«My Boy»

...

- Привет, Джонни бой! Я весело влетел в студию, приветливо маша рукой. Я чувствовал, как легко развиваются мои свежовымытые волосы, мягко пружиня с каждым моим движением. - Привет, принцесска. Откликнулся Джон, поднимая голову от гитары. - Как успехи? - я снял своё чистенькое пальто и повесил на спинку стула, за который и присел, принимаясь настраивать Хофнер. - Да нормально, правда не хватает ещё песни. - с досадой сказал он, и я заметил, как при этом у него поджались губы. - Ну, это не беда! Сейчас быстренько сострочим, а, Ленни? - я по-дружески толкнул его в плечо. - Ага, посмотрим. - к моему удивлению, Джон не ответил на мой задорный настрой тем же. - Что-то ты сегодня мрачноватый. - подметил я, перебирая пальцами по грифу, чтобы размяться. - Да просто придумать не могу ничего нормального! В голове каша какая-то! - Ну что же ты, мой боой. - шутливо протянул я последнее слово. - Что ты сказал? - резко повернулся Джон, возвращая ко мне абсолютно все внимание. - Что? - не понял я, бегая глазами вправо-влево. - Повтори. Ты пропел, что ты пропел? - Э-э, ты про «мой боой»? - я улыбался, а пальцем проводил, словно дерижировал. И внезапно тоже понял, что, кажется, у меня получился новый мотив. - Так. Давай, пой. - скомандовал воодушевлённый Джон, поудобнее садясь с гитарой. - Мой боой-бооой-боой. Пропел я, а Джон начал резко отбивать по струнам, беря знаменитый и многострадальный B7. - Ага, ага, кажется что-то получается! - радостно воскликнул он, переходя к следующим аккордам. Но, так как ничего кроме «мой бой» у нас не было, мы снова остановились. Я с интересом наблюдал за Джоном, почти слыша, как тот активно что-то придумывает. Он неожиданно вскинул голову на меня, на несколько секунд задержался на моем лице взглядом, и без предупреждения запел: - Есть ли кто, кто собирается послушать мою историю? Все о мальчике, что пришёл ко мне. Он из тех парней, что ты желаешь, от этого тебе так жаль.. Тем не менее ты не жалеешь не об одном дне.. - Мой боой, боой.. Я смекнул, что Джон нащупал куплет, и подсказал ему, что петь. Мой высокий голос как всегда хорошо гармонировал с его, и Джон с улыбкой продолжал играть свой новообретённый ритм. Я невольно стал постукивать ладонью по бедру. - Когда я думаю о тех разах, когда я так старался оставить его. Он возвращается ко мне и начинает плакать. И он обещает мне Землю, и я ему верю. И даже спустя столько времени, не знаю почему. - Мой боой, боой.. Остановившись, я услышал, как Джон с силой вобрал воздух через зубы, а затем на выдохе, уже один, пропел: - Мой боой, боой.. Брови его в тот момент сошлись на переносице, а сам голос звучал с хрипотцой, и даже сексуально? Стоп, что это за похабные мысли? О ком Джон думал? Что с ним? Он что, вспоминает Синтию, говоря «мой бой»? Что за бред! Но Джон невозмутимо открыл глаза, и из-под полуопущенных век томно посмотрел на меня. Невольно я слишком шумно сглотнул. Джон увидел явное движение в моем горле у кадыка, и лишь ухмыльнулся. Он расправил свои плечи и уверенно посмотрел на меня. - Он из тех мальчишек, что унижают тебя. Когда рядом друзья ты чувствуешь себя дураком! Когда ты говоришь ему, что он хорош. Он ведёт себя так, будто это и понятно, он крут, крут, крут! Я в шоке поднял брови и даже возмутился, не осознавая до конца, обращается ли он лично ко мне или поёт про кого-то абстрактного.. Но он так выплевывал слово «крут», нагло смотря мне в лицо, что до меня, с опозданием, все же дошло, что, да, похоже ко мне. Я не успел его остановить, будучи занятым всеми