46 трупов внутри потолка

Парни сидели на пуфиках где-то в стороне ото всех. Было ужасно шумно и не хотелось вливаться в чью-то компанию. И если на Руслана это вполне похоже, то Даня его удивлял. С ним в принципе творится что-то странное в последнее время. Единственное, почему Тушенцов был не против сейчас пойти и с кем-то познакомиться, потому что его могли угостить чем-то покрепче и поинтереснее алкоголя. Он старался отгонять от себя эти мысли, но буквально спустя каждые секунд пять они доставали его, будто назло дразня. Шатен потряс головой и предупредил Даню, что отойдет ненадолго. Тот кивнул и сразу полез в телефон. Ребята в течении где-то полутора часа особо ни о чем не говорили: что-то обсудили по поводу школы, и чтобы Руслан делал вид, будто они не ходили никуда; и еще что-то по мелочам. Скучно был пиздец, лучше бы он дома остался, вот честное слово.  Тушенцов подошел к самой шумной компании, что смог найти и попытался понять есть ли кто-то из них, кто что-то употребил. – Ребят, извините, что вмешиваюсь, а у вас не будет таблеток каких, ну, или травки? –осторожно поинтересовался Руслан после того, как заметил у нескольких человек широкие зрачки, а у одного из них еще и красные белки. Хотя это могла говорить о нем простая усталость. – А что конкретно тебя интересует? – грубо накинулся один из них, кладя руку на чужое плечо, некрепко сжимая. – А что не жалко? Если лишняя таблетка? – как-то слишком жалобно выглядел Руслан, будто щенок, промокший под дождем, который просит его впустить. – Сань! Да не жмодись, сразу же видно - нормальный пацан! – крикнула одна девушка, что явно была не в себе. – Ладно, на, – незнакомец протянул две таблетки, а после жестом показал, чтобы шатен съебал побыстрее. Радости не было предела. Руслан бросился поскорее на кухню, взглядом ища чистый стакан. Заметив на столе запечатанную банку пива, он быстро открыл жестянку, кинул таблетку в рот и сделал несколько больших глотков алкогольного напитка. Осталось только ждать, пока эффект наконец подействует. К Дане он решил вернуться чуть позже, а сейчас смотрел по сторонам, дабы отвлечься. Стол был деревянным и пошарпаным, на нем стояло несколько банок пива и бутылки побольше, видать, с чем-то по-крепче. За окном было уже темно, сколько сейчас вообще времени? Может часов семь? Восемь? Девять?! Сколько они тут? Руслан без понятия, телефон остался на диване, а может он покоился в кармане штанов. Но голова так кипела, что он едва мог здраво мыслить. Перед глазами все плыло, дыхание было горячим, по лбу стекала капля пота, челка спала на глаза. Парень буквально задыхался от духоты. Что делать, что делать, что делать? Сначала он полностью осушил жестянку пива, но и оно не помогло охладиться, следом рванулся к раковине, умылся и стал хлебать воду из крана. Но в горле все равно был сушняк, сколько бы раз он не обливал себе лицо водой - ничего не помогало. В одной легкой кофте шатен выбежал на балкон, дверка которого находилась недалеко от кухни. Холодный ветер тут же дунул в лицо, но для Тушенцова это был горячий поток воздуха, стало только хуже. Мороз щипал щеки, но парень не чувствовал этого. Жар полностью охватил его. Руслан, собрав последние силы, вбежал обратно в квартиру, схватил со стола ближайшую бутылку алкоголя и бросился к туалету. Уборная находилась недалеко от диванчиков, где сидели Даня и Руслан. Но шатен даже не посмотрел в ту сторону. Не хотелось, чтобы Кашин видел его в таком виде. Оставалось надеяться, что он не заметил парня или вовсе отошел куда-то. Шатен ворвался в тесную комнатку, включил кран и стал умываться обильным количеством воды. Ничего не помогало. Может ему и вовсе легче умереть от этой муки? Можешь быть судьба распорядилась с ним так, чтобы он подох на рандомный хате от передоза? Тушенцов чуть не поскользнулся на мокром полу, но все же садится по прохладный пол, откупоривает бутылку с… вином? Он не знает что за алкоголь налит с стеклянный сосуд, надо хоть каким-то образом заглушить эти мучения. Парень делает большие глотки, даже не чувствуя жжения в горле. Жидкость обжигает глотку, но это не сравнится с тем, что он ощущает сейчас по всему телу. Орущая музыка бьет по ушам, не давая сосредоточиться. Руслан резко обхватывает туалет руками. К горлу поднимается неприятный ком, застревая мерзко. Тушенцов горбится, над туалетом. Перед глазами все мажется, плывет, летают силуэты. Голова ходит кругом, слышится несколько голосов сразу. Его чтоли зовут? Он не знает, сейчас на это тотально похуй. Парень склоняется над унитазом, пока из него выходит весь алкоголь, что он успел выпить за сегодня. Из еды он практически ничего не употреблял, поэтому мерзкая жидкость состояла из спиртного и принятой таблетки. – Твою мать, Руслан, что за пиздец?! – Тушенцов оборачивается и видит расплывчатый силуэт Дани. А точно ли это он? Зрение настолько замылено, что сложно разобрать. Может ему кажется это? – Я с кем разговариваю? Блять, ты меня слышишь? – Кашин подходит ближе, брезгливо щурясь, когда видит полную картину во всех красках. – Дань? – Руслан не до конца уверен, что