Третий лишний

Майк стоял у дверей квартиры Лукаса и Дастина не в силах постучать в дверь. Руки вспотели, сердце бешено колотилось, но другого шанса поговорить с Уиллом могло не быть: он поднял руку и сделал три удара по двери. Дверь ему открыл Дастин.  — Привет, Дастин.  — Привет, Майк, — взгляд друга был сочувствующим. Дастин указал головой на свою комнату.  — Он там.  — Он меня ждет? — Лукас уговорил его выслушать тебя. Но не знаю, будет ли он тебя слушать, — Дастин вздохнул. — Парни, ну вы даете.  — Не начинай, пожалуйста.  — Я не собираюсь тебя ни в чем обвинять, — Дастин был спокоен. — Я просто не хочу, чтобы кому-то из вас было больно.  Майк хлопнул Дастина по плечу и вошел в комнату.  Уилл лежал на кровати, свернувшись калачиком. Майк осторожно притронулся к нему.  — Уилл.  Уилл вздрогнул, быстро сел на кровати, прижав колени к груди, и посмотрел на Майка. Он выглядел еще хуже, чем несколько дней назад, когда Майк с ним виделся. Лицо было уставшим, глаза красными.  — Уилл, прости меня. Майк увидел, как глаза Уилла наполнились слезами. — За что? — голос дрожал, Уилл зло смахнул слезу с щеки. — Я сам виноват. Я… я просто не думал что все это так больно.  — Уилл… Уилл перебил его:  — Я ужасный человек.  — Уилл, нет, ты самый прекрасный чело…  — Майк, прекрати, — голос Уилла срывался.  Он опустил голову на руки и содрогнулся всем телом.  — Уилл, пожалуйста, выслушай меня. Я..я люблю тебя. Всегда любил, но понял это только, когда появился Ник. Я идиот, я просто… я не знаю.  — Ты не любишь меня, Майк, — тихо сказал Уилл. — Тебе не нравятся парни.  — Мне нравишься ты, я люблю тебя… — Хватит! — Уилл вскрикнул и впился в Майка злым и полным отчаяни взглядом. — Ты не любишь меня!  Уилл даже не пытался сдерживать слезы:  — Ты просто приревновал, потому что ты привык, что я всегда рядом! Такой удобный Уилл Байерс! Которому можно в жилетку поплакаться! — Уилл всхлипывал. —  Уилл, который никогда не откажет Майку Уилеру и прибежит по первому зову! — Уилл… — Майк чувствовал, как сдавило в груди.  — А когда у Уилла появилось что-то свое — ты больше не смог. Тебе, видимо, противна сама мысль, что я могу существовать отдельно от тебя. Почему? За что ты так со мной?  Вина разрывала Майка на части. Его Уилл… Сколько лет он страдал? Сколько лет скрывал все это, сдерживал? Был самым лучшим другом, смирившись с тем, что всегда будет на вторых ролях для Майка?  — Уилл, это неправда…  — Правда! Если бы ты любил меня, если бы я был дорог тебе, ты бы не стал вести себя так. Не стал целовать. А я! — Уилл сделал глубокий вздох: — Тоже хорош. Я ответил на этот поцелуй. Какой же я идиот. Я очень обидел Ника…он этого не заслужил.  — Уилл, ты должен знать. Он не злится на тебя. Он мне сам сказал, — Майк дотронулся до руки друга и заглянул в глаза.  — Что? — голос Уилла стал тихим. — Что он еще тебе сказал?  — Что он бы простил тебя, но не видит смысла, потому что ты любишь другого.  Уилл выглядел загнанным в угол.  — И он понял, кого, — продолжил Майк. — Я знаю, что это я. — ХВАТИТ!  Уилл накрыл голову подушкой и снова заплакал.  — Уилл…  — Уйди. — Уильям…  — Уходи! — глухо крикнул Уилл из-под подушки.  «Дай ему время», — вспомнил Майк слова Нэнси. Он встал с кровати и вышел.  Дастина и Лукаса дома не было. Майк был благодарен им за это, потому что разговаривать с кем-либо сейчас сил у него не было. *** В следующие несколько дней Майк будто наблюдал за собой со стороны: как он ест, спит, ходит на учебу. Иногда ему писал Лукас или Дастин, спрашивая, как у него дела. Один раз ему позвонила Нэнси и он рассказал ей об их с Уиллом разговоре. — Майк, я уже говорила и повторю еще. Прошло еще слишком мало времени. Ты просто подумай: на него разом столько свалилось. Сначала отношения, потом твои поцелуи, потом признания, первое расставание. Я тебе клянусь, этот период пройдет и все наладится. Постарайся взять себя в руки.  И Майк брал себя в руки, в глубине душе веря в лучшее.  Вечером в пятницу он получил сообщение от Лукаса:  «Уилл возвращается. Говорит, что не может жить тут вечно. Наверное ему надоел храп Дастина :)». Майк аж подпрыгнул. Внутри все заклокотало. Как ему себя вести? Как им общаться? Он вообще может с ним заговорить? В любом случае, если Уилл решил вернуться, значит, лед тронулся.  «Когда?», — напечатал Майк.  «Сегодня», — Майк снова увидел три точки. — «Ему лучше, правда. Но пока старайся сильно не лезть к нему».  Майк бросил телефон рядом и вскочил. Он оглядел квартиру: посуда не вымыта, везде пыль, вещи. За чистотой всегда следил Уилл: Майк, конечно, помогал ему убираться, но контролировал все именно Уилл. Майк первым делом вымыл посуду, затем пропылесосил и закинул все валяющиеся вещи к себе в комнату.  «Так-то лучше». Майк боялся спугнуть Уилла: ему казалось, что любое его неверное действие — и он снова сбежит. И кто знает, может этим неверным действием могла стать грязная квартира?  Если бы эту сцену увидела его мама — она бы подумала, что Майка подменили. Но сейчас Майк был готов на все ради Уилла.  Майк закончил скидывать вещи в свою комнату, когда дверь в квартиру открылась. Сердце колотилось где-то в горле: в гостиную вошел Уилл. Он выглядел чуть лучше, чем тогда, когда Майк видел его в последний раз.  — Привет, — Майк постарался улыбнуться.  — Привет, — тихо ответил Уилл и зашел к себе.  Майк поджал губы. На большее он и не надеялся. Даже на этот «Привет» не надеялся. У Майка вдруг в груди потеплело. Кажется, лед тронулся.  *** Они почти не контактировали, но каждое утро Майк варил кофе на двоих и после учебы с теплом в душе отмечал, что Уилл выпивает свою порцию. Через неделю после возвращения Уилл снова начал готовить на двоих и Майк чувствовал себя самым счастливым, когда накладывал себе приготовленную Уиллом еду в тарелке.  В один из дней Майк вернулся и заметил, что кофе Уилла стоит невыпитый.  «Что? Неужели опять?...»  Майк прошел мимо двери Уилла и прислушался. Но ключи были на полке, кроссовки — у порога. Значит, он у себя. Майк забеспокоился. Он осторожно постучался:  — Уилл, ты здесь?  Тишина.  Майк осторожно приоткрыл дверь и заглянул внутрь. Уилл лежал в кровати, шторы были задернуты. В груди перехватило от волнения.  — Уилл!  — Майк, уйди, — слабым голосом сказал Уилл.  — Ты заболел? Тебе что-нибудь нужно? — Ничего. Уходи, пожалуйста.  «Ну уж нет».  Майк надел кроссовки и выбежал в магазин. Чай, лимон, пастилки от боли в горле, мясо для бульона. Правда, Майк не знал, как готовить бульон, но он решил, что позвонит маме. Потому что она готовила самые лучшие бульоны, когда он болел, и вряд ли с ним сравнится что-то по рецепту из интернета.  Мама изрядно удивилась рвению Майка варить бульон, хотя почему-то, когда услышала, что это для Уилла, как-то странно хмыкнула и объяснила, что делать, чтобы получалось так же, как у нее. Когда через полтора часа все было готово, Майк зашел к Уиллу.  — Вот бульон. Пожалуйста, поешь.  — Майк, — Уилл поднял на него больные глаза. — Я не хочу. — Пожалуйста. Хотя бы немного. Мне этот бульон в детстве мама готовила. Он помогает лучше всего.  Уилл привстал на локти.  — Ты звонил маме, чтобы приготовить мне бульон?  Майк, улыбнувшись, кивнул. Когда Уилл слабо улыбнулся ему в ответ и взял из рук тарелку с бульоном, слегка задев его руку, внутри у Майка будто взорвались фейерверки.  Кажется, он не видел эту улыбку несколько недель. Как же он скучал. Такой любимый, такой родной. К горлу подступил ком, Майку так хотелось стиснуть его в объятиях и никогда не отпускать, но он сдержался. Он помнил: главное — не форсировать события.  Уилл съел половину тарелки бульона: — Очень вкусно. Но больше не могу, — он отдал тарелку Майку.  — Я рад. Если тебе что-то понадобится — позови.  — Угу, — кивнул Уилл.  Майк собрался выйти, когда услышал:  — Майк… — Майк обернулся. — Останься.  — Конечно.  Он поставил полупустую тарелку на письменный стол Уилла сел рядом.  — Майк, — голос Уилла звучал низко и хрипло. — Да? — Помнишь, когда меня вернули от отца и я сильно заболел, ты приходил каждый день и рассказывал истории, которые придумывал на ходу? — Помню, — Майка переполняла нежность.  — Можешь рассказать еще?  Майк прочистил горло, сделал вдох и начал:  — В далеком-далеком королевстве жил волшебник Уилл Премудрый. Он был самым справедливым и самым умным волшебником во всей земле. А еще он был очень красивым и у него было самое доброе сердце. Однажды рыцарь по имени Майк Храбрый приехал к Уиллу Премудрому просить совет: как ему завоевать даму сердца, которая отвергает его. Но увидев прекрасные ореховые глаза Уилла Премудрого, он влюбился в них с первого взгляда. И был готов служить ему всю жизнь до самой смерти.  