поцелуй меня снова

Лабинский любит подолгу рассматривать лицо Влада. Его ровная линия носа, силуэт тонких губ, милая форма глаз, скулы, челюсть и брови, иногда Миша даже забывал о времени, когда ловил озадаченный взгляд Енина. Но для самого Влада это было лучшее чувство, когда он замечает его взгляд, говорит «что?», а Лабинский просто улыбается и продолжает смотреть на него. Енин отводит глаза. Краснеет. Неловко. Особенно неловко, когда это происходит на тренировках. Ты не можешь нормально сосредоточиться на выполнении какого-либо упражнения, все слова и советы тренера пролетают мимо ушей. А в мыслях только одно: "как же хочется его ударить. Или поцеловать. Или бросить мяч прямо ему в лицо". Потому что так откровенно пялиться, это просто незаконно. Немного погодя, снова взгляд Миши, который в очередной раз ловит на себе Влад. Парень мило смутился. Лабинский заметив это, отворачивается, сдерживая улыбку, мысленно говоря: "глупец, всё в порядке, я просто хочу рассмотреть твое лицо". Но этого времени всегда мало, катастрофически мало, чтобы рассмотреть лицо, которое так сильно любишь. Миша видит его каждый день, прикасается к нему каждый день и целует его каждый день, но несмотря на всë это, Лабинскому всегда мало. Когда встречаешь человека, который походит на лучшую картину в галерее, мимо которой нельзя пройти, наступает ступор. Форма лица, изгиб шеи, линия скул, чувственный подбородок, слегка приоткрытые тонкие губы. Большие глаза, взъерошенные светлые волосы, аккуратные уши и... - Это уже слишком - резко зазвучал голос Енина, который был чем-то не доволен. - Что? - голос парня возвращает Мишу из своих далеко нескромных фантазий. - Ты смотришь слишком долго - скулы Влада приняли слегка розоватый оттенок. - Плевать - с полнейшим пофигизмом, ответил Лабинский. - Ты не можешь вот так просто... - Енину не дают договорить. - Могу - самодовольно улыбается Миша. Взгляд Влада скользнул по чужим губам. - Вызов принят - произнëс парень, сдерживая ухмылку. Енин начинает рассматривать Лабинского, который сегодня был в обтягивающей футболке. Она обнимала его широкие плечи и сужалась вокруг сексуальной, острой талии. "Не смотри, не смотри" проносится в голове у Влада. "Черт возьми, эти большие, мускулистые бедра. Я помню, как эти самые бедра прижимали меня к матрасу, когда он...". - О чëм ты сейчас думал? - выгибая одну бровь спросил Миша. - Представлял, как ты прижимаешь меня к стене - с лëгкой долей наглости произнëс Енин. - Ты меня дразнишь? - под мягким вопросом скрывалась опасная грань. - Может быть - договаривает Влад, после чего дразнит Лабинского точно таким же неприлично-долгим и изучающим взглядом. Потом берëт волейбольный мяч из корзины и идëт разминаться, как ни в чем не бывало. А Миша смотрит ему вслед, рассматривая стройные ножки парня. Тренировка шла в привычном темпе, все игроки Казанского Зенита были чем-то заняты. Кто-то как обычно играл в волейбол, отрабатывая подачу, приëм и нападение, а некоторые зависали в тренажëрном зале. В это же время, Енин разминался вместе с Рукавишниковым, а Лабинский отрабатывал силовую подачу. Теперь очередь Влада рассматривать лицо Миши. Оно всегда такое спокойное, беззаботное и рассудительное. Его расслабленные полуоткрытые губы, его нос такой прямой и совершенный, что парень хочет провести по нему кончиком языка, прежде чем коснуться губ. Ровные брови, мужественный профиль, задумчивый взгляд куда-то в сторону, изящная шея, и шелковистые волосы, к которым всегда хочется прикасаться. Даже его уши совершенно непривлекательные части тела - выглядят идеальными. И Енин невольно гадал, какой звук издаст Лабинский, если прямо сейчас потянуть зубами за его мочку. Он был совершенен в его глазах. Через какое-то количество времени, Влад приходит мимо Миши, который спокойно пил воду. Парень встаëт на цыпочки и тихонько шепчет тому на ушко. - Когда мы придëм домой, я хочу чтобы ты повалил меня грудью в кровать, заломил мне руки за спину. Стянул их до боли в лопатках, а после нажал на шею и держал так пол часа - Енин договорил, а Лабинский давится водой. - Решил поиграть со мной? - спрашивает парень в чьих глазах зажглась искра. - Немного - невинно отвечает Влад. Мише придется несладко, учитывая его невероятной красоты изгибы тела, вперемешку с голубыми глазами парня, в которых Лабинский уже утонул. - Не изводи меня - с трудом произносит Миша. - Я даже стараться не буду - проговорил Енин с полным пониманием, что ходит по лезвию ножа. Парень победно улыбается, после чего снова уходит, оставляя Лабинского мучаться от голода и дикого желания по нему. А в голове у Миши был сплошной бордак: "Когда будем дома, на тебе живого места не останется, засранец". Кровь кипела, кулаки сжимались и разжимались. Ему так хотелось прямо сейчас прикоснуться к чужим губам, зацеловать Влада так, что-бы тот на коленях молил о пощаде. Но последней каплей было то, как Енин поправлял свой наколенник, потому что парень всегда делает это слишком сексуально. Влад знает, как это нравится Лабинскому, поэтому он не стесняясь задирает ткань шорт, натягивая наколенник повыше, специально оголяя белую кожу на бëдрах. После такого Енин молится, чтобы Миша оставил его в живых. Парень всегда мечтал о том, чтобы его прижал к стене тот, от кого он без ума. Что-ж, мечты сбываются. Спина Влада ударяется о холодную стену в коридоре. Он ахнул, больше от сильного, настойчивого давления от Лабинского на своë же бедро, чем от удара. Боль не ощущалась. Тело Миши прижималось к телу по-меньше. Он обхватил Енина руками, прикусил его нижнюю губу и потянул, из чужого горла вырвался стон. Лабинский провел свободной рукой по его позвоночнику, а после грубо обхватил шею Влада, прежде чем опустить рот к его уху. - Если ты хочешь, чтобы я остановился, просто скажи - Миша просунул ногу между его коленями, раздвигая их. - Ах.. - Енин приоткрыл рот, но тут же закрыл его, когда парень прочертил большим пальцем небольшой круг по его нежной коже. Румянец на скулах Влада перешел на шею. - Скажи это - Лабинский провел пальцами по внутренней стороне его бедра, лениво поглаживая. - Ты не можешь, да? - передразнивает он. Его зубы впились в нижнюю губу парня. Енин издаëт звук, похожее на жалкое мычание. - Тише - приказал Миша, прикасаясь пальцами к хрупкой талии. Парень невольно вздрогнул, когда сильные руки крепко обхватили его талию, а после ‎залезли под майку. - Ты сумасшедший, и я так люблю тебя - приторно шептал Влад на ушко. Лабинский ныряет ладонью под тонкую ткань наколенника, ещё одно долгое, ленивое поглаживание, заставляя Енина заскулить. - Я тоже от тебя без ума - отвечает Миша, заключая того в крепкие объятия. - Пожалуйста, поцелуй меня снова - просит парень опьянëнным голосом. Лабинский не в силах сопротивляться, он обожает тонкие губы Влада, поэтому наклоняется и целует его. Мягко и отчаянно, как будто он хотел, не спеша заново познакомиться с его вкусом.