Спасибо, — произнесла она. Лира слегка кивнула и отвернулась, глядя на фонтан. Джейн развернулась и медленно пошла обратно в башню. Ноги были тяжёлыми, а в голове всё ещё шумело. Она хотела только одного — добраться до своей комнаты, лечь и хотя бы на время забыть обо всём.

⟡ · ⊹ · ⟡

Коридоры были почти пустыми. Только изредка попадались слуги, которые низко кланялись и проходили мимо. Джейн шла медленно, опустив голову. Ей казалось, что стены слегка плывут перед глазами. Она уже почти дошла до лестницы, ведущей в их покои, когда из тени одной из ниш, почти неслышно, вышел человек. В длинной тёмной мантии. Капюшон был глубоко надвинут, скрывая большую часть лица. Только острый подбородок и губы были видны. Джейн резко остановилась. Мужчина не двигался. Он просто стоял и смотрел на неё. Даже сквозь тень капюшона было видно, как его тёмные глаза медленно скользят по ней — не просто глядя, а будто проникая под кожу. Джейн невольно отступила на полшага. В груди стало неприятно тесно. Ей вдруг очень захотелось оказаться где угодно, только не здесь — наедине с этим человеком в пустом коридоре. — Не бойтесь, — произнёс он. — Я не причиню вам вреда. Джейн крепче сжала пальцы в кулаки и не сводила с него глаз. — Кто вы? Маг слегка наклонил голову, будто прислушиваясь к чему-то, что слышала только он. — Меня зовут Гарин, — продолжил он. — Я маг принца Корена. Хотел поговорить с вами наедине. Джейн напряглась ещё сильнее. — Что вам нужно? Он сделал полшага вперёд, но остановился, когда увидел, как она снова отступила. На его губах мелькнула тень улыбки. — Не тревожьтесь, — сказал он спокойнее. — Просто... Здесь не лучшее место для такого разговора. Слишком много глаз и ушей. Пойдёмте со мной, в мою башню. Там мы сможем поговорить спокойно. Джейн покачала головой, даже не задумываясь. — Нет, я не пойду. Она не знала, кто он такой на самом деле. Да, он назвал себя магом принца, но что-то в нём вызывало у неё сильное, почти животное недоверие. Словно её тело помнило его, хотя разум отказывался признавать это. Гарин не удивился отказу. Он лишь чуть глубже надвинул капюшон, и его голос стал ниже, почти шёпотом: — Вы видите сны, да? Не просто сны, видения. Вы уже начали это чувствовать. Древняя кровь в вас пробуждается. Она вспомнила Алис Риверс — ту странную, почти безумную женщину, которая когда-то жила в Харренхолле. Вспомнила все те кошмары, которые начали сниться ей. Образы, которые не имели смысла, но оставляли после себя тяжёлый осадок на несколько дней. Тогда она списывала это на усталость, на вино, на всё что угодно. Он сделал ещё один шаг ближе. В голосе звучала странная, тяжёлая убедительность: — Башня недалеко. Там никто не помешает. Джейн смотрела на него, и в груди всё сильнее разрастался холод. Она не помнила, где могла его видеть раньше, но это ощущение — будто они уже встречались — не отпускало. Оно сидело где-то на краю сознания. Но она совсем не понимала что ему от неё нужно. — Я не пойду с вами, — твёрдо повторила она. — Если хотите что-то сказать — говорите здесь. Гарин не двинулся с места. — Если я ошибаюсь, то откуда я знаю про ваши кошмары? Откуда я знаю про всё, что происходит с вами? Джейн сглотнула. Горло вдруг стало сухим. Гарин продолжил, не отводя от неё взгляда: — У вас есть сила. Я могу помочь. Он сделал короткую паузу, а потом добавил уже мягче, почти убеждающе: — Пойдёмте со мной. Там мы сможем поговорить спокойно. Я не причиню вам вреда. Джейн стояла неподвижно. В груди всё ещё было холодно, но теперь к этому чувству добавилось что-то ещё — любопытство. И страх. Страх, что он прав. Что эти видения — не просто сны. Что внутри неё действительно что-то есть, и она больше не может это игнорировать. Она посмотрела на Гарина. Он не торопил её. Просто ждал, стоя в тени, будто был частью этой тени. Джейн медленно, очень медленно кивнула. — Хорошо, — сказала она. — Но если вы солгали… Гарин слегка наклонил голову — жест, похожий на благодарность. — Тогда следуйте за мной, — произнёс он. Он развернулся и медленно пошёл по коридору, не оглядываясь. Джейн ещё секунду постояла на месте, глядя ему вслед. Потом, стиснув зубы, сделала шаг за ним. Они шли по узкому, плохо освещённому коридору в глубине одной из башен Высоких Башен. Здесь было заметно прохладнее, а воздух пах пылью и горячей глиной. Маг шёл впереди, не оглядываясь. Наконец он остановился перед тяжёлой деревянной дверью без каких-либо знаков или ручек. Просто толкнул её ладонью, и дверь открылась. Комната оказалась небольшой, но высокой, с каменными стенами, почти полностью закрытыми деревянными стеллажами. На полках стояли десятки склянок, колб, глиняных сосудов и свёртков с высушенными травами. Некоторые пузырьки светились тусклым внутренним светом — зелёным, синим или красным. В воздухе висел тяжёлый, сладковато-горький запах отваров и благовоний. В углу стоял низкий стол, заваленный свитками и старыми книгами. На стене висел