кошмары

Уилла постоянно мучали кошмары. будь то вина Векны, или же всего того, что свалилось на его плечи в таком юном возрасте, итог один - Уилл боится спать в одиночестве. в подвале дома Уиллеров было комфортно ровно до того момента, пока в нём не выключался свет, а Джонатан не прокрадывался наверх в комнату Ненси, оставляя Уилла один на один с тенями в углах и скрипящей мебелью. некоторое время он справлялся со страхом, но когда однажды тот с криками вскочил посреди ночи, поставив на уши весь дом Уиллеров, все поняли, что с этим нужно что-то делать. Джойс каждый раз заботливо предлагала полежать с ним пока он не уснёт, но Уилл робко отказывал, постоянно надеясь на собственную выдержку. и, конечно же, из раза в раз вновь просыпался в холодном поту от очередного кошмара. в ту ночь Майк не спал. тот засиделся за комиксами и, совсем потеряв счёт времени, опомнился только когда на часах было около двух. -чёрт… -выругался Уиллер себе под нос, захлопнув тонкий мягкий переплёт, и спрыгнул со своей кровати. тот, измученный жаждой от пяти-часового марафона чтения, тихо спустился вниз по лестнице и шагнул в кухню, намереваясь налить себе воды, но вдруг услышал глухой вскрик где-то в глубине дома. парень застыл на месте, толком не поняв источник звука, и тут он раздался вновь. «Уилл.», -тут же пронеслось в голове Майка и тот сразу поменял свой маршрут, зашагав к подвалу. под ногами парня ступени тихо заскрипели, отчего Уилл, кажется, испугался лишь больше, ведь вслед за жалостливым скрипом дерева послышался не менее жалостливые вскрики ничего не понимающего Байерса. должно быть, тот принял его за видения или часть кошмара. -Уилл? чш-ш, тихо! -Майк моментально преодолел остальную часть ступеней и шагнул в тускло освещённый одной лишь настольной лампой круг света, давая себя рассмотреть.- это я, Майк, всё хорошо! рядом с лампой на полу лежал матрас, на котором и расположился Уилл. сейчас он выглядел до боли уставшим: под глазами залегли тёмные круги, волосы растрепались, да и сам Байерс, то ли от страха, то ли от недостатка сна, был белым как мел. тот сидел оперевшись на локтях, и щурил бегающие по комнате глаза, пытаясь развидеть вместо страшных созданий лишь очертания подушек на диване. растянутая футболка, ловко украденная из шкафа Майка, обнажала ключицы и угловатые плечи, беспокойно вздымающиеся к потолку. тут взгляд наконец сосредатачивается на брюнете и Уилл облегчённо выдыхает, словно само присутствие Майка облегчало его ситуацию. -М-Майк… линия губ кривится и Уилл едва сдерживается, чтоб не разрыдаться прямо сейчас. -я здесь, всё хорошо! Майк тут же подлетает к матрасу, загребая друга в крепкие объятия. Уилл жадно цепляется пальцами в чужую спину, утыкается носом в шею и рвано выдыхает в неё, ошпаривая брюнета дыханием. по всхлипам у себя под ухом, Майк быстро понял, что следующий час он точно проведёт только здесь. спустя полчаса Уилл смог успокоиться, хоть и не полностью. Майк лежал рядом с ним на матрасе и рассказывал всякий бред, который только мог прийти сейчас в голову, лишь бы отвлечь Байерса от страшных ночных видений. и это, на удивление, помогало на «ура». те болтали ни о чём и обо всём одновременно: обсуждали какая же дурацкая причёска была у той самой учительницы в начальных классах, какая взбешённая была сегодня Ненси и как же их достала унылая погода за окном. Майк увлечённо рассказывал о том, что прочитал в новой части своего комикса, а Уилл просто слушал, слушал и ещё раз слушал, не смея даже взгляда своего оторвать от умелого рассказчика. спустя ещё какое-то время зазевавшийся Майк наконец поворачивает голову на Уилла и неуверенно, будто спрашивая, говорит: -ну, я пойду наверное. иначе мама меня просто прикончит за то, что «опять до утра читал свои комиксы». -последнюю фразу он специально произносит высоким ломанным тоном, передразнивая собственную мать. Майк заливается смехом, но шатен не делает того же. он напуганно глядит глазами-блюдцами на Уиллера и молчит, будто он вновь только-только проснулся от кошмарного сна. тут замолкает и Майк, непонимающе смотря в ответ. повисает неловкое молчание, от которого Уиллеру становится по-особенному не по себе. -можно ты поспишь со мной?