Маго-маггловские веселые старты

      - То есть, за мной будет гоняться профессиональный убийца? – Юнги сморщился как ссохшаяся курага и закрыл лежащую перед ним папку. – Так себе рождественский сюрприз.        - Он не убийца, он…, - Намджун пощелкал пальцами, подбирая понятное сравнение, - ну, он что-то вроде мракоборца, только с большими полномочиями, но технически вы с ним коллеги.        Юнги вздохнул и снова глянул на жалкие несколько листиков в тонкой картонной папке. На первом же цветом были выделены такие фразы, как «группа специального назначения», «снайперская подготовка», «знаки отличия» и «черный пояс по тхэквондо».        - Какое значение имеет цвет его одежды?        Намджун чуть подался вперед, перегибаясь через стол и заглядывая в листок, прямо туда, куда указывал палец Юнги.        - А, это значит, что он очень хорош в боевых искусствах. Тхэквондо – это такой вид драки.        Драки… Юнги фыркнул. Почему у этих магглов почти все надо было делать руками? Дуэльная магия все равно в разы эффективнее, дважды вырубишь противника еще до того, как он к тебе приблизится со своими кулаками.        - Юнги, пожалуйста, - брови Намджуна жалостливо изогнулись над переносицей. – Ты ведь знаешь, что я мог бы просто приказать тебе, но видишь, как хороший друг я честно стараюсь тебя уговорить, цени это. Ну же, всего несколько дней. Это очень важно, мы не можем ударить в грязь лицом. А ты у нас один из лучших.        Ага, а еще единственный не семейный маг из их отряда, которого не жалко заставить работать в законные выходные.        «Один из лучших». Какая неприкрытая лесть. Юнги и так знал, что он хорош, но хрен бы Намджун – его друг и по совместительству начальник – когда сказал об этом вслух, если бы не обстоятельства.       Декабрь в их управлении мракоборцев начался с сюрприза – министр магии Кореи и маггловский президент решили, что им необходимо провести совместные учения. Точнее, не совсем так. Началось все с того, что за последние годы несколько раз случались ситуации, когда преступники или даже террористы из одного мира Кореи своими действиями вредили другому, а полицейские и мракоборцы, столкнувшиеся с этим, не могли принять своевременных мер, так как просто не понимали, с чем имеют дело. Как следствие – жертвы и среди волшебников, и среди магглов. Юнги как-то лично разбирался с одним таким делом, жуткая история.        В итоге оба правительства пришли к выводу, что необходима какая-то программа сотрудничества и взаимопомощи в сфере безопасности. Раньше ничего подобного не было, поэтому действовали почти наощупь. Волшебники выбрали из своих рядов лучших мракоборцев, а магглы – сотрудников органов правопорядка, у которых в семьях были волшебники, и само существование магического мира для них не было новостью. Отобрали тестовую группу, назначили руководителей, стали составлять план действий, а потом в чью-то светлую голову пришла гениальная мысль, что им, для начала, нужна хоть какая-нибудь практическая база. Посмотреть, так сказать, кто кого одолеет со всем своим арсеналом навыков и приспособлений – мракоборец спецназовца или наоборот.       Идею одобрили, назвали это учениями, поручили выбрать по одному человеку от каждой стороны, и теперь почти накануне Рождества должна была состояться глобальная игра в кошки-мышки. Задача – поймать и обезвредить противника, срок – двенадцать часов, главные условия – не покидать оговоренный периметр, не калечить и не убивать. В остальном полная свобода действий.        - Если соглашусь, что мне за это будет? – с каменным лицом спросил Юнги, зная, что ходит по грани, но дергающийся глаз Намджуна того стоил. Бальзам на его душу, лишенную заслуженных выходных, спокойного одиночества и бутылочки нераспечатанного огневиски, дожидавшегося своего часа в кухонном шкафу.        - Дополнительная неделя к отпуску, - со вздохом сказал тот минуту спустя.        - Оплачиваемая.        - Хрен с тобой, пусть так. Мы договорились?       - Договорились.        Юнги маггловедение в свое время сдал на отлично, но с магглами особо дел не имел, его родители - оба волшебники, и родители родителей, и родители их родителей… В общем, надобности общаться с магглами у него не возникало. В детстве он жил в магическом поселении возле Дэгу, скрытом от посторонних глаз, там же учился на дому, а два года перед выпуском провел в японском Махотокоро. Потом уже в Сеуле выучился на мракоборца и редко выходил за пределы магических кварталов.        Но вот теперь он в добровольно-принудительном порядке согласился выбраться в сияющий праздничными огнями город и носиться как в попу ужаленному, играя в догонялки с каким-то магглом. Как его… Юнги кинул взгляд в верхнюю часть листа – «Пак Чимин». Приложенное к имени фото статично смотрело куда-то вбок. Что ж, Юнги потом обязательно купит ему извинительное сливочное пиво, когда выиграет в этом нелепом поединке. 

