Маго-маггловские веселые старты

      Чимин слышал, что наверху началась какая-то возня. Шум, громкие и резкие шаги, от которых на голову сыпалась пыль, разговоры на повышенных тонах – кто-то явно нервничал, а кто-то, наоборот, злился. Когда вдруг со стороны лестницы за решетчатой дверью показалась полоска света, Чимин замер, прекратив доламывать несчастный стул, но свет быстро исчез – кто бы ни открыл к нему дверь, он сразу передумал, а разговор стал громче, превращаясь в ругань. В какой-то момент раздался смачный шлепок и тихий визг, и не нужно было гадать, какому несчастному созданию достался удар. Бедный домовик.       - Ладно, я сам к ним выйду! – прозвучал незнакомый голос, и затем хлопнула уже другая дверь – входная.       Чимин спешно вернулся к своему занятию. Он уже отломал обе ножки, которые теперь жались к его ногам под натиском зачарованной веревки словно шины для фиксации сломанных конечностей. Спинка тоже дышала на ладан, и пару минут спустя под аккомпанемент громкого треска Чимин смог выпрямиться, а ненужная уже сидушка хлопнулась на пол. Деревянная поверхность за его спиной разломилась на несколько частей, выгнувшись частоколом в разные стороны, и Чимин, изловчившись, сумел выпутать руки и схватить извивавшуюся веревку за хвост. Она сопротивлялась, крутилась в руках, жгла кожу ладоней и пыталась вновь стянуть туго ребра и легкие, но Чимин не собирался сдаваться. Он напряг каждый мускул, призвал все свое упрямство и наматывал волшебную гниду на согнутую руку вокруг локтя сантиметр за сантиметром, пока она вся не оказалась в его руках. Жадно вдохнув полной грудью, он отбросил веревку в дальний угол словно ядовитую змею и задумчиво глянул на свои ноги с примотанными к ним ножками стула. Что ж, и с этим он справится.       Но, очевидно, шум в подвале не остался незамеченным. Лестницу вниз вновь залил свет с первого этажа, и раздался топот нескольких пар ног. Чимин едва успел прижаться к стене сбоку от входа, как скрипнул замок, и дверь распахнулась. В подвал ввалился человек в черном плаще, тот же, что и раньше, или другой – Чимин не знал, да и черт с ним, не важно.       Действуя уверенно и точно, Чимин кинулся на него и скрутил в два счета, несмотря на вытянутую руку с зажатой волшебной палочкой. Для Чимина она сейчас была все равно что большая зубочистка. Зажал шею и корпус, прикрывшись бедолагой как щитом и развернувшись как раз в момент, когда из-за спины раздалось:       - Остолбеней!       Человек в руках Чимина вытянулся по струнке и сразу обмяк, потеряв сознание. Нападавший смотрел на это круглыми от непонимания глазами. Чимин, воспользовавшись чужим замешательством, толкнул бесчувственное тело прямо в руки незнакомцу, и тот рефлекторно его поймал, пропустив меткий удар в челюсть. И минуты не прошло, а на полу подвала валялись уже двое. К ним на подмогу уже спешил третий, но предусмотрительно остановился на середине лестницы, запустив в Чимина целый залп различных заклинаний. Некоторые из них шипели в воздухе, другие отскакивали от стен, высекая из них искры, третьи пролетали со свистом в сантиметрах от лица, но Чимин смог увернуться, спрятавшись за углом и вновь прижавшись к стене сбоку от двери. Он был готов сразиться с каждым, кто войдет в подвал. Эти парни, может, хорошие маги, но бойцы никудышные.       Когда несколько долгих мгновений спустя третий маг все же рискнул сунуться в подвал, Чимин его уже ждал. Быстро вскинул руки – одну сгибом локтя вокруг горла, вторую вокруг туловища, сжав их как тиски, и провел удушающий захват. Противник бился в его руках, хрипел, краснел, из его палочки вылетали случайные заклинания, но в итоге он все равно потерял сознание. Чимин действовал четко, но аккуратно, чтобы обезвредить, но не навредить. Никакой излишней жестокости, только самооборона. Все они очнутся в течение часа, и Чимин уже принялся плавно опускать третьего парня на пол к остальным, как вдруг…       - Круцио, круцио!       Вмиг все тело пронзила острая, резкая боль. В голове словно разряд молнии полоснул, и на мгновение Чимину показалось, что он ослеп. Мозг кипел и раздувался, стал давить на глаза и черепную коробку, каждый нерв в теле верещал от боли, суставы выворачивались, мышцы и кожа рвались, кости трещали и ломались, пока конечности гнулись под неестественными углами, и сам Чимин весь вывернулся дугой, зайдясь в нечеловеческом крике. Голос его мучителя звучал ясно, отчетливо, почти над самым ухом. Жестокий, резкий, несколько истеричный и полный животного наслаждения от вида чужих мучений. А еще молодой. Печально молодой.       - Что, теперь не такой резвый? Теперь ты не сильнее нас, не быстрее? Круцио! Будешь знать!       Из последних сил, не чувствуя уже ни ног, ни рук, ни самого себя, Чимин обернулся и сквозь пелену на глазах уставился на тощего и высокого парня, сжимавшего в руке палочку. На вид не старше самого Чимина. И когда в нем успело скопиться столько злобы? Боль продолжала жечь раскалённым железом, и все мысли были лишь о спасительном забытье. Парень от его взгляда взвизгнул и отскочил на шаг, вскидывая палочку для новой атаки, но не успел он открыть рот, как рухнул навзничь, и на месте, где он стоял, замаячили знакомые силуэты.       - Чимин? Чимин! Как ты? Посмотри на меня, Чимин?       Несколько голосов зазвучали над ухом, пара рук подхватила его, когда ослабевшие ноги подкосились, и Чимин, позволяя своему сознанию уплыть в тихую и спокойную черноту, напоследок лишь прошептал:       - Не оставляйте им домовика…

***

      Попасть в дом оказалось не так уж и сложно. Богатые банковские счета и именитые фамилии не дают прибавку к практическим навыкам. Даже если члены семьи Пё сами не занимались установкой защитных магических барьеров и наняли для этого специалистов, опытным мракоборцам хоть и пришлось немного попыхтеть, но все оказалось куда прощу, чем они думали.       После магического купола они наткнулись на несколько ловушек перед крыльцом и на входной двери, но и с этим разобрались за считаные минуты. Сопротивления в самом доме от тех, кто там прятался, почти не было. Людей внутри оказалось не меньше десятка, и это только те, кто остался на первом этаже.       - Гоменум ревелио, - проревел Сокджин, словно фурия влетая в фойе и взмахивая палочкой. – Наверху еще шестеро, Тэхён, Чонгук, вы со мной. Намджун и Юнги, разберитесь здесь.       Сокджин с палочкой наготове и Тэхён с Чонгуком, сжимая в руках травматические пистолеты и электрошокеры, широкими шагами умчались вверх по центральной лестнице, пока Юнги и Намджун, разойдясь один направо, другой налево, без особых трудов штабелями укладывали оглушенных противников. Сплошь новички, профаны и двоечники. Кто-то трусливо жался по углам, кто-то с ругательствами и проклятиями лез вперед, но достойных соперников в этом доме не нашлось. Когда возня на первом этаже стихла, стали отчетливо слышны звуки борьбы откуда-то снизу. Подвал. Чимин.       Юнги спешно принялся оглядываться в поисках двери вниз, но тут почувствовал, как его настойчиво тянут за рукав.        - Сюда, сюда! – Намджун, прибежав с другой стороны этажа, махнул в сторону кухонных помещений. – Там спуск.              Юнги припустил следом и вскоре даже обогнал длинноногого Намджуна, так торопился. Возня и борьба сменились воплем «круцио», а следом болезненным криком Чимина, и Юнги, замерев в ужасе на секунду, рванул вдвое быстрее. В подвал он влетел вихрем и готов был убить того, кто мучил Чимина, но Намджун, предполагая что-то такое, проворно сунул свою руку вперед и послал в незнакомца в черном плаще оглушающее заклятие, а затем из его палочки вылетела веревка и туго связала того по рукам и ногам.       - Чимин, Чимин! Посмотри на меня, пожалуйста… Все закончилось, все хорошо, Чимини.       Юнги кинулся к начавшему оседать на пол Чимину. Подхватил, прижимая к себе, и поднял на руки так, будто Чимин ничего не весил. Они были примерно одного роста и телосложения, но эмоции и адреналин сделали Юнги вдвое сильнее, и он был готов покусать каждого, кто к ним сунется. Голова Чимина безвольно откинулась на его плечо, и шею защекотало горячее дыхание.       - Не… не оставляйте им домовика…       Юнги почти прижался к бледному, почти белому лицу Чимина, силясь разобрать слова, тихо сорвавшиеся с чужих губ перед тем, как Чимин все же потерял сознание, измученный непростительным заклинанием. Юнги вскинул мрачный и решительный взгляд на Намджуна, который понял его без лишних слов.       - Я сделаю. Неси Чимина в Госпиталь, а мы тут сами закончим.       Юнги лишь кивнул в ответ и трансгрессировал, в следующую секунду оказавшись посреди фойе Сеульского госпиталя магических болезней с бесчувственным Чимином на руках. В глаза ударил яркий свет, нос засвербел от приторного аромата многочисленных трав, настоек и зелий, а посетители тут же подняли головы, кто с любопытством, кто с волнением.       - Что случилось? Кто вы? – невысокая девушка в белоснежной мантии до колен с эмблемой Госпиталя и с сестринской шапочкой на собранных в узел волосах тут же выскочила из-за стойки приемного покоя и торопливо подошла к Юнги.       - Я Мин Юнги, мракоборец из Отдела магического правопорядка. К нему применили круциатус, несколько раз. Помогите ему, - голос Юнги невольно задрожал, когда он чуть приподнял Чимина на руках.       Девушка тут же достала из кармана мантии волшебную палочку и легонько коснулась виска Чимина. Что-то прошептала, задумчиво пожевала губу и развернулась, жестом показав следовать за ней, на ходу отправив кому-то патронуса в виде косули. Она провела их по узкому коридору мимо наполовину каменных, наполовину деревянных стен и десятка палат. Кое-где двери были открыты, и в некоторых из них сидели волшебники и волшебницы с дымом из ушей, непропорционально большими носами, с резиновыми руками и сыпью из крошечных щупалец, намекавших на грибковую золотуху. Впрочем, Юнги некогда было их разглядывать, все его внимание занимал один лишь Чимин. Девушка распахнула одну из закрытых дверей и указала внутрь.       - Доктор сейчас подойдет, - сказала она, прикрыв за собой дверь, пока Юнги аккуратно укладывал Чимина на кушетку. Тот все еще не пришел в себя, и Юнги сунул ему под голову небольшую подушечку, а затем мягко пропустил пальцы сквозь отрастающие волосы.       - Ну же, очнись, - прошептал он, глядя на такое безмятежное сейчас лицо. Чем дольше человек без сознания после применения заклятия круциатус, тем больше риск необратимых последствий для его разума. Умом Юнги понимал, что трех или четырех раз недостаточно, чтобы всерьез навредить, и пытать несчастного надо много дольше, но глупое сердце предательски заходилось в аритмии, стуча по ребрам как по барабанам и отдавая в ушах, и он ничего не мог с этим поделать. - Чимина-а.       Он услышал, как дверь в палату снова открылась, но отстранился от Чимина только когда с другой стороны кушетки встала женщина на вид за шестьдесят, тоже в белоснежной мантии и с россыпью кудряшек с проседью. В нагрудном кармане поблескивала золотая цепочка от часов, а основание волшебной палочки украшала перламутровая рукоять. Из-за ее плеча выглядывала девушка, которая встретила Юнги в фойе.       - Добрый день, - женщина говорила устало, но доброжелательно. – Я доктор Мун Хегён, давайте посмотрим, что тут у нас. Отойдите, пожалуйста.       Юнги тут же едва не отпрыгнул в сторону, чтобы не мешать, а доктор Мун принялась совершать пассы руками над Чимином с зажатой в пальцах палочкой. Также как несколькими минутами ранее коснулась ее кончиком его виска, беззвучно шевеля губами и время от времени хмурясь. Юнги в ответ на каждую складочку между ее бровей готов был сгрызть ногти по локоть. Стоял, напряженный, и дышал через раз.       - Не надо так нервничать, - доктор Мун вскинула на него взгляд и как-то подозрительно хмыкнула. - А то организуете нам еще на одного пациента. Все с вашим другом в порядке. Физически он никак не пострадал, кроме синяков на груди и ногах, - Юнги непонимающе уставился сначала на доктора, затем на Чимина. Еще и синяки? Его били? - Я наложила успокаивающие чары, и как только он придет в себя, то выпьет специальный отвар, еще порцию перед сном и завтра утром. На синяки нанесем мазь. Ну и отдых. Ему нужен покой и время восстановиться. До завтра он побудет у нас под наблюдением, но, уверяю, скоро он будет в полном порядке. Джиын, - доктор обернулась к стоявшей за ее плечом девушке. – Определи его в палату и проконтролируй, чтобы отвар принесли. Ну а вы сможете навестить своего друга завтра, он же маггл, как я понимаю…       - Я останусь с ним, - не дослушав доктора, твердо сказал Юнги.       Он был готов спорить, козырять должностью и пугать связями, но не оставлять Чимина одного. К счастью, ничего из этого делать не пришлось. Доктор по каким-то признакам сама прочитала всё это на его лице и, подумав, не стала возражать. Тихонько вздохнула и добавила, обращаясь снова к девушке за спиной:       - Подбери им отдельную палату.       - Спасибо, - подрастеряв спесь и боевой настрой, Юнги расплел сложенные на груди руки и спрятал их за спиной.       - Да не за что, - доктор махнула рукой, убрала палочку в карман и ушла к следующему пациенту.