только один предмет — высохшая ветка с красными ягодами, перевязанная чёрной нитью. Гарин жестом указал на низкое кресло у стола. — Присаживайтесь, — сказал он спокойно. Она оглядела комнату, стараясь запомнить каждую деталь. Потом осторожно подошла к креслу и села на самый край, держа спину прямой. Она не сводила глаз с Гарина, наблюдая за каждым его движением. Он подошёл к одному из стеллажей, провёл пальцами по корешкам старых книг и на несколько секунд замер, будто пытаясь вспомнить что-то. — Куда я её дел… — тихо пробормотал он себе под нос. Он перебрал несколько свитков, потом сдвинул в сторону тяжёлый том в кожаном переплёте и наконец вытащил тонкую, но очень старую книгу. Обложка была тёмно-коричневой, почти чёрной, с выцветшими золотыми узорами. Гарин провёл ладонью по ней, будто проверяя, та ли это, и повернулся к Джейн. — Возьмите, — сказал он, протягивая ей книгу. — Это поможет вам понять хотя бы часть того, что происходит. Джейн взяла книгу обеими руками. Она была неожиданно тяжёлой для своего размера. Когда она открыла её, страницы зашелестели сухо и хрупко. Текст был написан на древнем валирийском с примесями какого-то другого языка, который она не узнала. Там были рисунки — странные символы, изображения крови, песка, огня и человеческих фигур с горящими глазами. Джейн медленно листала страницы, но почти ничего не понимала. Она подняла взгляд на Гарина. — Зачем вы дали мне это? — спросила она. — Я… не понимаю. Гарин подошёл к креслу напротив неё и сел. — Леди Джейн, вы видели магию до этого? — спросил он прямо. — Кроме магии Таргариенов, которые имеют глубокую связь с драконами. Но, другую магию. Она повсюду, у разных народов. Джейн на секунду задумалась. Она вспомнила странные обряды, которые творились в пустыне, запах крови и дыма, и то, как иногда в воздухе будто что-то менялось. Но она никогда не пыталась это понять. — В Дорне творились странные дела, — ответила она. — Я видела что-то необъяснимое... Но я не углублялась в это. Гарин тихо, почти беззвучно, усмехнулся. — Ты отбрасываешь то, что уже живёт внутри тебя. Но теперь ты сама стала частью всего этого. И если ты будешь оставаться такой же… Не знающей… То погубишь не только себя. Но и тех, кто рядом с тобой, — сказал он. Он наклонился чуть вперёд. Голос его стал ниже: — Сила, которая в тебе просыпается, не исчезнет, если ты закроешь на неё глаза. Она будет расти. И либо ты научишься ею управлять… Либо она уничтожит всё. Джейн смотрела на него, крепче сжимая книгу в руках. Она медленно провела пальцами по пожелтевшим страницам древней книги. Она пыталась разобрать хотя бы несколько слов, но всё было бесполезно. Буквы были незнакомыми, а язык — совершенно чуждым. Она подняла взгляд на Гарина и сказала: — Эта книга для меня непонятна. Она на других языках. Гарин смотрел на неё спокойно, почти неподвижно. Потом слегка наклонил голову и спросил: — А язык своей матери ты знаешь? Джейн на мгновение замерла. Вопрос был неожиданным. Она медленно покачала головой. — Нет… — ответила она. — Я узнала о своей матери совсем недавно. До этого я почти ничего о ней не знала. Он глубже откинулся в кресле и продолжил смотреть на неё своими тёмными, тяжёлыми глазами. — И что же тебе рассказали о ней? — спросил он. Джейн на секунду задумалась, прежде чем ответить. Она не была уверена, стоит ли вообще говорить об этом с этим человеком. Но что-то в его тоне заставило её продолжить. — Мне сказали, что она была лекарем при Винтерфелле, — тихо произнесла она. — Лечила людей. Помогала мейстерам. Гарин тихо, почти беззвучно, усмехнулся. — Это только часть правды, — сказал он. — А знаешь ли ты, откуда она родом? Джейн посмотрела на него внимательно. — Мне сказали… Что она из Асшая. Мастер крови и теней. Так мне передали. На этот раз Гарин замолчал на несколько долгих секунд. Он просто смотрел на неё, будто взвешивая, насколько далеко можно зайти в этом разговоре. Потом тихо произнёс: — И что ты знаешь про Асшай? Джейн слегка пожала плечом. В её голосе слышалась искренность. — Практически ничего. Только то, что это место далеко на востоке. Гарин медленно кивнул, будто и не ожидал другого ответа. — Асшай — это земля, где магия не прячется, — тихо начал он. — Там есть те, кто может видеть будущее в снах, лечить смертельные раны одной каплей своей крови… И убивать, даже не прикасаясь к человеку. Мастера крови и теней — это не просто лекари. Это те, кто умеет управлять самой жизнью и смертью. Твоя мать была одной из них. А значит… И в тебе течёт та же кровь. Джейн крепче сжала книгу в руках, будто это могло защитить её от его слов. — А есть ли… Способ избавиться от этой силы? — спросила она. — Я не горю желанием обладать чем-то подобным. Гарин посмотрел на неё долго и тяжело. В его глазах не было ни насмешки, ни жалости. Только спокойная, почти безжалостная правда. — Только смерть, — ответил он. — Сила, которая живёт в крови Асшая, не отпускает. Она либо