***

      На столе лежал скрученный пергамент, и Чимин едва заметно закатил глаза. И почему эти волшебники не могут пользоваться нормальной канцелярией? Свитки, перья, чернильницы… давно ведь уже не средневековье, люди изобрели шариковые ручки, не говоря уже об электронных сообщениях.        Младший брат вечно присылал письма на пергаменте, когда учился в магической школе, и на каникулы приезжал с рюкзаком, под завязку забитым странными штуковинами, напоминающими набор юного алхимика.        В свое время Чимин несколько раз ходил с братом и родителями за покупками перед школой в магический квартал, и в детстве у него рот не закрывался от восторга и глаза были как блюдца, но постепенно восторг иссяк, флер сказочности спал, сам Чимин пообвыкся, а после и вовсе стал считать волшебный мир несколько отсталым: никаких телефонов, интернета, даже простое электричество было не везде. Слишком полагавшиеся на волшебство маги не особо рвались придумывать что-то новое, изобретать, совершенствоваться. Прогресс, конечно, так или иначе попадал и к ним, но это было похоже на редкие водные потеки сквозь сваленную груду камней.        Да и тот факт, что за пределами дома увиденное обсудить было не с кем, тоже наложил свой отпечаток. Все друзья и интересы Чимина крутились вокруг обычной районной школы и спортивных секций, где сверстники трындели о новых дорамах, футбольных матчах, премьерах кино и о компьютерных играх, а не о волшебстве. Все они либо знать о нем не знали, либо, как Чимин, молчали, помня о строгом запрете на разглашение. К тому же обмолвись ты, что видел людей, по мановению волшебной палочки умеющих взрывать предметы или разжигать огонь, кто тебе поверит?        В общем, со временем пути Чимина с братом несколько разошлись: тот стал профессиональным игроком в квиддич, а Чимин после армии начал строить карьеру военного. Они общались, переписывались, виделись на выходных и семейных праздниках, но каждый жил своей жизнью. И вот теперь, когда Чимин кровью, потом и бесконечным упорством получил должность главы отряда специального назначения, магический мир снова размашисто постучался в его жизнь.       Неделю назад, после подписания кучи разных бумаг о неразглашении, ему сообщили о новом экспериментальном смешанном отряде из людей и магов, а также о том, что он, Чимин, в этот отряд зачислен. Чимин сильно удивился, но лишних вопросов задавать не стал. Приказы, как известно, не обсуждают. Взял протянутую ему папку с грифом «совершенно секретно» и удалился.        Сегодня его срочно вызвали в кабинет министра обороны, где, помимо самого министра, сидел человек в строгой черной мантии с какой-то форменной нашивкой у ворота. Чимин сразу понял – что-то неладно, но виду не подал. Отдал честь и, после кивка министра, сел на единственный пустой стул за столом. Спина прямая, руки на коленях, взгляд сосредоточенный.       - Капитан Пак, - прокашлявшись, начал министр, пока Чимин в душе недоумевал, чем обязан такой чести. Министра до этого он видел лишь издалека на официальных мероприятиях. – Вы ранее были отобраны в специальную группу по взаимодействию с…       Министр скосил взгляд в бумаги перед ним и, судя по бегающим зрачкам, искал что-то в тексте.       - Мракоборцами, - когда пауза затянулась, подсказал незнакомец в мантии. – Простите, не представился. Я Ким Сокджин из Отдела магического правопорядка.        - Да, с мракоборцами, - невозмутимо кивнул министр. – Как нам известно, в вашей семье есть, хм, волшебник. Напомните, кто именно?       - Мой брат. - Несколько озадаченно кивнул Чимин.              - Ваш брат – это же Пак Дживон? – вдруг снова подал голос человек в мантии и, когда Чимин кивнул, расплылся в восторженной улыбке. – Он настоящая звезда «Пусанских стрел» и национальной сборной! Лучший ловец за последнее десятилетие! Все пытаюсь взять у него автограф, и никак не выходит.        Чимин не нашелся, что на это ответить, поэтому просто чуть повел плечами и перевел взгляд на министра, который недовольно посматривал на своего, очевидно, коллегу с магической стороны. Никому не нравится, когда его прерывают. Тем не менее, никак иначе своего недовольства он не выразил.       - Так вот, - министр снова прокашлялся и повторил уже знакомый Чимину текст, - как вам известно, правительство магов и людей решило объединить свои усилия в борьбе с преступностью и начать оказывать друг другу посильную помощь для поддержания мира и порядка в стране. Для этих целей была отобрана спецгруппа, пока в экспериментальном режиме, и для наработки начальной практической базы было принято решение провести, так сказать, учебный бой один на один – маг против человека. И на это задание были выбраны вы как наиболее подходящий кандидат. У вас военная подготовка, курсы снайперов, владение рукопашным боем, - министр отодвинул бумаги и открыл лежавшую рядом папочку с личным делом Чимина. - Полный набор. Вы молоды, но при этом опытны, и на вас ложится большая ответственность. Вам все ясно?       - Так точно, господин министр. Где и как я могу получить детали задания?        И вот тут-то министр кивком головы указал на тот самый сверток желтоватого пергамента, сиротливо свернувшийся в стороне от прочих документов. Развернув сверток, Чимин увидел несколько написанных чернилами абзацев с теми же вводными словами о важности сотрудничества и прочем, а далее шла некоторая конкретика о его противнике в будущем поединке…       Рядом с информацией о мракоборце Мин Юнги скрепкой была прицеплена фотография, на которой вздыхал и хмурился молодой человек с бледным лицом и отросшими почти до плеч волосами, складывая на груди руки с зажатой в них волшебной палочкой. Когда-то «живые» фотографии приводили Чимина в восторг, теперь они казались ему чем-то вроде гифок. Интересно, маги специально выбирали фотографию, чтобы этот Юнги выглядел на ней по возможности грозно, или это просто лучшее, что нашлось?       - У вас есть еще вопросы, капитан Пак?        Чимин оторвался от изучения пергамента и поднял глаза сначала на министра, потом на человека в мантии. Тот сидел с вежливой улыбкой и выглядел весьма доброжелательно. Чимину стало интересно, какую именно должность занимает этот Ким Сокджин в своем отделе. Выглядел тот весьма молодо, так что вряд ли высокую. Скорее, просто выполнил роль посыльного, доставив министру информацию по будущим учениям.        - Никак нет.        - Тогда идите готовиться. Мы все на вас рассчитываем, капитан Пак, - многозначительно добавил министр, когда Чимин поднялся со стула и сунул туго скрученный пергамент в карман.       - Понял, господин министр, - Чимин встал по струнке и отдал честь. Затем повернулся к человеку в мантии, - приятно было познакомиться, до свидания.        - Еще увидимся, - махнул на прощание Ким Сокджин перед тем, как Чимин вышел из кабинета. 

***

      Утром оговоренного дня пошел снег, укрыв город плотным пушистым одеялом. На улицах, и без того загруженных в предпраздничные дни, ожидаемо образовались заторы.Чимин, радуясь своей предусмотрительности, подсказавшей ему выехать из дома заранее на четыре часа, невозмутимо отбивал по рулю пальцами такт очередной рождественской песенки по радио и наблюдал за огромным пушистыми снежинками, падающими с неба.       Пробка за последние полчаса сдвинулась метров на сто, и это уже было победой, потому что скоро Чимин сможет выехать за пределы центральных районов, пересечет реку Хан, а там движение на юг уже должно быть посвободней. Чимин еще раз сверился с картой в навигаторе и немного подкорректировал маршрут с учетом новой пробки из-за аварии перед выездом на мост Донхо.        Местом учебного боя была выбрана небольшая военная база к югу от парка Намхансансон. Территория закрытая, а значит там не окажется случайно забредших гражданских, при этом на самой базе занимаются обучением личного состава, который сейчас был распущен по домам на праздники, там не хранится государственных тайн и не находится стратегически важных объектов. Люди с волшебниками хоть и дружат теперь, но здравый смысл никто не отменял. Ехать до базы, правда, не близко, но и не три дня лесом, два дня полем, зато в отдалении от больших скоплений людей. Все сейчас спешно доделывают дела и скупают разный хлам на подарки, им не до прогулок по заповедникам. Чимин подарки родителям и брату подготовил еще в начале декабря.        Три с половиной часа спустя, предъявив пропуск на контрольно-пропускном пункте и въехав на территорию базы, Чимин первым делом увидел средних размеров ель прямо перед административным зданием. Нарядная и пушистая, она приветливо красовалась бумажными и картонными игрушками в виде самолетов, танков и машин, между которых петляла не зажжённая пока гирлянда. Оставив автомобиль на парковке, Чимин вытащилл заранее подготовленную сумку, поприветствовал подбежавшего к нему солдата и вопросительно указал на ель.        - Это дети и внуки старших офицеров делали, - почти гордо сообщил солдат, провожая Чимина к ожидавшему его министру. - Полковник Со подумал, что праздник-то семейный, и немного уюта нам всем не повредит. Объявили среди детей конкурс на лучшую игрушку, те дома сами все вырезали-клеили, а их папы и дедушки потом принесли и сдали все в администрацию. Неделю назад нарядили, так все полюбоваться останавливаются. Красиво, да?       - Очень, - вежливо улыбнулся Чимин, который уже весь мыслями был в предстоящем задании, но, тем не менее, чужой творческий порыв оценил.        А в это время в одном из учебных корпусов в специально отведенном волшебникам кабинете появился замотанный в зимнюю мантию и заранее недовольный Юнги. Давно ему не доводилось трансгрессировать куда-то только по фотографии комнаты и координатам на карте. Что ж, с предположениями о сияющем огнями городе он погорячился. На месте его уже поджидали Ким Намджун и Ким Сокджин, довольные, румяные и раздражающие одним своим видом. Оба в форменных мантиях и с палочками в чехлах, прикрепленных к поясу.        - Юнги-я, давно не виделись, - тут же подскочил Сокджин и протянул руку для приветствия. Юнги вздохнул, но руку пожал. Начальство, как никак, поважнее Намджуна будет.        Сокджин в их кругах был известной личностью – всего за десять лет прошел путь от новичка-мракоборца до заместителя руководителя Отдела магического правопорядка, и все это без пап, мам и прочих связей. Юнги же, будучи всего на год младше Сокджина, так и оставался простым мракоборцем. Одним из лучших, но тем не менее. Впрочем, карабкаться по карьерной лестнице никогда не входило в его планы, его и так все устраивало. Намджун вон покарабкался немного, заняв место начальника управления мракоборцев Сеула, и сразу же утонул в бумаге, отчетности и бюрократии. В гробу Юнги видал такие плюшки от повышения.        - Ну как, готов? – спросил следом Намджун, тоже поднявшись со своего места.        - Всегда готов, - кисло ухмыльнулся Юнги, на что Сокджин только фыркнул и засмеялся.        - Вижу, с годами ты не меняешься. Изучил материалы по заданию?       - Само собой.       - Вопросы есть?       - Меня потом покормят?       - Если победишь, я тебе лично ужин приготовлю, а потом спою колыбельную, чтобы крепче спалось, - махнул рукой Сокджин. – Никак нельзя ударить в грязь лицом ни перед магглами, ни перед начальством. Министр ждет завтра немедленного отчета. Еще вопросы?       - Никаких, - Юнги выглянул в окно, за которым все еще плотной стеной кружил снег. Кажется, он немного пересмотрит план и не будет лишний раз морозить жопу на улице.        - Тогда идем, - Намджун первый подошел к двери и придержал ее для остальных, - сбор через десять минут. 

