коснуться её

В ту ночь ты легла рядом с ней.

Непрощенная миром, без цели.

Холодные руки любили тебя.

Трещали как лёд под прицелом.

Тело лежала рядом с тобой на кровати и задумчиво рассматривала твоё лицо. Иногда тебе казалось, что мозг разжижается, хоть ты и знала, что это невозможно. Но иначе ты не могла объяснить то чувство, которое испытывала, когда видела её. Противиться было невозможно. Ты просто хотела коснуться, оказаться совсем близко, чтобы рыжие кудри щекотали лоб и щеки. Тебе хотелось вдохнуть её запах. И тебе было бы плевать, если она пахла как разложившийся труп. Тебе на всё было плевать. Лишь бы иметь возможность по настоящему коснуться её. Жаль, ты не знала её имени Харрохак, очень жаль. Ты бы шептала его ей в губы. Даже если ты считала это бессмысленным, это не значит, что ты этого не хотела. Матрас не продавливался под ней, хотя даже под твоим костлявым телом это происходило. Тебе хотелось, чтобы она заговорила, сказала хоть пару фраз, не имеющих смысла. Тело смотрела на тебя взглядом, который ты не могла разгадать. Впрочем, ты не слишком пыталась. Тебе осточертел груз собственного тела, ты не понимала, зачем существуешь. Только её присутствие давало тебе надежду и долю смысла. Ты хотела попробовать в последний раз. Ты знала, что если не получится сейчас, то шанса уже не будет. Совсем скоро ты могла умереть. Своей дрожащей рукой, ты повела прямо к её лицу. Казалось, оно было так близко. Вот только твои глаза не видели, потому ты зажмурилась. Ты вела себя хуже пятилетнего ребенка. Хотя не то чтобы ты знала, как они себя ведут. Все чувства обострились до предела. Движение было медленным. Собственные кости вызывали зуд. Было противно. Хотелось выйти из тела прямиком в её руки. Первое, что ты почувствовала прикоснувшись — холод. Ты затряслась от неожиданности, или от страха. Хотя плевать, ты уже давно не могла по настоящему различать, что испытываешь. Тебе хотелось открыть глаза. Кожа под пальцами была морозной и гладкой. А твои веки становились тяжёлыми, словно налились свинцом. Выходить из мира, где ты могла чувствовать её, казалось непростительным. Твои пальцы вели по холоду. Тело лежала неподвижно. Ты не чувствовала её костей, не слышала биения её сердца, но продолжала трогать, пока могла. Медленным движением ты заставила собственное издыханное тело придвинулся ближе. Тебя трясло. Ты практически не ела и почти не спала. В целом в этом не было ничего удивительного. Ты бы также не удивилась, если бы узнала, что всё происходящее, это бред твоего сломанного мозга. Но тут губы под твоими пальцами раскрылись. Они двигались очень медленно. Возможно, Тело что-то говорила, или может быть она просто хотела коснуться тебя в ответ. Тебе хотелось содрать кожу со своих пальцев, чтобы чувствовать её сильнее. Чтобы удержаться в этих ощущениях как можно дольше. Ты водила по её лицу. Касалась бровей, носа, ресниц, что были в снегу. Ты представляла это в голове, ведь всё ещё боялась открыть глаза. Время перестало течь для тебя. Каждые несколько минут ты пыталась лечь ближе, чтобы прижаться к ней. Но как бы ты не старалась, расстояние не становилось меньше. В какой-то момент все твои силы начали уходить на прикосновения. Ты пыталась согреть её кожу, истерично старалась почувствовать её кровь. Но чувствовала только холод и отсутствие жизни. Тело моргала. Ты надеялась, что она смотрит на тебя своими яркими глазами. Когда холодные пальцы схватили тебя за запястье, ты практически сломалась надвое. Ты перестала жить в тот момент. Дрожь пронеслась по телу и желудок снова свело от приближающейся рвоты. В этот момент ты осознала насколько тонкими были твои запястья. Кажется, на них совсем не было мяса. Её рука была до безумия холодной. Холоднее чем лицо. Тело остановила тебя, чтобы переплести ваши пальцы. Ты так сильно противилась желанию открыть глаза, что сделала себе больно. Боль отрезвляла тебя. — Любимая, всё будет хорошо. Услышав её тихий голос, ты раскрыла губы в немом крике. Ты чувствовала как вибрируют твои органы. Её губы тронули твоё худое запястье и ты рассыпалась. Ты разбилась как кусок льда. Из глаз полились слёзы. Ты дёргалась от рыданий, хватая ртом воздух. Ты не понимала зачем живёшь. Куда проще было просто исчезнуть. Исчезнуть вместе с ней. Умереть. Гнить и чувствовать, как её пальцы держат тебя, спасая от этого мира. Всхлипы