этими мыслями, что пропустил, как Джон снова начал с горечью и довольно сильными эмоциями протягивать «Мой боой, боой». Кажется, до этого Джон просто стонал. Что-то вроде «Уууу - у». Я с возмущением перекрикнул его. - Джон! Что это такое?! Он с удивлением посмотрел на меня, и это вывело его из музицирования. Он положил руку на струны, и мы погрузились в тишину. - Доставай! Доставай! Надо записать же! - подскочил Джон, суетясь доставая листы. Не успел я и слова вставить, как Леннон уже перевернул гитару, положив на колени, и быстро стал записывать все получившиеся слова, пока те не ушли из головы. Я оглянулся по сторонам и заметил стоящую неподалёку гитару. Проскрипев стулом, я встал и направился к ней. Джон не обратил на меня внимания, либо не подал виду. Я вернулся на прежнее место и взял те же аккорды, что использовал Ленни. Вспоминая, на чем закончил Джон, я быстро настроился на его ритм, слова, и по-своему понятый смысл, надеясь, что я правильно его уловил, я отдался потоку мысли. - Сказали ли ему тогда, Что эта боль приведет к удовольствию? Дошло ли до него, когда они сказали.. Что человек должен надрываться, чтобы заработать себе на день свободы? - Будет ли он все еще верить в это, когда тот сдохнет? - Мой боой.. - Боой.. В какой-то момент ко мне подключился Джон, но я так погрузился в пение, что даже и не заметил, как остроумно тот заключил мои непривычные серьёзные строки о проблемах. - Боой.. - Боой.. Наши голоса будто переплелись друг с другом, а мы этого даже и не слышали. Какая-то неожиданно правдивая и странная история вдруг сплотила нашу песню, в которой, казалось бы, должно было быть про зависть и войну. Неужели, сочиняя о своем бое, мы сочили очередную балладу? Это я что ли так влияю на Ленни? Неужели, если я рядом, то обязательно получится что-то любовное и завывательное? - Мой боой.. Боой.. Продолжал петь Джон, давая мне чувствовать, как приятно звенят наши голоса, соединяясь в гармонии, у меня в ушах. Как могло произойти, что из песни, из которой, по идее, открытым текстом летели оскорбления, если слушать со стороны, летела абсолютная любовь? Это проклятие сугубо Пола Маккартни? - Боой, боой.. Почему мотив такой лелеющий? Почему, пока в куплете два парня смотрели друг на друга в соперничестве, припев разливался так мелодично и нежно? Почему, пока они пели, используя колкости, обиду, злобу, песня все равно читалась любовной? Я ощутил на себе пронизывающий взгляд напротив, и поднял голову, конечно, сразу встречаясь с знакомой парой глаз темно-медового цвета. - Боой, боой.. В последний раз пропели мы, и проиграв ещё совсем немножко, Джон завершил композицию. В студии будто бы эхом все еще был слышен наш лелейный мотив, ну а мы отчего-то предпочли внимательно в него вслушаться. Посмотрев ещё какое-то время на меня, Джон снова опустил гитару на колени и дописал оставшийся куплет, сочинённый мной. Я задумчиво смотрел на него, очень низко склонившегося к самому листику из-за привычки ходить без очков, а точнее, смотрел на его каштановые волосы. Мы сидели довольно близко друг другу, конечно, изображая зеркало, ну, как и всегда, так что, я почти мог уловить запах, исходивший от Джона. Не то чтобы самый приятный, но и разумеется, не отвратный. Это был.. Просто запах Джона. Тот, который я всегда мог почувствовать, находясь на чересчур близком расстоянии от него. Из-под отросшей челки был виден только кончик его орлиного носа, и отчего-то эта картина показалась мне довольно милой. Эх, вот бы прямо сейчас у меня был фотоаппарат. Получилась бы