• мой капитан •

"Он издевается", думает про себя Яковлев, когда с самого начала утренней тренировки, заметил как Тимофей не сводил с него глаз, пытаясь любыми способами привлечь его внимание. То бедра случайно коснëтся, то подмигнëт, губы пошло оближет, негромко вздохнëт с протяжным стоном после. Но последней каплей было, когда младший задирает футболку, тихонько вытерая лоб от пота, демонстрируя всем на показ своё стройное тело и с наглой ухмылкой наблюдая за реакцией старшего. Ване не могло показаться, Тихонов точно делает это специально. Наконец, дождавшись небольшого перерыва, капитан подошëл к молодому доигровщику, который мирно пил водичку, и тихо прошептал ему на ушко. - Маленький засранец - сказал Яковлев, потрепав того за кудрявую макушку. - Что я сделал? - с возмущением выдал Тимофей, подавившись водой. - Не прикидывайся дурачком - продолжил старший, скрестив руки на груди. - Как скажешь, мой капитан - ответил парень с лëгкой улыбкой, продолжая без стыда пялиться на чужие губы, попутно облизывая свои собственные. - Меня таким не возьмëшь - проговаривает Ваня, а в мыслях он давно уже представил, как будет оставлять бордовую дорожку из поцелуев на тонкой шеи парня, когда они придут домой. - Ещё посмотрим - Тихонов всегда умел добиваться своего. - Посмотрим - но а старший никогда не сдаëтся. Тренировка медленно подошла к концу, и младший вроде-бы уже забыл, что пытался обратить на себя внимание Яковлева, ровно до того момента, когда дверь раздевалки захлопывается с громким скрипом, и капитан впечатывает в неё тихо пискнувшего Тимофея, прижимая собственным телом. Восхитительно. Парень сглатывает ком в горле, смотря в полыхающие глаза напротив. - Ну что, доигрался?- говорит Ваня больно заламывая руки парня над головой, даже не давая тому пошевельнуться. Тихонов ели слышно скулит куда-то в шею старшего, не переставая закусывать губу от низкого тона своего капитана и всего лишь одной непристойной мысли, что же будет дальше. - Ты не умеешь хорошо себя вести - строго говорил Яковлев, сжимая чужие запястья чуть сильнее и паралельно с этим наблюдая за дрожащими губами парня. - Поругай меня ещё, мне нравится - сладко шептал младший, прижимаясь к чужому бедру ещё ближе. - Если ты сейчас не прекратишь, то я за себя не ручаюсь - чуть-ли не рычал Ваня, почти что теряя над собой контроль. - Мой капитан, пожалуйста - жалобно шептал Тимофей. Разгорячённое юное тело, сладкие всхлипы и губы, которые так жалобно просят, всë это заставило Яковлева окончательно сдаться, поддавшись искушению. Он втягивает запах младшего и вжимает его в себя с тихим шипением, сходя с ума от соприкосновения их горячих тел. Рука, удерживающая обе кисти парня, расслабляется и скользит вниз к подбородку, сопровождаясь сладким стоном из губ Тихонова. Старший засматривается на утончëнные черты парня, его профиль и скулы, с лëгким румянцем, было невыносимо вот так продолжать разглядывать его лицо, поэтому он жадно притянул Тимофея к своей груди, и крепко обнял, а губы младшего покинул сдавленный стон. Капитан утыкается носом в золотистые кудрявые волосы, заполняя лëгкие пряным ароматом чего-то такого сладкого, от чего Яковлев издаëт низкий стон, и хватает парня за кудрявые волосы, поднимая его голову, чтобы наконец облизнуть горячие губы. Слишком сладко. Язык проходится по зубам, больно задевая дëсна, а младший дышит так надрывно, так волнующе, отчаянно стараясь не потерять сознание. Тихонов негромко стонет, чувствуя тëплые ладони, которые медленно проходятся по талии, крепко сжимая её. Со временем, руки наглеют, спускаются всë ниже, сжимая ягодицы парня до лëгкой боли, тот жалобно скулит, прося капитана не останавливаться. На этих местах точно появятся синяки. - Сейчас ты уже не такой смелый - говорит Ваня, усиливая хватку на бёдрах, и парень вновь стонет жалобно, красиво. Яковлев цыпляется зубами за край футболки Тимофея, медленно поднимая еë вверх, а руки ныряют под ткань и нагло гуляют по подтянутому телу младшего, беспорядочно скользя по спине и худым плечам, задирая футболку ещё выше. Жар чужих ладоней обжигает чувствительную кожу и парень вздрагивает от яркого контраста температур. Становится невыносимо жарко. - Ты проиграл - шепчет Тихонов и тянется к губам старшего, мстительно кусая их до крови, но в ответ получает болезненный шлепок по заднице. - Я так не думаю - капитан вновь кладёт руки на бедра младшего, отчего по спине парня словно пробегает разряд. Яковлев разрывает поцелуй, опрометчиво взглянув в глаза запыхавшегося, еле стоящего на ногах, Тимофея. Эти затуманенные глаза будоражили сознание. Затем он перевёл взгляд на губы. После чего целует трепетно, настойчиво. Младший теряется где-то между поцелуями. Он почти задыхается от каждого мягкого прикосновения. У парня перехватывает дыхание, а горячие ладони капитана под этой футболкой кажутся чертовски правильными. - Тим, как же ты меня заводишь - говорил Ваня, пересчитывая подушечками пальцев чужие рëбра, поглаживая мягкие соски и спускаясь по ровным бокам. - Сейчас ты похож на педофила - язвит Тихонов, обнимая за шею и целуя куда-то мимо губ. - Заткнись, придурок - Яковлев оставляет дорожку поцелуев на шее парня и мягко поглаживает по волосам. - Хорошо, мой капитан - стонет младший, наслаждаясь его запахом. Он касается сильных рук, разглядывая давно полюбившиеся татуировки, а после тихонько проходит по ним губами, вызывая у Вани приятные мурашки. На лбу у обоих появляется ели заметная плëнка пота, все мышцы, то натягиваются до придела, то расслабляются до лëгкой эйфории, заставляя тонуть в этих незабываемых ощущениях. Тимофей сильнее прижимается к чужому торсу, впитывая запах адиколона в свои лëгкие и обжигаясь от горячего дыхание старшего. Парень лениво кусает кадык Яковлева, оставляя след от зубов на бледной шее, шумно выдыхая. Тот всë крепче прижимает к себе младшего, не в силах оторваться от пухлых губ, вылизывая их, словно дорвался до самого вкусного лакомства. В раздевалке обосновался тяжёлый приторный запах. Ещё немного. Ещё совсем чуть- чуть. Тихонов снова громко простонал, и капитан вновь припал к чужим губам. Младший задыхается, всë тело горит, органы плавятся, сильные руки на его бëдрах грубо сжимаются, губы на скулах и шеи оставляют новые узоры, всë сводило с ума. Парень чувствует так много всего и сразу, что его разум почти отключается. Яковлев в последний раз скользит по губам Тимофея, оставляя на покрасневшей коже трепетный вкус поцелуя. Он медленно отстраняется от возбуждëного тела, заполняя изголодавшие лëгкие свежим кислородом. - Вань? - говорит младший, надеясь на ещё один долгий поцелуй. - Остальное получишь дома - с лëгкой ноткой издевательства проговорил капитан, специально потрепав за макушку. - Люблю тебя, мой капитан - бросил куда-то в пустоту Тихонов, прекрасно зная что сегодня, старший оставит на его теле тысячу следов своей любви и он захлебнëтся в ней, без права на спасение.