Глава 3 | Странное чувство
16 января 2026 г., 19:20
Парни смеялись в школьном туалете никак не реагируя на происходящее рядом. Они просто смеялись от души. Джонатан задыхался от смеха, а Стив держался за живот чуть не падая на пол. Мир перестал существовать — только они в этот момент. Парни по-тихоньку успокаивались ещё хихикая под нос. Джонатан удивился как так легко можно перестать замечать окружающее. И впервые за долгое время ничто не казалось важным, кроме этого странного, хаотичного веселья. Оба успокаивались очень долго.
Между парнями повисло неловкое молчанье и тишина. Очень тихая тишина.
Джонатан даже подумал «Может не нужно было с ним смеяться?»… Но вдруг тишина прорвалась громким вздохом Стива от чего Джонатан дёрнулся.
Парни выходят из туалета но на улице уже меркал через окна закат, значит уроки уже закончились.
Резко и неожиданно Стив пробормотал в полголоса
Стив: Знаешь, Байерс… С тобой даже побеги какие-то. нормальные. Только выглядим как два идиота.
Джонатан отвечает на эту подколку от Стива
Джонатан: Зато свободные идиоты..
Джонатан начал ловить себя на мысли, что ему было легко, и что это не было похоже на ненависть. И это бесит. Джон посмотрел в глаза Стиву пока тот уже давно пялился на его.
Джонатан: Мы не должны были..
Стив: Что не должны? Ты что жалеешь?
Стив скрестил руки на груди и смотрел так будто в заглядывал душу Джонатана.
Стив: Я тебя не специально втянул в это, ты сам.
В голосе звучала... забота? Но это была почти забота, а не полная.
Гробная тишина окунула парней с головой.
Они оба смотрели друг на друга слишком презрительно...
Джонатан поймал себя на том, что замер. Всего на секунду — но этого хватило.
Он ожидал чего угодно: сарказма, очередной колкости, даже злости. Но не этого спокойного, почти тихого тона, будто Стиву и правда было не всё равно.
С каких это пор ему не всё равно?
Джонатан нахмурился. Это не укладывалось в голове. Стив Харрингтон не должен был звучать так. Он должен был быть громким, самоуверенным, раздражающим.
Таким, каким его всегда видел Джонатан.
И всё же внутри что-то неприятно дёрнулось.
Потому что эта забота прозвучала искренне.
Джонатан отвернулся, делая вид, что рассматривает трещину на стене. Он не хотел, чтобы Стив заметил, как сильно его это задело.
Не хотел признавать, даже самому себе, что этот момент почему-то оказался важным.
"Странно, почему он так сказал?" крутилось в голове Джонатана. Он даже на миг покраснел от сильного заблуждения, но всего на миг.
Он заметил это не сразу.
Сначала был только смех — громкий, сбивчивый, такой, от которого начинало болеть в груди. Джонатан опирался ладонью о холодную стену туалета, пытаясь восстановить дыхание, а Стив стоял рядом, всё ещё улыбаясь, будто не мог остановиться. Воздух был тяжёлый, пах дешёвым мылом и чем-то металлическим, и в этой тесноте они находились слишком близко.
Слишком.
Стив: Ты в порядке?
Просто сказал. Без насмешки. Без привычного тона, который Джонатан ожидал услышать. Голос был ниже, тише, и в нём… что-то звучало.
Забота.
Джонатан напрягся.
Он моргнул, будто не расслышал, и медленно выпрямился, отводя взгляд. Это было глупо — реагировать так остро на обычный вопрос. Но внутри что-то неприятно сжалось, словно этот голос задел место, к которому никто не прикасался уже очень давно.
С чего вдруг?
Он ожидал шутки. Ожидал, что Стив скажет что-нибудь идиотское, ухмыльнётся, добавит колкость. Так было бы проще. Привычнее. Так, как всегда.
Но Стив просто смотрел.
И это почему-то выбивало из колеи сильнее любой драки.
Джонатан: Нормально, — буркнул Джонатан, слишком резко. Он сам это понял, но менять тон не стал. — Не помираю.
Стив не ответил сразу. Только кивнул, будто принял это, и сделал шаг назад, давая пространство. Этот жест был… неожиданным. Он не настаивал. Не смеялся. Не лез дальше.
И это бесило.
Джонатан стиснул зубы и уставился в пол. Плитка была старая, с трещинами, в которых застряла грязь. Он сосредоточился на них, будто они были самым интересным, что существовало в этом мире.
