Игра небес
31 декабря 2025 г., 22:40
Небеса сыграли злую шутку с нами, разделили души, что связали меж собой. Всевышний жесток в своих играх, и будь мы оба смертны, давно бы попали к нему в немилость.
***
Ангел, что был приставлен оберегать смертного, сам того не ведая привязал себя к нему. Небесные хранители всегда с теплом относятся к подопечным, но некая иная связь образовалась сама, а может она была всегда. Едва Александр взглянул на младенца в колыбели, в груди зародилось щемящее чувство нежности. Насколько же ребёнок был невинен и уязвим, Саша боялся отойти от него даже на мгновение. И он всегда был рядом, во всём помогал и наставлял. В более юном возрасте Миша мог не только почувствовать, но и изредка услышать наставления. В осознанном возрасте он стал списывать это на хорошую интуицию и фантазию, или даже волю случая. Да и кто в здравом уме в 2025 году будет верить в такое на полном серьёзе.***
К двадцати пяти Михаил стал хорошим специалистом в сфере экономики. Мог с точностью предсказывать поведение рынка и ловко маневрировать в изменяющихся реалиях. В одну ночь перед важным собранием он особо долго не мог уснуть. В голове крутились навязчивые мысли, и чувства что что-то не так не покидало, оно словно прилипло к коже и как бы сильно Миша не пытался понять ничего не выходило. Проведя в раздумьях несколько часов уснуть всё же получилось. Сон был тревожный и мужчина не раз просыпался за ночь и лишь под утро уснуть. В каждом из мимолётных снов были угрозы и несвязные события. В последнем же он словно растворился, чувство спокойствия окутало напряжённое тело, давая нужное расслабление. Большое поле усеянное пшеницей, колосящейся на лёгком ветру. Миша стоял посреди этого поля под согревающими лучами солнца. С дали виднелся лес из которого то и дело доносился лёгкий щебет. Душевное умиротворение окружало и лишние мысли что забивали голову растворялись, оставляя лишь приятную пустоту. Где-то с права раздался тихий шелест колосьев, и Московский оборачивается на него пытаясь вглядеться в золотистую гладь. Шум повторяется и тёмная кучерявая макушка торчит вдалеке. — Эй! — Московский кричит, сложив руки, но вместо ответа человек начинает быстро удаляться — Ты кто? — Догони — звонкий смех доносится до ушей и Миша в изумлении смотрит в след. Лёгкая улыбка прорисовывается на губах и он срывается с места, пробираясь через рожь, старается не потерять из виду незнакомца. Темноволосый юноша выбегает из поля и продолжая смеяться, скрывается в лесу. Миша не успевает за ним и в миг, оказавшись в чаще леса, озирается. — Ау! — Я здесь. — нежный голос словно шепчет на ухо и Московский оборачивается, не видя никого — Иди прямо. И Михаил, словно заворожённый следует на зов. Сделав несколько шагов, и раздвинув густую крону елей, он видит большое озеро. Чистая прозрачная вода, сквозь которую видно мельчайшие камушки, водная гладь мелкой рябью идёт. Юноша разместился на небольшом поваленном дереве возле воды. Миша не смело делает шаг в его сторону, не решаясь коснуться. — Тебе не стоит садиться за руль — смотря в даль, тиха произносит.***
Сны повторялись ещё несколько раз, и в каждом из них незнакомый светлый юноша говорил, как нужно поступить. Миша каждый раз пытался выспросить, кто он и зачем к нему приходит, но сделать это не удавалось. Словно, что-то мешало спросить или сделать наперекор сказанному. Но хоть и заговорить не получалось, удавалось подойти всё ближе к такому манящему человеку. В одном из таких снов Михаилу удалось не просто подойти, но и коснуться. В груди что-то нежно затрепетало, и весь мир словно заиграл новыми красками. Юноша на такое лишь обернулся, и лёгкая улыбка озарила его лицо. Такие спокойные сны стали частым явлением, каждую ночь Московский оказывался в большом поле и по обыкновению шёл к тому озеру. Нравоучения и наставления перетекли в молчание в обществе друг друга. Михаил мог часами сидеть у озера и не думать ни о чём, украдкой поглядывая на человека рядом. От него веяло именно тем спокойствием, которого так не хватало. — Я не могу так часто приходить — перебирая светлые волосы в руках, вздыхает Саша. — Почему же? — приоткрывая глаза, Миша смотрит в чужие серые омуты. Он удобно устроился головой на чужих коленях и уже начал засыпать. — За мной наблюдают, и не думаю, что им не нравится, как часто я к тебе прихожу. — Почему же им не всё равно? — вопросы «кто они?» он решил не задавать, уже не надеясь получить ответ. Хотелось бы понять кто есть это юноша, что словно пленил его. — Не знаю. — честно, вздыхает Александр. Ему бы кто ответил, не может же быть так что у ангела такая привязанность к человеку. Такому архангелы не учили, лишь упоминали, что у каждого смертного есть подходящий для него человек — Кто бы мне ответил. Московского внутри пожирает любопытство, он не раз пытался понять, кто приходит ему во снах, но ответа найти не мог. Каждый раз он был где-то на подсознании и всякий раз ускользал. Сейчас смотря на прекрасного юношу, что словно ангел, спустившийся к нему. — Я долго думал, ты ведь ангел — толи вопрошал, толи утверждал парень. Саша ничего не отвечает на это лишь кротко улыбается, и наклонившись осторожно целует в лоб. Веки становятся не выносимо тяжёлыми, и Миша сам не понимая проваливается в глубокий сон.***