неплохая фотография «Джона в процессе». - Чего уставился? Я часто заморгал. Кажется, я впал в некое подобие транса, пока наблюдал за сосредоточенно писавшим текст и аккорды Джоном. Я убрал ладони от подбородка и потянулся. - Да ничего. Я думаю, неплохо получиться должно было? Я разминал затекшую шею, поглядывая на Джона. Тот снова опустил глаза на текст и улыбнулся. Наверное, чему-то своему. Я знаю эту его улыбку, она значит, что он вспомнил у себя в голове что-то, что его смешит, но надеяться на то, что он об этом расскажет, совершенно не стоит. Я устало поднял брови, и посмотрел на потолок. - Джон.. - наконец позвал я. - М? - Кхм, а.. То что ты во втором, кажется, куплете напел там.. Это ты про меня, да? Прокручивая в голове текст, я решил задать этот вопрос. Просто, в голове вдруг возник образ смотрящего на меня с вызовом и желанием что-то доказать Леннона. - Ты про то что ты ой-ой-йой какой крутой? - Типа.. Джон усмехнулся. - Да, Пол. Про тебя. - торжественно сказал он, будто после этого он должен вручить мне грамоту и сказать «школа гордится тобой», а затем пожать руку. - Так вот какого ты обо мне мнения. Все понятно. - с наигранной нахальностью ответил я. - Знаешь, а что-то я ни разу не слышал, чтобы кое-кто говорил мне, что я хорош. А там вроде как кое-кто завывал об этом. - подстебнул я. - Пф, как будто мне нужна такая кое-чья реакция в реальной жизни. - А откуда тебе известно, что кое-кто будет вести себя именно так? - Ты хорош. Я остановился. Это выбило меня из колеи. Я внимательно посмотрел на Джона. Вот-вот тот должен сказать «попался». Что ж, я буду умнее. Я с легким прищуром смотрел на него, ожидая, когда он расколется. Но Джон, казалось, сам ждал чего-то. Наверное мы просидели в тишине минуту, даже не шевелясь, и ожидая друг от друга чего-то. Я поерзал. Ладно, Джон. Я, с уверенностью, что тот радостно хлопнет в ладоши и посмеется надо мной, уступил. - Спасибо, Джон, мне приятно. Специально представив себе в голове, что Ленни говорил искренне, я сказал это без самодовольства и подколки. Так, как будто он просто вдруг решил мне такое сказать самостоятельно и на серьёзных щах. Но, к моему удивлению, Джон не хлопнул в ладоши, и не засмеялся. Хм, может, он не поверил, что правильно все услышал? На его лице явно отображалось недоумение и сбитость с толку. - Спасибо, Джон, мне приятно, что ты так считаешь. Продолжил игру я, честно пожимая плечами. Черт, да я кажется, могу в актёры идти! Вон как бедного Леннона в ступор ввёл! Джон и правда не находил, что сказать, а лишь опешевше хлопал глазками. Я похлопал его по плечу в товарищеском жесте. Это помогло немного его разбудить. - Ты прикалываешься надо мной, Маккартни? - Ни в коем случае.. Э, нет, Джон. Моя интонация чуть было не поползла в саркастичную. Как хорошо, что сарказм у меня не столь натренирован, как у Джона. А так, кажется, я смог не выдать себя, все еще продолжая играть, будто Джон сказал про мою «хорошесть» искренне. - Уоу, ну.. Что ж, ладно, Пол. Тогда считай, что в песне это будет просто как моя догадка о тебе, и то, как ты всегда выглядишь со стороны. - вернулся наконец в прежнее насмешливое русло Джон. Однако, поведение его осталось странным. Хм, а может, Джон не играл? Выходит, он правда просто сказал мне в лицо «ты хорош»? - Э, Ленни, ты тоже крутой. Я сказал это неловко почесывая затылок. Джон расслабленно ухмыльнулся мне. - Спасибо, я знаю. - и прыснул. Вот же мерзавец мелкий! Но я подхватил его смех. Что ж, в любом случае, кажется, сессия прошла очень даже успешно.

...