… ого. Майка будто огревают молотом по голове, и от этого удара перед глазами рассыпается сотни цветных звёзд, но на лице не отражается ровным счётом ничего. спустя мгновение тот пожимает плечами и непринуждённо отвечает: -да, конечно. Байерс тут же расплывается в облегчённой улыбке и тихо благодарит друга. в этот же момент внутри Майка всё начинает слегка дрожать, но тот упорно решает это игнорировать. ему нельзя убегать, только не сейчас. -мне лечь на месте Джонатона или… брюнет пытается приподняться на локтях, но тут его хватают за запястье, давая чёткий ответ на его вопрос. -понял. -спасибо. и оба замолкают. в тишине подвала лишь тихо шуршат простыни от попыток Майка устроиться поудобнее. да, один матрас явно не слишком удобное место для двух 16-летних лосей, но что они сейчас могут сделать? разве что… -Уилл? -да? Майк осекается. насколько абсурден вопрос, который он собрался задать на полном серьёзе? вместо этого из его рта, прежде чем парень успел отфильтровать, вылетает ещё более тупой вопрос. -может выключим свет? меня слепит. идиот. просто идиот-идиот-идиот. -хорошо. Уилл явно не рад этому - хоть какой-то источник освещения давал ему немного больше уверенности в том, что за лестницей не стоит векна. однако тот без вопросов тянется к лампе и со звонким щелчком подвал погружается в полный мрак. Байерс дрожаще выдыхает и опускается назад на матрас, поворачиваясь набок лицом к Майку. -так лучше? Майк мычит в ответ, но не смыкает глаз. таращится в потолок, лёжа на спине буквально в 10 сантиметрах от Уилла, и не может успокоить своё бьющееся сердце. ровное глубокое дыхание, тепло чужого тела - всё это обжигает, словно само существование Уилла рядом смертельно опасно для брюнета. спустя пару минут всё тело начинает ныть от неудобной напряжённой позы - Майк лежит неподвижно, пытается дышать глубже, но выходит просто ужасно плохо. всё его тело подобно натянутой струне и это явно не самое удачное состояние для попыток уснуть. блять, да как тут вообще уснуть можно?… боковым зрением Майк замечает микро-движения Уилла и каждый раз замирает, будто притворяется каким-то оловянным солдатиком. кажется, даже не дышит. поддавшись странному назойливому желанию, он медленно поворачивает голову к Уиллу и тут же чуть не прислоняется к его голове своей. ладно. похоже, между ними ещё меньше расстояния, чем тот думал. из глаз едва не начинают лететь искры и брюнет моментально забывает как дышать. взгляд бегает по умиротворённому лицу его спящего друга, из-за чего Майку становится плохо. в полумраке черты лица Уилла лишь сильнее заостряются: лунный свет, тускло пробивающийся сквозь крохотное окно, грубо очерчивает его скулы, длинные ресницы, впадинку над губой, отчего тот выглядит как-то по-особенному прекрасно. взгляд падает на губы, начинает кружится голова. парень опускает свой взгляд на их руки, которые находятся в опасной близости. мизинец слегка дёргается по направлению к руке Уилла и они на мгновение соприкасаются. касание длится всего долю секунды, но по телу пробегает жар. Майк сглатывает, чувствуя, как же сухо стало у него в горле. просто сделай что хотел. он уже спит. что тут такого - обнять лучшего друга, которому итак страшно в этой тьме? Майк шикает сам на себя. он не может даже думать о таком, но в глубине души знает: это будет его безмолвным признанием во всём. во всех этих глупых взглядах, недоговорённостях, в этой неловкости, внезапно выросшей между ними бетонной стеной. знает, но снова двигается ближе, будто случайно касается кончиков пальцев Уилла и сразу застывает, ощущая, как внутри трепещит от страха в ожидании реакции. снова движение - Майк протискивает пальцы чуть дальше, прощупывая, насколько же далеко он может зайти, оставшись безнаказанным. каждое новое движение ощущается как преступление, за которое давали высшую степень наказания - смертную казнь. но Майк не