Рождественская сказка

      За огромным стеклянным окном снуют рабочие, громко выкрикивая ругательства на непонятном языке. Прохожие недовольно хмурятся, оглядываясь на них и спешат поскорее пройти мимо, высокомерно задрав носы. Перебранка на улице набирает обороты, когда десятиметровая гирлянда падает со стены, утягивая за собой плакат Зарянки. И затихает, когда к нерадивым работникам подходят Гончие в попытках защитить право богатых гостей на вылизанную и приятную картинку. Обычный день в Золотом Миге.       Келус опирается руками о прилавок, вглядываясь в лица проходящих мимо дам, но большие украшения блеском затмевают черты, не оставляя их в памяти. Сегодня до безумия скучный день. Несмотря на приближающийся праздник, клиентов мало. Все заняты более важными делами. Ажиотаж в их дорогом сувенирном магазине давно прошёл. Ну и правда: кто будет покупать подарок в последний день? Это безумный риск остаться с пустыми руками. Уже вечером нужно будет дарить. Нет, может, такие люди и есть, но сейчас Келус мысленно не желает их видеть. Начальник решил, что праздничный день — не причина для закрытия магазина, и они должны работать до последнего. Это раздражает. А так хотелось просто посидеть в тепле дома с чашкой чая за приятной игрой.       — Ну что ты стоишь с таким унылым лицом? — Март энергично хлопает его по плечу. — Давай хоть поговорим, пока никого нет. Ну скучно же за этой гирляндой третий час наблюдать! Да и что они говорят — совершенно непонятно. Чего туда смотреть?       Келус согласен: маяк синестезии позволить себе ни один из продавцов не может. Слишком дорогая безделушка. Но даже без него вполне себе ясно, что рабочие отборно ругаются, посылая друг друга на одним им известном языке. Руку сводит от однотипных ленивых движений. Кажется, ещё немного, и в витрине появится дырка от усердия, с которым её протирают. Так что ввязаться в диалог, пожалуй, лучшее решение.       — И когда это я был против разговоров на рабочем месте? — подмигивает Келус, придвигаясь чуть ближе, чтобы начальник из кабинета не расслышал их увлечённую болтовню.       — Лентяй! — Смеётся Март. — Давай, колись, как праздновать будешь?       — Праздновать? Не планирую ничего особенного. Может, куплю фастфуда какого-то и буду всю ночь пялиться в монитор.       — Пх, я спросила, как праздновать будешь, а не о твоём обычном выходном.       Они едва слышно смеются, время от времени поглядывая на большие окна, чтобы не пропустить приближение потенциальных покупателей. Но пока что по ту сторону бегают скорее взволнованные покупкой сладостей, чем подарков. Интересно, почему четверг всегда настолько тухлый день? Келус работает здесь уже полтора года, но так и не смог разгадать эту загадку века. В любую погоду, при любых праздниках, даже не повинуясь расписанию выдачи зарплат, именно четверг — день, когда приходит совсем уж мало людей. Проклятие что ли какое-то? А сегодня совпало всё: несчастливый для магазина день и праздник в одном флаконе — причина закрыться и не морочить себе голову.       — Ничего ты не понимаешь в праздновании! Зарубиться в любимую игру — что может быть лучше?       — Конечно же, вечеринка! Покрасоваться в шикарном платье, поболтать с людьми, потусоваться с возлюбленным. Да много чего.       — Скукота.       — Ты неисправим, — Март снова заливисто смеётся, а затем добавляет, — а как же подарки?       — Самому себе от самого себя? Отстой.       — Тьфу на тебя, какой же унылый праздник получится.       Келус пожимает плечами. Он привык именно к такому распорядку и менять его не хочет. Может, однообразно, но точно получше, чем пытаться обмануть себя ненастоящими подарками и улыбками. И так понятно, что его никто никуда не позовёт, так зачем лишний раз напрягаться по этому поводу? Да и не пойдёт он непойми с кем. Дома всё равно интереснее.       Жизнь давно приучила к экономности и рассудительности, тем более, когда лучший и единственный не обидный «подарок» самому себе — это новый скин на любимого персонажа в игре. А такие штуки обычно стоят дорого, особенно, когда всем заправляет жадная до денег фанатов КММ. Келус потягивается. Пиджак неприятно натягивается в плечах, сковывая движения. Какая отвратительная форма. Если бы не работа, ни за что в неё бы не полез. Больше как-то тянет в сторону свободной одежды.       Март тоже слегка откидывает голову назад, делая небольшое подобие разминки. Её короткие розовые волосы лохматятся ещё больше, хотя всё ещё остаются в приличной причёске, вполне подходящей для обслуживания посетителей. Вот это сверхспособность! Тоже такую хочется! На голове Келуса форменный бардак уже через полтора часа после начала смены, а он даже руками ничего не трогает!       — Шея болит, — заунывно тянет Март, с опаской поглядывая на закрытую дверь кабинета.       — Не, у меня пока что нет. А вот колени тянет, да.       — Пф, конечно, нет! Ты ведь всё время сидишь как креветка на стуле!       — Как талантливая креветка, прошу заметить.       — О, да! Талантливо спускающая зарплату на нарисованные текстурки.       — Кто бы говорил!       Их взгляды пересекаются, и снова накатывает безудержный смех. Такой, что в уголках глаз проступает влага. Да уж, они и правда мастера сливать деньги на бесполезные вещи. Удивительно, как на такой унылой работе могли встретиться настолько похожие люди? При всей однообразности и бесполезности, которую бесконечно ощущал Келус на сменах, трещать с Март, изредка подкалывая друг друга, ему нравилось. Да и в целом, Март казалась очень приятным человеком. Её яркость сразу же привлекла внимание.       Как оказалось, у них много общего. И, пожалуй, одним из основных магнитиков стали мечты о большем. Другие коллеги вполне были довольны своим положением, а вот их вдвоём тянуло к невиданным вершинам. И, наверное, именно эта мелочь заставила так плотно сдружиться, несмотря на разницу в характерах и взглядах на хобби.       Март грезила выставками и славой фотографа, прилежно совершенствуя навыки и пытаясь влезть в каждый новый проект. Пока что неудачно, но её неунывающее настроение и правда заразительно. Келуса же тянуло к славе геймера. Да и вообще к сладкой жизни в пределах своей квартиры без необходимости куда-то выбираться. Но, как и у Март, пока что бесперспективно. Да и квартира не желала оказываться в собственности не самого популярного геймера, есть куда стремиться. Так что приходилось протирать туфли за прилавком, натягивая доброжелательную улыбку при виде других людей.       — А я вот всё думаю, что лучше: пойти на вечеринку в Резиденцию утренней Росы или прогуляться по Золотому мигу? В кафешках посидеть, с людьми поговорить… Паника! Всего двенадцать часов осталось, а я так и не решила!       — В Резиденции? Вечеринка? О чём ты?       — Ужас, тебя будто пепеши в подвале заперли! Конечно же, я о ежегодном карнавале в честь Рождества! Лучшее время в году! Ещё и единственное, когда можно посетить бальный зал! Я очень хочу в этом году выйти в свет в шикарном платье, даже лучше, чем у Зарянки! А ещё то украшение из ювелирки на перекрёстке, помнишь? Я показывала!       