***

      В лекционном зале на первом этаже собралась небольшая группа людей, по виду абсолютно не сочетавшихся друг с другом. Половина была в военной форме, вторая половина – в мантиях, из-под которых выглядывали вязанные и трикотажные вещи.       Чимин в куртке цвета хаки, штанах с кучей карманов и высоких ботинках с некоторым любопытством разглядывал того самого Мин Юнги, который в жизни ничем не отличался от фотографии – так же стоял, хмурился и поджимал губы. На вид безобидный, даже миленький, но, если маги выставили его для участия, значит надо отнестись к нему со всей серьезностью. Чимин не допустит глупую ошибку, недооценив противника.        Юнги, в свою очередь, пристально изучил своего соперника от коротко стриженной черной макушки и до носков грубых ботинок, возле которых стояла небольшая черная сумка с ручками, которые можно было накинуть на плечи и носить ее на манер рюкзака. Магглам всегда надо слишком много всего, тогда как Юнги прекрасно обойдется одной только палочкой, спокойно лежавшей во внутреннем кармане его мантии. Отполированная, надежная, привычная, из корейского кедра с шерстью кумихо внутри, она уже была как продолжение руки, неотъемлемая часть самого Юнги. Впечатление же о Пак Чимине у него было… неоднозначное. Вживую он был гораздо приятнее, чем на неподвижном фото, весь такой вроде бы мягкий, с округлыми румяными щеками, пухлыми губами, небольшими ладонями, но взгляд у него был такой, словно Юнги – лань в лесу, а Чимин уже заряжает ружье.        - Итак, - лично присутствовавший министр обороны вышел чуть вперед и, повернувшись к остальным, заговорил зычным, хорошо поставленным голосом. – Выполнение задания начнется ровно в четырнадцать ноль-ноль и закончится завтра ночью в два ноль-ноль. Вы услышите звуковой сигнал. Также периодически во время выполнения задания будет включаться шум на фоне для имитации работы с отвлекающими факторами. Выделенная вам территория включает в себя стрелковый полигон в западной части базы, - министр подошел к заранее вывешенной на пробковой доске схеме базы и обвел плацами небольшой участок слева, - а также один учебный корпус, в данный момент пустой, один складской корпус и вот эту полосу вдоль лесного массива. Вглубь леса можно уходить не больше, чем на пятьдесят метров. Весь периметр оцеплен специальными датчиками, которые вам покажут границы, а нам дадут знать, если вы эти границы пересечете.        Ким Сокджин тут же поднял руку, желая что-то сказать.        - Да, - кивнул ему министр.        - Со своей стороны я наложил отслеживающее заклятие, так что мы тоже сразу узнаем о выходе за пределы оговоренной зоны, если с датчиками что-то случится.       «Если ты, Юнги, что-то с ними сделаешь» - читалось в его взгляде.       Юнги в ответ и бровью не повел. Он и не собирался действовать столь топорно.        - На время выполнения заданий на оговоренной территории будете только вы двое. Если увидите кого-то постороннего, то немедленно приостанавливаете выполнение задания и докладываете нам. Все ясно?       - Так точно, - тут же отрапортовал Чимин, пока брови Юнги едва заметно приподнялись. Вот это прыть и исполнительность. В среде мракоборцев не то, чтобы не слышали об иерархии и дисциплине, но нравы там явно были куда мягче.        - Ясно, - кивнул Юнги.       - Кроме того, - добавил министр, - по периметру установлены камеры наблюдения, так что мы, по возможности, будем следить за вами…       - Что за камеры? – раздался сбоку шепот Намджуна, который расслышал каждый в зале. Юнги на это закатил глаза, хотя и сам не совсем понял, что там будет за ними следить.       - Я тебе потом объясню, - невозмутимо ответил ему Сокджин и, улыбнувшись, кивнул министру. – Продолжайте, пожалуйста.        - Кх-кхм. Так вот, по миниатюрной камере также будет установлено на каждом из вас.       К министру тут же подбежали пара младших офицеров с черными камерами не больше фаланги пальца и принялись крепить их на одежду невозмутимого Чимина и озадаченного Юнги, старательно изображавшего скучающее лицо. После того, как камеры были закреплены и проверены, министр указал обеими руками перед собой, приглашая противников встать друг напротив друга для приветствия и последнего напутствия. Ким Сокджин, прошелестев полами мантии, встал от него по правую руку.        - Что ж, - подытожил министр, - Пак Чимин, Мин Юнги, если условия всем ясны, и вопросов больше нет, то пожмите друг другу руки, и через минуту мы начнем. После у вас будет пятнадцать минут, чтобы добраться до выделенного периметра и занять удобную позицию.        Министр с Чимином одновременно глянули на наручные часы, а Сокджин с Юнги вытащили из внутренних кармашков круглые часы на цепочках. Все они шли синхронно. Затем Чимин первым протянул руку с раскрытой ладонью, которую Юнги тут же пожал, удивившись, какой мягкой на ощупь была кожа этого Пака. Он ждал чего-то шершавого и неприятного, но, очевидно, магглы не только все делают руками, но и ухаживают за ними. Странная мысль… Стряхнув ее, Юнги пожелал сопернику удачи, снисходительно позволил Паку хлопнуть себя по плечу, а затем отошел на три шага и трансгрессировал. Ему эти пятнадцать минут изначально были не нужны.        - Эффектно, - цокнул Чимин, схватил свою сумку и выбежал сначала из зала, а затем из здания, уверенно направляясь в сторону складского корпуса, через чердачное окно которого открывался хороший обзор на всю территорию.       Пересечься там случайно с Юнги он не боялся. Приподняв манжету на второй руке, не занятой часами, Чимин быстро глянул на небольшой монитор, закрепленный на запястье ремнем, с картой местности и маленькой красной точкой с торца учебного корпуса – во время рукопожатия Чимин, похлопав Юнги по плечу, нацепил на его одежду маячок, и если только тот не решит сменить свою мантию на что-то другое, то будет как на ладони. 

***

      Юнги, вооруженный палочкой, организовал себе согревающие чары и с помощью нехитрого заклинания «алохомора» пробрался в учебный корпус. Трансгрессировать сразу внутрь он не рискнул, так как раньше здесь не был, а расщепление в самом начале задания было бы абсолютным фиаско. Зайдя в один из классов, он сразу же наложил всевозможные защитные заклинания от «оглохни» и «протего максима» до воющих чар, потому что понятия не имел, чего ждать от Пака.        Пошарив рукой в кармане брюк, на который он заранее наложил заклинание незримого расширения, Юнги достал флягу с горячим чаем, в который он плеснул капельку огневиски, и бутерброд в бумажной салфетке – не успел дома пообедать. План у него был довольно простой: стать невидимым и просто дождаться, когда Пак сам неосмотрительно пробежит мимо, потом оглушить его, и дело в шляпе.       Откусив бутерброд, Юнги окинул взглядом унылый пейзаж, прицениваясь. Из окна учебного класса открывался вид на полигон и частично на склад, обзор не идеальный, но пока сойдет, а после Юнги поищет место получше. Может быть, засядет в лесу, спрятавшись за елочкой.        Продолжая жевать, он осмотрел и сам класс. Помещение показалось ему слишком пустым и невзрачным. В Махотокоро все было заставлено и завешано разными пергаментами, колбами, книгами, котлами, травами и артефактами, магия и история буквально сочились через стены и потолок, капая на учеников и проникая им под кожу. Юнги всегда считал правильную атмосферу неотъемлемым элементом обучения, но тут ее не было ни на грамм, ничего не было. Наверно из таких безликих кабинетов и выходят люди, подобные Паку – все по уставу, по линеечке, по порядку. Все эти «так точно», «никак нет».… Вряд ли он способен на импровизацию, на неожиданность. Такой как Чимин тихо не подкрадется. Но – тут Юнги честно признавал, внешне этот Пак был весьма хорош, чертяка.        Тихо хмыкнув, Юнги сделал еще один глоток чая и спрятал флягу со скомканной салфеткой обратно в карман, потому что мусорить в гостях нехорошо, отряхнулся от крошек, вытащил из другого кармана палочку и направился к двери в коридор, чтобы найти место для засады. 