Уилл тихонько засмеялся. Майк замер, прислушиваясь к этому звуку.  — А Уилл Премудрый ответил ему взаимностью?  — Я не знаю. На несколько мгновений в комнате воцарилась тишина. — Майк, можешь лечь со мной? Майк на секунду поколебался, но все же осторожно лег рядом. От Уилла исходил жар, Майк чувствовал это. Он тяжело дышал, глаза блестели, а губы были ярко алыми. Майк не мог отвести взгляд, не мог наглядеться на своего Уилла — они все-таки не виделись несколько недель. — То, что ты говорил мне тогда, у Лукаса? Это…правда?  — Что я люблю тебя? Я готов повторить это тысячу раз, только чтобы ты поверил. Я люблю тебя, Уилл.  — Мне так сложно, Майк, — Уилл повернулся к нему и заглянул в глаза. — Я любил тебя столько лет, и я не могу поверить, что ты тоже любишь меня. А еще мне страшно, вдруг мы расстанемся и больше не сможем быть друзьями. Я так боюсь тебя потерять. Всегда боялся… — Уилл, — Майк смотрел на друга с нежностью. — Я никуда от тебя не денусь. Я обещаю. Я… я даже не представлял, что кого-то можно так любить. Я был такой дурак, я отвратительно вел себя по отношению к тебе и готов сделать все, чтобы ты простил меня. — Майк, тебе не нужно извиняться. Ты не виноват, что я полюбил тебя. И с Ником… это я ответил на поцелуй, потому что хотел этого. Ты вообще ни в чем не виноват, — по щеке Уилла покатилась слеза.  Он смахнул ее и снова посмотрел на Майка:  — Останешься со мной? Майк кивнул:  — Только дай сначала принесу тебе жаропонижающее, — Майк осторожно приложил свою ладонь ко лбу Уилла. Он был очень горячий. — Ты весь горишь.  Майк вышел на кухню, а когда вернулся, Уилл уже уснул. Майк поставил стакан с водой все на тот же стол, где уже стояла тарелка с бульоном, и лег рядом.  *** Майк проснулся среди ночи от того, что ему было жарко. В комнате было тихо и он не сразу понял, где он. Его обдало горячим дыханием. Майк замер. Это был Уилл — и сейчас он прижмался к нему всем телом, уткнувшись лицом в изгиб шеи. Рука была по-хозяйски перекинута через грудь Майка. Сердце быстро колотилось. Уилл бормотал во сне что-то неразборчиво, каждый раз опаляя кожу Майка, что вызывало у того табун мурашек. Майк не верил, что это все не сон. Каждый вздох Уилла отзывался в теле Майка, так неуместно сейчас: они только помирились и Уилл болел. Майк осторожно обнял его одной рукой в ответ.  Уилл вздохнул во сне и расслабился. Майк уснул только под утро.  ***  Уилл заворочался рядом, и Майк открыл глаза. Он столкнулся с еще сонным взглядом Уилла. Тот секунду посмотрел на Майка, а потом вспыхнул и испуганно отпрянул: — Прости!  — За что? — Майк усмехнулся, а Уилл неопределенно повел плечом. — Как ты? Уилл замер, прислушиваясь. — Лучше. Намного лучше.  Сквозь шторы пробивалась полоска света. Было тихо, Майк мог слышать только их дыхание и кожей ощущать, как близко к нему сейчас находится Уилл. Несмотря на то, что Майк не выспался, это утро ощущалось как одно из лучших в его жизни.  — Майк…  — Да? — Уилл Премудрый тоже любит Майка Храброго.  Майк улыбнулся и посмотрел на Уилла: взъерошенный, немного томный после сна, с легким румянцем на щеках. Майк решил, что умрет, если не поцелует его прямо сейчас. Он осторожно наклонился к Уиллу и спросил:  — Можно?  Вместо ответа Уилл прижался к его губам. Майк осторожно ему ответил. Уилл целовал мягко, нежно, пробуя губы Майка на вкус, и Майк не торопил его — отвечал ему так же. Губы Уилла были сухие, слегка шершавые.  Рука Майка скользнула на затылок Уилла, пальцы запутались в волосах. Уилл тихонько выдохнул в поцелуй, и Майк почувствовал сладкую волну, прокатившуюся по телу.  Уилл слегка выгнулся навстречу, его рука юркнула под футболку, поглаживая кожу спины. Майк едва не задохнулся от этого прикосновения. Сердце громко колотилось и, ему казалось, он слышит, как так же громко колотится сердце Уилла.  Они целовались так долго, насколько хватило дыхания. Когда отстранились — оба тяжело дышали. Они сидели, прижавшись друг к другу лбами и улыбались.  — Вау, — первым нарушил тишину Уилл.  — Да, вау, — Майк засмеялся. — Я люблю тебя, Уилл Байерс.