мог остановится. не сейчас. даже под угрозой смерти он должен продвинуться ещё хоть на сантиметрик. вдруг Уилл робко переплетает их пальцы: аккуратно, но достаточно быстро, чтоб Уиллер не успел отдёрнуть руку. он не спит. весь его мир тут же сужается до этой точки контакта и он в очередной раз забывает как дышать. -обними меня. -вырывается без задней мысли так легко, словно это что-то обыденное. словно случайно. словно Байерс не слышит. словно он не лежит в жалких саниметрах от него. Майк поворачивает голову к Уиллу и встречается с его смущённым взглядом. -а? -ресницы Байерса удивлённо хлопают перед лицом Майка. второй моментально краснеет от ушей до пят. слава богу, в полумраке этого не было видно. ну, по крайней мере он очень надеялся на это. -я хотел сказать… -Майк осекается, все его мысли превращаются в кашу, а в голове-ни единой идеи как он может выкрутиться.- …мне просто ужасно неудобно, вот я подумал, эм.. можно мы, типа, обнимемся? чёрт, этот матрас такой узкий.. брюнет неловко усмехается в темноту, проклиная самого себя за то, что вообще решил спуститься за водой. Уилл резко вытаскивает свою руку из сплетения их пальцев, оставляя после себя лишь пустоту. и Майку тут же становится слишком одиноко, слишком сиротливо без горячей ладони рядом со своей, словно у него отняли последнюю, но такую шаткую опору. он точно сейчас выпнет его на пол и скажет проваливать в свою комнату. с секунды на секунду так оно и будет. конечно, после такой бредятины каждый бы выгнал из своей постели, что тут говорить про Уилла? идиот. полный идиот. однако вместо грубого пинка ногой Майк чувствует на своём торсе руку Уилла, которая тянет его на себя. -иди сюда. -звучит мягкий, явно смущённый голос Уилла. тот молча исполняет: моментально поворачивается набок лицом к Уиллу, их дыхание смешивается. Майк кладёт свою руку чуть ниже талии, и холодные пальцы внезапно обжигаются о разгорячённую кожу, оголившуюся из-за поднявшейся футболки. дрожащая ладонь на секунду останавливается в воздухе в раздумьях, но в конце концов аккуратно проскальзывает чуть дальше, под ткань футболки, самыми кончиками пальцев касаясь неровно вздымающихся ребёр, с каждым вдохом выпирающих только сильнее. Майк готов поклясться - кожа Байерса покрывается колкими мурашками, и это не имеет никакого объяснения. Уилл находит талию Майка и осторожно кладёт поверх плавного изгиба свою ладонь. следом касание в основание шеи - Уилл утыкается туда носом и осторожно тянет воздух полными лёгкими, выдыхает куда-то Майку в ключицу и едва не касается губами его кожи. Уиллер больше не может думать. он придвигается ближе, окончательно стирая между ними расстояние и заводя свою руку дальше, обвивая хрупкое тело шатена, ладонь ложится между лопаток и ощущает чужое биение сердца под кожей. ему нет оправданий. теперь уж точно. Уилл вздрагивает от такого напорства но не отодвигается: позволяет. позволяет, и, вторя движениям Уиллера, продвигает свою руку выше по спине, прижимаясь вплотную. теперь они лежат так близко, будто пытаются слиться в одно целое: живот к животу, колени касаются, ни единого места без контакта. всё это сведёт его с ума ночью. Майк даже в этом не сомневается, уже просто пытается смириться. проходит всего пара минут, но Майк в полной мере ощущает, как сгорает изнутри, как с секунды на секунду его сердце просто остановится от бешеного ритма. и тогда тишину вдруг разрывает, подобно самому сокровенному признанию, лишь одно слово: -спасибо. звучит глухо, вибрирующе, в чужую шею, будто Уилл и не хотел, чтоб его услышали. и это «спасибо» становится последней каплей, спусковым крючком к тому, чего уже не воротить. Майк слегка отстраняется, встречается с невинным вопрошающим взглядом исподлобья и окончательно теряет жалкое подобие контроля. тот внезапно подаётся вперёд и, как изголодавшийся по любви пёс, жадно впивается губами в парня напротив. секунда, и вдруг ответ: такой же голодный, такой же жадный, такой же сдерживаемый столько времени из-за этого проклятого слова «друзья». всё тело