просыпается и подчиняет себе человека… Либо убивает самого носителя. Третьего не дано. Она смотрела на древнюю книгу в своих руках и вдруг почувствовала, что эта вещь стала для неё гораздо тяжелее, чем несколько минут назад. Маг слегка наклонился вперёд и произнёс уже мягче: — Я могу пока помочь тебе с кошмарами. Теми, над которыми ты сейчас не властна. Но если хочешь когда-нибудь взять эту силу под контроль… Я могу помочь и в этом. Решать тебе. Он медленно поднялся с кресла и подошёл к одному из стеллажей. Перебрал несколько склянок, потом достал небольшую тёмную бутылочку, запечатанную воском. Жидкость внутри была густой, почти чёрной, с лёгким зеленоватым отливом. Гарин вернулся и протянул ей сосуд. — Это избавит тебя от видений на некоторое время. Джейн взяла бутылочку в руки. Она смотрела на неё, не зная, стоит ли брать. Часть её хотела отказаться — слишком мало она знала об этом человеке и о том, что именно он ей даёт. Но другая часть… Другая часть была слишком уставшей от бессонных ночей. Она ещё не успела принять решение, когда дверь в комнату резко открылась. На пороге стоял Эймонд. Его единственный глаз сразу остановился на Джейн. На лице отчётливо читалось недоумение, смешанное с чем-то более тёмным. Джейн замерла с бутылочкой в руках. На мгновение она растерялась, но быстро пришла в себя. Не раздумывая, она ловко сунула тёмный сосуд в складки своего платья, между тканью и кожей, где он почти не был заметен. Движение получилось быстрым и незаметным. Эймонд в этот момент уже перевёл взгляд на Гарина, и его внимание полностью переключилось на мага. Он не заметил, как Джейн спрятала эликсир. Гарин, будто ничего не произошло, спокойно произнёс: — Мы случайно наткнулись друг на друга в коридоре. Я узнал, что девушку одолевают кошмары, и предложил помощь. Ничего больше. Эймонд медленно повернул голову обратно к Джейн. Его единственный глаз был холодным и внимательным. — Почему ты мне не сказала об этом утром? — вопрос он адресовал уже только ей. В голосе слышалась явная раздражённость. Джейн опустила взгляд. Она чувствовала, как бутылочка слегка прижимается к боку под платьем. — Я не хотела тебя беспокоить, — ответила она. Эймонд несколько секунд молчал. Потом повернулся к Гарину. Взгляд его стал жёстким. — Держись подальше от моей жены, — сказал он отчётливо. — Если ещё раз увижу тебя рядом с нею без моего ведома — пожалеешь. Гарин слегка наклонил голову, будто принимая предупреждение, но в его глазах не было ни страха, ни покорности. Эймонд обвёл комнату быстрым, оценивающим взглядом — стеллажи с отварами, старые книги, странные предметы на стенах. Потом подошёл к Джейн, взял её за руку и уверенно поднял с кресла. — Пойдём, — коротко сказал он. Джейн не сопротивлялась. Она позволила ему вывести себя из комнаты. Эймонд не отпускал её руку, пока они не вышли в коридор. Только когда дверь за ними закрылась, он наконец замедлил шаг и посмотрел на неё уже спокойнее, но всё ещё с заметным раздражением.

⟡ · ⊹ · ⟡

Он открыл рот, будто хотел что-то добавить, но в последний момент передумал. Просто отвернулся и пошёл вперёд. Джейн молча последовала за ним. Они прошли остаток пути в тишине. Только шаги эхом отдавались от каменных стен. Когда они вошли в свои покои, Эймонд сразу прошёл вглубь комнаты. Он остановился у низкого столика, налил себе вина в кубок, выпил почти залпом и только после этого повернулся к Джейн. — Мне скоро нужно будет со всеми выдвигаться, — твёрдо произнёс он. — А ты тут гуляешь с магами. Что ты у него забыла? — Он сам предложил помощь. Эймонд резко поставил пустой кубок на стол и сел в кресло. Он налил себе ещё вина, но пить не стал. Вместо этого он посмотрел на неё тяжёлым, раздражённым взглядом. — Он сам предложил? — повторил он с явной злостью. — И ты, конечно же, согласилась. Не подумав ни на секунду, что мы находимся на чужой земле, где нас в любой момент могут схватить или убить. Ты вообще понимаешь, где ты находишься? Это не Харренхолл. Здесь мы никто. И ты спокойно идёшь с каким-то магом в его логово. Он откинулся на спинку кресла, но напряжение в плечах не ушло. — С тобой могли сделать всё что угодно, — продолжил он уже тише, но не менее жёстко. — И никто бы даже не узнал. А ты, вместо того чтобы сидеть в покоях, как я тебе говорил, идёшь за ним, как овца. Ты хоть понимаешь, насколько это было глупо? Она почувствовала, как внутри поднимается раздражение, но постаралась говорить спокойно. — Поначалу я не собиралась никуда идти, — сказала она. — Он просто подошёл ко мне в коридоре. Я не хотела, но он был очень настойчив. Эймонд тихо, но злобно рассмеялся. — Настойчив, — повторил он. — И ты, конечно, не смогла отказать. Он посмотрел на неё холодно, почти с презрением. — Иногда я забываю, насколько ты всё ещё наивна, — сказал он. Эймонд замолчал. Он продолжал сидеть в кресле, держа кубок в руке, но уже не делал вид, что пьёт. Его взгляд упал на Джейн и задержался. Он