***

      Пробуждение оказалось похоже на попытки выбраться из мягкого, теплого, но очень ревнивого кокона, никак не желавшего отпускать угодившего к нему человека. Сознание плавало как лодочка на волнах, приятная чернота под тяжелыми веками представлялась незыблемой константой, а все звуки доносились словно сквозь пуховое одеяло, натянутое по самую макушку. Чимин шумно выдохнул, лениво заворочался, заново осознавая себя в пространстве, пошевелил пальцами на руках и ногах и лишь несколько минут спустя все же приоткрыл глаза. Он был… он и сам не очень понимал, где находится. Это точно не его спальня, и он бы сказал, что это больничная палата, если бы не фонарики с приглушенным мягким светом, развешанные по стенам, явно домашнее стеганое одеяло из разноцветных лоскутков и дымчатый серебристо-голубой кот, развалившийся на кровати у Чимина под боком.       Патронус Юнги, который так полюбился Чимину.       Кот, заметив шевеление, перевернулся со спины на живот, ткнулся носом в ладонь, что по ощущениям было схоже с чувством, словно суешь руку в туман, и принялся тарахтеть как старый мотор, вызывая улыбку. Самого Юнги видно не было.       Чимин осмотрелся. Нет, все-таки это больничная палата средних размеров. Одна кровать, кушетка у стены со смятым покрывалом и подушкой, сложенная ширма в углу, закрытая дверь и два окна, за которыми разливалась чернота. Кажется, снаружи уже наступила ночь. Сколько же он провалялся без сознания? Пелена постепенно отступала, мысли выстраивались в ровный ряд, как и воспоминания. Он почти выбрался из того подвала, когда совсем юный на вид незнакомец применил к нему заклинание, от которого боль была такой, словно все кости в теле переломали, мышцы разорвали, а суставы вывернули. Он поэтому угодил в больницу? Все оказалось настолько плохо?       Чимин осмотрел себя, откинув одеяло до пояса. На нем была больничная полосатая пижама с длинным рукавом, задрав которые Чимин увидел наливавшиеся цветом синяки – следы от веревки. На груди и животе обнаружились такие же, наверняка на ногах они тоже есть. Сине-лиловые пятна чуть поблескивали в свете фонариков, обработанные какой-то мазью. Чимин коснулся отметин пальцами и чуть поморщился – неприятно, но в остальном он чувствовал себя…  нормально. Его не крутило, не мутило, ничего не болело, разе что усталость и опустошение расползалось от макушки до пяток, словно он в одиночку разгрузил с десяток вагонов с углем, вооруженный одной лопатой.       Дверь, тихо скрипнув, отворилась, и в палату зашел Юнги с дымящейся кружкой в руках. Он поставил ее на прикроватную тумбочку и с беспокойством посмотрел на Чимина.       - Как ты? Как самочувствие? Голова не болит? В глазах не двоится? – Юнги сел на край больничной кровати, а его патронус растворился в воздухе. – Я ходил за чаем, когда ты очнулся. Сразу поспешил сюда.       - В порядке, чувствую себя немного вялым, словно выжатый лимон, - Чимин улыбнулся и покачал головой, - а в остальном порядок. Что произошло?       - К тебе применили одно из трех непростительных заклинаний, - Юнги поджал губы, - оно не воздействует напрямую физически на человека, не делает что-то с его телом, но заставляет испытывать жуткую, просто невыносимую боль. Я бы сказал, что эта боль, по сути, фантомная, но не думаю, что жертвы этого заклятия со мной согласятся. Страдания от него самые что ни на есть реальные. Его часто применяли для пыток, сводили людей с ума. Раньше. Сейчас использование этого заклинания незаконно.       - И что со мной будет?       - К счастью, ничего. Ты здоров, но тебе нужен отдых и покой, чтобы восстановиться. А, и вот еще.       Юнги потянулся к большой стеклянной кружке, накрытой деревянной крышкой, все это время стоявшей на тумбочке. Чимин ее и не заметил.       - Это специальный отвар, полезно для нервной системы после таких потрясений, - Юнги снял крышку и протянул кружку Чимину. – Знаю, запах и вид не очень, но это и правда полезно.       - И сколько мне надо выпить? – Чимин подтянулся, чтобы сесть в кровати, поправил подушку под спиной и с сомнением покосился на содержимое кружки. Юнги сильно преуменьшил, назвав это всё «не очень». Выглядело как варево болотной ведьмы из грязи, мха и мухоморов, и пахло соответствующе.       - Всё, - Юнги виновато улыбнулся и повел плечами, будто это он лично сварил это зелье и решил споить его Чимину до последней капли, и добавил на тон тише, - утром еще порцию принесут.       Чимин шутливо вздохнул и с делано скорбным лицом принялся пить лекарство, потихоньку, маленькими, но постоянными глотками без перерывов, пока Юнги внимательно следил за процессом, очаровательно хмуря брови и вытягивая губы трубочкой. Слишком милый.       - Ты можешь запить моим чаем, он ягодный. Или я могу принести тебе что захочешь, какао там, не знаю.       - Спасибо, ничего не нужно. Где мы? – спросил Чимин между глотками. – Это какая-то больница?       - Госпиталь магических болезней. Ты пробыл без сознания почти десять часов. После таких тяжелых заклинаний всегда лучше побыть под присмотром врачей. На всякий случай.       - А с тобой что случилось? – Чимин вдруг сообразил, что Юнги тоже мог пострадать. Чимин ведь все пропустил, отрубившись прямо в подвале.       Юнги закусил губу. В голове крутился ответ «ты, ты со мной случился», но он его проглотил и ответил более простое:       - Ничего. Я в порядке. Но ты ведь маггл в магическом госпитале, подумал, что тебе лучше быть здесь в компании волшебника, - а затем чуть тише добавил, пока Чимин бросал короткие взгляды на кушетку, где совершенно точно спал Юнги, - я волновался за тебя. Испугался. Все мы.       - Как остальные? – Чимин почувствовал, что от тихого грудного тембра Юнги у него щеки теплеют. Как мальчишка, ей-богу.       - В норме. Там, на самом деле, так себе волшебники были, в том доме. С тобой им просто помог эффект неожиданности, но дать отпор они оказались не в состоянии. Ты и сам троих уложил, я видел в подвале на полу, - глаза Юнги засветились неподдельной гордостью за другого человека. - Голыми руками троих магов, - он улыбнулся. - Их всех теперь ждет суд. Того, кто на тебя напал, упекут далеко и надолго.       Чимин кивнул, сделав еще глоток и воспользовавшись возможностью спрятаться за свою огромную кружку. Развивать именно эту тему сейчас не хотелось. Будет еще возможность, а момент, несмотря на отвратный вкус зелья, казался слишком мягким, нежным и почти интимным, чтобы обсуждать преступивших закон магов. Вместо этого он спросил, окинув комнату взглядом:       - Магические госпитали всегда так выглядят? Здесь уютно.       Юнги отчего-то засмущался и посмотрел на свои руки, сцепленные в замок.       - Нет, это я украсил. Решил, что приятный вид поспособствует выздоровлению. Верхний свет был слишком ярким и резким, так что… Фонарики наколдовал, а одеяло принес из дома, - он провел ладонью по сшитым пестрым лоскуткам, и Чимин готов был сам заурчать, как недавно мурчал кошачий патронус. Такая забота была приятна, грела что-то внутри за ребрами. Юнги был прав, что это лучше многих лекарств.       - Спасибо. Юнги?       - Да?       - Ты бы хотел сходить со мной на свидание?       