***

      Без проблем добравшись до чердака, Чимин занял позицию у окна и, достав из сумки бинокль, осмотрел учебный корпус. Юнги не было видно, но трекер показывал, что он прячется в дальней части здания. Затем, отложив бинокль, Чимин стал вытаскивать из сумки сменную одежду – те же куртку, брюки и шапку, но уже серого и белого оттенков в цвет пейзажа. Хаки с серыми стенами и асфальтом, как и со свежевыпавшим снегом сливается плохо. Затем подтянул к себе сумку с инвентарем. Вообще, первой мыслью Чимина была пневматическая винтовка с оптическим прицелом, заряженная транквилизаторами, но от этой идеи пришлось быстро отказаться – с людьми такое срабатывает только в кино, а он не учился на анестезиолога, чтобы правильно рассчитать дозу снотворного и случайно не прикончить бедолагу волшебника. Операция все-таки не боевая, а учебная. Значит, нужно действовать аккуратно и вблизи.       Из сумки на него приветливо смотрели пистолет с резиновыми пулями, запасные обоймы с пулями разных типов, несколько светошумовых гранат, электрошокер, все же взятый на всякий случай снайперский прицел и пластиковые наручники-стяжки, среди которых приютился контейнер с питанием и пакетик с гигиеническими принадлежностями. Если у Чимина будет возможность почистить зубы, он обязательно ей воспользуется. Переодевшись, Чимин спрятал прежнюю одежду за каким-то пыльным ящиком и, продолжая следить за красной точкой и держа наготове пистолет, бесшумно пошел вниз.        Выйдя на влажный от подтаявшего снега асфальт, Чимин на полусогнутых ногах перебежками направился к зданию в пятидесяти метрах от склада. Снег прекратил сыпать, но небо все еще оставалось серым и плотным, обещая новые осадки. Солнца видно не было, и в прозрачном воздухе клубились легкие завихрения белого пара, выдыхаемого Чимином. Едва он добрался до стены учебного корпуса, как тишину прорезал внезапный скрежет динамиков, из которых через секунду запело бодрое «Джинг беллз, джинглбеллз…». Обещанная начальством музыка не заставила себя долго ждать. Юнги в своем классе подскочил и чертыхнулся, прикусив язык. Чимин же остался невозмутим.       - Джинглз ол зэ вэй, - прошептал он, с легкостью вскрывая дверь учебного корпуса с противоположной от Юнги стороны с помощью проволоки и отмычки.        В пустом коридоре кружились пылинки, ни звука, ни какого-либо движения. Но монитор упрямо показывал, что Юнги где-то здесь, очевидно, за одной из закрытых дверей классных комнат. Спрятавшись за лавкой и быстро достав из сумки бинокль, Чимин переключил его в режим тепловизора.        «Попался» - пронеслось у него в голове, когда у первой же двери с той стороны обнаружились признаки тепла, просачивающиеся сквозь тонкий гипсокартон.       Действовать нужно было быстро, пока Юнги опять не трансгрессировал. Спрятав бинокль в сумку, Чимин достал вместо него портативный противогаз, закрывающий нижнюю часть лица, и одну из газовых гранат с закисью азота. Бесшумно ступая в своих ботинках на специальной амортизирующей подошве, в чем, впрочем, не было смысла из-за продолжавшей орать музыки, он прокрался вдоль стены по коридору и замер в нескольких метрах от нужной ему двери как раз в тот момент, когда она тихо отворилась, и наружу показался умильный нос кнопкой на бледном лице. Когда за носом показалась и остальная голова, Чимин, не теряя времени, бросил гранату Юнги под ноги, распылив газ на несколько метров вокруг. Концентрация вещества была небольшая, чтобы не навредить, но достаточная, чтобы дезориентировать или даже усыпить.        – Твою мать! – раздалось секунду спустя, когда Юнги понял, что сам угодил в засаду.        Он видел эту странную штуку, прилетевшую к его ногам, услышал, как она зашипела, и почувствовал сладковатый привкус в воздухе. Он догадался, что эта хреновина распыляет какой-то пар, который он не может увидеть и который, судя по всему, лучше не вдыхать. Его уже повело после нескольких секунд в этом прозрачном облаке, и он не рискнул трансгрессировать. Вместо перемещения Юнги взмахнул рукой, чтобы создать воздушный пузырь вокруг своего лица, и завертел головой в поисках Пака, устроившего это нападение. Тот, впрочем, быстро нашелся сам, сиганув на Юнги сбоку как какой-то горный козел.        Все происходило слишком быстро: еще секунд десять назад Юнги спокойно допивал чай в классе, а теперь катается по полу в обнимку с Паком, пытаясь не дать тому вырвать у него палочку. Что там Юнги думал про него? Хорошенький? Забудьте, это бешеное исчадие ада. Головной пузырь Юнги создать не успел, сбитый с ног, и старался дышать через раз, периодически срываясь на хихикания. Чимин на это и глазом не повел – он, в отличии от некоторых, был в курсе принципа работы азота, также известного как «веселящий газ». С улицы фоном все еще доносилось громкое «джинглбеллз, джингл беллз». Юнги нещадно вело, мозг уплывал в розовые дали, а перед глазами плясали разноцветные круги.       - Зараза, - с громким смехом выпалил Юнги, еле как переворачиваясь на живот и пряча под собой палочку. Щуплый на вид и невысокий Чимин оказался удивительно крепким и хватким. Даже если Юнги все-таки попробует трансгрессировать, то наверняка утащит того с собой следом.        - Сам такой! – раздалось невозмутимо сверху.       - Протего, - прилетело тут же в ответ, и Чимин полетел следом дальше по коридору, отброшенный защитным заклинанием. Вскочил сразу на ноги, но Юнги уже успел, пошатываясь, добраться до двери на улицу и выбежать как раз в тот момент, когда Чимин вытащил из-за пояса травматический пистолет.        - Черт, - процедил он, выбежав следом и оглядывая уже пустую улицу.        Понежничал, пожалел, не стал в драке сходу заламывать руки и проводить болевые приемы, и вот тебе. Победа была почти у него в руках, а теперь придется начинать все заново, и в этот раз Юнги вряд ли позволит так легко застать себя врасплох. Укрывшись в тени учебного здания, Чимин снова проверил монитор на запястье – маячок, слава богу, остался на месте, пережив их недолгую драку в коридоре, и теперь блуждал в районе лесной кромки. Спрятав в карман ненужную пока маску и натянув пониже серую шапочку, Чимин припустил в сторону леса.        Юнги же чувствовал себя идиотом. Недооценил противника, позволил так легко подобраться к себе и напасть! Еще и ржал как дебил неизвестно от чего. В свое оправдание он мог разве что сказать, что понятия не имел, как вообще Чимин смог его выследить. Он не владел отслеживающими чарами, вообще никакими не владел, и все равно пришел ровно туда, куда трансгрессировал Юнги. И даже защитные чары и заклинание невидимости не сбили его с пути. В этот раз тоже так будет? Юнги все равно, продолжая время от времени издавать нелепые смешки, спрятался за широким стволом раскидистой ели, чтобы перевести дух и подумать. Легким взмахом руки создал дезиллюминационное заклинание и защитный купол вокруг себя.       Продышавшись на свежем морозном воздухе, он почувствовал, как сознание проясняется, и голова начинает работать в прежнем режиме. Музыка наконец смолкла, давая нормально сосредоточиться. Юнги вдруг вспомнилось про камеры наблюдения, о которых говорил маггловский министр, и мысль о том, что Сокджин с Намджуном видели ту нелепую потасовку в коридоре, прострелила не хуже зубной боли. Они ему этого еще долго не забудут. 

