Shatter to Reverse

***

      Эбигейл судорожно закашлялась, захлёбываясь, — кровь хлестала из раны на горле, шрам снова открылся. Уилл был рядом, из его собственной раны тоже текла кровь. Она почувствовала руку, пытающуюся прижать ей горло, но понимала, что это бесполезно.        Её время вышло. Оно закончилось, когда отец перерезал ей горло; всё, что было после, — жизнь взаймы. Казалось символичным, что она снова истекает кровью на кухонном полу.       Кровь была горячей, но ей было холодно. Она сделала последний вдох — и замерла.       Она резко открыла глаза и снова тяжело задышала, отчаянно пытаясь вдохнуть сквозь кровь и разорванное горло. Уилла больше не было рядом с ней на полу... Раздался выстрел, а затем руки, прижимающиеся к ее горлу.       — Ганнибал!       Эбигейл отвела взгляд от комнаты — слишком яркой, неправильной — и увидела Уилла, стоящего перед ней на коленях. Его очки были заляпаны кровью.       Он выглядел потрясенным, испуганным, точно таким, каким она его помнила. Неужели смерть выглядит так? Казалось немного жестоким снова пережить свою первую смерть.       Ганнибал вошёл следом — едва удостоив комнату взглядом, он тут же опустился рядом с ней и сомкнул руку на её горле так, чтобы сдержать поток крови, растекающейся по полу и оставляющей широкое пятно, которое запятнало всех троих.         Уилл взглянул на Ганнибала и...       Нет. Нет, всё было неправильно. Не так всё происходило. У Уилла было другое выражение лица. Он не звал Ганнибала... Ганнибалом? Он должен был сказать доктор Лектер...       На кухне царила тишина, нарушаемая лишь ее судорожными вздохами, которые прервались, когда прибыли сотрудники экстренных служб.          Парамедики ворвались внутрь, Уилла и Ганнибала быстро оттеснили в сторону. Нет — они не могли уйти, они не имели права уйти, ей нужно было знать, что происходит-       Эбигейл переложили на носилки, а затем вывезли к машине скорой помощи. Перед тем как ее погрузили внутрь, рядом с ней снова появился Ганнибал, оглядываясь на что-то, на кого-то, после чего двери машины скорой помощи закрылись, и они уехали.

***

      Уилл очнулся от звука выстрелов. Неужели Джек их нашел? Нет, Уилл сам сбросил себя и Ганнибала со скалы.       Тело с силой отлетело назад, ударившись о шкаф. Металл в ладони. Он держал пистолет. Его взгляд сфокусировался - Хоббс.         Он нажимает на курок, прервав все, что мог сказать Хоббс, когда пуля попадает ему в шею. С трудом передвигаясь, слышит хрип с бульканьем, в воздухе витал запах меди. Эбигейл.         — Ганнибал! — не задумываясь крикнул Уилл, бросаясь к Эбигейл, пытаясь остановить кровотечение. Как Ганнибалу удалось остановить его раньше? Он не помнил...       Ганнибал оказался рядом, опустился на колени и забрал Эбигейл у Уилла, уверенно перехватывая её шею так, чтобы замедлить кровотечение. Уилл посмотрел на мужчину, и до него наконец дошло. Он снова был на кухне Хоббсов. Предполагалось, что это будет первая встреча с Эбигейл, момент, когда они с Ганнибалом ещё никто друг для друга, незнакомцы. Ганнибал встретился с ним взглядом, и Уилл понял. Это был его Ганнибал.       Даже он выглядел растерянным от происходящего, но неизменная, почти неосознанная нежность во взгляде, направленная на Уилла, была на месте. Они просто смотрели друг на друга, ожидая, молча переговариваясь. Я — это я. Ты — это ты. Мы оба здесь.       Приехали парамедики, и они разом отступили, освобождая им место. Ещё один обмен взглядами. Что ты хочешь, чтобы мы сделали, Уилл? Как эта ситуация должна развиваться?       — Поезжай с ней. Я приеду в больницу позже.       Уилл знал, что ему придётся остаться здесь, как и в прошлый раз. Объяснить всё копам, объяснить Джеку. Однако он не хотел оставлять Эбигейл одну, ведь она внезапно вернулась, живая, что заставляло его ещё больше опасаться выпускать её из виду. Он не хотел рисковать тем, что она исчезнет, ​​как дым, будто всё это — лишь тщательно продуманное творение смерти, которую стоит лишь смахнуть, и она рассыплется.         — Позже нам предстоит многое обсудить, — тихо ответил Ганнибал, следуя за парамедиками, когда те вывозили Эбигейл. Уилл вышел, наблюдая, как её погружают в ожидающую машину скорой помощи. Ганнибал зашёл следом, в последний раз бросив взгляд на Уилла.        Он все еще выглядел потрясенным, словно находился в оцепенении. Но Ганнибал умел читать его глаза — видел в них ясную сосредоточенность и неподвижность рук.