Этот вопрос давно вертелся в голове, но постоянно откладывался на потом, чтобы дать время им обоим, присмотреться, понять свои и чужие чувства, но этот момент… он казался идеальным, и Чимин не стал в очередной раз откладывать на завтра то, что следовало сделать уже давно. В конце концов, действия Юнги и так громче любых слов говорили о его отношении, тревога и забота в его глазах кричали о том, что даже если он пока не созрел для свидания, то плохо все равно не поступит. А так пусть хотя бы точно знает о намерениях Чимина и не гадает на кофейной гуще. Хотя маги, кажется, гадают на чаинках.       На минуту в воздухе повисла тишина. Честное слово, если бы поперек горла не стоял этот отвратительный вкус, а руки не были заняты кружкой, Чимин бы рассмеялся от вида Юнги. Рассмеялся всем телом, как он обычно это делает, потому как круглое лицо Юнги с таким же круглым открытым от удивления ртом и носом-кнопочкой выглядело наиочаровательнейше. Самое милое, что видел Чимин в своей жизни. Красивое, такое, что хотелось разглядывать. В обрамлении чуть вьющихся черных волос, по цвету почти слившееся с белой футболкой, висевшей на чуть сутулых плечах Юнги. Но Чимин не засмеялся, только улыбнулся в ожидании ответа. И получил его.       - Д-да, - прозвучало тихо на выдохе. Юнги моргнул раз, моргнул второй, а затем, словно придя в себя, добавил увереннее, - да. Я бы очень этого хотел, - и, наконец, совсем осмелел.       - А ты бы хотел, чтобы я тебя поцеловал?       - Ох, Юнги, от меня сейчас, должно быть, воняет болотом и нестираными носками, - брови Чимина виновато заломились, и он с сомнением покосился на кружку с остатками отвара на донышке.       - Я ничего не чувствую, - Юнги для убедительности помотал отрицательно головой, чем вызвал еще одну улыбку.       - Тогда я совершенно точно ничего не имею против, - Чимин отставил кружку на тумбочку как раз вовремя, за секунду до того, как губы Юнги поцеловали его улыбку. Лучшее, самое действенное из лекарств.       Они еще почти час целовались, обнимались и всячески нежничали, наслаждаюсь новой гранью своих отношений и перебрасываясь содержательными и не очень фразочками, пока у Чимина не заурчал желудок. Тогда Юнги, несмотря на все заверения, что это подождет до утра, накинул на плечи кофту и куда-то умотал, на ходу объясняя, что, увы, создать еду из воздуха магией невозможно. Вернулся через полчаса с полным пакетом исходящих паром контейнеров с горячей едой и большим стаканом чая. Помог Чимину взбить подушки за спиной, чтобы удобнее сиделось, и порывался едва ли не кормить с ложки, в упор не слыша возражения, но тут уже Чимин перестал хихикать, отобрал столовые приборы и, сменив тон, сказал, что справится сам. Забота Юнги, безусловно, была очень приятна, но еще и плохо контролируема, фонтанируя как гейзер, полный кипятка. Юнги, смутившись, успокоился и послушно сел на край кровати, пожелав приятного аппетита. Взял себе из пакета теплую булочку с бобовой пастой и принялся отщипывать по кусочку.       - Очень вкусно, спасибо большое, - глядя на его немного сутулую линию плеч, сказал Чимин с улыбкой, и лицо Юнги снова просияло, а на губах расцвела улыбка. Ну до чего милый. – Останешься здесь до завтра?       - Конечно, так и планировал. - Юнги кивнул, собирая пустые контейнеры после еды в пакет, и вдруг почувствовал, как сердце ускоряет темп, когда Чимин откинул одеяло и подвинулся на кровати в сторону, недвусмысленно приглашая ночевать не на кушетке. Юнги спешно цапнул свою подушку, думая, что уснуть сможет еще нескоро.