***

      - Ну надо же, всего час прошел, а уже такая активность, - министр довольно потер ладони, откидываясь на спинку стула.        Они вчетвером с Сокджином, Намджуном и младшими офицерами, тоже зачисленными в смешанный отряд, перебрались в средних размеров кабинет на первом этаже жилого крыла, временно переоборудованный под наблюдательный пункт. В центре кабинета рядком выстроились стулья на колесиках, перед которыми вдоль стены на металлических креплениях растянулись несколько широких мониторов. Каждый из них показывал девять более мелких картинок с коридорами, классами, этажами и видом на улицу. Еще один экран был разделен на две части: туда транслировалось изображение с миниатюрных камер Юнги и Чимина.       Помимо экранов и кресел в комнату был втиснут шкаф с документами и чей-то рабочий стол, сейчас задвинутый в угол и отданный под кухонную зону. Поверх бумажной скатерти теснились тарелки с крекерами, крошечными бутербродами и пирожками, рядом с ними стоял большой электрический чайник-термос «Самсунг», пластиковые кружки и коробка с чайными пакетиками и растворимым кофе. Попозже должны были привезти горячие обеды.       - Да уж, ждать ваш Чимин не привык, - с самым дружелюбным выражением лица ответил Сокджин, тем временем мысленно записывая все увиденное, пока где-то за его спиной один из офицеров с именной нашивкой на форме «Чон Чонгук» объяснял Намджуну, как пользоваться термосом.        Дверь в кабинет тихо открылась и закрылась: второй младший офицер с нашивкой «Ким Тэхён» вернулся с полной миской попкорна. Микроволновка у них стояла в другом месте.        - Возможно, учения даже закончатся досрочно, - продолжал радоваться министр, - на самом деле, не хотелось бы куковать тут до завтра.        - Но, увы, не мы придумываем правила, - улыбнулся Сокджин и многозначительно добавил, - если надо будет – покукуем.        - Конечно, конечно… Кстати, вам приготовлены комнаты с кроватями на втором этаже, курсантов все равно сейчас нет. Так что если захотите отдохнуть…       Позади раздался резкий грохот, и оба быстро обернулись, чтобы увидеть застывшего с поджатыми губами Намджуна, опрокинувшего термос. Тот валялся на полу, перекатываясь с боку на бок, пока из него вытекал кипяток.        - Простите, - пробормотал Намджун и достал из-за пазухи палочку, беззвучно зашевелив губами и возвращая все в прежнее состояние.          - Премного благодарен, но у нас все с собой, - развернувшись обратно, Сокджин как ни в чем не бывало многозначительно похлопал по своему карману, намекая на спрятанную там полностью обустроенную палатку. Министр удивленно посмотрел на него, явно ничего не понимая. – Слишком люблю спать на своем матрасе и со своей подушкой, а иначе шея на утро просто деревянная. Такая морока с ней.          - Что ж, кхм, ясно. – Министр же с усилием оторвался от созерцания волшебства и тоже снова сел лицом к экранам, возвращаясь к разговору с Сокджином. - Может, стоит попробовать мазь с пчелиным ядом? Отличная штука. Я вот… О, смотрите, кажется, он его опять нашел!       Все глаза в кабинете тут же уставились на монитор, в котором Чимин короткими перебежками, прячась то за кустом, то за лавкой, то за углом здания, неумолимо приближался к кромке леса. И хоть между деревьями не было никого видно, Чимин двигался так целеустремленно, что не оставалось никаких сомнений о конечной точке его маршрута. 