***

      Уилл вошёл в больничную палату и увидел Ганнибала, сидящего на том же стуле, что и раньше. Пиджак снят, рукава испачканы кровью. Его ладонь покоилась поверх ладони Эбигейл, он перевёл взгляд с неё на Уилла, когда тот появился. Грэм прислонился к стене рядом с ним, вместо того чтобы сесть на стул рядом.          Ганнибал выпрямился, повернувшись к нему лицом, и несколько мгновений они просто смотрели друг на друга. Наблюдали.       — Допрос завершен?       — Пока да. Всё то же, что и раньше. Только притворяться настолько потрясённым стало сложнее.       — С тех пор ты сильно изменился.       Уилл тяжело выдохнул, проведя рукой по лицу. Он тихо произнес:       — Это... это правда происходит? Всё это реально?       — Настолько реально, насколько я способен судить, — так же тихо ответил Ганнибал. Затем он поднялся, аккуратно положил пиджак на стул и подошёл к Уиллу, остановившись прямо перед ним.         — Мы что, просто... переместились во времени? Это невозможно. — Уилл покачал головой, не отводя взгляда от Ганнибала.       — Мир полон невозможного. Как мы можем назвать что-то невозможным, если никто прежде не пережил это?       Уилл тяжело вздохнул, губы дрогнули в кривой полуулыбке. Он перевел взгляд на Эбигейл, некоторое время наблюдая за работой аппаратов, за размеренным подъемом и опусканием ее груди.       — И что теперь? Что нам теперь делать?       — А что ты хочешь сделать, Уилл? — тон Ганнибала показался странным. Уилл обернулся, и его взгляд помрачнел.       — Ты планировал, чтобы к концу той ночи меня убили чужими руками. Ты всё ещё планируешь это сделать? Или ты хочешь, чтобы меня снова схватили?         Ганнибал смотрел на него с отстранённым, мрачным любопытством, в котором звучала угроза.       Грэм оттолкнулся от стены и подошёл ближе к Лектеру.       — Не играй со мной в эти игры, Ганнибал. Я не отдавал тебя ни Дракону, ни Джеку.       — Но это входило в твои планы. И ты всё ещё можешь так поступить.       Уилл знал, что Ганнибал играет с ним — подводит к нужным словам, вытягивает именно то, что хочет услышать. Он это понимал. И всё же клюнул на приманку, позволил втянуть себя глубже.       — Я выбрал тебя, Ганнибал, — процедил Уилл, впиваясь в него взглядом.       — Мне кажется, ты не смог меня выбрать, Уилл. Тебе была невыносима мысль жизни со мной, поэтому ты решил убить нас обоих.       Уилл внезапно сократил расстояние между ними, схватил Ганнибала за воротник и заговорил почти вплотную к его лицу.       — В тебя стреляли. Меня несколько раз пырнули ножом. Чудо, что мы вообще оставались в сознании. И Джек нашёл бы нас — рано или поздно.       — Не мог допустить, чтобы Джек узнал правду о тебе, дорогой Уилл?       Уилл приблизился к Ганнибалу, его дыхание коснулось его лица.         — Я не собирался позволить, чтобы тебя поймали во второй раз, — прошипел он, сверля его взглядом.       Они молча смотрели друг на друга, пока тишину не нарушили шаги в коридоре. Уилл сжал челюсть и отступил назад.       — Мы не можем говорить об этом в больнице, — сказал он, по-прежнему низким голосом.       Ганнибал кивнул в знак согласия.       — У меня дома?       — Мне нужно вернуться к моим собакам.       — Алана за ними присмотрит.       Уилл покачал головой.       — Она ведёт мои занятия. Наверное, еще и на Джека кричит от моего имени.       — Изображаешь разбитую фарфоровую чашку, какой они хотят тебя видеть?       — Нельзя допустить, чтобы он решил, что я слишком стабилен — иначе у него возникнут определенные ожидания.       Ганнибал улыбнулся, глаза его слегка прищурились от веселья.       — Приходи ко мне на ужин. Там и продолжим наш разговор.