срывались с твоих губ, ты задыхалась. Лёгкие не были достаточно сильны, чтобы справиться с этим. Ты не могла себе помочь. Ты могла только болезненно рыдать, чувствуя, как все мышцы в теле напрягаются от очередного слабого вдоха. Боль больше не отрезвляла. Каждая попытка придвинуться ближе, отдаляла тебя от неё. Каждая попытка сделать вдох кончалась провалом. Тело безмолвно заставила тебя стереть слёзы с лица, пока ты продолжала задыхаться. Коснувшись своего лица, ты попыталась содрать кожу ногтями. Чтобы боль вернула тебя к жизни. Но Тело не позволила. Она отдернула твою руку и снова переплела ваши пальцы, делая из них замок. Если бы ты имела достаточно здравого смысла и сил, ты бы вполне могла сделать себе больно даже без собственных рук. Но ты не могла. Из-за неё. Постоянная выработка кортизола не обошла тебя стороной. Ты действительно сходила с ума, Харрохак. Твой разум вопил и кричал, ты пыталась оказаться ближе. Но вас будто разделяла целая галактика. Её холод окутывал тебя. Она замерла вместе с твоей рукой. Время остановилось, пока ты продолжала задыхаться из-за рыданий. — Побудь рядом со мной, пока можешь. Второй твоей руки коснулся холод. Тело вытянула тебя и прижала к себе. Если ты и была мертва по настоящему, всё происходящее ты назвала бы благословением. Она никогда не делала так. Вы никогда не были так близко. Твои губы шевелились в немых молитвах и криках. Горло першило. Ты не знала, сколько времени это продолжалось. Ты чувствовала лишь её руки, только их и хотела чувствовать. Тело не пыталась остановить тебя. Она качала тебя на руках, как маленького ребёнка и гладила твои смольные волосы. Ничего больше не имело смысла. Ничего больше смыслом и не являлось. Ты знала, что она исчезнет. Но это не имело значения, пока ты чувствовала её короткие волосы. Это не имело значения, пока ты чувствовала её тело. Сотрясаясь в рыданиях, ты изучала её лицо и шею. Каждый открытый участок кожи, что был доступен. Ты льнула к ней как к огню на замёрзший планете. Удивительно было то, что в её теле не было и грамма тепла. Ты уже потеряла надежду согреть её. Ты знала, что это не сработает. На твоих закрытых глазах появился слой мерзлоты, веки вздрагивали с каждым слабым ударом твоего сердца. Её губы ударились в твой лоб. Поцелуи разглаживали хмурые брови и приостонавливали дрожь. Потерявшие цвет ногти цеплялись за неё, как за единственную надежду. Ты вела себя отчаянно. По настоящему истерично. У тебя больше не было сил. Она гладила твои худые плечи и целовала под глазами. Ты знала, что твои слезы замерзают на её губах. Погребенная в собственных чувствах ты лежала в её объятиях и смыкала веки крепче. Её поцелуи были осторожными. Она трогала тебя так, словно ты действительно могла рассыпаться в любой момент. Две её руки могли с лёгкостью закрыть твоё тело. Она вполне могла вырвать твой позвоночник, если бы захотела этого. Твоих губ коснулись. Ты мало ела и мала пила. Твои губы были сухими и ощущались ужасно. Но она всё равно поцеловала тебя. Ты не знала, что сможешь почувствовать холод ещё сильнее. Но холодная дрожь пронеслась по тебе. Тело не дышала. Она лишь продолжала покрывать твоё лицо поцелуями, пока ты раздирала её лицо ногтями. Тебе не было страшно, даже когда твои зубы затрещали от холода. Даже когда ты перестала чувствовать свои пальцы. Ты не делала ничего, что могло бы помочь тебе сохранять тепло. Тебе было наплевать. Рука Тела скользнула к твоему затылку. Она направляла тебя. Она хотела, чтобы ты поцеловала её в ответ. Губы уткнулись в пустоту и ты почувствовала как её тело трясётся от смеха. Ты не знала, что трупы и галлюцинации умеют глумиться. Ты смогла коснуться её губ, когда она этого захотела. Она управляла тобой как куклой, а ты не сопротивлялась. Не сопротивлялась до тех пор, пока её пальцы не подхватили твой подбородок и ты отчаянно не прошептала: — Тебя здесь нет… Тело ничего не ответила. Она сжала тебя. Крошечную и обессиленную. Ты выдохнула остатки тепла и обняла её всеми силами, что оставались в руках. Она качала тебя, пока мозг не отключился. Твои заледеневшие руки остались лежать на её лице. Последнее, что ты слышала перед тем как лишиться возможности дотронуться до неё было по настоящему ужасно. — Я всегда буду твоим клинком, моя мрачная госпожа. После долгих секунд тишины и темноты ты очнулась и громко закричала. Ты была одна.