***

      Сидеть попой на холодной земле было не лучшей идеей. Юнги угрюмо отряхнулся, нащупывая сзади на мантии мокрое пятно от талого снега. Высушить его было делом двух секунд, но сам факт. Продолжая водить ладонью по ткани, Юнги задумался о том, как же Чимин его выследил.       Возможно, у него было какое-то специальное приспособление наподобие той шипящей штуковины с газом, только для слежки? Юнги понятия не имел, что там наизобретали магглы, но, увидев ту хрень, понял, что фантазия их велика и изощрена. Но если его отслеживал какой-то механизм, то, значит, Юнги таскал его на себе все это время. Но как и когда Чимин смог его подбросить? Может, виновата странная маленькая камера, которую ему прицепили перед началом учений? Нет, все-таки это против правил, и магглы не стали бы начинать сотрудничество на такой ноте. Что еще было? Рукопожатие, а потом Юнги трансгрессировал… Стоп. Чимин еще хлопнул его по плечу. Неужели этого оказалось достаточно? Неужели следящий механизм настолько маленький? И как его тогда найти, как уничтожить?        Недолго думая, Юнги снял с себя мантию и повесил на ближайший сук. Нацелил на нее палочку и едва слышно произнес:       - Редукто.        От мантии вмиг остались одни воспоминания, а на снег, кружась, упали черные лохмотья.        - Репаро.       И вот Юнги снова одет в форменную одежду мракоборцев и от всего сердца надеется, что это помогло. А теперь пора снова сменить место засады, потому что кровожадный горный козел Пак Чимин наверняка уже где-то рядом.        В ста метрах от него Чимин замер, увидев, как точка на мониторе моргнула и исчезла. Случайность или Юнги догадался? Впрочем, не так уж важно. Хорошо, что у Чимина есть запасной датчик, главное подобраться достаточно близко. Присмотревшись к лесу, глазами Чимин ничего не увидел, но, помня, в каком направлении была цель, он снова достал бинокль с тепловизором. Брат как-то упоминал заклинание невидимости или что-то такое, тело-то физически в природе остается и температура его не меняется. В подтверждение догадки прямо по курсу за деревьями замаячила красно-оранжевая фигура, то появляясь, то исчезая за черными стволами и ветками. Через несколько секунд фигура, прям как та точка, тоже моргнула и пропала.        - Твою ж…, - прошипел Чимин себе под нос. Не успел.       Юнги опять телепортировался или как оно там у них правильно называется. Так и будет скакать до завтра туда-сюда? Решив немного сменить тактику, Чимин развернулся и, пригнувшись, направился обратно к складскому чердаку.       Юнги в это время осмотрел еще один учебный класс, на этот раз на третьем этаже. Тут он еще не бывал, но все этажи одинаковые, поэтому сейчас он трансгрессировал без страха расщепления. Снова привычные защитные заклинания: для отвода глаз, для подавления звуков, барьер для людей и предметов, невидимость… Закончив, Юнги устало присел на стул и снова достал флягу с чаем, приправленным огневиски. Надо было всю бутылку брать. Вынув вслед за флягой еще один бутерброд в салфетке, он сел за парту подальше от окна и, методично жуя, принялся думать, как ему найти Чимина первым.       План с засадой был неплох, но, во-первых, если механизм для слежения все еще работает, то хрень получается полная, а не засада, и, во-вторых, надо признать, что Чимин умел подкрадываться незаметно и бесшумно, прямо как хищник на охоте. Юнги не нравилось, когда на него охотились. Привычные отслеживающие заклинания здесь не подходили, почти все они так или иначе были завязаны на магической активности цели, а у Чимина магии не было. Наложить чары на самого Чимина у Юнги не было возможности, равно как и на выделенную для учений территорию. В теории можно было, конечно, привязать чары к месту и потом видеть всё, что здесь происходит, но такое колдовство было очень трудоемким, энергозатратным и небыстрым. Один человек, даже очень могущественный, вряд ли такое провернет за пару часов, а тратить весь отведенный день и все свои силы на это Юнги не хотел, в этом банально не было смысла.        За окном опять повалил снег, а тишину прорезал треск динамиков, из которых вскоре зазвучала очередная песня, на этот раз из магического мира – «Наколдую тебя в Рождество» волшебницы Ли Джиын. Юнги слышал ее за последний месяц по радио раз пятьдесят. Он не фанат подобной музыки, но слова невольно выучил, и голова сама собой стала покачиваться в такт мелодии.        Когда ночь укроет город, и везде засияют огни,       Я опять загадаю желание, чтобы мы остались одни,       Как подарок под елкой пушистой, в окружении шаров и свечей,       Наколдую тебя в Рождество, и ты станешь судьбою моей.           Мысли кружились в голове плавно, как снежинки за окном. Юнги достал часы и проверил время – половина пятого. Вечер только начинался, но на улице уже смеркалось. Небо из светло-серого превратилось в нежно-лиловое, почти прозрачное, стеклянное. Чимин, Чимин, Чимин… Что же с тобой делать?       «Угостить выпивкой» - тут же подсказало сознание, несколько разморенное теплом, едой и неторопливой музыкой. Интересно, Чимин согласился бы под нее потанцевать? Или он в принципе слишком суров для танцев?       Сейчас, отойдя от недавних нападений, Юнги признавал, что Чимин хоть и зверь, но хорош, Юнги его почти зауважал. А еще убедился, что идея с обменом опытом между магами и магглами не такая уж плохая. Все эти хитроумные приспособления почти вывели его из строя, а он их даже опознать оказался не в состоянии и подозревал, что это – лишь верхушка айсберга.        Убрав полупустую флягу и смятую салфетку обратно в карман, Юнги потянулся и аккуратно приблизился к стене возле окна, выглядывая на улицу. Сумерки потихоньку накрыли полигон и примыкавшие к нему здания, на которых, как оказалось, висели гирлянды в цвета национального флага – руководство базы отнеслось к праздникам со всей серьезностью. Разноцветные огоньки моргали и переливались, протянувшись вдоль карнизов и вокруг входных дверей, создавая непринужденную атмосферу. Юнги в своем полутемном классе подумал, что получать пиздюлей под музыку и в окружении гирлянд почти тянет на рождественское приключение. За наблюдением за мерцанием красных, синих и серебристых огоньков, Юнги посетила идея.          - Как подарок под елкой пушистой, в окружении шаров и свечей, наколдую тебя в Рождество, и ты станешь судьбой моей, - напевал в это время Чимин себе под нос, сидя на чердаке склада и наблюдая за периметром в бинокль.        К концу песни он уже выучил припев. Ему вообще нравились легкие праздничные песни, которые многие считали попсой и вовсе не тем, что мог слушать суровый военный. Однако суровым Чимин был лишь снаружи и когда этого требовали обстоятельства. Давить из себя брутальность в свободное от работы время только потому, что «так принято», он считал верхом глупости и проявлением неуверенности в себе. Поэтому он спокойно слушал альбомы айдолов, покупал мерч, декорировал квартиру мягкими, цветастыми и приятными вещами и мечтал однажды завести котика. Сейчас, увы, его график не позволял такой роскоши. А уж если вспомнить про его ориентацию, о которой он не распространялся дальше самого близкого круга…       Мысль замерла, прерванная внезапным движением на полигоне. Подкрутив фокус, Чимин внимательнее рассмотрел голубовато-серое мерцание, блуждавшее по рыхлому свежевыпавшему снегу и не оставлявшее на нем следов – это оказался полупрозрачный кот, довольно крупный, с густой длинной шерстью и хвостом трубой. На его грудке выделялось серебристое пятно, а на ушах торчали забавные кисточки, почти как у рыси. Сияющие белым глаза осматривали округу и что-то выискивали.        Ахнув от красоты представшего ему зрелища, Чимин, тем не менее, не кинулся из своего убежища на полигон, чтобы рассмотреть поближе и попробовать погладить волшебного кота. Юнги явно его выманивает или приводит в действие какой-то другой план, но Чимин не пойдет у него на поводу. Хотя кот, конечно, замечательный, очень красивый, словно из сказки вышел. Проводив взглядом пушистые штаны и хвост трубой, скрывшиеся из вида, Чимин прислонился спиной к стенке. Потом он обязательно попросит Юнги еще раз создать такого, чтобы рассмотреть его как следует, и расспросит о том, что именно это за волшебство. Сейчас же он проверил содержимое сумки, удостоверился, что с пистолетами с резиновыми и световыми пулями все хорошо, а затем вытащил из сумки термос с кофе и небольшой пластиковый контейнер с нарезанными фруктами и кусочками шоколада – настало время перекуса, а не то его выдаст не вовремя заурчавший желудок. 

***

      Юнги прекрасно понимал, что его план состряпан из говна и палок, но другого пока не было, так что почему бы и нет. Создавая патронуса, он ни на что особо не рассчитывал, но вдруг этот Чимин из тех людей, которые просто не могут пройти мимо кота, не погладив его. А если нет, то Юнги хотя бы осмотрит территорию, не высовываясь из своего убежища.       Кот махнул хвостом, переступил с лапки на лапку и, повинуясь воле хозяина, плавно выплыл из класса и за несколько минут уже облетел весь учебный корпус, а затем отправился на улицу. Невесомый, он порхал над землей, создавая иллюзия бега, и своими волшебными глазами смотрел на здания, на линию горизонта, на лес поодаль и на фонари с редкими скамейками, и Юнги смотрел на всё это вместе с ним. Ни в одном окне не горел свет, нигде не было и намека на движение. Кажется, Чимин тоже пока затаился в укрытии.               Патронус проскользил между зданий и прямо сквозь стену нырнул в ближайшее, попав на склад. Тихо, пусто и немного пыльно. Кот запрыгнул на один ящик, на другой, на третий, осматривая первый этаж, а потом сквозь потолок перепрыгнул на второй. Там тоже оказалось пусто, и некоторое время спустя кот впрыгнул на чердак, где уставился на Чимина с термосом в руках. Тот замер как был, с незакрытым термосом и маленьким пустым контейнером возле него.       - Привет, - сказал кот голосом Юнги, а Чимин в ту же секунду пришел в движение. Захлопнул откидную крышку термоса, сам термос кинул в сумку, откуда вытащил пистолет и отпрыгнул со своего места ровно в тот момент, когда мерцающий кот растворился в воздухе, а вместо него возник Юнги.        - Остолбеней, - тот взмахнул палочкой, но Чимин уже успел кувырком укрыться за каким-то старым ящиком, в движении прицелившись и выстрелив светозвуковым патроном.       Раздался громкий хлопок, чердак на пару секунду залило ярким светом, и Юнги, зажав уши руками, грязно выругался. Выставив руку с палочкой в ту сторону, куда укатился Чимин, он принялся сыпать одно заклинание за другим, даже бесполезный сейчас «экспеллиармус», но привычка сработала сама. В Чимина полетели мелкие предметы, какой-то мусор, валявшийся на чердаке, и даже стайка желтых птичек. Прицелиться как следует не получалось, потому что перед глазами все еще висела белая пелена, постепенно уходившая, как и звон в ушах.       Большой деревянный ящик хрустнул и разлетелся на куски от очередного заклинания, но Чимина за ним уже не было. Верткий черт, склизкий как кальмар. Зато его сумка, полная страшных орудий пыток, лежала на месте. Кинув вокруг себя быструю защиту, Юнги с помощью «акцио» заставил сумку прилететь ему прямо в руки и только собирался обновить защитные чары, чтобы осмотреться, как возле него снова раздался выстрел, от которого все вокруг зашумело и заходило ходуном. Что-то коснулось его плеча, и Юнги дернулся в сторону.         - Протего дуо, - зашипел он, ослепленный и оглушённый, потому что сейчас был не в кондиции для невербальных заклинаний. Больше его никто не трогал, и Юнги, все еще сжимавший в руке чужую сумку, понадеялся, что защитный купол оградил его от Чимина. – Агуаменти.       Плеснув в лицо немного воды, Юнги почувствовал себя лучше. Зрение вернулось в норму, и он увидел, что остался на чердаке один.        - Гоменум ревелио, - прошептал Юнги, оглядываясь вокруг себя. На этом этаже больше никого не было, но где-то внизу Чимин торопливо бежал по лестнице, и Юнги тут же сорвался следом. Сколько еще раз за сегодня он окажется не в состоянии безопасно трансгрессировать?       Чимин дернул входную дверь и выскочил на улицу, выдыхая клубы белого пара на морозном воздухе и на ходу натягивая шапку. В душе все клокотало и бурлило от резкого притока адреналина и из-за чуть не проваленного задания. Еще и сумку упустил! Спешно укрывшись от света фонарей и далеких прожекторов в тени здания, Чимин посмотрел на часы – шесть с копейками, до полуночи еще достаточно времени, и он успеет все исправить. При нем остался небольшой бинокль, предусмотрительно спрятанный в карман куртки, пистолет с почти полной обоймой, резиновые пули и монитор на запястье, на котором снова суетливо двигалась красная точка. Чимин таки сумел прицепить запасной маячок на одежду Юнги перед тем, как тот создал вокруг себя невидимый и непроницаемый купол. Чимин уперся в него как в стену и понял, что сейчас лучше отступить. 