***

      Уилл пробормотал слова благодарности, принимая бокал вина из рук Ганнибала, и сделал щедрый глоток. Ганнибал тоже отпил из своего бокала, пока Уилл опирался на кухонный остров.       — Ещё раз извини, что пропустил ужин.       — Ничего страшного, ты был занят.       Уилл невнятно произнес:         — Я уже забыл, каким раздражающе надоедливым может быть Джек. — Уилл сделал еще один глоток вина. — Как пёс, вцепившийся в кость.         — Невозможно занять такую должность, не обладая определённым мастерством.       — Да, только он, похоже, использует это мастерство исключительно для того, чтобы создавать проблемы.         — В остальное время он вполне доволен тем, что полагается на твои навыки.       Уилл фыркнул, рассеянно покручивая вино в бокале.       — Ты ведь понимаешь, что тебе не нужно снова настраивать меня против Джека.       — Прошу прощения, — усмехнулся ему Ганнибал. Уилл покачал головой, сам невольно улыбаясь.       Ганнибал жестом вывел его из комнаты, и Уилл последовал за ним в кабинет.       — Мы обещали продолжить наш разговор, — легко произнёс Ганнибал, занимая место.       Уилл внимательно посмотрел на него.       — Полагаю, да, — сказал он настороженно.       — Между нами слишком много всего. А с этой новой... ситуацией мы не можем позволить себе снова быть по разные стороны, как раньше.             — Мне казалось, я уже многое дал понять, — Уилл прищурился. — Если, конечно, ты не хочешь услышать это от меня вслух.       — Я не чужд устному подтверждению.       — А ты? — резко спросил Уилл. — Ты сделал гораздо больше, чем я. И, по-моему, я так и не услышал объяснения, почему ты пытался съесть мой мозг.       Ганнибал на этот раз выглядел искренне виноватым, слегка нахмурившись.       — Признаю, это было... ошибкой с моей стороны.         — «Ошибкой»? — грозно переспросил Уилл. — Единственная причина, по которой тебе не удалось распилить мне череп, заключается в том, что люди Мейсона добрались до нас раньше.       Последовавшая за этим тишина была напряженной. Уилл сделал несколько шагов к Ганнибалу и замер напротив него, прожигая взглядом. Лектер отвел взгляд в сторону, словно что-то взвешивая. Спустя мгновение он вздохнул и снова посмотрел на Уилла.         — Я был... в смятении из-за своих чувств к тебе. И тогда считал, что единственный способ справиться с ними — это поглотить тебя.       — Тогда почему ты не попытался снова? Возможность у тебя была.       — Я понял, что хочу, чтобы ты был не просто частью меня, а частью моей жизни. Жизнь без тебя перестала быть для меня возможным вариантом.       Лицо Ганнибала было таким открытым, таким… уязвимым, что Уиллу становилось трудно выдерживать его взгляд.       — А ты? — внезапно перевёл он разговор. — Ты ведь ясно дал понять, что не хочешь иметь со мной ничего общего.       Уилл помрачнел и наконец отвел взгляд:       — Потому что ты пытался меня съесть.       Ганнибал молча ждал — так, будто знал, что это ещё не всё.         — Мне казалось, это мы уже тоже прояснили, — наконец тихо сказал Уилл. Он чувствовал на себе взгляд Ганнибала — выжидающий.       Вздохнув, Уилл всё-таки продолжил:       — Если бы я продолжал тебя преследовать, ты бы продолжал бежать. Ты бежишь — я преследую.       — Пока я оставался на свободе, в этом мире, я всё равно был бы в твоих мыслях, — заявил Ганнибал, уже зная всё, ему просто хотелось это услышать.       — А если бы ты оказался за решёткой, я мог бы забыть о тебе, — Уилл снова посмотрел на него. — По большей части.         — Ты отверг меня, прекрасно понимая, как я отреагирую, и использовал это, чтобы добиться своего.       Уилл не стал отвечать. Он и сам намекнул на это, когда говорил об этом в камере Ганнибала, когда их разделяла стеклянная стена. И всё же он прижал к ней ладонь, пытаясь преодолеть расстояние между ними. Он невольно вспомнил тихо произнесённое почти с надеждой в голосе Ганнибалом: «Есть ли в этом смысл?». Надеясь, что ему всё-таки удалось безвозвратно отравить уиллoв «счастливый конец».         — А если бы ты знал, что я не стану убегать? — Внезапный вопрос Лектера вырвал Уилла из размышлений. Ганнибал пристально смотрел на него, что-то выискивая. — Тогда бы ты меня отверг?         Грэм молчал. Ганнибал дал ему несколько секунд, затем встал и подошёл ближе. Уилл не отрывал от него взгляда, когда тот остановился прямо перед ним. Он по-прежнему молчал, а Лектер наблюдал — разбирая по частям каждую эмоцию в его глазах.       — Если бы не было никаких скрытых намерений, — тихо продолжил Ганнибал, наклоняясь ближе, — Ты бы отверг меня?       Тишина между ними была наэлектризованной, пока Уилл размышлял. Взвешивал. Ганнибал уже знал. Они оба знали. Но ему нужно было, чтобы это было сказано вслух — произнесено и услышано, закреплённое как факт.       Профайлер приоткрыл рот... замялся.       — Нет, — наконец прошептал он. — Не отверг бы.       Ганнибал сделал шаг ближе, его глаза блеснули, когда он посмотрел на Уилла.       — А ты? — тихо вернул вопрос Уилл. — Ты бы поцеловал меня той ночью, если бы Дракона там не было?       — Я не знаю, смогу ли спасти себя. Возможно, это уже и не важно, — сказал Уилл, многозначительно глядя на Ганнибала. Ганнибала, который слишком долго не отводил от него взгляда.       Они подались ближе, их носы соприкоснулись.        — В конце я почти поцеловал тебя, — хрипло выдохнул Ганнибал. Его взгляд скользил по лицу Уилла — от глаз к губам и обратно к глазам.       Уилл наклонился ещё ближе.       — Тебе стоило это сделать.       Он почти чувствовал призрачную дыру в своей щеке, ощущал вкус крови, скапливающейся во рту. Чувствовал пульсирующую боль в плече от любого движения. Чувствовал тепло, исходящее от живота Ганнибала, когда они прижались друг к другу. Но ни у одного из них не было ран, ни капли крови между ними.         Они прижались друг к другу, Уилл схватил Ганнибала за плечо, а тот, обхватив его руками за бока, притянул к себе.         Их не заливал лунный свет на краю обрыва, не окрашивал алый в чёрный, пока они, из последних сил, пытались устоять на ногах. Вместо этого лампы в кабинете Ганнибала окутывали их мягким сиянием, когда они цеплялись друг за друга — потому что могли, потому что хотели.       Именно Ганнибал в конце концов сократил расстояние – целуя Уилла, словно тонущий, отчаянно жаждущий воздуха человек. Если он не возьмёт всё сейчас, это мгновение исчезнет — Уилла вырвут из его объятий, и он проснётся в бездне океана, который утянет его в свою глубину.       Но ничего не исчезло — Уилл держал его так же крепко, отвечая на поцелуй с не меньшей страстью. Их пальцы сжимали друг друга до боли, почти до синяков, доказывая: это реально. Так же реально, как и каждый миг, что был до этого между ними.          Руки Грэма скользнули к шее Ганнибала, притягивая его как можно ближе, пытаясь выкрасть весь воздух с его губ, насколько это было возможно. Но воздух был нужен им обоим, только это заставило их наконец оторваться друг от друга — губы все еще соприкасались, пока они тяжело дышали.        — Уилл... — выдохнул Ганнибал, и в его голосе звучало благоговение, как у верующего перед алтарём. Он склонился, осыпая поцелуями Уилла: лицо, челюсть, шею. И без того сбившееся дыхание Уилла дрогнуло. Он запустил пальцы в волосы Ганнибала и резко потянул его обратно, впиваясь в его губы грубым, болезненным поцелуем.       Перехватив инициативу, Уилл прижимался и лизал — оттесняя Ганнибала назад, пока тот не упёрся спиной в ближайшую твёрдую поверхность. Уилл прильнул к нему грудью, бедрами и ногами — стремясь слиться в одно целое.         Внезапно Грэм сильно прикусил губу Ганнибала, до крови, окрашивая их в алый. Он задержался так на мгновение, прежде чем отпустить губу и провести языком по ране, позволяя медному привкусу наполнить рот. Руки Ганнибала крепче сжались на его талии, затем скользнули к пояснице, притягивая ближе так, что между ними не осталось ни воздуха, ни пространства.       Уилл коснулся губами уголка его рта, затем спустился к челюсти, оставляя тонкую красную линию.       — Хватит наших игр, — прошептал он, ведя губами вдоль линии челюсти и останавливаясь, чтобы прикусить кожу там, где шея переходит в плечо. — Если мы что-то делаем — мы делаем это вместе.       — Вместе, как одно целое, — прохрипел Ганнибал, запрокидывая голову, пока Грэм оставлял укусы на его шее. Ганнибал резко втянул воздух, когда Уилл сильно прикусил кожу, а затем прижался поцелуем.       — Кажется, я так и не видел остальную часть твоего дома, — прошептал Уилл в шею Лектера, низким, соблазнительным голосом. Притягательным.       — Непростительное упущение.         Ганнибал почувствовал, как губы Уилла расплылись в улыбке.       — И чья в этом вина? Всё могло случиться гораздо раньше, если бы ты не был таким драматичным, — протянул он, снова приподняв голову и коснувшись губ мужчины.       — Значит, многое предстоит наверстать, — ответил Ганнибал и завлек Уилла в глубокий поцелуй. Его руки скользнули по телу Уилла, прежде чем он отстранился, переплёл их пальцы и вывел его из комнаты.  