***

      - Ты бы его видел! – глаза Чонгука сияли восторгом. Он отчаянно жестикулировал, сидя на диване в гостиной Чимина, и едва не выбил миску с попкорном из рук вернувшегося из кухни Тэхёна. – Намджуни-хён был прямо как супергерой, весь такой уверенный и мощный! Он схватил того типа за грудки, нацелил на него палочку и заявил, что если он немедленно не освободит эльфа-домовика, то он превратит его мозг в камень, а этот Пё заверещал, опять пытался угрожать, что Намджуна после этого посадят, а Намдужни-хён ему такой «но тебе в любом случае будет уже все равно». Это было великолепно.       Чонгук сдвинул брови к переносице и сделал голос максимально низким, изображая сердитого Намджуна. Кажется, тот обзавелся фанатом.       - Ага, прям как в кино, - Тэхён все же сел рядом, любовно прикрывая от Чонгука свой попкорн, но тот все равно тут же юркнул туда, своровав под чужой вздох гость воздушной кукурузы.       - А это вообще возможно? – с сомнением протянул Чимин. Он сидел на подушках на полу напротив дивана и потягивал чай.       - Без понятия, - Чонгук был полон энтузиазма, несмотря на все «но». – Главное, что угроза сработала. Да и у Пё из всех аргументов только «мой папа то, мой папа это». Ни хрена без папочки не умеет. Не думаю, что он сам знал, возможно это или нет. Правда домовик в это время заходился в истерике, бедняга. Пришлось держать его, потому что он опять пытался биться головой о стену.       - Но, в целом, все закончилось хорошо, - подытожил Тэхён. - Домовик живет у Намджуна, помогает по хозяйству за небольшую плату. Честно говоря, идти-то ему все равно больше некуда. Подружился зато с мистером Гу.       - Ага, - Чонгук улыбнулся и своровал еще попкорна, пока Тэхён делал вид, что ничего не замечает. - Они с Сокджином теперь дружат семьями, ходят с домовиками друг к другу в гости. И еще Намджун предложил Мончхони сменить имя, и теперь его зовут Гурым. Ужасно, что в добавок ко всему прежние хозяева еще и звали бедного эльфа тупицей.       - Главное, что теперь у него все хорошо, - довольно кивнул Чимин.       Он уже четвертый день прохлаждался на своем больничном, щедро выделенном ему на восстановление, хотя по факту уже из госпиталя он выходил на своих двоих выспавшийся и полный сил. Но Сокджин и заместитель министра настояли, а Чимин не стал спорить. Найдет чем заняться в это время. После дачи показаний его отпустили на все четыре стороны. Он даже был рад, что все слушания и процессы пройдут без него.       Вообще, процессы не шли, а буквально летели. Младший Пё все еще пытался хорохориться и прикрываться статусом своего отца, который бегал по Министерству и брызгал слюной, но, как известно, на каждую крупную рыбу найдется рыба побольше. Когда для подготовки к первому заседанию прибыл сам министр обороны магглов, которого встречал лично министр магии, все поняли, что замять ничего не выйдет. Репортеры слетелись на это дело как мухи на… в общем, слетелись, и Сокджин своими широкими плечами мужественно и на правах главного закрыл остальных от докучливых вопросов и вспышек камер. Шутил, что зато его модельное лицо теперь красуется на обложках всех магических газет.       В свидетельских показаниях недостатка тоже не было. Хан Гёан и еще парочка юнцов из шайки Пё всех сдали. Кишка оказалась тонка, не просто так они в этой компании не поднялись выше обычного «принеси, подай, иди нафиг, не мешай». Гёана поэтому и отправляли вечно бегать вокруг их здания да в окна заглядывать. Зачем вообще только сунулись в этот сговор. Видимо, родители в детстве не научили не водиться с плохими ребятами. А человека, напавшего на Чимина, отправили дожидаться суда в Одуун Камок - самую большую и самую строго охраняемую тюрьму Кореи для магов.       Поочередно Чимина навестили все ребята: в первый же день пришел Сокджин, во второй на пороге оказались Хосок и Намджун с гостинцами и широкими улыбками, вчера забегал Тэхён поделиться последними новостями, а сегодня они пришли вдвоём с Чонгуком, пока магическая часть их отряда снова пропадала на слушаниях в Министерстве магии. Кроме Юнги. Того опросили в первый же день, а потом Сокджин пинками выгнал его в принудительный отпуск. Официально – помогать Чимину восстанавливаться после непростительного заклинания, но по факту все понимали, что Юнги просто не хотят подпускать на пушечный выстрел к магам, обвиняемым в похищении. Сам Юнги посмотрел на всех как на придурочных, заметил, что он вообще-то не вчера с ветки слез и контролировать себя умеет, но, как и Чимин, спорить не стал. Ему оставили два утренних дежурства на базе, а в остальное время делай что хочешь, главное близко к Министерству магии не подходи. Поэтому по большей части Юнги ошивался у Чимина дома.       