Sweet like honey

Кацуки бездумно листает телефон, время от времени раздраженно отвечая в групповом чате. В нем в данный момент обсуждается вечеринка, на которую Кацуки категорически отказывается идти. — Хочу тебе отлизать, — глядит она на свою девушку, которая только хмыкает и переворачивает страницу книги. — Я читаю, — отвечает она, и Кацуки закатывает глаза, поскольку та констатирует очевидное. Она с головой ушла в эту книгу – что-то о лесбиянках в стиле стимпанк 1920-х годов или что-то в этом роде – и почти прочитала за день, а Кацуки, ну, ей иногда нужно внимание, ясно? И хотя ей нравится вот так проводить время с Шото, находиться рядом друг с другом, пока обе занимаются своими делами, она также очень хочет, чтобы Шото кончила. Это хобби. Возможно, это зависимость. — Я быстро, — произносит она, — а ты потом можешь дочитать. Шото вздыхает, как будто отложить книгу ради одного умопомрачительного оргазма, подаренный её девушкой, – самое большое неудобство, которое только можно вообразить. — Я продолжу читать, — говорит она, на что Кацуки стонет. — Можешь отлизать мне, я не против. — Ты не против, — тупо повторяет Кацуки и наблюдает, как Шото слегка раздвигает ноги, не отрывая взгляда от книги. — Ох, посмотрим, как много ты сможешь прочитать, куколка. Шото лишь отстраненно хмыкает, когда Кацуки устраивается между её ног и начинает покрывать поцелуями бархатную кожу бёдер, покусывая и оставляя засосы на бледной коже. Кацуки проводит языком по мокрому пятну на трусиках Шото – с дурацким несексуальным принтом в виде розового кота. И эти трусики – единственное, что на ней надето, и она готова лечь спать, как только закончит читать. Когда Кацуки тянется к ее нижнему белью, Шото приподнимает таз, чтобы помочь своей девушке избавиться от раздражающего куска ткани. И на этом всё. Кацуки облизывает губы, не сводя глаз с блестящей киски Шото. Она запросто возбуждается, что сводит Кацуки с ума. Она раздвигает ноги Шото ещё шире, слышит, как та переворачивает очередную страницу, и нежно целует её бедро, затем дразнит клитор Шото кончиком пальца. Когда она не получает особой реакции, она облизывает длинную полоску вдоль половых губ, пробуя на вкус её влагу, и когда она слегка посасывает клитор Шото, первый резкий вздох вырывается из ее рта. Затем Кацуки просовывает свой язык внутрь, крепко сжимая бедра Шото, когда та рефлекторно раздвигает ноги. Она продолжает засовывать язык в киску Шото, время от времени проводя кончиком языка по клитору, слизывая влагу, вытекающую из дырочки Шото. Давненько не было ни одной перевернутой страницы, и Кацуки самодовольно улыбается. Шото вцепилась в книгу, костяшки пальцев побелели от того, как сильно она ее сжимает. Кацуки с легкостью просовывает два пальца во влажную, теплую дырочку Шото, продолжая ласкать клитор, чередуя кошачьи ласки с грубым посасыванием. Шото громко стонет, приподнимая таз, безмолвно прося больше, быстрее, глубже. О книге быстро забывают, когда Кацуки делает ножницы пальцами, затем сгибает их, как нужно, и она чувствует, как Шото сжимается вокруг нее. Кацуки продолжает грубо двигать пальцами, наблюдая, как ее девушка крутит свои собственные соски. — Слишком... — задыхается Шото, когда Кацуки не прекращает ласкать ее, не вынимает пальцы, а вместо этого добавляет третий. Рот занят слизыванием влаги. Вскоре она снова чувствует знакомое сжатие вокруг своих пальцев. Раздается громкий, пронзительный стон Шото, какого Кацуки никогда раньше не слышала. Требуется некоторое время, чтобы осознать произошедшее. — Срань господня, — она вытаскивает пальцы и облизывает их. Шото смотрит на нее широко раскрытыми глазами. Она выглядит смущенной. — Прости, — говорит она, — зто никогда... я не… — Да, ничего себе, — перебивает она. Они вместе уже почти 10 лет, они были друг для друга первыми во всем, и Кацуки определенно узнала бы, если бы Шото раньше сквиртовала. — Это было чертовски сексуально. Кацуки хватает лицо Шото и целует тем глупым нежным поцелуем, который все еще заставляет сердце трепетать в груди. Даже спустя столько лет. Когда они отстраняются друг от друга, Шото улыбается, Кацуки не может не улыбнуться в ответ. — Продолжай читать свою дурацкую книгу, пока я уберу здесь, — говорит она и смеется над тем, как Шото прячет раскрасневшееся лицо в ладонях. Она целует Шото в макушку и встает, чтобы сменить постельное белье, чтобы на следующее утро оно было свежим и чтобы утром его можно было испачкать ещё.