***

      Уилл расхаживал по кабинету, разглядывая комнату, в которой не был уже очень много лет.       — Снова поставишь печать?       — Мы оба знаем, что ты совершенно вменяем, — ответил Ганнибал, положив документ на один из приставных столиков.       — Не совсем. Не на данный момент времени.       — Что ты собираешься делать со своим энцефалитом? — Ганнибал подошёл к книжной полке, которую рассматривал Уилл, и встал рядом.       — Ты всё-таки считаешь, что он у меня уже есть?       — Это вполне могло бы объяснить твои галлюцинации.       Уилл снова начал ходить по комнате, Лектер последовал за ним.       — Впрочем, они могли быть следствием сочетания болезни и стресса. Без этого симптомы могут проявляться гораздо медленнее.       — Путешествие во времени недостаточный стресс? — саркастично бросил Уилл, оглянувшись на него.       Ганнибал едва заметно улыбнулся.       — Ты выглядишь вполне адаптировавшимся.       — Особого выбора у меня нет.         — Выбор есть всегда, — сказал Ганнибал. Грэм тихо фыркнул. — Каков твой план? — вернулся он к изначальному вопросу.       Уилл вздохнул и повернулся к нему лицом.       — Подожду, пока снова начну ходить во сне. Этого будет достаточно, чтобы я пошел на обследование.       Лицо Ганнибала слегка исказилось.       — Это меня немного беспокоит. Удивительно, что раньше ты ни разу серьёзно не пострадал.       — Я рассказывал тебе, как однажды проснулся на краю крыши? — усмехнулся Уилл.       — Не рассказывал.       Уилл усмехнулся.       — Это ты позволил мне разгуливать с охваченным огнём мозгом, — он подошёл к своему привычному креслу и опустился в него. — Более того, ты это поощрял. Подливал масла в огонь.         — С тех пор мои тревоги изменились, — Ганнибал встал возле кресла напротив, чтобы оставаться в поле зрения Уилла, но не сел.       — Что, теперь хочешь запереть меня? — спросил Уилл, наклонив голову и подняв брови, глядя на Ганнибала снизу вверх. Подобный вид профайлера выбивал воздух из груди.       Ганнибал подошёл к Уиллу, почти нависая над ним.       — Будто бы ты позволил мне это сделать.       Уилл запрокинул голову, чтобы не разрывать зрительный контакт.       — Возможно, меня можно убедить, — произнёс он, когда Ганнибал слегка наклонился ниже. Уилл схватил его за лацканы пиджака и потянул вниз, заставляя Ганнибала упереться рукой в подлокотник.         — Я не из тех, кто убеждает.       — Верно, ты говоришь только на языке манипуляции, — Уилл еще раз дёрнул его на себя, и их губы столкнулись в поцелуе.

***

        Уилл поморщился, приближаясь к ряду тел — он успел забыть, насколько ужасным был этот запах. Резкий, едкий запах гнили в вперемешку с приторно-землистым смрадом от вскрытых могил накатывал удушающей волной.       Слушать командное обсуждение было все равно что войти в сон, ощущение дежавю было непреодолимым. Уиллу казалось, будто он идёт сквозь туман, механически повторяя свои прежние ответы, читая их по сценарию.       — Нашли какие-нибудь шиитаке? — спросила Беверли, уходя вместе с остальными, чтобы дать Уиллу немного пространства.       Уилл почувствовал, как невольно улыбается её шутке, при этом старательно избегая смотреть на девушку. То, что она снова здесь — жива, — он не знал, как это воспринимать. Именно поэтому утром он и обошёл стороной стрельбище.       — С возвращением.       Уилл неопределённо кивнул, когда Джек ушёл, и вновь перевёл взгляд на место преступления. На самом деле ему даже не нужно было «входить в образ». Он уже знал, кто за этим стоит — Стамметс, вероятно, в этот самый момент подменяет кому-то инсулин.       Все тела, кроме одного, были извлечены из могил до его приезда. Уилл осторожно обошел их, пока не показался полицейский кордон. Фредди Лаундс — как и ожидалось — стояла прямо у ограждения, что-то обсуждая с офицером. Его «представление» здесь вряд ли что-то изменит.       Слегка вздохнув, Уилл позволил маятнику качнуться и вернулся к началу ряда, вглядываясь в картину. Теперь было даже любопытно посмотреть, изменится ли его взгляд, когда он знает, кто за этим стоит.       Тела выстроены в аккуратный ряд. На расстоянии друг от друга, но не слишком далеко, достаточно близко, чтобы споры могли передаваться от одного тела к другому.        Уилл почти видел, как Стамметс ходит между ними, жаждущий той связи, которую им дарит. Он ощущал, как нити мицелия тянутся к нему из мёртвых тел — но этого было мало. Ему нужно было посадить больше, чтобы продолжать устанавливать связи. Наращивать сеть. Чтобы они могли соединиться с ним...       Чья-то рука крепко сжала его за предплечье, и Уилл дёрнулся — вырванный из сознания Стамметса. Последнее тело судорожно хватало ртом воздух. Зеллер крикнул что-то, а Уилл отступал назад, пока не упёрся спиной в ствол дерева.       Грэм наблюдал, как последнюю жертву погружали в машину скорой помощи, и мельком увидел удаляющиеся рыжие волосы. Им с Ганнибалом предстояло обсудить, что с этим делать; со Стамметсом, с Лаундс.