Потому что если посмотреть на Стива — можно было увидеть это снова.
Этот взгляд.
Почему ты так смотришь?
Почему тебе не всё равно?
С каких пор ты вообще замечаешь такие вещи?
Мысли путались, цеплялись друг за друга. Джонатан чувствовал, как внутри поднимается раздражение — не на Стива даже, а на самого себя. На то, что этот момент оказался важным. На то, что голос Стива отозвался где-то глубже, чем должен был.
Он не хотел этого.
Стив Харрингтон был проблемой. Был раздражителем. Был тем, с кем он дрался в коридоре, а не тем, кто спрашивает, в порядке ли он.
И всё же этот вопрос прозвучал искренне.
Джонатан выдохнул медленно, проводя рукой по лицу. Сердце билось слишком быстро — не от бега, он это знал. Он пытался убедить себя, что всё это ерунда. Что он просто устал. Что день был дерьмовым.
Но внутри оставалось ощущение, будто что-то сдвинулось. Совсем чуть-чуть. Почти незаметно. И именно это пугало больше всего.
Он украдкой посмотрел на Стива.
Тот стоял, прислонившись к стене, и выглядел непривычно спокойным. Без привычной бравады. Без показной уверенности. Просто… настоящим.
Джонатан быстро отвернулся.
Не смотри. Не думай. Не усложняй.
Но мысль уже засела.
Что если Стив Харрингтон — не совсем тот, кем он всегда его считал?
И что если эта забота — не случайность?
Эта мысль была опасной. Потому что если позволить ей остаться — всё станет сложнее. Гораздо сложнее.
А Джонатан совсем не был уверен, что готов к этому.
Джонатан уже собирался сказать что-нибудь — любое, лишь бы разрушить эту тишину, — когда он встретился взглядом с кем то посильнее.
Старшеклассник: О, да ладно, — раздался насмешливый голос. — Смотрите-ка, кто у нас тут.
Джонатан вздрогнул и машинально выпрямился. В дверях стоял один из старшеклассников, из тех, кто всегда находил повод зацепиться. Он окинул их взглядом, задержавшись на Джонатане дольше, чем нужно.
Старшеклассник: Байерс, — протянул он. — Ты теперь с охраной ходишь?
Смех был короткий, неприятный. Такой, от которого внутри сразу становилось холодно.
Джонатан почувствовал, как знакомое напряжение поднимается в плечах. Он знал этот момент. Знал, как это обычно бывает. Сейчас он стоял бы один. Сейчас он бы просто промолчал или сжал кулаки, делая вид, что ему плевать.
Он уже сделал шаг назад — почти незаметный, инстинктивный.
И тогда Стив шагнул вперёд.
Не резко. Не показательно. Просто встал рядом с Джонатаном — так близко, что их плечи почти соприкоснулись. Это было движение без пафоса, без лишних слов. Но оно значило больше, чем любая угроза.
Стив: Проблемы? — спокойно спросил Стив.
Голос был ровный. Уверенный. Такой, от которого насмешка в дверях сразу потускнела.
Парень хмыкнул, снова посмотрел на Джонатана, потом на Стива. Его улыбка стала натянутой.
Старшеклассник: Да нет, — бросил он. — Просто… удивился.
Он постоял ещё секунду, словно решая, стоит ли продолжать, а потом пожал плечами и вышел, громко хлопнув дверью.
Тишина снова накрыла помещение.
Джонатан не сразу понял, что задержал дыхание. Он выдохнул медленно, будто только сейчас позволил себе расслабиться. Сердце колотилось, но теперь — иначе.
Он посмотрел на Стива.
Джонатан: Ты… — начал он и замолчал.
Стив повернулся к нему, нахмурившись.
Стив: Он тебя часто достаёт?
Вопрос был простой. И снова — без насмешки.
Джонатан сглотнул. Он не знал, зачем говорит правду.
Джонатан: Бывает.
Стив кивнул, будто запомнил это. Будто это имело значение.
Стив: Тогда он больше не будет, — сказал он тихо.
Джонатан хотел возразить. Хотел сказать, что он не нуждается в защите. Что справлялся и раньше. Что ему не нужен Стив Харрингтон, стоящий рядом.
Но слова не пришли.
Потому что в этот момент он вдруг понял
он не был один.
И это ощущение — новое, странное, пугающее — почему-то не хотелось отталкивать.
