Прости, если сможешь..

Финал.

Финал, в который она так и не попала. Обидно. До боли обидно. Она боролась за это чёртово место в финале целый год, отдав ему все силы, нервы, бессонные ночи, сомнения и надежды. Год жизни. И в итоге в финал прошла Марьяна Романова. В тот день Ангелина вернулась домой поздно. Она не чувствовала холода, который пробирал её до самых костей, не чувствовала усталости, не чувствовала даже злости. Она вообще ничего не чувствовала — будто внутри всё выжгли дотла, оставив пустоту. Захлопнув дверь, она небрежно кинула ключи на тумбочку, так же бездумно бросила сумку. Скинула с себя куртку, повесила её на вешалку и, почти спотыкаясь, направилась на кухню. Ноги не слушались, подкашивались, словно отказывались нести её дальше. В голове снова и снова всплывал момент съёмок. Как она ушла. Ушла, не оглянувшись. А какой был смысл оглядываться? Смысла уже не было. Включив свет на кухне, Ангелина подошла к гарнитуру. Там стоял стакан. Она взяла его, налила воды, сделала пару глотков… и вдруг стакан сам выскользнул из её рук. Оставшаяся вода брызгами разлетелась по полу, а следом рассыпались мелкие осколки стекла. Ангелина лишь устало моргнула. Медленно присела, собираясь убрать осколки, но в этот момент раздался звонок в дверь. Настойчивый. Резкий. Такой, который не оставляет выбора. С трудом поднявшись, она пошла к двери, всё так же не чувствуя ног. Даже не посмотрела в глазок — просто открыла. И замерла. На пороге стоял он. Влад Череватый. Или, как она чаще всего его называла, Владик. — Зачем же пожаловал сам финалист, да ещё и ко мне? — горько усмехнулась она. — Ты была расстроена, когда уезжала из особняка, — тихо ответил он. — Я подумал, может… Она не дала ему договорить. Резко схватила его за руку, затащила в квартиру и захлопнула дверь с тем же отчаянием, с каким сделала это несколько минут назад, когда была здесь одна. — Подумал? — голос дрожал. — Ты подумал? Почему же ты, Владик, не подумал о том, кому действительно нужно было пройти в финал? Почему не поддержал меня? Ты ведь знал… знал, один из немногих, как это было для меня важно. Как долго я к этому шла. И всё рухнуло в один миг.. Она тяжело выдохнула. — Ты даже слова в мою защиту не сказал. Стоял и проталкивал Марьяну… Влад видел, в каком состоянии сейчас Ангелина. Видел её боль, её сломленность, её отчаяние. И хотел лишь одного - хоть как-то это остановить. Он молча подошёл ближе и, понизив голос до шёпота, сказал, глядя ей прямо в зелёные, блестящие от слёз глаза: — Прости… если сможешь. А потом накрыл её губы своими. Оттолкнула ли его Ангелина? Нет. Не смогла. А может… и не хотела.