***

        Странно было снова оказаться в этой приёмной, подумал Уилл, меряя шагами пол. Столько всего изменилось, прошли годы — а теперь он здесь, как ни в чем не бывало. Он почти представил, как паниковал в первый раз, увидев Хоббса в чужой могиле.       Дверная ручка щёлкнула, и дверь открылась, явив Ганнибала.       — Уилл, заходи.       Ганнибал закрыл за ним дверь и повернулся, наблюдая, как Уилл проходит вглубь кабинета.       — На этот раз без видений трупов в чужой могиле?       Уилл тихо рассмеялся.       — Нет.       Он остановился у стола Лектера и, откинувшись на него, повернулся лицом к Ганнибалу.       — Но нам нужно поговорить о Стамметсе.       Ганнибал кивнул.       — Я так и предполагал.       Он подошёл ближе к Уиллу.       — Однако должен предупредить: мисс Лаундс записывала наш разговор в прошлый раз.       — Неужели? — Уилл приподнял брови.       — Я попросил её удалить запись, но полагаю, вскоре она появится здесь.       Уилл кивнул, ненадолго задумавшись. Он встал и отошёл в угол, самый дальний от двери, прислонившись к колонне, и наблюдал, как Ганнибал последовал за ним.         — Тогда нам просто нужно быть осторожными, — тихо сказал Уилл. — И, возможно, воздержаться от... других занятий.       — Разумеется, — с лёгкой улыбкой отозвался Ганнибал. Он подошёл вплотную, остановился на мгновение, а затем наклонился ближе. — Впрочем, я намерен заставить её удалить запись в любом случае.       Уилл приподнял бровь, уголки его губ изогнулись в улыбке.       — Играешь в опасную игру, Ганнибал.       Он наклонился и поцеловал его. Почувствовал, как руки Ганнибала легли ему на талию, но спустя несколько секунд отстранился.       — Тебе просто придётся подождать, — прошептал он у самых его губ, с ухмылкой отступая назад и снова прислоняясь к колонне. Руки Ганнибала на мгновение крепче сжали его талию, но не исчезли.       — Стамметс, — продолжил Уилл прежде, чем Ганнибал успел что-либо сказать, стараясь говорить тихо. — Мы что-нибудь с ним сделаем? Я не хочу, чтобы он добрался до Эбигейл, но он и не причинил ей вреда.        Ганнибал сделал лицо серьёзным и кивнул.       — Вмешаться в его действия будет непросто.       — Фредди в любом случае выпустит статью, и ему удастся скрыться, — задумчиво сказал Уилл. — Мы могли бы попытаться помешать ему добраться до Лаундс, но...       Он замялся. Ганнибал усмехнулся, проводя большим пальцем по его бедру.       — Ты хочешь, чтобы это её травмировало.       — Она это заслужила, — мрачно ответил Уилл. — Нам нужен долгосрочный план насчёт неё, но пока это может подождать.       — Согласен. А что, если ты попадешь в больницу раньше? Чтобы предотвратить похищение Эбигейл Стамметсом?       — Возможно.       Ганнибал уловил колебание в его голосе и улыбнулся, слегка наклонившись.       — В любом случае, ты не сможешь его там убить, дорогой Уилл.       — Я ничего не говорил о том, чтобы убить его.       — Для того, чтобы застрелить его, ему нужно добраться до Эбигейл.         Уилл помрачнел.       — Я знаю. Значит... я окажусь в больнице раньше и задержу Стамметса, как только его увижу.       — На данный момент это лучший вариант.        Ганнибал притянул его к себе за бёдра, наклонив голову и проводя носом вдоль линии челюсти Уилла.       — Ганнибал...         Ганнибал подвинулся так, что его губы едва коснулись губ Грэма, и тихо прошептал:       — Тебе правда стоит сменить лосьон после бритья.

***

      Ганнибал прибыл в больницу и обнаружил там гораздо больший хаос, чем ожидал. Несколько полицейских были разбросаны по залу и разговаривали с персоналом. Когда он добрался до палаты Эбигейл, то увидел, как Уилл разговаривает с Джеком у двери.         Джек увидел его приближение и повернулся, чтобы поприветствовать:         — Доктор Лектер. Вам не стоило приезжать.       — Это не доставило мне труда. — Мужчина бросил на профайлера вопросительный взгляд, и тот едва заметно покачал головой. — Что именно произошло? — Ганнибал снова перевёл взгляд на Джека. — Я знаю только то, что Вы сообщили мне по телефону.       Джек тяжело вздохнул и кивком указал на палату. Ганнибал встал рядом с Уиллом и заглянул внутрь. На полу темнело пятно крови. Эбигейл в комнате не было.       — С Эбигейл всё в порядке?       — Да, да, — поспешил заверить Джек. — Мы просто перевели её в другую палату. У двери дежурят офицеры, на всякий случай.         Ганнибал кивнул и повернулся, чтобы посмотреть на Уилла.        — Стамметс напал на Лаундс из-за её статьи. Он хотел узнать обо мне.       — И она рассказала ему про Эбигейл.         — Да. Он пришёл сюда, когда я был в палате. У него был пистолет, и я выстрелил ему в плечо. А потом позвонил Джек, чтобы предупредить меня.       — Похоже, ты его опередил, — едва заметно улыбнулся Ганнибал так, что это уловил бы только Уилл.       Уилл фыркнул.       — Ага. Повезло мне.       Он играл роль потрясённого — будто всё ещё находился под впечатлением от близкой угрозы и от того, что снова выстрелил в человека вскоре после Хоббса. Ганнибалу пришлось приложить усилие, чтобы не позволить улыбке расползтись по-настоящему, глядя на игру Уилла.       — Лаундс доставила немало хлопот, — раздражённо заметил Джек, затем снова вздохнул и кивком указал в сторону коридора. — Могу показать вам новую палату Эбигейл, если хотите.       — Пожалуйста, — кивнул Ганнибал. Он последовал за Джеком на некотором расстоянии, Уилл шёл рядом. Убедившись, что Джек ушёл вперёд достаточно далеко, Ганнибал наклонился и тихо прошептал Уиллу. — Всё-таки тебе удалось в него выстрелить.       Уилл покачал головой с показным раздражением, но Ганнибал заметил, как уголки его губ всё же приподнялись.