Келус кивает. Было такое. Март так прилипла к окну, горящими глазами смотря на ожерелье, что пришлось её едва ли не силой оттуда уводить. А потом весь путь до дома твердила, как ослепительно оно бы оттеняло цвет её глаз. Но приподнятое настроение быстро перекочевало в заунывное, когда пришлось ей напомнить о цене такой безделушки. Они ещё долго говорили о том, что нужно было идти к грёзотворцам, чтобы получать приличную зарплату и не отказывать себе ни в чём. Немного поунывали, а потом к Март снова вернулась жизнерадостность. И она загорелась целью к следующему году точно накопить.       Везучая. Печальные мысли в её голове не задерживались, а вот Келус… Его потом ещё долго мучили размышления о том, как было бы лучше. Но вот лучше в его случае не существовало. Увы, Академия принимала только тех, у кого водились большие деньги, а этот чит-код оказался недоступен по праву рождения. Какая же уныла игра ему досталась!       — Да помню, конечно! Две зарплаты за камешек! Грабёжь! Неужели купила?!       — Купила!!! Не выгулять такую красоту будет просто преступлением!       — Нерациональная трата… — Келус всё же не может сдержать комментарий.       — Тебе напомнить стоимость скина на того дракона? — хитро прищуривается Март.       Стыд какой. Хочется отвернуться и изобразить бурную деятельность, потому что на любимого персонажа и правда было слито столько, что до сих пор неловко вспоминать. Но оно того стоило! Теперь каждый визит в игру сопровождается любованием самым чудесным персонажем в истории игр. Пусть не таким популярным, как творения КММ, но лучшим! Лучшим без вариантов! Келус подкатывает мешающие рукава на рубашке, пытаясь дотереть всё же витрину до дырки.       — Пойдёшь со мной?       — На вечеринку? Не-а. Это одежду надо покупать, из дома выходить. Да и что там делать? Куча людей, ничего интересного. Не понимаю, почему тебе так сильно туда хочется.       — Потому что у такой шикарной девушки просто не может не быть парня, — подмигивает Март, — а Рождественская вечеринка — лучшее место, где его можно встретить. К тому же, это так романтично! Представь себе: свет, ёлка, прекрасное платье и он… Высокий, статный…       — Под руку с женой.       — Да. Что?! Нет!!! Какая жена? Не порть такую романтичную сцену.       — Ты правда думаешь, что туда придут без пары?       — Конечно. Я уже всё разузнала. Навела справки у знакомых редакторов из журналов. Там будет специальный зал для одиночек, которые хотят романтично познакомиться в праздник! Ах, гости Отеля такое любят! Я тоже попробую. Да и тебе стоит, а то совсем зачахнешь за своим компьютером.       — Не, обойдусь. Мне и так неплохо.       — Эх, не романтичная ты душа.       Келус уже хотел не согласиться, как из-за двери послышалась возня, и пришлось отскочить от Март, делая вид крайней занятости, активно елозя уже скомканной тряпкой по витрине. Начальник выглядывает в зал, недовольно обводит взглядом пустоту и вздыхает, разваливающейся походкой выплывая из кабинета. Его лицо с неизменно странной нечитающейся эмоцией вызывает тревогу.       — Никого нет? В этом году совсем пусто. Не хорошо. Какая выручка за сегодня?       — Всего десять тысяч люцерний, — быстро сверяется с кассой Март.       — Да… Я ожидал побольше. Но до вечера ещё есть время, может, кто и зайдёт. Ладно, буду через час. В комнате отдыха стоит торт. Это в честь праздника. Будете уходить на перерыв, пробуйте. Думаю, вкусный.       Келус кивает, смотрит, как начальник лениво идёт вдоль улицы, косо поглядывая на рабочих, всё никак не справляющихся с плакатом. Видимо, сегодняшнее выступление-сюрприз от Зарянки так и останется тайной. Почему-то от этого безумно смешно. Оказывается, всего пара человек способна перевернуть всё вверх ногами, кто бы мог подумать.       Дверь в комнату отдыха открывается, выходит старший смены — мужчина среднего возраста, проработавший здесь дольше всех. Очень тёплый и приятный человек, несмотря на разницу в званиях. Келус всегда им восхищался: так упорно двигаться к мечте — открытию собственного магазина — это нужно быть очень сильным и мотивированным. Единственный его минус — любовь поговорить.       — Что вы тут так увлечённо обсуждаете?       — Конечно же, Рождественскую вечеринку! Я в предвкушении! — Март воодушевлённо хлопает в ладоши. — А вы пойдёте?       — Конечно, пригласил свою девушку.       Началось… Келус уже хочет вставить, что пришло его время обедать, но не успевает: любопытная Март задаёт уточняющие вопросы быстрее, обрушивая на них лавину информации. И за столько времени эти разговоры уже успели поднадоесть. Слишком уж сладкая жизнь, чтобы о таком бесконечно слушать.       — Хах, я приготовил ей на утро пирожные из парящего молока. Ах, чудеснейшее блюдо моей родины! Но здесь, к сожалению, нет творога из парящего молока. Пришлось самостоятельно делать. Как же она обрадовалась! А сколько ещё осталось! Обязательно нужно будет сделать ещё пирожных.       — Звучит так вкусно! И так романтично! — тянет Март.       Но её восторг прерывается бранью за окном: гирлянда снова валится со стены, на этот раз цепляясь за фонарь. Лучше бы так оставили. Вполне неплохая получилась штора. Чем не красота праздничная? Но под вопли старшего смены, рабочие снова поднимают несчастное украшение, пытаясь прилепить его обратно. Почему-то у коллеги их перебранка вызывает мечтательную улыбку.       — Хах, забавно.       — Что именно? — всё же спрашивает Келус.       — Так грязно ругаются уже третий час, а для нас это звучит как что-то мягкое из-за незнания языка.       — Вы понимаете их речь?       — Да. У моей девушки тот же родной язык. Это было так странно: не лучшие слова из уст прекрасной девушки. Хах, до сих пор забыть не могу. Но её язык очень интересный. Я взялся изучать. Так, — он смотрит на большие часы на стене, — до конца смены пара часов, идите-ка на перерыв. Думаю, людей много не будет, один справлюсь. А то растягивать тут уже некуда.       Надо же… сегодня без длительных предисловий. Действительно магия. Обычно рассказы затягиваются на много часов.       Комната отдыха встречает приоткрытым окном и мягким светом лампы. Небольшой белый стол, пара стульев, холодильник, куллер, микроволновка и телевизор — вот и всё нынешнее богатство. За всё время работы она успела толком поднадоесть, но Келус упорно игнорирует прорывающуюся грусть, выбирает место поближе к стене, устало смотрит на красивый праздничный торт с объёмной ёлкой из крема.       Март шуршит в ящиках, достаёт вилки, вручает чашку с горячим, но совершенно безвкусным чаем, плюхается напротив, мечтательно вздыхая. Сама же вызвала эту волну историй, сама расстроилась. Как обычно. Келус уже приготовился успокаивать её бесконечный поток мыслей.       — Он так её любит. Эх, где бы такого же увлечённого человека найти?       Келус только пожимает плечами, устало размешивая сахар. Он не знает и знать не хочет. Их коллега очень любит говорить о своей девушке. Притом всегда в таких формулировках, что завидно становится вообще всем. Наверное, начальник бы тоже проникся такой любовью, если бы услышал. Но есть одна истина, которую всегда нужно помнить: не всегда люди такие, как о себе говорят. Только вот Март эту деталь никогда не учитывает, продолжая восхищаться каждым встречным без анализа.       — Хочу, чтобы ради меня тоже делали несуществующие в стране ингредиенты. И чтобы так же бесконечно упоминали с теплом. Всё! Решено! Мы идём на Рождественскую вечеринку! Это не обсуждается!       — Мы?..       — Именно! Будешь моей поддержкой и опорой. В этом году я точно стану самой ослепительной и обворожительной!       — Да ну её, пройдёт как и в прошлый год в Большом театре. Ты же знаешь: чудес не бывает.       — Отставить уныние! — Март вскакивает из-за стола, уверенно сжимая вилку. — В праздник всегда сбываются мечты!       — Ладно-ладно. Пойдём, но только чтобы убедиться, что каждый год одно и то же. От смены локации результат не меняется.       — Хах, я даже немного тебе завидую.       — Почему?       Вот такого Келус точно не ожидал. Завидует? Ему? Было бы из-за чего. Но любопытство подначивает продолжать бессмысленный диалог, пытаясь разобраться в чужих мыслях. Интересно ведь, что такого о нём успели нафантазировать, чтобы аж завидовать этому. Сам за собой никаких особенных вещей не наблюдал.       — Твоему спокойствию. Так уверенно и спокойно говорить, что не ищешь никого — это круто. Хотя я бы не хотела всю жизнь провести перед монитором, но твоя решительность не может не вызывать восхищения.       — Я умею мыслить рационально.       — Скорее приземлённо. Но не суть. Всё равно не иметь причин для волнений — это хорошо.       Келус молчит. Просто не знает, что ответить на такое откровение. Может, со стороны он и выглядел как человек, которому всё равно, но внутри… Мечтал, конечно, но робко и с пониманием, что его мечтам не сбыться. Просто у него был определённый типаж человека, с которым хотелось бы связать жизнь. Как жаль, что таких людей в реальности не существует. Впрочем, это и к лучшему — нет соблазнов, нет и разочарований.       Правда наивное предположение Март, что его совсем-совсем не волнует будущее всё же неверно. Как и уверенность в отсутствии романтических мечтаний. Но лучше пусть не знает всего, чем жалеет или пытается найти «того самого». Если при ней упомянуть типаж, она действительно начнёт приглядываться к каждому встречному, советовать места, где эти встречные могут ходить. Келус не любит такое. Почему-то глубоко в душе яркое ощущение, что та самая, правильная встреча с его человеком может быть только случайной. Специально его не найдёшь.       Но ответить хоть что-то всё же хочется. Так и тянет рискнуть. Келус отламывает вилкой сочный бисквит и заговорщицки шепчет:       — Не помню, чтобы я когда-то говорил, что совсем не рассматриваю вариант отношений.       Март поднимает на него удивлённый взгляд. Хочется засмеяться. Такого шока на её лице ещё не было. Кажется, он только что сломал чей-то шаблон. Притом так сильно, что тот треснул по швам, оставив возможность только хлопать накрашенными ресницами. Келус снова возвращается к торту, наблюдая, как медленно бежит секундная стрелка. До конца смены три часа. И этот перерыв тянется просто бесконечно. Он бы лучше на час раньше ушёл, чем тратил бы время на такую ерунду.       — Стой-стой-стой! Ты хочешь сказать, что ищешь отношения?! Серьёзно?!       — Не-а, я не исключаю их возможность, но специально не ищу.       — А-а-а, — разочарованно тянет Март, — так не интересно. Ты же не в сказке. Сами собой они тебя не найдут. Так не бывает.       Келус только пожимает плечами. Не бывает, конечно. Потому и не рассчитывает ни на что. Ну никак он не может одолеть странное предчувствие того самого идеала, которое упорно взращивается в сердце с самого начала. Будто в его прошивке напрочь отсутствует механизм самообучения. Он не желает пробовать и искать. Нет, его прошивка упорно требует сразу идеальной программы, которая перезапустит сознание заново, откроет до сих пор запечатанные стороны его личности. Кажется, к его сердцу нет универсального кода доступа, а пароль не знает даже он сам.       На лице появляется лёгкая улыбка. Отчего-то думать об этом приятно. Как о чём-то не то, чтобы правильном в контексте жизненных приоритетов, скорее как о подходящем конкретно для него. Март придвигается чуть ближе, едва ли не переваливаясь через стол. Кажется, ещё немного, и она завалится прямиком в торт. На её лице хитрая и немного пугающая решительность. Она тянет медленно, с не присущей обычному характеру бескомпромиссностью:       — Решено! Сегодня вместе идём на вечеринку. Отказы не принимаются.       — Выглядишь так, словно решила меня кому-то продать за полцены.       — Келус-Келус, — она треплет непослушные волосы, — принцессы сами собой не находятся. Их нужно завоевать. Красиво так, как наш наставник.       — Пф, больно надо. Не нужна мне принцесса, да и не хочу я никого завоёвывать.       Келус отводит взгляд. Кто его вообще за язык тянул? Теперь этот неловкий разговор никак не закончится. Ох, кажется, он всё же сболтнул лишнего. И вообще, Март мечтает о красивых ухаживаниях, чем он хуже? Неужели ему не положено желать того же? Что за странные разграничения? Но, кажется, невысказанное возмущение понимают верно.       — Чтобы тебя добивались, тоже нужно что-то начать делать. Так! Ничего даже слушать не хочу! В десять вечера жду у статуи Часика! Я с тебя всю ночь глаз не спущу! Только попробуй как обычно стоять в уголке и ничего не делать!       Кажется, угроза на этот раз серьёзная. Но Келус только посмеивается. Конечно же, он будет ничего не делать. Говорить с незнакомцами? Да ни за что! Заводить знакомства — увольте. И вообще у него были совершенно другие планы на вечер. Но отказываться не стал. Всё равно Март улетучится в первые же минуты в поисках друзей. А он может вернуться домой под красивые фейерверки. Разве не чудесно? А потом зарубится в ещё одну игру до самого утра. Благо, завтра выходной. Отличный план!       — Хорошо-хорошо, — Келус миролюбиво поднимает руки, мысленно соглашаясь с изначальным планом.       И ещё чего-то вкусного нужно будет захватить! Идеальный вечер! Но недобрый блеск в глазах, хотя, скорее предвкушающий, несколько настораживает. Словно в этой розововолосой голове созрел план, учитывающий его ленивое желание поскорее сбежать. Не может быть… Март особой дальновидностью не отличается и на интриги не способна. По крайней мере, судя по её обычному дурашливому поведению. Но что-то всё же заставляет сердце со страхом сжиматься.       — Что ты так на меня смотришь?       — Даже не думай удрать с праздника! В этот раз буду лично за тобой следить до самого конца.       — Эй, ты где откопала техподдержку жизни?! Поделись номерком, я тоже хочу такую офигенную сверхспособность!       — Да тут и поддержка не нужна, угадать твои мысли даже древний эдуроид сможет.       Март нагибается, едва ли не заваливаясь на стол, угрожающе и крайне пристально смотрит в глаза. Так, что на мгновение становится неловко. Келус уже хочет сам отодвинуться, но не успевает: его быстро щёлкают по носу, на лицо напротив возвращается привычное дурашливое выражение.       — Я буду следить очень внимательно, на этот раз вытащу из твоего царства проводов.       — Ма-а-а-арт, — тянет Келус. — Я же не ребёнок.       — Ты хуже ребёнка. У детей хоть социальные связи есть, а ты кроме работы и магазина никуда не ходишь. Пришло время вытащить тебя из скорлупы в этот прекрасный мир!       — Эх, оставь этот дряхлый системник в покое, он не переживёт транспортировку.       — Ни за что! Пора обновить драйвера, а то скоро ты совсем перестанешь с людьми в контакт входить.       Келус картинно вскидывает руки к белому потолку, признавая поражение. Раскусили его хитроумный план слишком быстро. Эх, пора сменить тактику. Ну да ладно. Март выдержки не хватит весь вечер терпеть его в своей компании, всё равно умчится к новым знакомым.