***

      - Что я пропустил? – вернувшийся из уборной министр уставился на замерших людей перед экранами. Все они как один подались вперед и почти не шевелились. Даже дышали, кажется, через раз.       - Потасовку на чердаке, - Сокджин отмер первым.        На соседнем с ним стуле Намджун застыл с недонесенной до рта вилкой, с которой на тарелку капал густой соус, дальше старший сержант Ким Тэхен не жуя запихивал в себя остатки попкорна, а сидевший с краю сержант ЧонЧонгук с круглыми глазами вцепился в подлокотники с такой силой, что побелели костяшки пальцев.        - Фух, - выдохнул, наконец, и Намджун, - напряженно вышло.        - Зато эффектно, - восхищенно заметил Тэхен.        Министр на это грустно вздохнул, и Чонгук тут же подскочил к ноутбуку на подоконнике, куда автоматически велась запись, чтобы найти министру повтор этого эпизода. Тэхен, воспользовавшись передышкой, отправился за новой порцией попкорна, а Сокджин, уличив момент, достал палочку и отправил домой патронуса с просьбой домовому эльфу сварить крепкий кофе с пряностями и переместить его в большой стакан с крышкой, зажатый у него между коленями. Маггловский растворимый кофе в пакетиках вызывал изжогу одним своим видом. Несколько минут спустя напиток был на месте, и Сокджин, поерзав на стуле, с комфортом продолжил наблюдать за парой игроков в кошки-мышки. 

***

      Ночь опустилась так же внезапно, как наступает зима для коммунальных служб. И совершенно неважно, что темнело уже как несколько часов. Выскочив на улицу, Юнги огляделся, мазнув взглядом по освещенной фонарями и гирляндой территории. Из динамиков запел очередной рождественский хит «Пусть идет снег» Фрэнка Синатры. Чимина нигде видно не было. Юнги тоже поспешил скрыться в тени, припустив в сторону полигона. Он не был уверен, что найдет Чимина именно там, но какое-то шестое чувство вело его в ту сторону, и Юнги не стал с ним спорить. Правда он не знал, что это шестое чувство окажется не интуицией, а чувством юмора. Причем не его собственным, а судьбы, потому что Чимин действительно направлялся к полигону, вот только не перед Юнги, а за ним.       Сжимая в руке тепловизор, он внимательно следил за вновь ставшим невидимым Юнги, сам при этом сливался с обстановкой и двигался совершенно бесшумно в ботинках с шумопоглощающей подошвой. Когда надо, Чимин тоже умел быть невидимкой. В его голове спешно собирался новый план как схватить и обездвижить Юнги. Очевидно, что в первую очередь надо выбить у него из рук волшебную палочку. Но получить по рукам из травматического пистолета – очень больно, к тому же Чимин не хотел ненароком палочку сломать, он знал, как она важна для магов. Брат бы его за такое точно четвертовал. Поэтому он решил дождаться, пока Юнги выйдет на открытую площадку, и стрелять по ногам, а потом сразу идти в атаку.  Юнги и не подозревал, что был у своей цели как на ладони. Окруженный заклинаниями, скрытый от чужих глаз и ушей, он не знал, что найти его можно и иначе.       Как только Юнги вышел на заасфальтированный участок полигона, раздался выстрел, глухой и быстрый. Правая нога онемела, а через мгновение ее охватила такая сильная боль, что Юнги на секунду решил, будто ее вовсе оторвало. Все созданные прежде защитные заклинания рассеялись как туман в ясный день.       - Ёб твою мать! – взревел он, становясь полностью видимым, с противным треском упал на левое колено и словно в замедленной съемке наблюдал, как из ближайших кустов на него несется Пак. В голове гудело, нога пылала огнем, мысли путались, тело буквально отказывалось трансгрессировать, но рефлексы сработали сами. В Чимина полетели все заклинания школьного курса, достаточно безопасные, чтобы ненароком не угробить.        Чимин же видел цель и не видел препятствий. Ловко уворачивался от летевших в него вспышек, огней и… это что, тигр? Какого хрена? После выстрела из травматического пистолета ровно между глаз, тигр рассыпался в щепки, падая на землю кусками деревянной мишени, которой он и был. Чертовы заклинания. Чимин чертыхнулся и в прыжке успел подскочить к Юнги, прежде чем тот снова окружит себя защитным куполом.       Юнги, полный решимости если не убежать, то хоть отползти, кое-как поднялся на одну ногу и развернулся, приготовившись ковылять и отстреливаясь заклинаниями себе за спину, как его аккурат со спины и схватили. Прижали к себе крепко, одной рукой держа поперек туловища, а второй вцепились в правую кисть, сжимавшую палочку.        - Остолбеней, - только и успел крикнуть Юнги, целясь куда-то за себя, как почувствовал, что они вдвоем с Чимином заваливаются назад.        Раздалось емкое «блядь», и вот они уже в обнимку лежат на холодном асфальте, пока на них, кружась, падает снежок. Точнее, на асфальте лежал полностью неподвижный Чимин, а Юнги устроился на достаточно теплом и в меру мягком Чимина как на матрасе. В остальном ситуация складывалась достаточно патовая. Чимин обхватил Юнги так, что хрен выпутаешься. Его левая рука окольцовывала грудь и ладонью лежала на шее, отчего Юнги даже голову не мог поднять, смиренно откинувшись на чужое плечо. Правая же плотно обхватывала пальцы с зажатой в них палочкой, смотревшей куда-то в небо. Рукой не пошевелить, и все заклинания улетят прямиком в воздух или в не самых удачливых птиц.  Поелозив ногами и туловищем, Юнги тяжко вздохнул и посчитал за лучшее просто расслабиться. Положение у него всяко лучше Чимина. Хоть бы тот не сильно головой об асфальт долбанулся при падении. Хотя, нога все еще ныла ужасно, так что поделом ему, будут квиты. За спиной словно в ответ на его мысли раздалось тихое, но протяжное мычание.        - Больно? Головой приложился?       - Мгм, - прозвучало в ответ, и Юнги трактовал это как «да», точнее «ага».       - Я бы тебя расколдовал, но не могу. Ты мою руку зажал.        Снизу Чимин промычал что-то нечленораздельное.        - Все это, на самом деле, быстро лечится. Я потом поправлю все, когда выберемся отсюда. Не волнуйся. Но, если за нами не придут досрочно, то лежать нам тут не меньше часа.        - Мхмхмхххмм?!       - Просто предупреждаю. Я и так не со всей силы заклинание выдал. Могли бы и всю ночь проваляться.        В ответ ему ничего не сказали, и на несколько минут тишину разбавляло только мелодичное пение из динамиков.       Лет ит сноу, лет ит сноу, лет ит сноу….       Юнги проморгался, чтобы сбить осевшие на ресницах снежинки. Бедный Чимин сейчас даже моргнуть не может. Интересно, сколько осталось до конца отведенного им времени? Много еще? Юнги, в общем-то, уже согласен на ничью. Все лучше, чем валяться зимой ночью на холодной земле. Им все равно потом всем вместе работать, так что какая разница.       Сотворив все-таки кое-как согревающие чары, для которых махать руками особо не надо, он почувствовал, как некоторые крохи тепла все-таки оседают на землю, согревая его и Чимина. За ухом раздался звук, отдаленно похожий на удовлетворение.        - Знаешь, я понял, что совместный отряд, - помолчав еще немного, Юнги продолжил их странный диалог, – действительно хорошая идея. Расскажешь потом про все эти штуки, от которых у меня вечно все в голове звенело?        - Мгм.       - Славно. Можно потом по сливочному пиву выпить. Когда все это закончится. Мы же, вроде как, коллеги теперь. Пробовал когда-нибудь сливочное пиво?        - Ннн.       - Нет?       - Мгм.        - На первый раз тогда я угощаю. А у тебя же кто-то в семье волшебник, получается?        - Мгм.       - А кто… а, точно, придержу этот вопрос на потом.        Песня закончилась, и вместо нее началась новая «Декабрьская магия» - любимая новогодняя песня мамы Юнги. Он хмыкнул и тихонько затянул знакомые слова хрипловатым голосом, пока Чимин лежал под ним и думал, сколько крови успеет вытечь у него из головы, пока за ними придут. Наверно, это лужа у его затылка пока не слишком заметна на камерах, раз они еще тут. Юнги, конечно, поет очень приятно, но на обезболивающее это не тянет. Зато хоть по стаканчику пропустить пригласил. Чимин оценил этот жест.        Зазвучал уже третий куплет, когда вдалеке раздались шаги. Постепенно они становились все громче, и через минуту Чимин увидел замерших над ними Ким Сокджина, Ким Намджуна и младших офицеров Ким Тэхена и Чон Чонгука. Они торопливо осмотрели их, впрочем, без особого беспокойства на лицах, поохали, поцокали, а после Сокджин, не сказав ни слова, вытащил волшебную палочку. 