***

      Резкий звонок разорвал тишину комнаты. Уилл застонал, наугад потянувшись к тумбочке за телефоном. Он почувствовал, как рядом пошевелился Ганнибал, когда Уилл ответил, обрывая очередной гудок.       — Алло?       — Уилл... — ему пришлось отвести телефон от уха и посмотреть на экран, чтобы убедиться, что это действительно Алана. — Я заходила к тебе домой, но тебя там не было.       Это был не вопрос, но по тону было ясно — она хочет знать, почему.              Уилл проигнорировал это.       — Зачем ты меня искала?       Рядом с ним Ганнибал прислонился к его руке, а другую положил на грудь Уилла. «Алана», — прошептал Уилл в ответ на его вопросительный взгляд. Ганнибал кивнул и снова наклонился, целуя Уилла в подбородок.        — Я хотела лично сказать тебе, что Эбигейл Хоббс пришла в себя.       Уилл замер, уставившись в потолок и моргнув. Чёрт, уже настало это время.       — И ты решила сообщить мне об этом лично.       — Джек захочет с тобой поговорить. Он хочет, чтобы ты её увидел.       — А ты — нет.       Уилл провёл рукой по лицу. День обещал быть долгим. Алана. Потом Джек. Фредди рядом с Эбигейл. Эбигейл…       Ганнибал тихо вздохнул и снова опустился рядом, положив голову Уиллу на плечо. Уилл опустил руку и накрыл ею ту, что по-прежнему лежала у него на груди.       — В конце концов... Джек считает, что Эбигейл — соучастница своего отца. Если... я могу быть буфером между вами...       — Спасибо, Алана. С Джеком я сам разберусь.         Она издала неуверенный звук, но продолжила:         — Первый человек, с кем Эбигейл поговорит, не должен быть замешан в случившемся. А значит, и доктор Лектер не подходит.       — И уж тем более я. Джек ошибается насчёт Эбигейл.       У Эбигейл, конечно, были далеко не чистые руки, но он все равно не собирался позволить Джеку сделать из нее козла отпущения за грехи её отца.       — Позволь мне самой выйти на неё. По-своему.         Когда звонок оборвался, Уилл тяжело вздохнул и отбросил телефон в сторону.       — Эбигейл очнулась.       — Да... Я совсем забыл, что это сегодня. И что Алана поедет к ней.         — Ей будет любопытно узнать, где ты был.       Уилл тихо фыркнул.       — Ей не обязательно это знать.       — Рано или поздно они всё равно что-нибудь заподозрят, — произнёс Ганнибал, наконец поднимаясь и скользя с кровати, чтобы начать собираться. Уилл простонал и перевернулся на живот.       — Я не хочу слышать о том, какие у них суждения насчёт наших отношений — его голос звучал глухо, потому что лицо было уткнуто в матрас. Ганнибал лишь мягко улыбнулся на это замечание. — У нас и так дел по горло.       Ганнибал обошёл кровать со своей стороны и провёл рукой по волосам Уилла.       — Например, Эбигейл.       Уилл что-то неопределённо промычал в ответ — сон снова начинал затягивать его.       — Каков наш план насчёт неё?       Несколько секунд тишины. Потом Уилл громко простонал и поднял голову.       — Не можешь дать мне поспать еще немного?       — Прости, дорогой, — мягко улыбнулся Ганнибал.       Уилл пересел на край кровати, на какое-то время задумавшись.         — Я не хочу, чтобы она снова так сильно в это ввязывалась. Я не хочу, чтобы она убивала Николаса Бойла.       — Возможно, избежать такой ситуации будет сложно, — сказал Ганнибал, отворачиваясь от Уилла и доставая рубашку из шкафа.       — Только если ты снова убьёшь Мариссу Шурр. Ты собираешься это сделать? На этот раз у тебя нет причин, верно?         Ганнибал на мгновение сосредоточился на манжетах, аккуратно застёгивая пуговицы.       — Я... не склонен менять что-то слишком сильно.       — Подражатель сыграл важную роль, — медленно произнёс Уилл.       — Несомненно, — Ганнибал не отводил взгляда от Уилла.         Нахмурившись, Уилл осторожно спросил:       — Ты ведь не... собираешься снова подставить меня?       — Я не хочу этого делать, нет. Но, как я уже сказал… я не хочу ничего менять.       — У нас не будет никакого ориентира, если мы слишком сильно всё изменим, — кивнул Ганнибал.       Уилл на мгновение задумался, а затем чуть игриво добавил:       — Я думал, ты воспримешь это как новую игру. Новое игровое поле... те же игроки, но в то же время другие.       — На этот раз мне есть что терять.       Ганнибал наконец снова посмотрел на Уилла, с некоторым весельем от шутки Уилла, но в остальном он был серьёзен.       Он не хотел снова разбить чашку; не было никакой гарантии, что она снова соберется сама собой.         Уилл смотрел на него твёрдо, не отводя взгляда.       — Я выбрал тебя, Ганнибал, — напомнил он. — Ты провёл меня через ад, а я всё равно продолжал выбирать тебя. Я позвонил тебе. Я преследовал тебя до Европы. Я убил Дракона вместе с тобой. Я предпочёл умереть с тобой, чем рисковать жизнью без тебя.       Комната наполнилась густой, напряжённой тишиной. Уилл поднялся и подошёл к Ганнибалу, остановившись прямо перед ним.       — Я никуда не уйду, — тихо сказал Грэм. — Ты не позволишь мне.       Ты не позволишь никому встать между нами.       — Меня всё ещё могут поймать. Снова посадить в тюрьму, — Ганнибал, похоже, не слишком беспокоился об этом, скорее, он просто бросил фразу, ожидая реакции Уилла.       Как всегда, Уилл подчинился.       Он шагнул вперед, пока его губы не коснулись губ Ганнибала, и произнес тихим, твёрдым голосом:       — Я не намерен позволить им тебя поймать.         Они не отрывали взгляда друг от друга, напряжение нарастало — и вдруг Уилл резко отступил назад и прошёл к другой стороне комнаты. Подхватил рубашку с кресла, куда бросил её накануне, и начал натягивать на себя.       — Нам нужно сначала поговорить с Эбигейл. А потом уже строить нормальный план.       Ганнибал слегка наклонил голову, наблюдая, как Уилл слишком сосредоточенно застёгивает пуговицы на рубашке — плечи были напряжены чуть больше, чем нужно.       — Ты что-то подозреваешь?       Грэм молчал, опустив руки перед собой и глядя на них сверху вниз, словно все еще видя на них кровь. Ганнибал подошёл ближе и положил ладонь ему на щёку. Уилл повернулся лицом к Лектеру, прислонил голову к его прикосновению и медленно выдохнул.        — Ее выражение лица изменилось, — выдохнул он так тихо, будто более громкие слова могли что-то разрушить. — Ненамного, но все же изменилось.       — Ты думаешь, она тоже вернулась? — так же тихо спросил Ганнибал.       — …Я не знаю. Слишком... много надежд. Слишком много вариантов. Если да — у неё будет полное право оставить нас позади.       — Если она не помнит, ты не хочешь снова втягивать её в наш мир; а если вспомнит, она станет нашей... но ты боишься, что она всё равно захочет уйти.         Уилл кивнул в знак согласия, прижимаясь щекой к ладони Ганнибала. Его собственная рука поднялась и накрыла чужую в ответ, ещё сильнее склоняясь в это прикосновение.       — В любом случае... у неё есть шанс начать все заново. Она его заслуживает.       Ганнибал поднял вторую руку и мягко обхватил лицо Уилла, удерживая его взгляд.       — Сейчас мы будем об этом беспокоиться, это ничего не решит. Мы увидимся с ней позже — и тогда узнаем. Тогда и примем решение.         Внезапная пронзительная трель телефона заставила их обоих вздрогнуть, и Уилл застонал, окончательно уткнувшись лицом в ладонь Ганнибала.       — А вот и Джек...       Ганнибал наклонился, коснулся губами его лба и заговорщически прошептал:       — Джек может подождать, пока мы позавтракаем.       Звонок оборвался, а затем тут же возобновился.       — По крайней мере, пока ты не выпьешь кофе, — поправил он.       Уилл тихо рассмеялся и уронил голову на плечо Ганнибала.