***

      Келус стягивает куртку, бросает её прямо на низкий столик у порога, на котором скопилась целая куча бесполезной рекламы и корреспонденции, ещё парочка на вид серьёзных писем, до которых руки так и не добрались. Потягивается, аккуратно выставляет на вершину нестабильно покачивающейся горы вещей тёплый пакет с фастфудом. Нужно быстро принять душ, смыть с себя весь рабочий день и поскорее включить компьютер. До встречи с Март ещё есть немного времени, а изменять привычке проводить праздники за любимой игрой не хочется.       Когда на экране появляется яркая заставка, позволяет себе откинуться в кресле на жёсткую подушку у поясницы и открыть картонную коробку с картошкой фри. О, да! Лучший праздник! Кому нужна коммуникация, когда можно настолько приятно и спокойно провести вечер? Вот он — истинный вкус праздника! В мире есть лишь один человек, с которым сейчас было бы не напряжно разделить радость момента.       Анимация ожидания любимого героя заставляет повременить с переходом к выполнению очередной миссии. Келус не может не любоваться плавными и такими идеальными движениями. Купленный на днях лимитированный зимний скин идеально сочетается с утончёнными чертами лица. На экране всплывает иконка нового сообщения, на душе тут же становится теплее.              Рука будто сама тянется к мышке, легко кликает по нему, выводя на экран чат. Таинственный собеседник с неизменной аватаркой с кленовым листом — единственный, кто умеет мягко входить в искусственный мирок в голове Келуса, не нарушая его внутреннего устройства, словно идеально вписывается в модель жизни.              Ты сегодня поздно. Празднуешь?

Не-а.

На работе был.

Отстойно, правда? Хах.

      Я тоже сегодня работаю, но в ночь.

Протестую! Я хотел зарубиться в миссию вместе!

      Знаю. И три часа уделю тебе.

На самом деле, у меня тоже только три часа.

Подруга вытащила на мероприятие.

Но мой гениальный план никто не разрушит!

Даже твоя работа!

      …       Не сомневаюсь.       :)

Как ты смеешь во мне сомневаться!

Выбирай персонажа! Идём в бой!

      Немного обидно, ведь Келусу и правда хотелось провести вечер за приятной беседой, но не критично. Три часа — вполне достаточно для того, чтобы зарядиться праздничным настроением, а потом любоваться любимым героем. Друг никогда не подводит, если обещал поиграть вместе, то сделает это, несмотря ни на что.              На самом деле, называть таинственного незнакомца другом — так себе идея. Келус не знал о нём ничего. Ни имени, ни места работы, даже где живёт — не знал. Как-то предпочитал не задавать личные вопросы. И сам о себе не рассказывал. Их объединяла только игра. Даже других способов связи не было. Хоть и хотелось обменяться хотя бы ссылками на мессенджеры, но не похоже, чтобы такое желание было у таинственного компаньона.              Келус давно ловил себя на мысли, что единственный знакомый за пределами рабочей жизни ему импонирует, но не мог решиться просить о серьёзном общении. Всё же для большинства людей его замкнуто-изолированный образ жизни кажется странным. Да и подпускать к себе кого-то слишком близко нет желания. В любом случае, таких взаимоотношений, как хочется ему, не будет. А если нет, то чего зря пытаться и разочаровываться?              Они познакомились случайно во время очередного ивента в игре. В отличие от безумно популярных творений КММ, игры Альянса Сяньчжоу не предполагали объединение игроков в сообщества, оставаясь спокойными и ламповыми. Иногда выдавали ивенты с рандомным распределением игроков по командам, но редко и в качестве сезонной активности, уважая стремление жителей Альянса к уединению.              Именно эта черта привлекла в новой нашумевшей игре. Конечно, для успешного будущего в роли популярного геймера Келус пробовал всё, особенно самые ходовые разработки КММ, но в кланы, гильдии и тому подобные добровольные объединения как-то не вписывался, всегда оставаясь за бортом. Если и начинались какие-то ивенты с самостоятельным поиском партнёра, он всегда оставался в гордом одиночестве, не в состоянии построить ни с кем достаточно доверительных отношений.              И вот таинственный незнакомец стал спасением. Такой же нелюдимый, он согласился стать постоянным партнёром в подобных ивентах. Постепенно разговоров становилось больше, и Келус обнаружил, что судьба свела его с прекрасным собеседником. У них так много общего! Но к личному общению переходить не хочется: страшно. Всё же слова — это одно, а что о нём на самом деле думают — совершенно другое.              Келус обмакивает картошку в соус, наблюдая за движениями чужого персонажа. Его таинственный партнёр чаще всего отдаёт предпочтение одному и тому же герою, лишь изредка меняя в случае крайней необходимости. Не ему судить, но это забавно. Серебристый лис на экране уже стал частым гостем. На этот раз Цюн в новом праздничном скине. Яркая красно-жёлтая одежда ему даже к лицу, точнее, к лисьей морде.       

М-м-м…

Протрынькал ползарплаты на это?

      Так же, как и ты.

Хах.

Не поспоришь.

Симпатичный скин.

      Ещё одна их схожесть — умение сливать кучу денег на любимого персонажа, а то, что Цюн для игрового партнёра любимый, — даже обсуждать не надо. И так видно. Впрочем, Келус не против. Механика этого лиса отлично сочеталась с боевым стилем его избранника — дракона. Так что все остались в плюсе. Если ему когда-то и везло в жизни, то ни разу не больше, чем в день знакомства. Рандомный нелюдимый человек с идеально подходящим персонажем? Да это подарок Эонов. Видимо, в компенсацию за несуществующего реального человека, подходящего собственным тараканам в голове и тотальное невезение в жизни.              Келус полностью расслабляется, теряя счёт времени. Ему так уютно и спокойно в сложившейся атмосфере, что не хочется больше ничего. Мигающие огоньки на собственноручно украшенной ёлке, подсветка на полочках, свет от монитора, красивые персонажи, вкусная еда и хороший собеседник. Каждый раз он словно проваливается в идеальный мир. Такой, где его глупым представлениям и желаниям есть место.       Пожалуй, миссии в паре — лучшее, что с ним случалось, конечно же, после появления таинственного соигрока. Если бы раньше предложили куда-то сунуться командой, у него задёргался бы глаз. Келус откидывает голову на подушку, мечтательно смотрит в огромный монитор, где лениво покачивают хвостами в унисон дракон и лис.       Снова на экране всплывает сообщение. Мне пора. Хорошего вечера.

Тебе тоже.

Спасибо за игру.

