Минет - лучший антистрес

Солнечные лучи утреннего солнца проникли в тëмную комнату сквозь шторы. На тумбочке стоял электронный будильник, который в мгновение Ока, стал гудеть и показывать время: 7:30. Харли Кинер - студент MIT, на инженером факультативе, кое как открыл глаза и нервно вздохнул, сильнее прижимая к себе своего парня - Питера Паркера. Блондин прижался лицом к затылку Питера, носом нюхая кудряшки. Затем он перешёл на шею парня, начиная на ней ставить свои засосы и пометки, ведь Харли знал, на сколько чувствителен его Кучерова булочка. - Харли, - простонал Питер, - пора вставать... - Понежиться пять минут, ты не превратишься в пыль. Питер попытался вырваться от крепких рук Харли, но на это блондин сильнее прижал его к себе за талию и шею, ставя новые засосы на молочной коже. - Ты такой сладкий! - простонал Харли, спуская свои руки ниже. - Харлз, - воскликнул сквозь приятные ощущения Питер, - ты так тоже неделю назад говорил. По итогу мы чуть ли не опоздали на зачёт. Харли улыбнулся, когда в голове пронеслись воспоминания об этом дне.

***

О моменте, когда Харли, вставлял свой большой и мясистый член, в узенькую дырочку Пита, второй упомянутый сладко стонал, а тем временем длинные кудри волос били о подушку, пока член проходил по простате...

***

- У тебя сегодня сдача диплома, - вырвался из объятий Питер, - профессор Старк и так недолюбливает тебя. А если ты опоздаешь... - Всё, всё, я понял, - перебил его Харли, садясь на кровать. - Такой момент любишь испортить. Питер нежно улыбнулся и двинулся к своему парню. Солнечные лучи попали на круглое личико Паркера, делая его красивее. Питер приблизился к его лицу и мягко сказал: - Вечером на ужин будет особый десерт! - Уже в предвкушении! Харли взял лицо своего партнера и втянул в нежный поцелуй. Они могли бы так целоваться долго, но действительно пора собираться. Харли быстро позавтракал дешевым кофе, в пакетиках, и бутербродом с маслом, чмокнул в губы Питера, у которого сегодня выходной, и вышел из квартиры в Институт, сдавать свой диплом.

***

По своей структуре Старк - натура придирчивая. Харли это понял давно, ещё с первого курса. Придирки исходили от любой мелочи, то-ли мелкая помарка, то-ли некрасивый почерк. - И как мне это читать? - Опять придирался Старк, - слова лезут друг на друга, тема раскрыта коряво, вобщем, я могу только поставить три, на большее эта Филькина грамота не тянет. Но вы можете переписать и переделать, возможно на четыре на тянет. „Пидорас” - таким словом он смог выразиться, забирая свою работу. „Сегодняшний вечер придется перенести. Грëбаный Старк”.

***

Харли ковылял домой, с поникшим от стресса лицом. Он жутко устал, эти профессора со своими работами, проектами и экзаменами заебали, по самое не хочу. Сейчас он придет в их общую квартиру, купленные на стипендию, скажет Питеру, что ужин откладывается на завтра, а сам сядет переписывать свою работу. - Пит, я дома. Питер вышел из кухни в коротких шортиках и большой, на несколько размеров, белой футболке и кинулся в объятия Харли. - Как день прошёл? - любезно спросил парень. - Хуëво, - моментально отвечает Кинер, коротко целуя Питера. Харли снял верхнюю одежду, помыл руки и вошёл в комнату за стол, переписывать диплом. Спустя тридцать минут в комнату зашел Паркер. - Опять Старк? - Да, этот пенсионер опять придирался. Видите ли, ему не понравилось оформление! Питер, тихонько, подошёл за спину блондина и скрестил свои руки на его груди. - Мне так не нравится, как ты стараешься для этого Старка. - Что поделать, иначе меня выгонят и я тебя не увижу в этом Борделе. Мне жаль, что наш ужин не состоялся, и судя по твоим белым чулочкам, это должно было быть, что то грандиозное, но я так дико устал. Питер хитро улыбается, а затем быстро снимает с себя футболку и шорты, оставаясь в одних чулках и кружевных трусиках. Харли этого не замечает, так как закрыл глазами тыльной стороной руки. Питер мгновенно оказывается между ног Харли, смотря на него снизу вверх. - Ты знаешь, какой лучший способ от усталости и стресса? - Спрашивает Питер, растегивая молнию на чёрных брюках. - Какой? - спрашивает Харли, с ноткой накатившегося возбуждения. - Минет. - Питер освобождает, стоящую колом плоть, смотрит на него минуту, облизываясь, и проводит языком по всей длине. Харли сладко вздохнул, от удовольствия его яйца сжались, а член дëрнулся. Питер сомкнул в кольцо пальцы у основания и стал немного надрачивать, а своим языком стал играть с уздечкой. Приятное ощущение ловкого язычка, который кружил вокруг плоти, вырисовывая различные узоры, просто песня. Наигравшись своим языком, Питер взял член на половину и принялся водить голову верх-вниз, верх-вниз. Харли посмотрел на своего парня, и от его вида, его дыхание участилось: каштановые пряди волос прыгали на побритом лобке, пухленький губки заглатывали плоть, а ореховые глаза смотрели на него сквозь круглые линзы очков. На бедрах сидели белые кружевные трусики, не скрывавшие возбуждение, а на ножках белые чулочки, а сам парень стоял на коленях на раздвинутых ногах. Харли часто задышал, так хорошо ему не было никогда. Стоны разносились по всей комнате, а второму порядком надоело медлить и он стал глотать до основания. Питер втянул свои щëчки, создавая эффект вакума. Хлюпающие звуки скопившейся слюны слышались очень хорошо, а мясистая головка пробивалась в глотку. Челюсть Паркера уже ныла от усталости, но он продолжал делать своему парню приятно. Блондин взял волосы Питера в руки и стал направлять, создавая темп. - Питер, - спустя 15 минут сказал Харли, - я...с-скоро.... Харли пытался его остановить, но Питер только ускорился, доводя своего парня до разрядки. - Бля-я-я-я-ять, - выругался Кинер, когда волна тока прошла внутри него. Питер почувствовал в своей рту солоноватой вкус и понял, что Харли кончил в его рот. Затем Паркер стал проглатывать сперму, не пропуская ни капли, но маленькие капли белëсого семя остались на губах. - Это был лучший минет в моей жизни! - Ты отдохнул. - Да. - Жаль вечер не удался... - У меня и тебя завтра выходной, дело поправимо. Харли впился в губы Питера, слизывают своё семя. Кинер подхватил желаемое тело под бедра, ощущая анальную пробку, и положил на стол, скидывая ненужный хлам прочь... Ночь обещает быть бурной...