Срок пригодности

— Нам нужно закончить — Чего? Хан моргнул, будто слова не сразу дошли. В коридоре было темно, лампочка на потолке раздражающе щёлкая, а в голове всё ещё шумело после сна. Он бессознательно открыл дверь - и едва не впечатал Минхо обратно в лестничную площадку. Минхо стоял промокший, в снегу с заледеневшими ресницами и дрожащими губами. Ни «привет», ни взгляда - только сжатая челюсть и руки в карманах. — Ты вообще видел сколько время? :Хан провёл ладонью по лицу, пытаясь проснуться. Пальцы скользнули по щеке, задерживаясь лишь на секунду. — Ты в три ночи решил… — Я сказал нам надо прекратить - перебил Минхо. ровно и без колебаний. Хан усмехнулся. Нервно, коротко, будто проверяя шутка это или нет. — Ты переморозился? Минхо посмотрел мимо него - вглубь квартиры, на тёплый свет исходящий из кухни, на разбросанную обувь у двери, и устало выдохнул. — Пусти. Я не хочу обсуждать это при всех соседях. Хан посторонился. Сам не понял зачем. Может потому что слишком хорошо знал этот тон. А может потому что всё ещё надеялся, что это какая-то тупая и злая шутка. Минхо не стал разуваться. Прошёл прямо на кухню, оставляя мокрые следы на полу. Хан закрыл дверь и остался стоять, прислонившись к ней спиной. — Чай? : спросил он автоматически. — Кофе? — Ничего не надо. Я не задержусь. Вот тогда внутри что-то ёкнуло. Хан машинально пошел к кухонному шкафчику. Достал кружку - ту самую, с треснувшей ручкой, из которой Минхо всегда пил. Он насыпал кофе, добавил одну ложку сахара и, после короткой паузы, ещё половину - как тот любил — Тогда говори : Хан медленно подошел к столу, ставя кружку на стол. — Что именно мы «заканчиваем»? Минхо обернулся. В его взгляде не было сомнений. Только раздражение. — Всё. Он развёл руками. — Вот это все. Нас. Эти ночи. Твои взгляды. Твоё вечное «а вдруг». Мне это не нужно. Хан молча смотрел на Минхо, пытаясь переварить сказанное. Внутри что-то болезненно сжалось.. — Хочешь сказать…: голос Хана дрогнул, и он до боли стиснул зубы, подавляя вспышку ярости. — Не начинай. Ты всё усложняешь. Это был просто удобный вариант. Без обязательств. Ты сам решил, что между нами что-то есть. — Удобный вариант?!: Хан резко встал, ладони с глухим стуком ударили по столу. Кружка дёрнулась, кофе плеснулс через край. — Ты сейчас серьёзно? — Абсолютно, : Минхо скрестил руки. —Мы не пара и друзьями нас тоже не назовёшь. В остальное время мы даже нормально не общаемся. Ты что, реально решил, что между нами что-то есть? Хану казалось, что удар пришёлся прямо в грудь, выбивая из лёгких воздух. Дыхание сбилось, слова Минхо отдавались глухим звоном в ушах. — Ты же говорил, что тебе со мной спокойно : сказал он почти шёпотом. — Что давно так не смеялся…  — И? : Минхо пожал плечами. — Люди много чего говорят в постели. Не надо принимать это за признания. Тишина повисла в воздухе. — Значит, конец : Хан горько усмехнулся. — Да, именно. — Тогда какого хуя ты пришёл сюда ночью? : Хан повысил голос, ему уже было не важно разбудил ли он соседей посреди ночи. Его мир рушился, не успев и построиться. — Написал бы. Заблокировал. Исчез. — Потому что ты бы начал устраивать драму, как сейчас : холодно ответил Минхо. — А так я сказал всё в лицо. Будь благодарен. — Благодарен? : Почти истерично, засмеялся Хан — За что?? Минхо поморщился, его взгляд скользил по стенам, по шкафчикам, по кружке с кофе, но не младшему в глаза. — Не надо делать из себя жертву. Ты взрослый. Сам виноват, что начал чего-то ждать. — Ты вообще слышишь себя? — Хан шагнул ближе. — Ты целовал меня так, будто тебе не всё равно. Ты держал меня, когда я засыпал. Он запнулся, сглотнул. — Это тоже «удобно»? Минхо наконец посмотрел прямо на него. — Да. Пауза. — И, если честно, секс был отстойным.: Это добило. Хан отступил на шаг. Потом ещё на один. Руки задрожали, сжав их в кулаки, он опустил взгляд. — Убирайся, : тихо сказал он. — Просто уйди.. — Вот и отлично : кивнул Минхо. — Мы друг друга поняли. — Не пиши мне. Не приходи. Не смей делать вид, что знаешь меня, — Хан поднял взгляд, полный злости и боли. — Ты для меня больше не существуешь. Минхо молча развернулся. Он ушёл быстро. Без оглядки. Без колебаний. Хан слышал каждый звук: молнию куртки, шаги, щелчок замка. А потом - тишина. Ноги не выдержали. Он медленно сполз на пол, прижимая ладонь к груди, будто мог удержать там что-то живое.