В этот немного пасмурный вторник Юнги заканчивал дежурить и вскоре должен был зайти за Чимином, чтобы потом они вместе отправились пообедать, а затем смотреть матч по квиддичу. Обычно Чимин бывал только на играх брата, и тот заранее оставлял для него и родителей портал в заранее оговоренное место, где их встречал представитель команды и провожал на забронированные братом места. Но сегодня Чимин впервые пойдет на игру как обычный зритель, покружит вокруг Сеульского стадиона, который он вообще-то ни разу не видел со стороны, они купят напитки и, может быть, что-нибудь на память в сувенирной лавке.       Их первое, настоящее свидание. Чимин был весь в предвкушении.       Но пока он слушал восторженные излияния Чонгука о крутости Намджуна. Когда они иссякли, настало время нытья.       - Никогда в жизни столько отчетов не писал, - жаловался Чонгук, а Тэхён рядом кивал с самым красноречивым взглядом. Взглядом, буквально кричащим «ненавижу чертовы бумажки!». – Если бы я хотел стать писателем, не пошел бы в военные.       - Добро пожаловать в мой мир, - усмехнулся Чимин.                                                  - И эти бесконечные опросы, - Тэхён фыркнул. – Видел бы ты лица волшебников из группы по этому делу, когда я пытался им объяснить принцип работы электрошокера. Третьеклашки на лекции по физике с более осмысленными лицами сидят. А эти заладили как попугаи «как вы без палочки одолели волшебников?». Пришлось им показать, больше не спрашивали.       - Из травмата по ним не стреляли, надеюсь? – Чимин не сдержался от смешка, больше похожего на тихое хрюканье, представив эту сцену.       - Приберегли это для следующего раза.        - Тук-тук-тук, - раздалось вдруг из коридора. Юнги всегда так делал, когда трансгрессировал в прихожую Чимина. Он опасался перемещаться на лестничную клетку, не желая случайно попасться на глаза соседям, но и появляться прямо посреди гостиной считал нарушением личных границ Чимина.       - Привет, Юнги-хён, - закричали хором Чонгук и Тэхён, поднимаясь на ноги.       - Привет, - Юнги заглянул в комнату сначала головой, а потом и всем телом. Он уже переоделся из рабочей одежды в удобную для похода на стадион. – Сплетничаете?       - Делимся новостями, - задрав подбородок, поправил его Тэхён.       - Кстати, Юнги-хён, ты не мог бы?.. - Чонгук со слегка виноватым видом вытащил из кармана перемотанный скотчем смартфон. – Уронил на днях на асфальт. Юнги без лишних вопросов достал из-за пазухи палочку, взмахнул ей над рукой Чонгука, и в мгновение ока скотч испарился в воздухе, огромная трещина поперек экрана, переползшая уже и на корпус, исчезла, и телефон стал как новенький.       - Спасибо, хён, ты лучший!       Довольный Чонгук сунул телефон обратно в карман и поспешил в прихожую, где уже обувался Тэхён.       - Не за что, детки, в следующий раз лучше следите за своими игрушками, - Юнги шутливо закатил глаза, обнимая за талию подошедшего Чимина и чмокая его в щеку.       - Пока, хёны, удачно вам сходить на игру, - Тэхён помахал рукой, схватил под локоть Чонгука, сам открыл дверь и сам ее захлопнул после их ухода.       - Идеальные гости, - Чимин картинно сложил руки на груди, прижимаясь к теплому боку Юнги, а после убежал переодеваться. - Что на базе нового?       - Да ничего, - Юнги пожал плечами, оставшись ходить кругами по гостиной. Дверь в спальню осталась открытой, и им с Чимином было отлично друг друга слышно. - Гурым повадился носить нам обеды на работу.       - Очень мило с его стороны.       - Это да. Но готовит-то он из продуктов Намджуна. Кажется, тот еще не заметил этого. Чимин вышел из спальни в джинсах и футболке, распихивая по карманам телефон, ключи и бумажник.       - Выбьем на это дополнительный бюджет, - покачал он головой. – Так ты, получается, не голодный?       - До тебя я всегда голоден, - Юнги поиграл бровями, отчего Чимин зашелся смехом. Слишком мило это выглядело. Игривый Юнги вызывал в его душе отдельный порыв чувств, хотя, может, и не совсем тех, на которые Юнги рассчитывал. Впрочем, он не обижался, наоборот, выглядел довольным как объевшийся сметаны кот от того, что смог рассмешить своего парня.       Да, именно парня. Чимин – его парень. У них все официально. У Юнги мурашки табунами бегают всякий раз от этой мысли.       - Для чашки кофе место всегда найдется. Покажу тебе одно классное место, там готовят просто умопомрачительный дакжим, а еще у них рыбки пуноппан плавают по воздуху над тарелкой, машут хвостом и все такое. Тебе должно понравиться, - и Юнги протянул руку с чуть неуверенным видом, без слов говорившим как сильно ему хочется, чтобы Чимину там понравилось.       - Не сомневаюсь, - Чимин сжал протянутую ладонь, чмокнул тут же услужливо вытянувшиеся трубочкой губы Юнги, а через секунду гостиная опустела.