      Желание продолжать тут же пропадает. Да и до встречи осталось не так долго. Отчего-то настроение портится. Совершенно не такого хотелось от праздничной ночи. Даже остатки картошки кажутся уже не настолько вкусными: холодные и отчасти затвердевшие, они не вызывают былой радости. Келус скорее по инерции доедает, глядя на яркий пейзаж на экране. Красиво. Хотелось бы сейчас в такое же тихое место в окружении растительности, а не в бетонные заросли Пенаконии.       Надо и ему потихоньку собираться, раз настроение настолько быстро падает. Это раздражает: хоть капельку стабильности бы в эти бесконечные качели, но стабильность в его жизни появляется крайне редко, скорее за очень большие заслуги. Келус складывает руки на стол, затем кладёт и голову. Темнота за окном невольно напоминает, что дело близится к ночи. Интересно, кем его напарник работает, раз у него настолько странный график? Может, врач?       Красивая профессия, благородная. Келус зевает, развивая мысль дальше. Он хотел бы попробовать себя в каком-то настолько же социально значимом деле. С другой стороны, лично они не общались, откуда ему знать, где трудится неожиданный знакомый? Да и не стоит в это дело лезть. Если бы хотел, — сам давно рассказал. А раз не рассказывает, то не воспринимает его как друга.       Медленно мысли разглаживаются, в голове оказывается приятная тягучая пустота, а сознание медленно обволакивает сонной дымкой. Даже шелест ветра, доносящейся из колонок, будто затихает. Келус ощущает, что дремлет, но это понимание растворяется в небытии. Тело словно охватывает приятной волной, стирая последнюю связь с реальностью.       Руки касается что-то лёгкое и приятное, почти что невесомое. Келус приоткрывает глаза, пытаясь сфокусировать зрение. Вокруг лишь алые листья высоких деревьев. Они, словно огоньки, мерцают среди снежных хлопьев. Насыщенный цвет приковывает взгляд, не позволяя ни на мгновение закрыть глаза. Красиво.       Келус потирает ладони друг о друга, выдыхает на них тёплый воздух, но почему-то совершенно не ощущает холода, только приятное тепло. Словно вокруг него не зима и куча снега, а вполне себе комфортная весна. Только вот мысль теряется сразу же, как только возникает. Он оглядывается по сторонам, словно ищет что-то.       — В чём дело? — голос мягкий и обволакивающий, такой же, как у дракона из игры.       Келус вздрагивает, поворачивается. Голубые глаза смотрят на него мистическим взглядом, словно в них заключена вся сила водной стихии. Водяное божество, не иначе. Слова теряются, мысли разбегаются. Не помешало бы удивиться или хотя бы смутиться, но ни одного из подобных чувств нет. Только лёгкая радость от встречи.       Этот дракон — самая красивая фантазия, которая только приходила в голову. Холодный, сдержанный, но очень чуткий. Божество из любимой игры с добавлением действительно желанных черт характера. Какая странная ночь. Никогда прежде горячо любимый образ не приходил во снах.       Келус отводит взгляд, когда чужие слегка тёплые пальцы касаются щеки. Под кожей будто распускаются цветы, настолько ощущения странные: одновременно и приятно-щекочущие, и волнительные, и покалывающие. Даже в голову не приходило, что одно действие может приносить настолько разные чувства. Тепло. Рука ласково перебирает волосы, ерошит их. Келус невольно придвигается ближе, почти что утыкаясь лицом в широкую грудь. Тепло.       Снег падает хлопьями на ресницы, но совершенно не разрушает хрупкий комфорт, словно дополняет его своей мягкостью. Где-то на краю сознания крутится возмущение, что должно быть холодно, но тело отбрасывает его как можно дальше, растворяясь в удовольствии.       Келус прижимается сильнее, кладёт голову на мягкую одежду, слушает, как равномерно стучит под её слоями сердце. Спокойно. Уютно. Так, как и хотелось. Он ни на мгновение не сомневается в правильности происходящего, лишь тает от ощущения пальцев в волосах. Каждое их прикосновение всё сильнее заставляет терять контроль, полностью отдаваясь таким сладким мечтам.       — Звёздочка, — ласково шепчут ему на ухо.       Тело покрывается мелкой дрожью. Впервые становится холодно. И этот холод неприятно расползается по ногам, норовя пробраться в ботинки. Ботинки? Какие ботинки? Он ведь только недавно зашел домой? Несоответствие больно бьёт по расслабленному телу, но открывать глаза не хочется. Слишком хорошо. Плевать, почему реальность не сходится. Его устраивает это место и этот дракон. Если нужно возвращаться домой, то лучше не надо.       — Эй, как это понимать?! — голос дракона становится непривычно громким.       Келус отстраняется, с непониманием смотрит в лазурные глаза, но ощущает искусственность сказанного. Словно это говорил не он, а кто-то другой. Слова эхом стоят в ушах, не позволяя расслабиться ни на мгновение. Красивая мечта идёт рябью. В воздухе повисают неприятный запах и необъяснимая вибрация, неприятно жужжащая под ухом. Келус вздрагивает, прикрывает глаза всего на мгновение, но этого хватает, чтобы дракон исчез, оставив после себя лишь холод снега.       — Поднимайся! Иначе я лично приду и соберу тебя!       Келус с трудом разлепляет глаза. Взгляд медленно фокусируется сначала на повторяющейся ожидающей анимации его персонажа, затем на светящихся в темноте часах — начало одиннадцатого. И лишь после этого голова начинает различать речь Март, звучавшую до этого искусственным и очень неприятным будильником. Её изображение на полэкрана недовольно поджимает губы, между бровей проступает складка. Зачем она звонит? И почему Келус не снял галку с нового обновления от дурацкой системы КММ, которая позволяла автоматически принимать звонок и выводить изображение при включённом компьютере и наличии звонящего в списке контактов? Для великого геймера слишком беспечно.       Келус трёт глаза, яркий свет слишком режет. За спиной Март такая подсветка, что и мёртвого поднимет, не то, что спящего. Ещё несколько секунд уходит, чтобы собраться с мыслями и вспомнить о вечеринке. Затем приходит разочарование. Но не предстоящей вылазкой, а тем, что он умудрился проспать Рождество… Да уж, говорят: «Как встретишь — так и проведёшь». Уныло дрыхнуть на клавиатуре круглый год как-то не хочется. Зато хоть с жареными крылышками и картошкой.       — Ха-ха! — недовольство на лице Март тут же сменяет плохо сдерживаемый смех. — Решил в качестве маскарадного костюма боевую раскраску под клавиатуру сделать? Очень оригинально.       — А то, — тянет Келус. — Не желаю в следующем году расставаться с любимой клавиатурой.       — Пх, вставай уже, геймер несчастный! Я выхожу! И Эонов ради, причешись хотя бы. В таком виде на тебя только мышь клюнет… и то компьютерная.       Март машет рукой на прощание и отключается. Комната снова возвращается в темноту, разбавленную только светом монитора. На экране кроме шикарного дракона, скучающе парящего в воздухе, с десяток сообщений. Видимо, он умудрился крепко уснуть.       Тянет руку к маленькому зеркалу, придирчиво осматривает себя. Да уж… и правда выглядит не очень со следом от клавиш на лице. Как вообще можно было уснуть прямо на клавиатуре? Раньше такого не случалось. И вообще вечер скорее странный, чем обычный. Ещё и сон такой дурацкий. Ну серьёзно, что за романтичная жвачка для мозга?       Хлопает себя по щекам. Нет! Нечего в облаках витать и на драконов слюни пускать! Сегодня день вкусной еды и хорошего настроения, а не вот этого всего! Келус не намерен упускать такой шанс ухватить побольше сладкого. Наверняка на фуршете будет такая еда, на которую в обычной жизни денег жалко. А тут цена небольшая — всего лишь Март в роли свахи.       Келус закрывает экран с игрой, напоследок проверив чат, но его собеседник даже не заходил эти несколько часов. Ещё раз полюбовался плавными движениями персонажа и направился в ванную смывать с себя сонливость. Если Март придёт, а он всё ещё будет в образе сонной мыши, ему устроят взбучку. А потом потащат на водные процедуры в холодной воде для якобы цвета лица.