это не его галлюки, поэтому на всякий случай спрашивает. – Ты упоротый чтоли? Сука, ты че до этого скатился? – рыжий щурится, хватает младшего за шкирку и поднимет на ноги. – Не кричи, блять… – парень хватается за голову, в ушах резко стали все звуки громче, а тон Кашина долбил по макушке. – Да как тут не кричать, епт твою мать, почему я вечно вытаскиваю тебя из дерьма? Я пришел расслабиться, а ты даже этого не можешь дать мне сделать, – одиннадцаклассник выводит Тушенцова из тесной комнатки обратно в зал. – Пошли уже, блять, – рыжий ведет младшего на кухню, в глаза сразу бросается компания каких-то торчков (по ним это было сразу явно). – Эй, – Даня свистнул, – Вы этому придурку давали что-то? – парень обводит всех взглядом, встречаясь с довольной мордой Хованского. Руслан настороженно стоит за спиной старшего, руками держась и комкая его кофту. – Ебать! Руся, а ты че до сих пор не слез с тяжелых? Я уж думал это все в прошлом.. – наигранно-разочарованно протягивает Юра, затягиваясь какой-то электронкой. – Че блять? – Кашин непонятливо переводит взгляд то на кудрявого, то на шатена. Он от слова совсем не понимал, что происходит, почему Хованский знает о зависимости Руслана и зачем конкретно юноша употребляет. – Д..дань, блять, пошли, – Тушенцов заикался через каждые пару слов. Он сильно дрожал, руки тряслись, а лицо схватили судороги.  В последний раз осмотрев всех присутствующих на кухне, парни поспешили к выходу из квартиры. Даня уже хотел было начать разговор, как только они вышли, но обернувшись, он уволил лишь убегающего шатена. – Ало, бля, ты куда рванул?! – не стесняясь, крикнул старший и бросился вслед. Да что происходит с ними обоими? – Я спросил.. – Кашин забежал на общий балкон, который находился в подъезде, и лицезрел неприятную картину: Руслан опять, согнувшись в тихом погибели, выблевывал все содержимое своего живота. Отвернув голову в сторону, чтобы не так смущать парня да и не видеть всего этого, рыжий тяжело вздохнул. Тушенцов закончил данный процесс, но продолжал молчать. Он и не знал, а нудно ли вообще что-то говорить? Вроде это вообще не дело Дани, но с другой стороны, тот чтоли беспокоился о нем? – И что ты принял, раз тебя так разъебало? Только не говори, что от алкоголя, и так понятно, что это не от него, – рыжий подошел ближе, облокачиваясь на кирпичную перекладину, которая сооружена, чтобы люди случайно не выпали, и достав из кармана сигарету, закурил, наблюдая за тихим небом. – Я… я не знаю, – парень спустился на холодный кафельный пол, подгибая ноги к себе, и укладывая голову на колени. – Как это блять «не знаю», ты должен понимать, что покупаешь, – хмуро усмехнувшись, старший вскинул брови. Вроде самый легкий вопрос задал, а в ответ получил «не знаю» – Со мной поделились таблеткой, я не знаю, что это именно, да и похуй как-то было… Может амфетамин, ксанакс, хер их знает, – Руслан вроде уже успокоился: лицо иногда подергивалось, но гораздо реже; дрожь почти прошла и не было мерзкого чувства духоты. – Нет, ну это каким придурком надо быть, чтобы не знать, что ты юзаешь? – Кашин вскинул брови, стряхивая пепел с сигареты. – Да я же говорю, что я у типов тех попросил, думаешь мне не насрать было? – Тушенцов закатывает глаза, шмыгая носом и стуча зубами от холода. – Понятно все с тобой.. Пошли, не хочу яйца тут отморозить, – Кашин выкинул окурок с балкона, предварительно затушив его о стену. Младший молча последовал за ним, дыша на ладони и потирая из друг о друга. Ребята решили идти пешком. Ну как «решили», скорее Даня перед фактом поставил. Если вызвать такси, то водитель может приебаться, чего очень не хочется, да и парня может опять начать тошнить, поэтому тут без вариков;  однозначно пешком. Руслан еле поспевал за ним, голова хоть и значительно меньше болела, но идти прямо было всё еще сложно. Рыжий шел рядом, но иногда говорил младшему, чтобы тот ускорился.  Наконец в поле зрения появился дом Руслана. Тот быстро подошел к подъездной двери и начал рыться в сумке. – У тебя дома никого чтоли? – удивленно спросил Кашин. – Дома наверное, но мне какая разница, я в падике переночую, – шатен пожал плечами, будто это было обыденным делом. – Ага, размечтался. … – рыжий задумался на несколько секунд, будто взвешивая все варианты. – Ладно, похуй, пошли ко мне. – Да не надо, я там переночую, – стал отнекиваться Руслан, смещено отводя взгляд в сторону. – Давай уже, бля, пока не передумал, – пригрозил Кашин, разворачиваясь на пятках и рукой зовя парня к себе.  Тушенцов слегка улыбнулся, пьяной походкой семеня за товарищем? Кто они друг другу после такого? Знакомые? Друзья? Или все также останется на своих местах, и они будут враждовать? Спрашивать у Дани о таком не хочется, да и впряди тот знает.  – Как далеко твой дом? – тихо спросил шатен, то и до вздрагивая от холода. – Минут десять-пятнадцать, я недалеко от школы живу, – Кашин достал телефон, видимо смотря на время или проверяя его на наличие новых уведомлений. – Только у меня срачь, имей в виду. – Это последнее, что меня ебет, – Руслан мысленно улыбнулся: – *Видел бы ты мой «срачь»..*