Зеленый огонь и золотые стрелки

С наступлением весны внутренний двор расцвёл, деревья покрылись светлой зеленью, а ученики будто ожили вместе с природой. На каждом шагу слышались разговоры о приближающихся экзаменах и конечно же о квиддиче. Матч между Гриффиндором и Слизерином обсуждали повсюду, в гостиных, на лестницах, даже в библиотеке. Напряжение висело в воздухе, как перед грозой. Гермиона сидела на трибуне, сжимая в руках шарф Гриффиндора. Она почти не следила за счётом, её взгляд снова и снова возвращался к полю. И к Макгонагалл. Минерва летала так, будто родилась на метле. Резкая, точная, с идеальным чувством пространства. Она не просто играла, она будто жила в воздухе, и это поражало. Неужели это та самая профессор Макгонагалл? Молодая, дерзкая, с горящими глазами и улыбкой, которую Гермиона никогда не видела в своём времени. Она шла в атаку, уходила от бладжеров, отдавая пас в последний момент и трибуны взрывались криками. Гриффиндор играл отчаянно и слаженно. Когда ловец наконец поймал снитч, стадион оглушило ликование. Гриффиндор победил. Гермиона вскочила вместе со всеми, аплодируя и радуясь победе за свой факультет. Она посмотрела на унылые лица слизеренцев заметив одну деталь. Тома Реддла среди них не было. Ясно же, что он не лобитель квиддича, другое дело если бы здесь проводилась дуэль или рассказывали о запретных заклинаниях и темной магии. Тогда он был бы в первых рядах, но на игре кажется его не было вовсе.  – Ты видел как по нему ударил бладжер? Он чудом не слетел с метлы. После квиддича все шли по коридору разбредаясь кто куда продолжая при этом обсуждать игру. Гермиона шла в толпе, но в разговорах не участвовала. Она чувствовала себя странно. Непонятное чувство тревоги не давало ей расслабиться. Внезапно разговоры прервались, все уставились на стену исписанную чем-то красным.  – Тайная комната открыта, грязнокровки трепещите – прочитал один из учеников.  – Что ещё за тайная комната? – спросил другой. – Да это наверняка проделки Слизерина, не могут принять поражение достойно – сказал третий. Гермиона побледнела. Нет. Это не должно было начаться сейчас. Ещё слишком рано. Как так?  – Расступитесь – вперед вышли преподаватели – Кто это сделал?  – Если это чья-то глупая шутка, то это не смешно. – Позовите директора Диппета.  – Миртл – прошептала она и побежала в сторону женского туалета.  Женский туалет встретил её эхом капающей воды и глухими рыданиями. Миртл сидела в кабинке, свернувшись, словно хотела исчезнуть. Гермиона облегчено выдохнула. Она жива. Пока что. – Миртл, нужно уходить. – Уходи – завыла она шмыгнув носом.  – Нет времени объяснять, просто пойдем Миртл, ну же – Гермиона старалась говорить спокойно, но голос её выдавал. – Отвали от меня! – взорвалась та – Что ты прицепилась ко мне?! Таскаешься за мной всё время, будто тебе есть до меня дело! Убирайся! Миртл громко хлопнула дверью закрывшись изнутри. Внезапно раздался звук отодвигающейся стены и по спине Гермионы пробежал холод. Она не могла пошевелится, тело будто окаменело. Понимая, что сейчас произойдет, Гермиона медленно повернулась. Из глубины трубы показалось что-то огромное. Чешуя скользнула по камню, и воздух будто стал тяжелее. Она зажмурилась изо всех сил на миг перестав дышать. Страх сковал все тело. Главное не смотреть, не видеть этих огромных желтых глаз которые когда-то превратили её тело в камень. Тогда с ней было зеркало благодаря которому она не умерла, а всего лишь окаменела.   – Что там ещё?! – крикнула Миртл и дверь её кабинки распахнулась.  – Миртл, нет! Не смотри на него! – закричала Гермиона, но было уже поздно. Через секунду на пол упало мертвое тело Миртл. Оставаясь все также с закрытыми глазами, Гермиона будто видела все наяву.  Она стояла, дрожа, с закрытыми глазами. Слёзы текли по щекам, дыхание сбилось. Она опоздала. Она должна была её спасти, но не смогла. А Василиск все также продолжал находится с ней в одном помещении в ожидании когда же девушка откроет глаза.  – Так-так-так – раздался знакомый спокойный голос – Какая интересная картина.  Раздалось змеиное шипение и Гермиона услышала, как что-то тяжёлое уходит, скользя по камню. Реддл приказал Василиску спускаться обратно в тайную комнату. Наступила тишина. – Ну же, открой глазки, Гермиона. Посмотри на меня. Она открыла глаза. На полу лежала Миртл, неподвижная, с пустым, застывшим взглядом. А напротив стоял Том Реддл. Слишком близко. Его лицо было абсолютно спокойным. Так будто бы не чего не произошло, будто все так как должно быть. В руках у него был его дневник, тот самый который стал его первым крестражем.  – Какая жалость – сказал он и аккуратно стер слезу с её щеки.  Теперь она видела его настоящее лицо. Нет, он по прежнему оставался таким как был. Молодым, привлекательным в конце концов. Но она видела перед собой лишь змеиные ноздри и уродское лицо которое ждет его в будущем.  – Империо.  Мир вокруг потерял чёткость. Последнее, что она почувствовала, как его рука сжимает её запястье, утаскивая вниз, вслед за Василиском. Том Реддл потащил её в тайную комнату.