На круги своя.

      Что ж, за этот год не произошло ничего грандиозного или сумасшедшего. Все оставалось прежним и совершенно понятным: та же елка, те же игрушки, те же люди, та же комната — все, как и год, так и два, так и три назад. Наверное, это и есть то, что многие называют «стабильностью», — моменты, когда вы, несмотря ни на что, встречаетесь вместе в одно и то же время в один конкретный день и украшаете помещение к предстоящим праздникам, как и всегда. Вы можете находиться в подавленном состоянии от прошедших событий, можете быть радостными, знатно изменившимися или еще какими, но ясно одно — вы все равно придете, что бы ни происходило. Вот это и называется в понимании Попы Енота стабильностью. И такой расклад событий — именно то, к чему она все это время так стремительно шла: жизнь без лишней головой боли, шума и нежелательных перемен. Просить о большем попросту более не имело смысла.       Комната, что сейчас выглядела несколько иначе, была завалена разными коробками. Из них выглядывали причудливые елочные игрушки в виде каких-то элементов одежды, предметов и человечков; разноцветные шары, сделанные как и из пластмассы, так и из стекла, торжественно поблескивали на свету, а желтая и красная мишура, выглядывавшая из-под остальных украшений, в любой момент была готова дополнить праздничный образ и добавить новогодней атмосферы. Полузаснеженная елка, — конечно же, искусственная — уже стояла собранной вместе со своими пушистыми ветвями. Она всем своим видом показывала, что Новый год с Рождеством не за горами и что ждет, когда игрушки, гирлянды и подобные искрящиеся вещи окажутся на ней.       Попа Енота устало плюхнулась на диван, ведь она была в числе тех, кто вытаскивал елку с коробками — личностям она не доверяла, — а позднее и собирал искусственное дерево. Довольно утомительное занятие, особенно когда нужно отгонять вечно мельтешащую Дево4ку под ногами, которой очень уж хочется рассмотреть елочные игрушки поближе, словно она не видит их каждый год, и решить, что и куда вешать. Да так, чтобы Курсив с воплями и криками вновь возмущался и говорил о неравномерном распределении шаров. Как и обычно, в общем.       Сейчас, вон, именно Ланьчжин вызвался распутать гирлянду, что в прошлом году была небрежно сложена то ли Ником, то ли той же Дево4кой. Хаос, смотря на этот «хаос», добродушно согласился помочь. Поэтому, пока два текста пытались решить возникшую «головоломку», другим ничего не оставалось, кроме того, как подождать: негоже без них елку начинать украшать, все-таки Ланьчжин процесс внимательно контролирует и командует, дабы кое-какие Дево4ки с отцом Иннокентий — он ввиду плохого зрения — ничего не свернули раньше времени.       — Нет, мне кажется, что кто-то из нас знатно так охренел… — возмутилась Енота, когда Ник, севший на диван с противоположной стороны, вытянул свои ноги прямо на сестре таким образом, что его ступни находились практически у ее лица. Два метра десять сантиметров дают о себе знать. — Ты бы носки поменял хотя бы… — она, скривившись, поспешила убрать от себя его конечности.       — Да, и этот кто-то явно не я, — довольно проговорил Ник, убрав руки за голову. — Не знаю, что тебе не нравится, носки у меня чистые. Вроде…       — Да в том-то и дело, что «вроде»! — буркнула Попа Енота, смотря на брата с укором.       — Я абсолютно согласен с ним, — добавил между делом Курсив, перебирая в руках гирлянду. Он пытался распутать какой-то очередной узел.       — Так, мне казалось, что вы в прошлом году все решили. Или мне показалось?.. — с другого конца гирлянды дал о себе знать Хаос. Он поднял взгляд и на недоагрессивный текст, и на главную личность. — Я как не приду, вы все ссоритесь. Может, хватит?       — Справедливости ради, ты и приходишь к нам буквально раз в год, — хмыкнула Енота, одновременно пытаясь дотянуться до одной из коробок.       — Справедливости ради, мы тоже впервые в этом году видимся, — добавил Курсив, желая, видимо, чтобы последнее слово осталось за ним.       — Так ведь нет! — восликнула Дево4ка. — Мы же с табой и на Пасху встричались. И еще пару раз…       — Я про полный состав, — нахмурился Курсив и, заметив отчаянные попытки главной личности дотянуться до коробки, он, цокнув, подтолкнул ее рукой. Поблагодарила Енота за это «пальцем вверх».       — Так полным составом мы… Года два не собирались, — скучающе произнес Ник, но, словив на себе осуждающие выражения лиц большинства, смог лишь выдать одно, подняв руки: — Ой…       Хаос, тактично промолчав по поводу сказанного, вздохнул и попробовал продолжить свою изначальную мысль: — Я имел в виду то, что ссориться это плохо. Тем более когда вы видитесь так редко. Так ведь, отец Иннокентий?       — Все так, все так, — священник с важным видом покивал несколько раз, прикоснувшись к своему кресту. — Ссоры и конфликты — это грех. Сердце от них нечистым становится…       — Да не ссорились мы с ней! У нас даже… Поводов не было, — раздраженно проговорил Курсив, а после повернулся к Попе Енота: — Так ведь?       — Да. Я ж всех вас в покое оставила, у нас все в порядке, — подтвердила главная личность. В тот же момент она достала из коробки елочную игрушку в виде огурца и помахала ею перед лицом Ника: — Смотри, это же от мамы осталось!       Брат лишь усмехнулся и произнес: — У нее с юмором всегда было все в порядке. Прям как у меня! Жаль, тебе ничего не досталось...       Когда же Енота хотела как-то прокомментировать реакцию Жопы Ежа, Курсив внезапно обреченно кинул гирлянду на пол и эмоционально всплеснул руками: — Нет, Дево4ка, я не понимаю, как ты ее в прошлом году складывала, что ее в четыре руки распутать невозможно?! Кто Дево4ке тогда вообще доверил эту несчастную гирлянду?!       О том, что, вероятно, эту задачу ей доверил как раз-таки сам недоагрессивный текст, все решили умолчать. Зато возникшую тишину моментально нарушила Дево4ка:       — Я просто была зла что Ник уибал на Мольдивы и нечего мне не скозал. Его ведь не было на прошлам новам годе! — она скрестила руки на груди и уставилась на брата главной личности.       Жопа Ежа выглядел искренне удивленным. Настолько, что он аж выпрямился и перестал лежать на диване. — Да что ты? Неужели озлобленный грибочек хотел провести со мной Новый год? — ему быстро удалось взять себя в руки, но следующее прозвучало от него уже серьезнее: — Но мне никто ничего не передавал, ты извини. Я не знал…       — Что ты на меня смотришь? — Попа Енота развела руками, когда встретилась с вопросительным выражением лица брата. — Я вообще не знала об этом, я строительством Кафедрального Собора занималась! — на последних трех словах со стороны Курсива послышался смешок.       — Ну, ладно, что было, то было… — Ник поспешил остановить разгорающийся спор, ведь видел, как начинала закипать Дево4ка из-за слов главной личности. — В любом случае теперь я весь ваш. Я ведь, в конце концов, окончательно сюда переехал. Вернулся на Родину, — он наклонил голову, чтобы посмотреть в окно. — И все еще не могу привыкнуть к снегу… — Жопа Ежа поежился.       — А знаеш что я тибе падарю на этот новый год? — не унимающаяся Дево4ка продолжала стоять в закрытой позиции. На секунду Енот даже перестала перебирать игрушки: было интересно, куда ситуация завернет дальше.       — И что же, грибочек? — усмехнулся Ник, подперев ладонью щеку.       — Да я не гри-… — она уже хотела топнуть ногой, но, взглянув на Курсива, передумала. Дево4ка попробовала по-новому: — Я падарю тибе… Какашки сниговика хихи!       — Оригинально… — Жопа Ежа принял задумчивый вид. — Признаюсь, до этого мне еще никто какашки снеговика не дарил… Даже интересно стало на них поглядеть, — он внезапно похлопал по свободному месту рядом с собой. — Садись, грибочек. Давай сейчас фоток наделаем.       Эта идея Дево4ке понравилась, и она даже передумала показывать язык или средний палец Нику. Злость вмиг исчезла, и она за считанные секунды оказалась рядом с Жопой Ежа, слегка задев Курсива. Тот, разумеется, успел недовольно цыкнуть.       — В смысле переехал… — Хаос, кажется, впал в небольшой ступор, и он прекратил перебирать наполовину распутанную гирлянду. Нестабильный текст повернулся к Нику: — Почему?       — Да всего-навсего резко вспомнил, что я альбинос. Просто я вечно сильно обгорал на солнце и не понимал, почему… — хмыкнул Жопа Ежа, одновременно показывая Дево4ке какие-то новогодние фильтры на телефоне. Та хихикала. — К тому же инфляция никого не щадит… Она добралась и до Мальдив. А раз СЕКП — страна мира, и мы в будущем захватим все, кроме Эстонии и Финляндии, я понял, что пора бы возвращаться на Родину.       — Захватят они… — вновь себе под нос усмехнулся недоагрессивный текст. — У вас это в планах с пятнадцатого века, но что-то пока мы не особенно продвинулись.       — Да ладно, никакая мы не страна мира. Этот год это прекрасно доказал, — хоть и не официально, но Енота была согласна с Курсивом. В кои-то веки. — Нам бы самим хоть как-то на плаву удержаться… А там посмотрим. По крайней мере, народ новогоднего обращения ждет, и мне этого достаточно.       — Это что, был призыв к действию, сестрица? — тон голоса Ника стал хитрым. — Я ведь так, гляди, на Мальдивы обратно уеду, — вслед за этими словами послышалось то, как Дево4ка ударила его по спине. — Ай, за что?!       — Что би не выйобывался пердун, — ответила спокойно Дево4ка, все-таки показав тому язык.       — Куда ты там уедешь? Кокосы будешь собирать и продавать, братец? — подражая манере поведения Ника, произнесла Енота. — Что ж, тогда отправь по почте один, будь так добр. Я детям отдам.       — Какие же вы все злые все-таки… — Ник очень по-театральному грустно вздохнул и отвернулся от остальных. — Не дружу я с вами больше… — в ту же секунду раздался щелчок камеры, и Дево4ка, заливисто смеясь, начала показывать Жопе Ежа телефон. Тот, конечно, вместо возмущений лишь проговорил: — Ну да, согласен, я хорошо получился. Даже если на мою голову насрала собака…       — Вот меня всегда поражали две вещи: почему я якобы не должен был видеться с Хаосом и почему вы бесстыдно материтесь в присутствии священника. Как-то греховно, не считаете? — и вновь Курсив подал голос, пальцы которого уже, судя по всему, хорошо наловчились убирать узлы.       — Ну на первый я тебе не отвечу: сама не помню уже… — послышалось от Попы Енота, ведь, очевидно, ответа ждали лишь от нее. К этому моменту она успела разобрать половину коробки и решить, какие игрушки пойдут в этом году на елку, а какие стоит отложить для лучшего момента. — А на второй пусть тебе сам отец Иннокентий ответит, он ведь все-таки с нами в одной комнате…       — Я уже просто смирился. Все-таки это не мое дело — бранитесь вы или нет, но я всегда готов устроить вам исповедь, если вам того захочется, — отец Иннокентий, наблюдавший за чужими разговорами со стороны, сразу дал о себе знать, стоило речи зайти о нем.       — Ну наконец-то, — облегченно выдохнул Курсив, видимо, терзаемый воспоминаниями двухлетней давности…       — Исповедь точно нужно устроить этому маленькому агрессивному грибочку, — Ник начал показывать пальцем на Дево4ку. — За ее спиной столько грехов, что не сосчитать!       — А ты не охуел?! — Дево4ка, конечно, такому повороту событий была крайне удивлена. Она уже замахнулась, чтобы снова того ударить, как всех отвлек голос Курсива:       — Хватит паясничать и помогите повесить гирлянду, — Ланьчжин вместе с Хаосом продемонстрировали присутствующим вполне себе положительный результат своих трудов — гирлянда без единого узелька и петли. — Вот надо же было попросить на свою голову…       — Ну что бы вы без меня делали? — Ник, стоило ему это услышать, героически встал, слегка в качестве шутки толкнув Дево4ку. Ну да, учитывая его рост, ему достать до самой верхушки будет проще всех. Как в целом и обычно.       — Ну точно бы не плакали, — улыбнулась Попа Енота, выпрямившись. Стоило бы подключаться к процессу.       — Не обманывай, — выдал Ник и, приняв с рук Курсива гирлянду, спросил: — Так и куда ее?       — Вот туда, — Хаос показал пальцем в определенном направлении.       — Понял, — кивнул Ник и ненадолго замолчал, приглядываясь к месту.       — Ну что, давайте наряжать елку! — Попа Енота торжественно хлопнула в ладоши.       — Чур я вешаю игрушки со снеговиками! — воскликнула Дево4ка, подбегая к нужной коробке.       — Эй, они мои вообще-то! — возмутился Курсив и поспешил остановить Дево4ку.       Наверное, впереди их ждет еще не одна перепалка, но у Попы Енота впервые на душе так тепло… «Стабильность» — крутилось в ее голове, и при взгляде на каждую из личностей почему-то хотелось улыбаться лишь больше. Небольшие ссоры перед праздниками всегда были их частью, и подобные конфликты, как ни странно, всегда были предзнаменованием того, что сам Новый год пройдет хорошо. А там уже в действие вступает поговорка: «как Новый год встретишь — так его и проведешь». Еноту как никогда хотелось верить в эти слова и искать в них правду, ведь 2025, хоть и был трудным, оставил после себя приятные воспоминания, а значит, 2026 год должен стать еще лучше, еще прекраснее во всех аспектах. Главное — верить. И главное, что теперь они снова все вместе. Новым полным составом. И никак иначе.