***

      К тому моменту, когда наконец вошли Джек и Ганнибал, большинство студентов уже покинули аудиторию.         — Джек. Доктор Лектер. — Уилл бросил на них короткий взгляд и снова вернулся к сбору своих вещей.       — Уилл, я хочу, чтобы вы с доктором Лектером навестили Эбигейл Хоббс. — Джек как обычно говорил без предисловий.       Уилл неопределённо кивнул, перевёл взгляд с Джека на Ганнибала и снова на Джека.       — Алана, похоже, была категорически против этого.       — К счастью для меня, она не твой психиатр, а доктор Лектер. И у доктора Блум нет решающего слова в вопросах расследования.       — Ты всё ещё подозреваешь Эбигейл? — равнодушно спросил Уилл, убирая ноутбук в сумку.       — Именно поэтому вы двое к ней и идёте, — с нажимом сказал Джек. — Доктор Блум считает, что она что-то скрывает и я хочу, чтобы вы выяснили, связано ли это с её отцом.       Вскоре Джек ушёл, оставив Ганнибала и Уилла одних в лекционном зале. Уилл вздохнул и решил пока сменить тему.       — Понравилась лекция? — тихо спросил Грэм. — Понравилось смотреть, как я читаю лекцию о тебе?       Ганнибал улыбнулся, взгляд самодовольно блеснул.       — Вполне.       Уилл тихо фыркнул.       — Не могу представить, насколько сильно тебе это понравилось в первый раз. Когда я… ничего не подозревал... — прошептал мужчина.        Ганнибал подошёл ближе, мимолётно проведя ладонью по пояснице Уилла.       — Это было... что-то — видеть, как ты даёшь настолько точный профиль, не подозревая, что его объект находится с тобой в одной комнате, — прошептал он в ответ.       Уилл молча покачал головой, затем подхватил сумку.       — Всё по-прежнему? — тихо спросил он, когда они направились к выходу.       — Алана всё больше убеждается в том, что Эбигейл что-то скрывает.