***

      Март покачивает бокал, наблюдая, как пузырьки воздуха медленно поднимаются наверх. Келус тоже почему-то не может оторвать от них взгляда. Золотистый алкоголь, отчего-то считающийся праздничным, и правда выгодно сияет в приглушённом свете ламп. Пожалуй, в нём и правда есть частички магии что ли.       В собственных руках тёплая алая кружка с парящим чаем. Несмотря на неодобрительные взгляды и тихий шепот, что это не выглядит располагающим к беседе, а они тут ради неё, Келус остановил выбор именно на таком напитке. Март только хмурится, продолжая смотреть прямо перед собой. Даже сверкающее ожерелье не может скрыть явно плохого настроения.       — Ну какой чай? Как ребёнок. Нужно ведь показать всем, что ты открыт людям.       — Я никому не открыт и ничего не хочу показывать. Если люди думают, что отсутствие алкоголя — это закрытость, то отношений точно не выйдет.       — Да при чём тут то, что они думают? Просто подвыпившие более открыты разговору, веселее. А, ладно. Делай, как знаешь. Только не такое холодное лицо. Задание на вечер: поговори хоть с одним человеком, кроме меня.       Келус кивает. Но категорически не согласен с подходом Март. Зачем пускать пыль в глаза? Зачем начинать знакомство со лжи? Эх, никогда такого не поймёт. Но то, что у них разные идеалы и подходы к жизни было понятно с первого знакомства. Друзьями они стали совершенно из-за другого. Так сказать, не благодаря, а вопреки.       — Перестань делать такое холодное лицо! Мы вообще-то тебе пару ищем!       — Разве изначально не тебе искали?       Келус и правда успел потеряться в постоянно меняющейся мотивации. И первый вариант, когда Март вглядывалась в лица людей, думая, какой принц достоин её внимания, нравился больше. В какой момент всё перевернулось? Что за внезапная смена приоритетов?       — Желательно сделать приятно всем! И вообще! Я в помощи не нуждаюсь. Я — прекрасна.       — Да кто же спорит… подожди, ты намекаешь, что я уродливый?       — Что?! Да нет же!       Келус тихо смеётся. Конечно, ей это в голову не приходило. Март из тех, кто любит людей, но себя любит в особенной степени. В её бесконечных фантазиях был не только титул принцессы. Ещё героини, спасительницы мира, даже Эона… Хотя всё лучше, чем сомнительные сны о драконах.       Март и правда симпатичная. Если бы он не тёрся рядом, наверняка нашла бы весёлую компанию. Да и одета она сегодня действительно потрясно. Келусу даже немного неловко. Одежда обычная повседневная, волосы спутанные, а цвет… Ну, он всегда знал, что красотой не отличается. Когда к собственным завышенным требованиям прибавляется непривлекательная внешность, становится совсем печально.       — Что нос повесил?       Удивительно: и как только Март при полном неумении говорить в тему умудряется улавливать настроение? Эта сверхспособность удивляет. Стоило один раз упомянуть о нелюбви к своей особенности, как это прочно засела в розововолосой голове. И как только там вся информация держится?       — По лицу вижу, что снова о волосах думать начал. Ну поседел рано и что с того? Подумаешь, проблема. Я вот крашеная и ничего же. Лучше улыбайся, найдёшь себе хорошего человека.       — Да не нужен мне никакой человек! Вот ещё.       — Да хоть пепеши, какая разница. Улыбку давай. Там Вельт идёт.       Келус закатывает глаза. Ни человек, ни пепеши, ни лис. Никто. Вот поэтому из Март никогда не выйдет профессиональной свахи. Она не умеет проникаться чужими критериями и всегда ориентируется на свои. И правильно, что с ней не хотелось обсуждать такие вещи. Навряд ли она поймёт главное требование к потенциальному партнёру, которое отсеивало почти всю Вселенную. Впрочем, неважно.       Из толпы выходит высокий мужчина, опираясь на трость. Его причудливый костюм сразу выдаёт большого любителя старой анимации про роботов. Март тут же оживляется, машет, улыбается. Господин Вельт — главный редактор небольшого журнала о роботах, когда-то давно они даже работали вместе. Март делала фотографии с запуска новой игры, а Келусу даже дали право написать своё мнение. Не в экспертной графе, к сожалению, но всё равно прогресс.       — Молодёжь тоже здесь, — улыбается он, поправляя очки. — Веселитесь?       — Пытаемся понять, что делать. Вот, нелюдимая программа вылезла в свет и не желает контактировать ни с какими операционными системами.       Ох. такие метафоры. Келусу хочется закатить глаза. И где только Март этого понабралась? Нашла проблему. Уже бы давно завязала с кем-то знакомство и оставила его одного. Хочется выбраться на улицу, медленно побрести в сторону дома через украшенные главные улицы, но она слишком решительна на этот раз. Утомляет.       — Хах, ничего не поделать. Есть люди, которым больше по душе уединение.       — Но это так уныло! Нет, я заставлю его шевелиться!       Март капризно надувает щёки, всем видом показывая, как сильно её не устраивает такой расклад. Эх, вот что-что а её извечное упрямство в вещах, куда лезть не стоит, иногда всё же больше раздражает. Будто замечая уставший взгляд, Вельт подмигивает. Иногда кажется, что он знает и понимает куда больше, чем показывает.       — Что же, удачи. Раз мы встретились здесь, то хочу вам кое-кого представить.       Он быстро пишет сообщение, таинственно улыбается и торжественно отходит в сторону, как только получает очередное уведомление со странным противным звуком. Келус готов сквозь землю провалиться. Что за очередное невезение? Ему сегодня не дадут уйти? Почему все решили устроить…       Застывает на месте, глядя в спокойное лицо. Голубые глаза невероятно сочетающиеся с чёрными волосами. Хвост на плече, выглаженная рубашка, пиджак, гарнитура у уха. Келус теряет дар речи, обводя взглядом каждую деталь чужого гардероба. От этого парня веет спокойствием и надёжностью. А ещё… он невероятно красив. Причудливые золотые рога — это ведь часть костюма, верно?       Нет! Нет и нет! Что за глупые мысли?! Красивый и ладно, может, у него отвратительный характер! Что за странное влечение посреди ничего? Келусу хочется влепить себе хорошую затрещину. Слишком уж стремительная заинтересованность в незнакомце. Так не должно быть! Самое важное, что может быть — характер, никакая внешность его не заменит. Хочется успокоить себя тем, что парень действительно невероятно красив. Как раз идеально вписывается в представления о том самом. Но это просто внешность. Сама по себе она ничего не стоит.       Хоть Келус и пытается убедить себя в этом, взгляд отводит, неловко потирая пальцы друг о друга. Почему этот человек так пристально на него смотрит? Его взгляд ощущается всем телом, заставляя краснеть. Как же жалко, должно быть, это выглядит. Никогда ещё не появлялось такого сильного желания куда-то сбежать, как сейчас. Невольно пальцы тянутся к волосам. Почему он так смотрит?! А, точно, волосы… На Келуса всегда смотрят, как на диковинку, пуская смешки и сомнительные шутки о седине. Наверное, парень просто удивлён такое видеть. Эоны! Он отберёт бабл-ти Март в качестве компенсации! Надо же было позвать в такое паршивое место!       — Господин Янг, всё же я на работе. Ради чего вы меня позвали?       Голос мягкий и обволакивающий. От такого можно растаять на месте. Почему?! Это неправильно! Как вообще может существовать в природе голос, вызывающий такую неловкость? Это просто невозможно! Келус слышал тысячи разных голосов. Работа обязывала. Но ни один из них никогда не звучал настолько красиво. О, какой же стыд! Ему точно нужно домой! Или хотя бы выйти к умывальникам. Куда угодно, только подальше отсюда.       — Март, Келус, позвольте вам представить Дань Хэна, моего хорошего друга.       — О-о-о! Какой у вас шикарный карнавальный костюм! — восклицает Март, кивая на рога. — А вы работаете с Гончими?       — Можно и так сказать…       Уклончиво отвечает Дань Хэн. На его лице мелькает тень раздражения. Да уж, чувство такта и Март — несовместимые вещи. Как бы сгладить ситуацию? Не хотелось бы, чтобы их приняли совсем уж за невоспитанных людей. Но сил нормально подумать не хватает: на него так пристально смотрят. От этого взгляда перехватывает дыхание. Невольно руки сами собой тянутся к серым прядям. Эоны, как же плохо он выглядит…       — Я счастлив с вами познакомиться.       Келус поднимает голову, слыша эти слова. Счастлив? С ним? А, с Март, наверное. Кивает в знак приветствия, делая едва заметный шаг назад. Единственное, чего сейчас хочется — уйти как можно дальше. Его с головы до ног окутывает неловкость от пронзительного взгляда голубых глаз. А ещё лёгкий страх от того, что внезапно проснулась заинтересованность. Никогда в жизни такого не было.       Март, словно замечая нелепые попытки сбежать, подхватывает его под руку, притягивая к себе. Лучезарно улыбается, во всю пялясь на парня. Как некультурно… Хотя и Келус не отстаёт. Взгляд цепляется за лениво покачивающийся хвост. И если рога ещё можно было принять за изящную часть костюма, то сделать такую живую дополнительную конечность, пожалуй, не вышло бы.       Удивительно, насколько зелёный цвет хорошо сочетается с аристократичной внешностью. Келус отмечает, что парень очень похож на его любимого персонажа. Так много общих черт. И запах… От него пахнет чем-то тёплым, слегка тёрпким. Аромат совершенно не разобрать, но он плотно заседает в памяти.       — Раз у нас на торжестве две нелюдимые души, почему бы не познакомиться.       — Господин Янг, я уже говорил, что просто предпочитаю общество книг и предсказуемость в жизни. Мне это нисколько не мешает.       — Не могу не понять, но хоть иногда нужно ведь выбираться из скорлупы в мир. Химеко тоже переживает.       Дань Хэн вздыхает, но упоминание второго имени заставляет его слегка улыбнуться. Он поправляет гарнитуру, нетерпеливо смотрит куда-то вдаль, но всё же снова переводит взгляд на Келуса. Как же неловко. Что его так заинтересовало?       — Правильно всё мистер Янг! — Тут же подхватывает Март. — Нечего в четырёх стенах киснуть!       — Я не совсем это имел ввиду, но так тоже можно, да.       Келус закатывает глаза. Что за страстное желание обязательно навязать собственные ценности? В это же мгновение Дань Хэн отводит взгляд, сцепляет руки в замок, явно недовольный предложением. На несколько секунд повисает молчание, которое тут же разрывается заливистым смехом Март. Даже господин Вельт улыбнулся, прикрыв рот ладонью.       — Одинаковые! Вы где его откопали? Я думала, что Келус — самый нелюдимый человек во Вселенной! Неужели есть и другие?       — Не сказал бы, что я нелюдимый. Март, прекращай!       — И правда, — господин Вельт поправляет очки, — оставим парней в покое. У всех свои способы развлекаться. Так-то и я идти не хотел, меня Химеко пригласила.       — Да ну вас всех, зануды.       Март демонстративно дуется, а затем поспешно уходит в другую сторону, к столу с напитками. Наконец-то ей надоело играть роль свахи и можно постепенно собираться домой. Только вот… Внимательный взгляд не даёт расслабиться ни на мгновение. Его словно сканируют с ног до головы и обратно, прожигают насквозь. Непонятно, как себя дальше вести.       — Это… ну… — впервые в жизни слова не подбираются.       Кажется, Аха ради смеха лишил его возможности говорить. Раньше проблем с неблизким общением не возникало, а сейчас любая попытка придумать хоть одно адекватное предложение разбивается о стену неловкости. Ну правда, как себя вести с незнакомцами?       Тёплые пальцы легонько касаются его потрескавшихся от холода ладоней, едва ощутимо погладив кожу. Келус сосредоточенно смотрит на руки, сгорая от стыда: Эоны, у него такая плохая кожа, особенно сегодня. О чём он вообще думает? Какое дело этому парню до его кожи? Да и вообще к нему? Просто проявил вежливость, а мозг уже отключился и не желает возвращаться в норму.       Но чужие пальцы не спешат отстранятся, задерживаясь дольше допустимого для случайности. Мягкий бархатистый голос обволакивает с головы до ног:       — Я могу пригласить вас на танец?       — Я не могу отказать…       Что он сказал?! Как же неловко! Нет, Март точно нужно будет устроить выговор. И больше никогда и ни за что с ней не ходить. Кстати, а где она? Келус цепляется за это, как за единственную возможность отвлечься от непонятных мыслей. Но розовую макушку не видно. Как обычно, сбежала в самый неподходящий момент.       Дань Хэн сильнее сжимает его ладонь, ощутимо тянет за собой, мягким движением вводя в танец. Келус вздрагивает, не знает, куда деть вторую руку. Он ни разу не танцевал в паре. Уж тем более что-то вроде вальса. И сейчас всё кажется гротескным сном, полностью не соответствующим действительности. Стараясь попасть если не в ритм музыки, то хотя бы в движения партнёра, Келус напрягается ещё сильнее. Кажется, голова вот-вот лопнет от перегрузки.       Кусает губы, сосредоточенно смотрит вниз, на ноги, делая один за другим неловкие шаги. Стыдно. И от самого себя, и от ситуации в целом. Сейчас все смотрят на них и думают: почему такой красивый человек решил потанцевать с кем-то настолько невзрачным? Лучше бы он вообще не приходил сюда!       Март, Март, Март. Мозг отказывается фокусироваться на неприятном, выводя как мантру имя незадачливой коллеги. Если бы не она, спал бы сейчас дома, за монитором, смотря красивый сон, а не позорился посреди зала. И кто за язык тянул? Нужно было сразу отказать.       — Расслабь плечи, — бархатистый голос звучит над самым ухом.       Дань Хэн словно невзначай проводит ладонью по напряжённым мышцам. Будто по волшебству, места, которых он коснулся, и правда наполняются странным теплом. Келус поднимает голову, смотрит в голубые глаза, замечая в них лёгкие золотистые прожилки. Красиво. Кожа светлая и абсолютно чистая, мягкие на вид волосы, аккуратный хвост с выкрашенными в синий прядями. Этот человек выглядит, словно самая смелая мечта.       — Вот так, а теперь не думай ни о чём, я веду.       Дань Хэн уверенно подхватывает его под руку, пальцы перебираются ниже, спускаются к талии, заключают. Келус ещё никогда не ощущал себя одновременно настолько неловко и защищённо. Каждое движение этого человека уверенное и спокойное. Он не похож на вынужденного затворника, скорее на того, кто сознательно выбрал путь одиночества во имя чего-то. Чего?       Присматривается к пиджаку. Неброская, но явно дорогая ткань, ни одной лишней складки, словно он сошёл с рекламных плакатов. Если бы в Золотом Миге появился такой артист, крышу бы сорвало всем. Красивый. Но даже этого слова недостаточно. К краю белой рубашки прикреплён изящный зажим в форме дракона, поддерживающий галстук. Пожалуй, единственная яркая, но не создающая контрастности деталь в его костюме.       Длинные чёрные волосы с игривыми синими прядками на плече приковывают взгляд. Строгий, надёжный и одновременно с этим такой уютный. Келус ощущает, что голова приятно кружится. То ли от того, что его мягко ведут в танце, то ли от размышлений. Не знает и знать не хочет.       Взгляд глаза в глаза. Он так близко, что слышно спокойное дыхание. Прикосновения словно становятся мягче. Свет огней в зале завесой закрывает их от посторонних. В какой момент проснулись глупые романтические чувства? Впрочем, неважно.       — Ты очень хорошо танцуешь.       Комплимент банальный, но хочется сказать хоть что-то. Всё же молчание только сильнее подпитывает странную лёгкость во всём теле.       — Спасибо.       — Ты постоянно так пристально смотришь. Я одет не особо уместно для такого мероприятия. Да и вообще идти не собирался. Хотя ты, наверное, тоже…       Что он говорит? Зачем? Как остановить поток многосвязного бреда? Это невыносимо. Внезапно чужая ладонь сжимает руку чуть сильнее. Взгляд становится пронзительнее. И от одного этого момента хочется растаять. Почему этот человек насколько идеален? Нет, не так: почему он идеален с первого знакомства? Так не должно быть.       — Мне кажется, что мы уже… — Дань Хэн задумчиво тянет, но тут же обрывает мысль на полуслове. — Не хочешь ли сбежать отсюда?       На его лице появляется лёгкая озорная улыбка, что-то внутри подсказывает: редкое зрелище на серьёзном лице. Логика твердит отказаться как можно скорее, вернуться домой и забыть этот полусказочный, совершенно нереальный сон, но Келус смотрит в голубые глаза, блестящие в свете праздничных огней, и не может не ответить:       — С удовольствием.       Чужая рука будто случайно проводит по запястью, та тут же покрывается гусиной кожей, тело пронизывает странная дрожь от прикосновения. Глаза напротив блестят, приковывая взгляд. Келус ловит себя на том, что откровенно пялится на рога. Свет мягкими бликами ложится на гладкую поверхность, переплетаясь с идущим от них свечением, создавая тёплый и чем-то сказочный ореол.       Это точно не может быть простым карнавальным костюмом. Ни одна, даже самая новейшая технология КММ, не способна воссоздать настолько реалистичное внутреннее свечение. Повинуясь чужой воле, Келус послушно идёт к огромной двери на балкон. Своеобразное уединение. Удивительно, они думают об одном и том же и не любят одинаковые вещи. Что за нарушение всех немыслимых законов Вселенной?       Как только массивные двери раскрываются, выпуская их наружу — к свежему воздуху и наполненному звёздами небу, с плеч будто падает камень. Обилие запахов, скрутившихся давящим вихрем в зале, наконец-то отпустило. Не то, чтобы Келус не любил вкусные или просто успокаивающие ароматы, но когда каждый норовил обрызгать себя чем-то, мир превращался в какофонию, от которой кружилась голова.       Здесь же, на широком балконе, огибающем сложную архитектуру резиденции, нет места лишнему — лишь опьяняющая лучше алкоголя морозная свежесть. Дань Хэн облокачивается о перила, шумно выдыхает. Мягкий свет его рогов будто уютный огонёк, слегка освещает полумрак, неспособный полностью исчезнуть в приглушенном свете фонарей.       Келус подходит ближе, но всё смотрит и смотрит. Он сейчас точно скажет какую-то глупость… Понимание собственных особенностей ни на мгновение не облегчают состояние. Но то ли аромат от бокала Март ударил в голову, то ли мозг уже уснул, но тело выдаёт очередную неуместную вещь:       — Они настоящие?       — А ты хочешь, чтобы они были настоящими?       — Кто вообще отвечает вопросом на вопрос?       Келус цокает языком, недовольно и шумно выдыхает через рот. Ну нет! Этот человек не такой мягко-сказочный, как представлялось. Хотя, признаться, лёгкая загадочность ему идёт, как и скрытность. В глубине души всегда хотелось чего-то именно такого… Ох, от собственных предпочтений становится неловко. Разве можно настолько отрицать человечность?       — Не люблю толпу, — Дань Хэн прикрывает глаза.       — Да, я тоже. Шумно, душно, все постоянно хотят наступить на ногу. Отвратительное место.       — Ты недоволен праздником?       — Нет, почему же? Мне нравится еда. И музыка, и интерьер, и ёлка тоже! Но не люди. Знаешь, люди — это хорошо, но когда их слишком много, голова раскалывается.       — Не могу не согласиться. Не хочешь подарить мне ещё один танец?       — Хочу…       Келус удивительно расслабляется, когда чужие руки мягко ложатся на бока. Здесь, в отличие от зала, наполненного людьми, как-то спокойнее. Нет ощущения, что все пялятся и обсуждают. Конечно же, мозг понимает, что веселящимся нет дела ни до кого, кроме себя, но всё же… Спокойнее, приятнее, увереннее. Как же всё таки важно не ощущать на себе тысячи взглядов, а лишь один.       Дань Хэн ведёт мягко. Его движения уверенные, слышно стук низкого каблука о мраморную плитку. Сквозь неплотно прикрытые двери и маленькие колонки на изящных колоннах доносится рождественский вальс. Его мелодия словно сама заставляет тело двигаться, растворяясь в красивой сказке. Лицо возле лица, чуть ближе, чем стоило бы, но всё ещё на приличном расстоянии. Свет гирлянды падает чёрные волосы, наполняя их ещё более насыщенным цветом, на бледную кожу, на голубые глаза.       Келус, кружится под направлением сильной руки, не в состоянии удержать равновесие, прижимается чуть ближе, чем стоило бы. И отчётливо ощущает под пиджаком характерную твёрдость. Оружие? Точно, упоминал ведь, что на работе. И всё же, кто этот таинственный незнакомец?       Мысли исчезают так же быстро, как появляются, растворяясь в неспешных движениях по кругу на широком балконе. Звёздное небо сияет ярче, чем когда либо. Его свет переплетается с отблесками гирлянд, запутывается в еловых венках, украшающих колонны, падает искусственным и совсем не холодным снегом на ресницы.       Сегодня ничего не важно. Келус на мгновение прикрывает глаза: пускай этот чудесный сон продолжается. Сейчас он забыл обо всём на свете, впервые поверив в сказку, способную прийти в реальность. Пусть для многих Пенакония — земля Грёз, но некоторые вещи даже ей не под силу. Хотя… Может, он чего-то не знает о грёзах?