брюнета прошибает электрический разряд, заставляющий пальцы непроизвольно сжаться на чужой коже, вобрать в себя возлюбленного ещё больше, не видя меры, желая больше-больше-больше… шатен вдруг смазанно выдыхает в раскрасневшиеся губы, стискивает Майка в своих руках, да так, что тому становится больно, и вновь льнёт к парню, не желая больше сдерживать всё то, что так долго держал в себе. они задыхаются друг в друге и, когда голова уже начинает кружится от недостатка воздуха, поцелуй наконец разрывается. парни смотрят друг на друга не в состоянии отдышаться. взгляд Майка скользит по лицу Уилла, по его искрящим глазам, раскрасневшимся щекам и спотыкается о зацелованные красные губы. губы, о которых грезил пару лет, если не больше. и теперь это всё - только его. целиком, без остатка. Уиллер улыбается этим мыслям и прижимается ещё раз, запускает руку в волосы Уилла и оттягивает их назад, на что тот мычит ему в губы неожиданным сдавленным стоном. вырвалось. в этой уязвимости, случайных стонах и неаккуратности Майк безнадёжно теряется. тело будто наэлектризовывается от желания и Уилл берёт нижнюю губу Майка зубами, закусывает и оттягивает, отчего у обоих с концами сносит крышу. губы пульсируют и болят, но это всё - ничто перед этим воздержанием длиной в жизнь. воздержанием перед общественными нормами, моралью и установками, которые постоянно повторяли как мантру. вторая рука Майка скользит ниже, влажная ладонь полностью ложится на низ живота и, кажется, не собирается останавливаться. нужно делать всё так, как делаешь с собой, верно же? плотная пелена застилает глаза, внутри всё смешивается и Майк почти не чувствует собственных пальцев, обхвативших чужой член. рука начинает медленное движение и всё то, что когда-то имело смысл, теряет его. остаётся лишь этот момент, тесный матрас и их новое начало. Уилл сдавленно стонет в его шею, цепляется пальцами за острые угловатые плечи, пока снизу, под тканью его трусов, происходит что-то неземное. совсем не так, как это было у него наедине с самим собой. намного, намного, чёрт возьми, лучше. пальцы Уиллера сжимаются у самой головки, он проводит по ней большим пальцем, смазывая предэякулят, и чувствует яркую реакцию: Уилл, по ощущениям, готов взорваться от переизбытка ощущений. он царапает кожу ногтями, не в силах сдерживать всё напряжение в себе, и он уверен - эти полосы будут видны на утро. и они растворяются в этом моменте, отдаются лишь ощущениям без остатка, превращая собственные мысли в кашу из похоти и такой откровенной уязвимости. Уилл вновь находит своими губами губы Майка, целует так жадно, будто эти губы - его кислород, и единственный способ прожить ещё немного - это утягивать парня в очередной поцелуй. всё тело Уилла горит в сладкой истоме, конечности покалывает и ничто уже не может утолить жажду Майка. даже вжимаясь его всем телом, вжимаясь своими губами в его, отдавая свой первый поцелуй и сердце, его всё ещё так мало. и это так чертовски нечестно. вдруг реальность смазывается и Уилл больше не в состоянии видеть что-либо. звуки их поцелуев заменяются на белый шум, который не оставляет в голове ровным счётом ничего, кроме ощущений. ему становится слишком хорошо, жарко и тесно в своём теле одновременно и тот с силой закусывает губу Майка, чувствуя, как извергается прямо в постели. но обоим глубоко плевать. Майк чувствует железный привкус крови смешанный со вкусом Уилла на своём языке и довольно облизывает губы. Уилл обессиленно кладёт голову на грудь Майка, чувствуя, как же сильно колотится его сердце. грудь обоих вздымается в унисон - неровно и резко, будто они только что пробежали марафон. -что с пятном делать будем? пару секунд на раздумья. Майк крутит локон Уилла меж своих пальцев и отвечает: -скажу, что я обоссался. Уилл прыскает со смеху и откидывается на спину, утыкаясь взглядом в потолок. -блядские кошмары… -выдыхает он и закрывает глаза влажной ладонью, даже не представляя, как собирается уснуть. и в этой тишине, витающем в воздухе запахе поцелуев и интима, они оба находят свой покой.