***

      Рождество Чимин и Юнги встретили в лазарете. Один с перемотанной головой, другой – с подбитой ногой. Их подлечили и заклинаниями, и медикаментами, но человеческое тело редко когда заживает в мгновение ока. Им оказали необходимую помощь и велели ночь все-таки провести в палате под наблюдением врача. Юнги пытался спорить, Чимин лишь расстроенно вздохнул. Сочельник в больничных стенах – совсем не то, на что он рассчитывал еще вчера утром. Юнги, увидев эти грустные глаза, спорить тут же перестал и резко сменил вектор, порадовавшись, что они вместе в одной палате, а не тухнут по одиночке.       Незадолго до полуночи к ним в палату явился домовик Сокджина, напугав Чимина, который видел таких существ впервые. Домовик передал два больших пакета: один с украшениями, второй с едой и напитками. Развесив по палате гирлянды и мишуру, они соорудили праздничный стол на одной из кроватей, разложили завернутые в полотенца блюда с пирогами, мясом и рыбками пуноппан, разлили по кружкам глинтвейн и хором пожелали друг другу здоровья. А после станцевали медленный танец под песню «Наколдую тебя в Рождество», звучавшую по радио.       Ничего такого, на самом деле. Они не кружились в вальсе, когда один держится за талию, а другой за плечи, не прижимались тесно. Просто покачивались слегка неловко, иногда держась за руки, крутились вокруг своей оси и переступали с ноги на ногу. Просто потому что Рождество, и настроение такое, и на кровати ждёт килограмм мандаринов и недопитый глинтвейн.              Чимин в широкой больничной пижаме в полоску уже не казался таким серьезным и выглядел милой плюшевой игрушкой, и Юнги почти не испугался, когда неожиданно даже для самого себя вдруг предложил потанцевать и протянул руку. Узнать, что Чимин не слишком суров для танцев, было очень приятным открытием.        - Надо будет как-нибудь повторить, - пробормотал с улыбкой разморенный Чимин, садясь обратно сразу и на кровать, и за стол.        - Не возражаю, - промурчал в ответ Юнги.        - Ой, а можешь, пожалуйста, наколдовать еще раз того серебристого кота? Он такой красивый.        Юнги без лишних вопросов взмахнул палочкой, и большой мерцающий кот тут уселся между ними на кровати, принявших ластиться к Чимину. Тот рассмеялся так звонко и довольно, что Юнги понял: вот оно - главное оружие капитана Пака.       - С Рождеством, Чимин, - сказал Юнги, поднимая свою кружку.       - С Рождеством, Юнги, - Чимин пропустил пальцы сквозь поблескивающую шерсть кота, и на подушечках его пальцев еще несколько секунд мерцали частички света. - Прости за ногу.       - А ты за голову.       - Ну, я ни о чем не жалею, - улыбнулся Чимин, и от улыбки его глаза превратились в полумесяцы.

***

      В конце декабря перед Новым годом вся команда собралась для неформального знакомства в маленьком, скрытом от посторонних глаз баре аккурат на стыке человеческого и магического миров в районе Букчон Ханок.       За столом в углу зала сидели семь человек: старший от волшебников Ким Сокджин, старший от людей Пак Чимин, маг Мин Юнги, маг Ким Намджун, люди Ким Тэхен и Чон Чонгук, а еще сквиб Чон Хосок. Сын волшебников, у которого так и не появился магический дар, зато оказался настоящий талант к компьютерным технологиям. Хосок сумел реализовать себя в мире людей, выучился в обычной школе, окончил с отличием университет и даже некоторое время баловался хакерством, но вовремя остановился. Слава богу быть криминальным элементом в его планы не входило. В команду Хосок попал благодаря отцу, работавшему в министерстве магии. Тот предложил его кандидатуру как технического специалиста и как человека, который уже объединяет в себе оба мира. Кандидатуру рассмотрели на самом верху и одобрили.       Хосок единственный сидел полностью в гражданской одежде, цветастой и наверняка очень модной, в кепке козырьком назад и улыбался так, будто всегда только об этой работе и мечтал.        - Что ж, - от барной стойки вернулись Юнги и Тэхен с семью полными кружками, - предлагаю выпить за знакомство.        - С нового года оно станет ближе некуда, - выгнул бровь Сокджин.        - А нам выделят отдельное здание? – Тэхен уселся на пустой стул, в то время как Юнги многозначительно подпихнул Намджуна, чтобы тот уступил ему место рядом с Чимином.        - Пока нам выделяют один кабинет в здании архива, - ответил Чимин и с улыбкой забрал поданную Юнги кружку. Они уже договорились, что потом Чимин сводит Юнги в кино. В больнице они выяснили, что тот никогда ничего подобного не видел.        Чонгук в ответ на новость об архиве тут же надул губы как ребенок, и Намджун поспешил успокоить расстроенного младшего офицера.               - От министерства магии нам обещали корпус рядом с Сектором по контролю за использованием изобретений магглов.        - Тоже неплохо, - Тэхён лишь пожал плечами.        - Что ж, тогда за хорошее и плодотворное сотрудничество, - Чимин поднял свою кружку, и все последовали его примеру.        - За нас!