смотрел на неё несколько долгих секунд, будто раздумывал — стоит ли говорить дальше или лучше оставить это при себе. В его единственном глазу мелькало что-то тяжёлое и нерешительное. Он явно не хотел продолжать этот разговор, но в итоге всё же решил. Он тихо выдохнул, поставил кубок на стол и продолжил уже другим тоном — более спокойным, но всё ещё серьёзным: — Оставайся в комнате, — сказал он. — Никуда не выходи. И будь наготове. Если что-то пойдёт не так… Будет весточка. Если меня убьют — ты должна будешь бежать сама. Иначе от тебя избавятся. Ты жена изменника. А если ты ещё и носишь наше дитя… — он посмотрел ей прямо в глаза, — Тебя будут искать особенно тщательно. Джейн стояла неподвижно. Она медленно подняла руку и положила ладонь себе на живот. Пальцы невольно сжались на ткани платья. Она смотрела на Эймонда широко раскрытыми глазами, в которых отражался настоящий шок. — Нет… — выдохнула она. Голос сорвался. — Нет, этого не может быть. Ты… Ты не должен так говорить. Она всё ещё держала руку на животе, будто это могло защитить то, чего, возможно, даже не было. В голове мгновенно всплыли все ночи, проведённые с ним. Все моменты, когда она сама тянулась к нему, забывая обо всём остальном. И теперь эти слова Эймонда звучали как приговор. Эймонд смотрел на неё спокойно, но без всякой жестокости. Просто говорил правду, как он её видел. — Я говорю тебе это, чтобы ты была готова, — произнёс он. — Если что-то пойдёт не так, ты не должна ждать меня. Он помолчал, будто выбирая слова, потом продолжил: — У меня здесь есть свои люди. Не много, но достаточно, чтобы попытаться вытащить тебя, если всё пойдёт к чёрту. Если придёт весточка от меня или от них — делай, как скажут. Я не могу обещать, что они смогут тебя спасти. Но они хотя бы попытаются. А ты… Ты просто должна быть готова бежать в любой момент. Поняла? Джейн медленно опустила руку с живота. Она всё ещё не могла до конца поверить в то, что он только что сказал. Ей стало трудно дышать. Она медленно подняла голову и тихо спросила: — Ты считаешь это гиблым делом? Эймонд посмотрел на неё спокойно, без попыток приукрасить правду. — Я не могу предсказать, выйдем ли мы из этого живыми или нет, — тихо ответил он. — Возможно, меня пленят. Возможно, будут пытать до самой смерти. Я говорю тебе это не для того, чтобы напугать. А чтобы ты была готова к разным вариантам. Чтобы, если что-то пойдёт не так, ты не растерялась. Он откинулся на спинку кресла и провёл ладонью по лицу. — Я снова пробовал позвать Вхагар. Пока никакого отклика. Без неё у нас очень шаткое положение. Мы идём почти вслепую. Он помолчал несколько секунд, потом медленно поднялся с кресла. — Нам нужно отдохнуть, пока есть такое время, — сказал он. — Завтра всё может измениться. Эймонд подошёл к столику, где стоял кувшин с водой. Он начал раздеваться — сначала снял лёгкую дорнийскую тунику и бросил её на стул вместе с оружием. Потом расстегнул и снял штаны, оставшись только в простых льняных брюках. Движения были медленными, но точными. Он налил воды в широкий таз, наклонился и умыл лицо и шею. Вода стекала по его коже, смывая пыль. Джейн молча прошла к столику, где лежала еда, я осторожно отложила полученную у мага книгу. Она посмотрела на мясо, фрукты и хлеб, но даже не потянулась к ним. Есть совсем не хотелось. В голове было слишком много мыслей. Она вспомнила про эликсир, который всё ещё лежал у неё в складках платья. На мгновение ей захотелось рассказать Эймонду о нём. Но она быстро передумала. Он и так был на взводе. Если она сейчас скажет, что взяла что-то от Гарина… Он может сильно разозлиться. Поэтому она решила пока оставить это при себе. Эймонд вытер лицо и шею полотенцем, потом снял дорнийскую обувь и поставил её у кровати. Он лёг на спину, заложив одну руку за голову, и уставился в потолок. Тело его было напряжённым, даже в расслабленной позе. Джейн всё ещё стояла у столика. Она смотрела на него, на свежие царапины на шее и ключице, на уставшее лицо и на то, как тяжело он дышит. Ей хотелось что-то сказать, но слова застревали в горле. Она медленно подошла к кровати. Неуверенно, будто сама не до конца понимала, чего хочет — успокоить его, помочь расслабиться или просто быть рядом. Она постояла несколько секунд, глядя на Эймонда, а потом тихо легла рядом с ним на спину. Они лежали молча. Руки их оказались совсем близко. Джейн посмотрела на его ладонь, на перевязанную рану от клятвы, и медленно протянула руку. Она осторожно взяла его ладонь в свою и сцепила пальцы. Кожа Эймонда была тёплой, а пальцы — чуть напряжёнными. Эймонд не отстранился. Он просто лежал и смотрел в потолок, но его пальцы слегка сжались в ответ. Джейн тихо, почти шёпотом, произнесла: — Если даже будет плохой исход… Я смогу постоять за себя. И за ребёнка, если он там есть. Ты не волнуйся об этом. Лучше думай, как выжить и не попасть в плен. Она смотрела на их сцепленные руки, а не на него. Голос её был спокойным, но