***

      — Нет, это несправедливо! — Март кинематографично дует губы, хоть это не может скрыть улыбку в полной мере. — Как самый нелюдимый человек на свете нашёл парня раньше меня?!       — У меня нет парня.       — Да конечно! А кто сегодня на свидание собрался после работы? — она поправляет какую-то безвкусную статуэтку, пытаясь сделать её хоть немного привлекательнее.       — Это не свидание. Мы просто встретимся и поболтаем. По-дружески.       — Хах, это теперь так называется? Ну-ну. Какая интересная «дружба».       — Март! — Келус устало трёт переносицу. — Ну сколько раз повторять: мы не встречаемся!       И правда. За последний месяц эта тема поднималась слишком часто. Просто Март решила, что она теперь сваха и будет помогать всем находить себе пару. Даже пристала с этой идеей к одной из коллег. И получила полный восхищения взгляд. Да уж, сколько проблем от случайности.       Ну встретились после бала ещё раз в кафе, выяснили, что фанатеют от одной и той же игры. Дань Хэн показал прекрасное место с очень вкусными десертами. Пару раз прогулялись у статуи Часика и даже один раз сходили на границу Грёз: Келус когда-то обмолвился, что всегда хотел там побывать, но Гончие не пускают. Вот и все «свидания».       — Ну конечно же нет! — понимающе кивает Март. — Вы просто два раза в неделю на прогулки ходите. В кафе, на премьеры. Так все друзья делают.       — Не вижу причин для сарказма. Не понимаю я, как можно встречаться с человеком, которого знаешь месяц. Нет, мы просто друзья. Я ещё недостаточно хорошо его знаю, чтобы принимать такие серьёзные решения.       — Он-то знает, что вы «не встречаетесь».       — Он полностью разделяет мои взгляды на отношения.       На лице Март пропадает улыбка, она театрально вскидывает руки к небу, и отвечает с полным разочарованием:       — Какие же вы скучные! Никакого драйва, никакой страсти! Узнавать друг друга и только через три года начать встречаться? Полный отстой! Нет, он мне сначала показался симпатичным, но как хорошо, что таких улиток судьба свела друг с другом. Да кто вообще такое выдержит?       — Каждому своё, — пожимает плечами Келус.       Хотя определённая заслуга Март в этой среде невероятных случайностей всё же есть. Может, она и правда способна притягивать магию в обычную жизнь? Накопила же как-то на то украшение, хотя по всем законам логики это проблематично. Нужно будет присмотреться к ней, что-то подозрительно много волшебных совпадений для обычного человека.