- Ты слышал, что Эппи сказал поменять все на «гёрл»? - Ага.. - Вот ведь мир! Ничего уже нельзя нормально написать, все голубыми засчитают! И что плохого вообще! Подумаешь! - Уже забыл, как убить был готов, только педиком назвали? - Да подумаешь, готов был, и это другое! Там это, тут это, понимаешь, раз-но-е! - Не совсем. - Ааай, ну, тогда педик - это в том случае, оскорбить лишь бы, это причисление к тем грязным. - А здесь? - А здесь песня! Здесь не о грязи! Здесь не про "педиков", понимаешь? - Джоон. - Я имею в виду, здесь история, здесь настоящее, и вообще, ни одного «я тебя люблю», ни одного! С чего вдруг про любовь вообще?! - Джонни, успокойся.. Ну сказал Брайн «гëрл» везде вписать, ему виднее наверное. - Да как успокойся то, Макка! Брайн у нас что, теперь песни пишет? Его дело - продавать! Пусть отстаивает наши песни! Он же сам из этих! Вроде не грязный! Должен понимать различия! - Джон, дело не в этом, Брайн то как раз все понимает, а вот другие нет. Для них будет странно слышать как мировая звезда завывает «мой бой». - Да чхать я хотел! Хочу бой, должен быть бой, это моя песня! - Наша. - Да! Наша песня! Наша! Вот именно, что наша, а Эпстайн, да и Джордж говорят, что я один лучше спою! Тьфу! - Джон, ну ты же понимаешь, что это коммерция.. - я успокаивающе положил руку Джону на плечо. - Да нас и так купят! К «this boy» они так не привязывались! - Ну а тут.. Наверное, они нашли за что не прокатит. - Грх, идиоты! - Джонни, ну не злись так. - я невесомо стал гладить его по отросшим волосам. - Да как не злись то! Я остался без своего текста и без второго голоса! - Нашего текста. - Да теперь ведь он мой! - вскинул к глазам руки Джон. - Я устал! Хочу петь «my boy», а не «ah, girl»! - Тише, ну чего ты. Джон, ну главное ведь, что ты знаешь, и я знаю, что там поётся, а чего всем остальным то дело? - Да как дело, Макка!? Мы ведь историю сейчас пишем, а нам не дают писать её так, как надо! - А вдруг, если мы сейчас не послушаемся, то испортим историю? - Да как же! Нет! - Джон, - я прижал его к себе, - в чем по правде проблема? Неужели тебе правда так сложно заменить слова на «гёрл»? Джон как-то загнанно уткнулся носом мне в грудь. - Джон? - Да! Я спокойно продолжил гладить его по лопаткам. Мда, ситуация, конечно, не самая радужная. Держать на руках раздраженного и обиженного на менеджера и музыкального продюсера Леннона приоритет так себе. - А почему ты так не хочешь? - Не беси меня, Пол! - прикрикнул Джон. Я замолчал. Если ты раздражаешь Джона, значит надо подождать, и он раздразится, что ты прекратил его раздражать. - Тогда будет совсем другой смысл! Аааа. Так вот в чем дело. Ну, как я и говорил, да, Леннон действительно сам раздразился и без меня. Я понимающе погладил его по голове. - Пол.. Что ты делаешь? - Глажу тебя, а что? - Зачем? - Чтобы ты успокоился. - А почему я должен успокоиться оттого, что меня гладит по голове лучший друг? - А отчего ты должен успокоиться, если не от возвращения тебе нашей песни? - Ну.. Просто это странно, ты так не думаешь? - Я что, странный по-твоему? Просто потому что забочусь о тебе? - Да нет.. Если ты сам.. Не против. - Я сам это и делаю, Джон. - А.. Я просто.. Ладно.. Джон опустился на мою грудь обратно, и я продолжил прерванное занятие. Он больше ничего не говорил, видимо, задумался о чём-то. Что ж, я набрался смелости и быстро поцеловал его в висок. Джон тут же вскинул на меня глаза. Я пытался выглядеть как можно более невозмутимым. - Что это было? - Ничего. - Пол, что это было? - Ничего. - Пол, можешь повторить? Почему-то Джон прозвучал даже не столько требовательно, сколько отчаянно. Я быстро чмокнул его в тот же висок. Джон почти сразу же расслабился, опустил глаза вниз, и лёг обратно на меня. - Знаешь, наверное, я заменю слова. - Да? - Ага.. Может, в истории и необязательно быть.. Именно этой песне. - Пхах, и как же ты смог придти к такому выводу? - Ну.. Пускай о «my boy» и правда будем знать только ты и я, не считая этих обломщиков. Я тепло улыбнулся Джону в макушку. - Конечно, Джонни бой.