в нём слышалась решимость. — Я не хочу, чтобы ты думал обо мне как об обузе. Я не из тех, кто будет сидеть и ждать, когда за меня решат другие. Если что-то пойдёт не так — я справлюсь. Главное, чтобы ты вернулся живым. Эймонд медленно повернул голову и посмотрел на неё. Он сжал её руку чуть сильнее, а потом произнёс: — Ты слишком много берёшь на себя, Джейн. Он закрыл глаз и повернулся к ней всем телом, притягивая её ближе. Его рука осталась в её ладони, а свободной он обнял её за талию, прижимая к себе. Он не сказал больше ничего — просто лежал так, дыша ей в волосы. Джейн не сопротивлялась. Она положила голову ему на грудь и закрыла глаза. В тишине комнаты мысли сами начали всплывать. Она вспомнила, как раньше всё происходило: из-за вина, из-за ревности, из-за того, что обстоятельства толкали их друг к другу. Тогда она могла списать это на опьянение. Могла сказать себе, что это было ошибкой. Но сейчас она была абсолютно трезва. И всё равно её тянуло к нему. Она хотела раствориться в нём, забыть обо всём — о страхе, о войне, о том, что они оба могут не дожить до завтра. В этот момент Эймонд казался ей единственным твёрдым и настоящим в этом хаосе. Словно спасательный маяк посреди бушующего моря. Она медленно приподнялась на локте и посмотрела на него. Эймонд лежал с закрытыми глазами. Джейн наклонилась и осторожно, но уверенно поцеловала его. Эймонд открыл глаз. В его взгляде на мгновение отразилось настоящее удивление. Он явно не ожидал от неё такой инициативы. Джейн почувствовала, как к лицу приливает жар. Ей захотелось отвернуться и спрятаться. Но вместо этого она пересилила себя. Снова наклонилась и поцеловала его — уже глубже, настойчивее, пытаясь увлечь его за собой. На этот раз Эймонд ответил. Его рука скользнула ей за затылок, и он ответил на поцелуй с голодной, почти жадной страстью. Он целовал её так, будто хотел забрать весь воздух из её лёгких. Джейн не успевала даже вздохнуть. Его вторая рука уже спустилась ниже, расстёгивая завязки на её платье. Джейн не сопротивлялась. Наоборот — она сама помогала ему, приподнимаясь, чтобы ткань легче сползала с плеч. Эймонд внезапно взял её обе руки в одну свою ладонь и приподнял их над головой, прижимая к подушке. Он оторвался от её губ и посмотрел на неё сверху вниз. — Ты уверена, что хочешь именно этого? — спросил он. Голос был низким и хриплым. — Это происходит по твоей инициативе. Потом не обижайся на меня, если пожалеешь. Джейн смотрела на него снизу вверх, тяжело дыша. Её губы были припухшими от поцелуев, а в глазах плескалась смесь упрямства и желания. Она слегка прищурилась и отчётливо произнесла: — Ты придурок… И сбиваешь весь настрой. Эймонд на секунду замер, а потом тихо, низко рассмеялся — коротко и хрипло. В его единственном глазу мелькнул хищный настрой. Эймонд не стал отвечать на её слова. Он просто наклонился и снова поцеловал её — медленно, глубоко, без той прежней спешки. Его губы двигались по её губам мягко, но уверенно, будто он хотел запомнить их вкус. Джейн ответила не сразу — сначала просто лежала, позволяя ему целовать себя, а потом сама потянулась навстречу, обхватывая его шею высвобожденной из его хватки рукой. Его ладонь скользнула по её боку, спускаясь ниже, и пальцы легко стянули остатки платья вниз. Ткань бесшумно соскользнула с её тела и осталась лежать где-то у края кровати. Эймонд оторвался от её губ и посмотрел на неё сверху вниз. Вместе с платьем на пол тихо упала небольшая тёмная бутылочка. Она пала на ткань и затерялась в складках платья, оставшись почти незаметной. Эймонд был слишком поглощён ею. Его губы уже двигались по её шее и ключице. Дыхание стало тяжёлым, движения — более настойчивыми и голодными. Всё его внимание было сосредоточено только на Джейн — на том, как она дышит, как прижимается к нему, как её пальцы скользят по его спине. Джейн почувствовала, как эликсир упал вместе с платьем, она просто закрыла глаза и сильнее обхватила мужа, стараясь не думать об этом. Он не спешил. Сначала он просто смотрел на неё — на кожу, на лёгкие следы, которые оставил на ней за эти дни, на то, как она дышит под ним. Потом наклонился и поцеловал её в шею — медленно, почти благоговейно. Джейн закрыла глаза и тихонько выдохнула. Его губы двигались ниже — к ключице, к ложбинке между грудей, потом к самому центру груди. Каждый поцелуй был долгим, тёплым, будто он хотел оставить на ней свою метку. Джейн провела пальцами по его волосам, когда он поцеловал кожу чуть ниже груди. Её дыхание стало чаще. Она чувствовала, как внутри неё разгорается тепло — не резкое, а глубокое, разливающееся по всему телу. Эймонд поднял голову и снова посмотрел на неё. На этот раз в его взгляде уже не было спокойствия. Он наклонился и поцеловал её в губы — жёстче, глубже, почти требовательно. Джейн ответила с той же силой, её пальцы скользнули по его спине и впились в кожу. Поцелуи быстро стали жадными и неосторожными. Эймонд накрыл её