Болезнь и переговоры

Когда тело ломит настолько сильно, что едва ли удаётся встать с кровати —не рекомендуется заботиться о чём-то кроме своего выздоровления. Аарон наивно думает о том, чтобы поскорее сбежать на пары и не получить новых долгов. Близилось рождество, отчего времени на исправления собственных косяков совсем не было, отчего и болеть казалось более чем невыгодным. Особенно, когда сессия так неминуемо приближалась, пугая всех своим упоминанием. Ведь кому хотелось лишиться столь желанной, пусть и небольшой, стипендии?  Явно не Миньярду, который буквально кровью и потом боролся за её наличие, а после и за надбавку, участвуя в различных мероприятиях (разумеется, через силу) для этого. И приходилось вновь заставлять организм работать на износ, только для того, чтобы не упасть в самый важный момент на пол. Тогда бы Эндрю вновь покрутил пальцем у виска, а после недовольно пошёл бы пить какао. Какао бы выпил и оставил на столе брата кружку с мятным чаем. Не кофе хотя бы. Сердце уже думает отказать ему в предложении руки.  — Ты не спал сегодня, — произносит Нил, когда заходит в комнату, чтобы забрать свою футболку из его шкафа.  Но замирает, когда замечает парня, всё ещё сидящего за столом в позе креветки. Одна нога подогнуты под себя, а вторая согнута в колене и тот опирается локтем на неё. На Джостена не обращает внимание и продолжая писать. Очевидно с того вечера он не двинулся в сторону отдыха, потому что хотел закончить побыстрее с зубрёжкой. План его провалился, а ложиться было уже слишком поздно, поэтому пришлось продолжить учиться.

Учиться, учиться, учиться, учиться.

Нил фыркнул, аккуратно подходя ближе, чтобы не нервировать парня резкими движениями. Его нервная система итак настрадалась. Легче было просто вдарить ему одним из учебников Кевина (а те, к удивлению, имели весьма внушительное содержание, включающие в себя толстый переплёт. Не зря обложки делались на заказ под желание самого Дэя, теперь рыжеволосый хотя бы мог чем-то угрожать), а после насильно уложить в кровать и привязать к изголовью руки, чтобы уж точно не имел возможности выбраться. Интересно, долго ли он будет обижаться? И сильно ли потом получит Нил по своей лисьей голове? Руки его, покрытые шрамами, нежно опускаются на чужие плечи, поглаживая напряжённые и забитые мышцы. Аарон вздрогнул, будто холодный зимний воздух всё-таки проник через закрытое окно и касался его уставшего тела. Ладони Джостена всегда были холодными, несмотря на то, что остальное тело разогревалось. И мерзляком из них двоих был именно блондин, что грел свои ледышки о горячее тело парня. Тот и не возражал в прочем, хотя у него и выбора особо не было. — Не спал, — кивает Миньярд, хотя это и не особо нужно, на минуту даёт себе краткую передышку, прикрывая глаза. — Скоро сессия и ты сам это знаешь. — Если ты умрёшь за учебниками, то вряд-ли оставишь свою дорогую сердце степендию, — фыркает голубоглазый, начав едва ощутимо вести руками к шее блондина, чтобы слегка помассировать, вырвав из того неслышный стон облегчения. — Или за это тоже надбавка идёт? Потому что я крупно сомневаюсь. — Если пришёл читать мне нотации, то можешь валить туда же, куда я послал Ники пятнадцать минут назад! — несмотря на свои слова, Аарон не пытается прогнать его, только сильнее сжимает ручку, потому что руки (холодные, будто он до этого подержал в руках кубик льда) Джостена чертовски хорошо ощущаются на затёкших мышцах.  Нил улыбается, слегка наклоняясь, чтобы расположить свой подбородок на растрёпанный макушке, заглядывая в тетради, полностью исписанные красивым, пусть и в некоторых, редких случаях, едва понятным, почерком. Он точно на медика решил выучиться? Или это лишь прикрытие, чтобы потом пойти подписывать новогодние открытки за баснословные деньги? Рыжеволосый пожимает плечами, ладони спускаются по рукам ореховоглазого, чтобы ласково помассировать сначала одну кисть, а потом другую, пытаясь снять напряжение, что копилось не первый день (и ночь). Ладони Аарона такие же бледные, как и он сам, но до ужаса холодные ведь. А по ночам нагло прижимаются к нему, чтобы согреться.  Аарон шмыгает носом и рыжеволосый слышит, как тот тихо хрипит, очевидно не имею возможности дышать полной грудью. Заболел? Всё возможно, если прибавить к тому, что он нормально не спал уже долгое время, сидя у стола напротив окна. А окна ведь отлично продувает, что понимал даже Эндрю, отчего прикрыл все щели чёрным пледом с гербом Слизерина (подаренным Ники между прочим) на прошлое рождество, чтобы не мёрзнуть лишний раз. — Ты горячий, — хмурится Нил, когда прикладывает тыльную сторону ладони к его лбу, чтобы хотя бы примерно понимать, есть ли температура. Чутьё его не обмануло (к великому сожалению), после чего парень нахмурился ещё сильнее, понимая, что всё это время парень, продолжал заниматься с температурой, хотя как никто другой должен был понимать чем это чревато. Не понял. Но здоровье, не своё конечно, у голубоглазого оказывалось на первом месте и такое отношение к собственному организму он терпеть не мог. Поэтому нужно было что-то делать, а не просто продолжать стоять, уткнувшись в светлые волосы, и с ладонью на чужом лбу. Ведь, во-первых, рано или поздно это не совсем понравится Аарону, а, во-вторых, рука затекает и стоять так долго не получится.  — Ты маленький мудак, — фыркает Джостен и шутливо щиплет блондина за нос, после отпуская его, чтобы отойти к комоду. Там, как знает рыжеволосый, парень обычно хранит все лекарства, хотя Кевин настойчиво предлагал перенести все медикаменты в шкафчик в ванной, но, блондину всегда было спокойнее, если он ведёт пересчёт у себя. В нижнем ящичке лежала аптечка, полная противовирусных и других различных таблеток. Пара капель в нос, несколько жаропонижающих, другая дребедень, в которой Нил не особо хотел копаться. О, термометр, который неприметно лежал в груде коробочек.  — Ты слишком много волнуешься, как для человека, которому кристально похуй на своё здоровье, Джостен, — замечает Аарон, после недовольно перелистав страницу своей излюбленной тетради (или альбома, как бы её охарактеризовал Кевин, который также предпочитал тетради формата А4). — Не думаешь, что таким боком скоро и за собой будешь следить?  Нил не обращает внимания на его слова, спокойно беря какие-то жаропонижающие, противовирусные, градусник, а также несколько порошков, содержащих разные витамины. Редких знаний хватало, чтобы знать, как действовать, но уложить блондина в кровать отдыхать явно не удастся.