***

        Уилл и Ганнибал появились как раз вовремя, чтобы прервать Фредди Лаундс.       — Я настоятельно прошу вас покинуть комнату, — твёрдо заявил Ганнибал, когда Лаундс попыталась всучить Эбигейл свою визитку, Уилл перехватил её. Прежде чем он успел убрать карточку в карман пальто, Ганнибал протянул руку — и Уилл молча передал её ему. Может, на этот раз он действительно её убьет.       Лаундс вышла, и дверь за ней закрылась. Уилл перевёл взгляд на Эбигейл — внимательно изучая её, ловя малейшие изменения в выражении лица.       — Эбигейл, — он решил придерживаться сценария прошлого раза. Очки он не снял — потому что сегодня просто не надел их. Ещё одно маленькое отличие, которое заметил бы только тот, кто знал.       — Это доктор Лектер.       Ганнибал чуть выступил вперёд — он и до этого стоял достаточно близко к Уиллу, так что их плечи едва соприкасались. Уилл наблюдал. Эбигейл всё ещё выглядела потрясённой, ещё не приспособившейся к внезапному перевороту своей жизни. Но вместе с тем она была... спокойнее. В каком-то смысле, была более стойкой. Взгляд более собранный, внимательный — когда она осматривала их. Уилл смотрел — отмечал — и внутри что-то дёрнулось.       — Мы присядем? — спросил он, указывая на стулья в палате. Эбигейл старательно скрыла удивление в глазах и кивнула.        Они сели, затем Уилл снова посмотрел на нее с серьезным лицом.         — Что ты помнишь... из прошлого?       Эбигейл резко перевела на него взгляд, мгновенно закрывшись. В палате стояла тишина, пока она боролась сама с собой.       — Я… — она повернулась к Ганнибалу с суровым выражением лица. — Я истекала кровью на твоей кухне.       Уилл сделал прерывистый вздох и уткнулся лицом в ладони.       — А вы? — спросила Эбигейл в ответ, переводя взгляд с одного мужчины на другого.       — Спустя несколько лет после этого, — спокойно ответил Ганнибал, глядя на Уилла, словно передавая слово ему.       Уилл почувствовал этот взгляд и мысленно выругался.       Чёрт возьми. Он никогда не даст мне забыть об этом.       — Я, эм, сбросил нас со скалы.       Эбигейл приподняла брови, снова переводя взгляд. Между ними чувствовалось нечто большее, чем просто согласие — слишком уж они были... слажены. Это была единственная причина, по которой она решила рискнуть и сказать правду: они были слишком разными, чтобы быть такими, какими должны быть.       — Почему ты это сделал?       — Да, почему, — протянул Ганнибал с ленивой насмешкой, глядя на Уилла с явным удовольствием.       Уилл наконец убрал руки от лица и мрачно посмотрел на него.         — Я уже извинился. Много раз. И всё объяснил, — с каждым словом взгляд Уилла становился всё более колким. Ганнибал смотрел на него, глаза поблёскивали, и он медленно улыбнулся.       — Разумеется, дорогой Уилл.       О боже. Эбигейл совершенно не понимала, как реагировать на эту их версию. Очевидно, после её... смерти произошло очень многое.       — Прости, — небрежно бросил Уилл, заметив её замешательство. — На кухне... Это там ты «очнулась»?       Эбигейл напряженно кивнула.       — В один момент я истекала кровью на твоей кухне, — она посмотрела на Лектера, — рядом с Уиллом. А в следующий — снова была в своей кухне, тоже истекая кровью. Сначала я подумала, что это какой-то... извращённый сон. Что я переживаю свою первую смерть заново.       Она издала пустой смех.       Несколько секунд все трое молчали, прибывая в своих мыслях.       Вскоре Эбигейл нарушила молчание.       — Что… что нам теперь делать? Что вообще будет дальше? Как нам... — вопросы посыпались один за другим, быстро, сбивчиво. Было ясно, что она мучается этим с самого пробуждения, ей оставалось только ждать Ганнибала и Уилла, надеясь, что увиденное на кухне — правда, и что она не одна-       — Эй, дыши, — мягко перебил её Уилл.       Эбигейл сделала дрожащий вдох, пытаясь успокоиться.       Они дали ей немного времени, затем Ганнибал заговорил:         — У нас пока нет чёткого плана. Сначала мы хотели убедиться, верна ли теория Уилла насчёт тебя. Главное, мы хотим сделать все, что поможет нам остаться вместе.       Он посмотрел на Уилла, и Эбигейл заметила, как его рука, лежащая на колене, слегка сжалась.       — Нас вернули к моменту, когда чашка разбивается. Даже раньше — к тому, как по ней только пошла трещина. Я не хочу разбить ее снова, — тихо добавил он.       — Но это то, чего хотим мы, — спросил Уилл, глядя на неё тем самым взглядом, который всегда создавал ощущение, будто он видит её насквозь. — А ты? Чего хочешь ты?       — Чего я хочу? — неуверенно переспросила девушка.       — У тебя есть шанс начать всё заново. По-настоящему — на этот раз. Если ты этого хочешь.       — Я...       Что вообще значит «начать заново» для такой, как она? Сначала её преследовал отец. Потом отец умер — и её начал преследовать Ганнибал. Возможно, в первый раз у неё ещё был шанс построить новую жизнь, но теперь? Не имело значения, жив ли Николас Бойл в этом мире, она всё равно убила его в другом. Она всё равно спрятала его тело. Всё равно выкопала его обратно, когда ей это понадобилось. Она всё равно пряталась с Ганнибалом всё это время. Она всё равно вытолкнула Алану из окна. Она всё равно помогала отцу убивать всех этих девушек.       — Для меня больше нет возможности начать все заново. Я слишком много натворила, чтобы просто... забыть. Сделать вид, что этого не было, попытаться похоронить это. — Эбигейл судорожно вдохнула. — Я больше не хочу этого. Это... слишком тяжело.       Уилл и Ганнибал переглянулись — коротко, почти незаметно — и снова посмотрели на неё.       — Ты бы хотела... остаться с нами? — медленно, осторожно спросил Уилл. Будто чувствовал, что переступает границу, на которую не имел права.       Эбигейл перевела взгляд с одного на другого. Оба смотрели на неё, не отводя глаз.       Раньше она не так уж много общалась с Уиллом. Но он всегда был очень искренним — пусть и раздираемым внутренними противоречиями. Сейчас он, казалось, чувствовал себя более комфортно в своей собственной шкуре. Он пытался спасти её, даже истекая кровью. Что касается Ганнибала...       «Я не хочу разбить ее снова»       Он смотрел на Уилла, когда говорил это. Но она чувствовала — слова были обращены и к ней тоже. Он не хотел снова причинять ей боль. И у неё было странное, но твёрдое ощущение, что Уилл не позволит ему этого. Что Ганнибал… позволит Уиллу остановить себя       И когда-нибудь ей придётся узнать у них всю историю целиком.       — Я бы хотела этого, — наконец сказала Эбигейл. Тихо, но с твёрдой уверенностью в голосе.