своим телом, прижимая к кровати всей тяжестью. Одной рукой он удерживал себя над ней, а второй медленно провёл по её боку, спускаясь к талии, потом выше — к груди. Его ладонь обхватила её, большой палец медленно провёл по соску, и Джейн тихо застонала ему в рот. Эймонд оторвался от её губ и опустил голову, проводя губами по её шее, затем ниже — к ключице и верхней части груди. Его рука продолжала ласкать её: он мял её грудь, потом скользнул ладонью вниз по животу, обхватил бедро и крепко сжал, притягивая её ближе к себе. Джейн обхватила его бёдрами, и Эймонд тихо, хрипло выдохнул ей в шею, когда почувствовал, как сильно она прижимается к нему. Его рука снова скользнула между их телами. На этот раз он не просто коснулся — он медленно провёл пальцами по самому чувствительному месту, разводя её влажные складки, и когда один палец легко вошёл в неё, Джейн резко вдохнула и прикусила губу. Эймонд вошёл в неё одним глубоким, уверенным движением. Джейн выгнулась под ним, обхватывая его сильнее. Несколько секунд они просто лежали так — соединённые, тяжело дыша друг другу в губы. Потом Эймонд начал двигаться. Каждый толчок был размеренным, будто он хотел растянуть это ощущение как можно дольше. Джейн держалась за его плечи, её ногти оставляли красные следы на коже. Она смотрела ему в лицо — на то, как напряглись его черты, как он пытается держать себя в руках. Но контроль быстро начал ускользать. Эймонд опустил голову к её шее и прикусил кожу — не сильно, но достаточно, чтобы Джейн тихо вскрикнула. Его движения стали быстрее, жёстче. Он уже не целовал её — он почти кусал, дышал ей в ухо. Джейн отвечала ему тем же — она цеплялась за него, притягивала ближе, двигалась навстречу, не давая ему замедлиться. В комнате было слышно только их дыхание, тихие стоны и шорох простыней. Жара между их телами стала почти невыносимой, но ни один из них не хотел останавливаться. Эймонд вдруг резко приподнялся на руках и посмотрел на неё сверху. В его глазах плескалась настоящая буря. Он взял её за запястья и прижал их к кровати над головой одной рукой, а второй обхватил её бедро, приподнимая выше. Следующий толчок получился особенно глубоким. Джейн выгнулась и тихо застонала, не в силах сдержаться. — Смотри на меня, — хрипло произнёс он. Джейн открыла глаза. Их взгляды встретились. Эймонд начал двигаться уже без всякого контроля. Он целовал её так, будто хотел забрать всё, что она могла ему дать. Джейн отвечала ему с той же отчаянной страстью. Она обхватила его ногами крепче, прижимая к себе, и двигалась вместе с ним, не давая ни секунды передышки. Всё смешалось: боль от старых ран, страх перед завтрашним днём, нежность, которую они оба боялись признать, и эта дикая, почти животная потребность быть ближе друг к другу. Они целовались, кусались, цеплялись друг за друга, будто боялись, что если отпустят — всё исчезнет. Когда оргазм накрыл Джейн, она выгнулась под ним и тихо, протяжно застонала, впившись ногтями ему в спину. Эймонд не остановился. Он продолжал двигаться ещё несколько секунд, пока сам не сорвался — с низким, хриплым стоном, прижимаясь к ней всем телом. Они лежали неподвижно, тяжело дыша. Эймонд всё ещё был внутри неё. Его лоб касался её виска. Джейн чувствовала, как его сердце бьётся — быстро, сильно, прямо у неё на груди. Потом Эймонд медленно, вышел из неё и лёг рядом, притягивая её к себе. Он обнял её сзади, прижимаясь грудью к её спине, и уткнулся лицом в её волосы. Его рука легла ей на живот — там, где она раньше сама держала ладонь. Джейн закрыла глаза. Тело всё ещё слегка дрожало. Она чувствовала себя одновременно опустошённой и наполненной до краёв. Слёзы, которые она сдерживала весь день, вдруг подступили к глазам, но она не дала им пролиться. Просто прижалась ближе к Эймонду и тихо выдохнула. Эймонд поцеловал её в плечо. Не сказал ничего. Просто лежал так, тяжело дыша ей в волосы, и крепко держал в объятиях.

⟡ · ⊹ · ⟡

† Эймонд Таргариен † Джейн заснула неожиданно быстро. Ещё несколько минут назад она лежала рядом, тяжело дыша, с горячей кожей и спутанными волосами, а теперь её тело обмякло в его руках. Дыхание стало ровным и глубоким. Она уткнулась лицом ему в грудь и полностью расслабилась, будто все силы внезапно покинули её. Он лежал на спине, обнимая её одной рукой, и смотрел в потолок. Комната была погружена в полумрак — только слабый лунный свет пробивался сквозь щели в ставнях. Где-то далеко в городе доносились редкие голоса и цокот копыт, но здесь, в их покоях, было тихо. Он медленно опустил взгляд на неё. Джейн спала крепко. Её ресницы отбрасывали тени на щёки, губы были слегка приоткрыты, а одна рука лежала у него на груди. Эймонд осторожно провёл пальцами по её волосам, вдыхая их запах. Он запоминал её такой. Запоминал, как она выглядит, когда спит без снов. Запоминал тепло её тела, прижатого к нему. Запоминал, как её пальцы иногда дёргались во сне, будто даже во сне она не могла полностью