Баллада о скрипачке, что любила солнце и покой

Я помню тот день, будто видела недавно: Яркий отблеск лучей в твоих русых волосах, Похожих часто на огненно-рыжеватые, Как камни настоящего янтаря. Твои очки с тонкой золотой оправой Влекут к себе взгляды молодых, Ты весела, юна – просто прелестно! Дитя весны и лета, тепло и свет во плоти! Я полная твоя противоположность. Темна, как ночь, бледна, люблю дожди, В моих глазах стоит печаль и грусть по давно ушедшему, Твои же веселы, милы, жизни полны. В моих кудрях играет вьюга, Мороз по коже от взгляда вкось. В твоих длинных прядях можно потеряться, В моих – запутаться, обжечься. Руки прочь! Твоя походка легка, как у дитя попутного ветра, Идёшь, как будто над землёй паришь. Моя быстра, опасна, – словно змея иль коршун Мимо проношусь: страшно взглянуть вслед даже. Вдруг обернусь? Ты любишь платья и японскую культуру, Повелевать, собирать армии толпы. Я люблю мир и тихую морскую гавань, Где рано утром можно встретить лишь пустые корабли. Ты бодрая, всегда лучишься весельем, Не любишь сидеть на одном месте, но готова подождать. Я всегда мчусь вперёд как будто торнадо или страшный вихрь, Гадая: опоздаю вновь, снова или опять? Внимание ты любишь очень, что роднит нас; Мне тоже по нраву, когда слушают всерьёз. Однако есть и здесь даже разница: тебе нужно это внимание... А мне уж всё равно. Совсем. Но не в том суть. Твои песни слышны даже за границей царь-града, Твоё песнопение и игра на флейте ласкают слух. Единственными слушателями моей игры на фортепиано Становятся моя семья и единственный живой друг. Тебя людишки и сельчане кличут бардом, Что веселит народ честной. Меня Они прозвали проклятой дикаркой, Чернокнижником. Колдуньей. Но мне плевать. Плевать, что скажут люди про мою персону! На них мне давно-давно стало всё равно! Но если вдруг попробует хоть одно недоброе слово Сказать кто про тебя... То всё. Пенают пусть лишь на себя. Твой внешний облик также достоин отдельного внимания: Высокий рост, светлая кожа, тонкий стан. Меня люди считают слишком тощей, Но мне кажется, что они просто завидуют. В лучших традициях Левиафана. Возможно это вправду так. Однако не всегда бывает картина выглядит как выше сказано. Однажды, в летний жаркий длинный день, Нас не узнают люди: будешь ты печальна, А я смеяться и тихо долго петь... О чём-то старом. О юности. О бреде. Обо всём том, что только придёт на ум! И уж тогда, возможно, люди перестанут Делить мир на белое и чёрное. Как знать? А может, вдруг?..