7
29 декабря 2025 г., 22:37
Игра под названием «Семь минут в раю» оказалась необходимостью просидеть с Ромкой в чулане долбанные семь минут.
И если Антон переживет эти долбанные семь минут смущения, будет хорошо.
Вселенная ласково подсказывала: «Вот, Тоша, твой шанс — признаться в своих чувствах», но страх облеплял, парализовывал язык и тело, и с губ Антона не сорвалось ни звука, когда они зашли в тесную, пыльную комнатку.
С обратной стороны Катя щелкнула ключом, отрезая их от остальных ребят.
Разве что чуточку Антон допускал мысль, что его чувства могут быть взаимны, но этого не хватало даже для того, чтобы угомонить барабанившее сердце.
Ромка вел себя как ни в чем не бывало. Имеется в виду, всегда. Ни робости, ни намека, ни странных признаний.
Все чисто.
Разве что он раз за разом подчеркивал внутри себя, что Тоша пахнет конфетами, всеми, какими можно — «кислинками», клубничными, лимонными и ананасовыми конфетами, шоколадом и орехами.
И за этим запахом Рома готов был последовать куда угодно.
Антон все же снял маску зайца, которую он надел по случаю новогоднего карнавала в школе. Рома последовал за ним, открывая румяное лицо, скрывавшееся за маской волка.
— Ну что, Тох? Семь минут? — беспечно спросил Рома, пока Антон храбрился сказать хоть что-то наедине.
Антон чихнул от пыли, которой был полон чулан.
— Господи… — и куда же его вело? Ромка стоял напротив, в темноте, и ввиду размеров комнаты не ловить на себе его горячее дыхание не получалось.
— Будь здоров, — улыбнулся Рома с загадочным огоньком в глазах.
Когда Рома так улыбался, становидось ничуть не страшно. Уходил страх осуждения, ссоры, непонимания, невзаимности.
Может в Новый год случиться такое чудо? Все наоборот?
— Ром… — шепнул Антон, совсем теряя ощущение времени.
Семь минут — так много и так мало.
— Т-с-с, — Рома приложил палец к его губам, намекая соблюдать тишину.
Хотя тишина становилась до одури неудобной.
Антон смотрел на Ромку, ни за что не отводя взгляда.
— У меня для тебя подарок, — так же тихо зашептал Рома, подаваясь вперед.
Антон весь сжался и подался назад, скрещивая руки на груди.
— К-какой? — все же спросил он.
— Т-с-с, — снова призвал к тишине Ромка и, к удивлению Петрова, взял того за руки и опустил их вниз.
Антон вздохнул, но этот вздох поймал Рома, уверенно даря ему поцелуй, долгожданный и еще раз долгожданный.
— Ром, а ты уверен..? — разорвал поцелуй Антон, потому что тысячи вопросов вертелись на языке.
— Замолчи варежку, — и заставил его замолчать сам.