расслабиться. Запоминал всё — до мельчайших деталей. Потому что где-то глубоко внутри него уже поселилось тяжёлое, холодное предчувствие. Они больше не встретятся. Он не знал, откуда взялась эта уверенность. Она не была похожа на обычные мысли. Это было что-то более глубокое — словно часть его существа уже приняла это как факт. Будто где-то впереди уже стояла стена, за которой его ждало что-то, от чего не было возврата. Эймонд закрыл глаз и прижался губами к её волосам. Он не хотел вставать. Не хотел выходить из этой комнаты. Не хотел оставлять её здесь, в этом проклятом Дорне, где всё было чужим и опасным. Но он знал — если он останется лежать ещё хоть немного, то уже не сможет уйти. Он высвободил руку из-под её головы. Джейн тихо вздохнула во сне, но не проснулась. Эймонд осторожно подложил под её голову подушку и поправил простыню, прикрывая её тело. Она тут же обхватила подушку обеими руками и прижалась к ней лицом, будто даже во сне искала что-то тёплое и живое. Эймонд ещё несколько секунд смотрел на неё. Потом тихо, почти беззвучно встал с кровати. Он прошёл к тазу с водой, который стоял у стены. Вода уже успела остыть, но он всё равно наклонился и умылся — сначала лицо, потом шею, потом грудь и руки. Он тщательно смывал с себя следы этой ночи. Запах её кожи. Когда он закончил, он вытерся полотенцем и повернулся к свёртку, который лежал на стуле у дальней стены. Это была его одежда. Та, в которой он прилетел в Дорн. Чёрная кожаная куртка с серебряной вышивкой дракона на груди, тёмные штаны, высокие сапоги и тяжёлый чёрный плащ с красной подкладкой. Всё было подшито и почищено — кто-то постарался, чтобы одежда снова сидела как надо. Рядом лежал его меч в ножнах и кинжал. Эймонд оделся. Он надел сначала штаны, потом рубаху, потом куртку. Застегнул ремни, поправил наплечники. Когда он надел плащ, что-то внутри него щёлкнуло. Будто он снова стал собой. Не тем человеком, который последние дни пытался уживаться в чужой земле, а именно Эймондом Таргариеном. Тем, кто прилетел сюда за братом. Тем, кто был готов сжигать и убивать. Он подошёл к столику, налил себе воды из кувшина и выпил залпом. Потом взял кусок хлеба и откусил, почти не чувствуя вкуса. Он ел наспех, не потому что хотел есть, а потому что понимал — ему понадобятся силы. Рядом на столе он заметил потрепанную книгу, но не уделил этому особого внимания. Он вышел на балкон. Ночь стояла глубокая и тёмная. Луна почти не светила — только узкий серп висел низко над горизонтом. Город под башней спал. Редкие огни горели в окнах, где-то далеко доносилась собачий лай. Эймонд встал у самой балюстрады и положил руки на тёплый камень. Он смотрел вниз — на крыши, на узкие улочки, на патрули у ворот. Всё это было чужим. И всё это могло стать его могилой. Он снова попробовал позвать Вхагар. Закрыл глаз, сосредоточился, послал ей мысленный зов — тот самый, который она всегда слышала, даже за сотни лиг. Но ответа не было. Только пустота. Эймонд тихо выругался. Без Вхагар они были слишком уязвимы. Слишком слабы. Но выбора не было. Он стоял на балконе ещё несколько минут, глядя на город. Мысли теснились в голове. О брате, который лежал обожжённый и едва живой. О Корене, который убил собственного брата и теперь требовал от него клятвы. О Дерии, которая хотела его тела и власти. О Ларисе, который прислал письмо. И о Джейн. Особенно о Джейн. Он не знал, что с ней будет, если его убьют. Корен обещал защиту, но обещания в этой войне ничего не стоили. Если его не станет, Джейн останется здесь одна — северянка, жена человека, который предал Дорн. Её либо убьют, либо продадут, либо сделают чем-то ещё хуже. А если она действительно носит ребёнка… Эймонд сжал челюсти. Эта мысль была слишком тяжёлой, чтобы держать её в голове долго. В дверь тихо постучали. Время вышло. Эймонд ещё секунду постоял на балконе, глядя на город, потом развернулся и вошёл обратно в комнату. Он прошёл к кровати и остановился рядом с Джейн. Она всё ещё крепко спала, обхватив подушку. Волосы разметались по подушке, одна прядь упала ей на лицо. Эймонд осторожно убрал её за ухо. Его пальцы задержались на её щеке — совсем чуть-чуть, почти невесомо. Кожа была тёплой и мягкой. Он постоял так ещё несколько секунд, глядя на неё. Потом наклонился и поцеловал её в макушку — долго, не торопясь. Потом выпрямился и сделал шаг назад. С пояса он снял кинжал с драконьим стеклом — тот самый, который когда-то принадлежал ей. Тот, который он забрал. Эймонд положил его на подушку рядом с её рукой. Лезвие тихо звякнуло о дерево. Он смотрел на него несколько секунд. Пророчество. Всё это было слишком запутанным, но одно он знал точно — этот кинжал принадлежал ей. И пусть лучше он будет рядом с ней, чем с ним. Эймонд ещё раз посмотрел на Джейн. На её лицо. На то, как она спит. На то, как её грудь медленно поднимается и опускается. Потом он отвернулся, взял свой меч и вышел из комнаты, тихо закрыв за собой дверь.