Столь светлые чувства ангела не могли ускользнуть от взгляда Серафима. Высший наставник пристально наблюдал за Александром и его привязанностью к своему подопечному. Видеть мучение ангела, было невыносимо даже для высших сил. Высший суд, впервые за несколько столетий был собран, и на кону было нечто столь значимое, над чем не властен даже сам Бог – чистая и искренняя любовь. Голоса Силы не раздаются по залу, они словно разносятся в голове, проникая в каждую клеточку тела. Их мягкий тембр успокаивает, а смысл сказанных речей вырисовывается перед глазами. Единственный правильный выход, это навсегда отречься от благословления небес. Лишиться крыльев и утратить возможность оберегать самого дорогого смертного. Но в тоже время получить крохотный шанс находиться рядом с ним. Ангелы могли забирать себе часть боли своих подзащитных, облегчая их страдания. Но лишившись небесного благословения все людские пороки и наказание за них, обрушиваются на ангела, чтобы он мог прочувствовать тяжесть своего греха и отречения. Обряд лишения крыльев принёс мучительную боль. В агонии Александр забывает всё, что когда-либо знал. Весь мир сужается до одной точки и в этой темноте невозможно разобрать ничего. Сколько прошло времени, может мгновение, а может и целая вечность. Тонкий луч света слабо пробирается в темноте, принося с собой надежду на успокоение.***
— У вас мальчик. Время 23:30 27 мая 2002 — по родовой разносится детский крик — 3330 грамм и 49 сантиметров. Хороший малыш. Новоиспечённая мать мельком смотрит на своё дитя и в некотором трансе тянет к нему руку. Маленький кричит, но едва почувствовав тепло матери успокаивается. С месяц после рождения оказалось, что у мальчика слабый иммунитет и нужно срочно его поднимать. Люди, ставшие его родителями были безумно опекающими и заботливыми, любой каприз маленького Саши выполнялся без проказливо. К шести мальчик уже окреп и даже смог полгода проходить в детский сад и полностью подготовиться к школе. Хоть родители и были добрыми и потакали всем капризам, но учёбы это совершенно не касалось. Умственным развитием Александра в основном занималась мама, и в столь юном возрасте мальчик был всесторонне развит. Иногда взрослые подмечали, что мысли или слова, которые озвучивает мальчик ему не погодам, но все списывали это на хорошее воспитание.***
— Пап, мам, думаю, я уже окончательно определился с ВУЗом — зайдя на кухню, где ужинали родители, Саша не громко объявил. В одиннадцатом классе уже нужно быть окончательно уверенным куда поступать, но он всё оттягивал этот момент, так как не хотел сильно загадывать. Александра всегда больше тянуло в языки, и с ними как оказалось, проблем никогда не было. В школьной программе был английский, но параллельно он изучал французский. — И что это за место? — отец скептически поднял бровь, опуская газету. — Московский Государственный. Там есть хорошее направление на переводчика, да и в программе есть практика учёбы по обмену — уже более уверенно. Романов проходит к столу, присаживаясь на стул. — Солнышко, главное, чтобы тебе нравилось — мама укладывает руку на плечо мужа и с нежностью смотрит на сына.***
Как и ожидалось, ЕГЭ Александр сдал на довольно высокие балы, и золотая медаль тоже дала небольшое преимущество. Переезд в столицу отнял много сил, но оказаться в городе детства спустя столько лет, было приятно. В столице у них была небольшая квартира, конечно не в центре, но всё же очень приятный бонус. По работе отцу приходилось часто ездить из Петербурга в Москву и лучшим решением стало временно переехать в столицу. Так первый год своей жизни Саша провёл в городе на Неве, потом до семи лет жил в Москве.***
Учёба всё больше поглощала Романова, он преуспевал во всех гуманитарных науках, но вот что было проблемой так это точные науки, без которых на первых курсах было никуда. Но словно всегда с ним было благословление свыше, все экзамены были намного проще, чем Саша себе представлял. К концу обучения у юноши имелся хороший запас знаний и большая практика в нескольких крупных компаниях, так что о своей востребованности на рынке труда, Александр совсем не переживал. Отослав резюме в несколько компаний, он стал ждать ответа. Конечно, его терзали сомнения, век современных технологий и быстрого роста искусственного интеллекта мог отобрать часть работы, но синхронные переводчики в крупных компаниях были нужны всегда. Через несколько недель приходит ответ от одной крупной компании с приглашением на собеседование. Офис в самом центре столицы указывал на определённый статус компании. В ночь перед собеседованием ему сниться большое поле пшеницы вдали виднелся лес, а солнце не пекло лишь трепетно согревало. Оглядевшись и ничего не заметив он сделал на пробу несколько шагов пробираясь сквозь высокие колосья. Его манило в глубь к лесу, что словно звал его. Осторожно ступая по земле и отводя в стороны широкие кроны деревьев, Саша вышел к озеру. У берега сидел парень с пшеничными волосами. Кажется, если бы он вошёл в то поле, его невозможно было бы найти. Тихо к нему подойдя, Александр присел рядом, неотрывно смотря в глубину воды. — Вот мы и встретились, мой ангел — парень обернулся на Сашу и посмотрел прямо в глаза. В них можно было увидеть смесь радости и печали, Романов словно ощущал связь с эти человеком, но не мог понять. — Мне кажется, я тебя знаю, но только не помню, откуда — почему то тихо произносит, разглядывая такие знакомые черты лица незнакомца. — Тогда давай знакомиться. Я Миша.