⟡ · ⊹ · ⟡

Эймонд тихо закрыл за собой дверь и несколько секунд постоял в коридоре, давая глазам привыкнуть к полумраку. В крепости стояла глубокая ночь. Длинные каменные коридоры были почти полностью погружены во тьму, и только редкие факелы, воткнутые в железные держатели на стенах, давали слабый, дрожащий свет. Большинство обитателей Высоких Башен уже спали, и в коридорах не было ни души. Эймонд поправил плащ на плече и медленно пошёл вперёд. Ему нужно было увидеть Эйгона. Покои, где лежал его брат, находились в одной из самых тихих башен . Здесь почти не было стражи — только два стражника у дальней двери да лекарь, который почти не отходил от постели. Когда он подошёл к нужной двери, стражники молча поклонились и посторонились. Эймонд толкнул тяжёлую дверь и вошёл. В комнате было темно и душно. Ставни были плотно закрыты, горела только одна маленькая лампа на столике у стены. Воздух стоял тяжёлый, пропитанный запахом трав, мази и болезни. На широкой кровати, почти полностью утонув в подушках и простынях, лежал Эйгон. Он был бледен, почти сер. Глаза запали, на лбу блестел пот. Дыхание было частым и неглубоким. Одна рука лежала поверх одеяла — тонкая, с выступающими венами. Вторая рука была забинтована и неподвижно покоилась на груди. Даже во сне на его лице застыло выражение боли. Эймонд медленно подошёл к кровати и остановился у изголовья. Эйгон был слишком слаб, чтобы заметить присутствие кого-то ещё в комнате. Эймонд выдохнул и опустился на стул, стоявший рядом с кроватью. Он смотрел на лицо брата — измождённое, почти неузнаваемое. Тот самый Эйгон, который когда-то был полон сил и безрассудной храбрости, теперь лежал здесь, едва дыша. «Если я умру… — подумал Эймонд. — То хотя бы смогу попрощаться с ним сейчас.» Он не знал, вернётся ли живым из следующего боя. Не знал, что ждёт его у Чёрного Клыка и дальше. В комнате послышался лёгкий шорох. Из тени у дальней стены стоял мейстер. Он держал в руках небольшой глиняный сосуд с мазью и, увидев Эймонда, слегка поклонился. Эймонд спросил, не отрывая взгляда от Эйгона: — Как он? Мейстер подошёл ближе и поставил сосуд на столик у кровати. Он посмотрел на Эйгона, потом перевёл взгляд на Эймонда. — Пока всё так же, милорд, — спокойно ответил он. — Силы на исходе, но организм ещё держится. Нужно время. Эймонд молча кивнул. Время, которого нет. Он ещё несколько минут посидел у постели брата, глядя на его бледное, измождённое лицо. Рука Эйгона чуть дёрнулась во сне, но он так и не открыл глаза. Эймонд встал ещё раз посмотрел на брата, потом развернулся и вышел из комнаты. Дверь тихо закрылась за ним. Он уже собирался идти дальше, когда из тени одной из ниш мягко, почти бесшумно, вышла фигура. Дерия была одета в тёмное платье, почти сливающееся со стенами, и смотрела на него с лёгкой, хищной улыбкой. В её руках был небольшой свёрток. Эймонд остановился. Он холодно и резко спросил: — Что ты тут забыла? Дерия сделала шаг ближе, не обращая внимания на его тон. Она всё так же улыбалась, хотя в глазах читалась настороженность. — Я пришла помочь тебе, — спокойно ответила она. — Если ты решишь уйти прямо сейчас — я могу помочь тебе выбраться. Даже с твоей женой. Здесь карта и ключ от одной из потайных дверей в восточной стене. Ты сможешь покинуть крепость незаметно. Она протянула ему свёрток, держа его обеими руками. — Но за плату, о которой мы договаривались раньше, — добавила она уже тише. — Я не собираюсь делать это за просто так. Эймонд не взял свёрток. Он продолжал смотреть на неё . — Я не собираюсь никуда бежать, — произнёс он. — И не собираюсь заключать с тобой никаких сделок. И не пойду против клятвы. Дерия на мгновение замерла. Улыбка медленно сползла с её лица. Она смотрела на него несколько секунд, будто не веря своим ушам. — Клятвы? — переспросила она. — Ты… Дал клятву моему брату? Эймонд не ответил. Он и так уже сказал больше, чем хотел. Дерия медленно опустила руку со свёртком. В её глазах отразилось настоящее потрясение, а потом — что-то похожее на жалость. Настоящую, без насмешки. — Тогда ты уже мёртвый, — сказала она. — Ты сам себя приговорил. Корен не отпустит тебя живым. Даже если ты выполнишь всё, что он хочет. Клятва крови и песка не отпускает. Ты это знаешь? Эймонд не стал спорить. Он уже всё это понимал. Дерия сделала ещё шаг ближе. — Я могу позаботиться о твоей жене, — сказала она. Эймонд шагнул вперёд, схватил Дерию за шею и прижал к стене. Его пальцы сжались достаточно сильно, чтобы она почувствовала, как трудно стало дышать. Дерия не сопротивлялась. Она просто смотрела ему в глаза. — Если с ней хоть что-то случится, — отчётливо произнёс он, — Я из седьмого пекла сам тебя достану. Ты меня поняла? Дерия не моргнула. Она просто слабо кивнула, насколько это было возможно при его хватке. Эймонд ещё несколько секунд держал её, глядя прямо в глаза, потом разжал пальцы и отступил. Дерия тихо вдохнула, но не стала отходить. Она просто смотрела на него уже без всякой насмешки. — Ты действительно любишь её, — сказала она. — Жаль, что ты так поздно это понял. Эймонд не ответил. Он развернулся и пошёл дальше по коридору, не оглядываясь. Когда он вышел на улицу у главных ворот уже ждали люди. Несколько всадников в лёгких доспехах, несколько пеших воинов и сам Корен Мартелл. Принц Дорна стоял у большого гнедого жеребца и разговаривал с кем-то из своих людей. Увидев Эймонда, он повернулся и слегка кивнул ему. — Ты вовремя, — сказал Корен спокойно. Эймонд остановился напротив него. Он подошёл к своему коню — чёрному жеребцу, которого ему уже оседлали — и проверил подпругу. Потом одним движением влез в седло и взял поводья. Корен тоже сел на своего коня. Он посмотрел на Эймонда ещё раз и произнёс: — Поехали. Время пришло.

༺ ⚔ ༻