моя креветка

Март - замечательное время, когда на смену холодным зимним месяцам приходит первое весеннее тепло. Солнце светит ярче, согревая своими лучами. Ветер становится теплее, давая надежду на скорое завершение холодов. За окном стояла приятная погода, когда старший сидел на кровати и читал книгу, автора которой Денис всё никак не мог запомнить. Артём с задумчивым видом пролистывал страницы, иногда хмуря брови. - Дочитываешь? - поинтересовался младший, положив голову на чужое плечо. - Да, осталось пару глав. - Шенкель ничего не имеет против чтения книг, он и сам любит иногда почитать, но сейчас ему очень хочется, чтобы мужчина обратил на него внимание. Довгань был неотразим. Как бы банально это ни звучало, одного его взгляда было достаточно, чтобы сделать день Дениса лучше. Ещё совсем недавно парень бы не поверил, что ему будет нравится смех старшего, его походка, жесты, мимика, манеры, или то, как небрежно он поправляет волосы. Младший очарован его умением рассказывать истории и тем, как он общается с людьми; как кто-то мечтает быть на него похожим, когда он занимается любимым делом и его глаза горят. Шенкель засматривается на руки блокирующего, которые непринуждённо листали страницы книги. Денису определённо нравятся его руки. С виду грубые, но на деле нежные и приятные. Парень безумно обожает, когда Артём медленно запускает свои пальцы в его мягкие волосы, нежно потрепав за макушку. Младший молчал и просто сидел рядом, играя его пальцами. Мгновения шли, и вскоре ему стало всё равно, ибо его прикосновения начали казаться более важными, чем что-то ещё. Терпению Шенкеля пришёл конец и он нагло уселся на старшего сверху. Ему нужны прикосновения. Если Денис любит человека, то сходит с ума, когда нет возможности до него дотронуться. Запустить пальцы ему в волосы, взъерошив их. Положить свою ладонь в его и переплести пальцы. Приложиться щекой к щеке, ощутив на своей коже его колючесть. Парень обожает, когда его гладят по голове, прикрыв глаза и буквально затаив дыхание. Ему кажется, что в прикосновениях гораздо больше чувств, чем в любых самых красивых словах. Опаляя шею мужчины горячим дыханием, младший начинает вести по ней носом, вдыхая запах геля для душа с ароматом корицы. Артём думал, что Денис спокойный. А в нём ураган,землетрясение и характер в несколько раз сильнее, чем у него. Для доигровщика его внутренние законы и принципы не работают, прекрасно распространяясь на других. Шенкель исключение. Ему можно то, что нельзя всем остальным. Он не спрашивал разрешения войти в его сердце, старший сам дал ему все ключи от своей души и разрешает делать то, что вздумается. Парень крушит, ломает его мир, переворачивает в нём всё с ног на голову, а Довгань, такой гордый и волевой, прекрасно понимает, что ничего не сможет с этим поделать. Артём словно читая мысли, закрывает книгу. - Кажется, кто-то хочет моего внимания. - - Убери свою книгу и поцелуй меня наконец! - сердится младший, отбросив книгу в сторону. - Что же я сделал, чтобы заслужить гнев такой милой креветки? - Раздражённый юмором в его тоне, Денис говорит: - Может, тебе стоит заткнуться, чтобы подумать об этом. - - А может, мне стоит наказать тебя, чтобы напомнить, с кем ты разговариваешь. - - Мне показалось, ты не хотел ко мне прикасаться. - продолжал парень, явно нарываясь. - Я передумал. - - Почему же? - - Потому что ты становишься таким послушным, и мне это нравится. - с ухмылкой произнёс блокирующий. - Это не правда.- - Мне доказать это? - - Не надо. - - Вызов принят, моя креветка. - В одно мгновение руки старшего проникают под футболку, начав щекотать парня. Денис заливается безудержным смехом, пока Довгань меняет их местами и оказывается сверху, укладывая Шенкеля на живот. - Хах.. хватит..ха - Артёму нравится, когда младший превращается в смешного дурочка, когда он смеётся, сморщив лицо, когда при просмотре фильма ужасов, зажмурив глаза, он зажимает руку мучжины ещё сильней, когда парень забирает одеяло, и свернувшись в него прижимается к нему, когда Довгань, просыпаясь по утрам, видит его опухшим, но по-прежнему прекрасным. Денис самый замечательный, он крайне мил со старшим, очень тёплый, он редко говорит «я люблю тебя», так как боится обесценить эти слова, но Артём знает, что парень его правда любит. И Довгань его очень любит, его улыбка вызывает улыбку у него. У Шенкеля самое милое личико и самое прекрасное тело. У негоидеальный характер. Именно характер делал его таким притягательным. - Ну всё слезай. Ты меня раздавишь. - кряхтит Денис, пытаясь скинуть с себя мужчину. - Помолчи и лежи спокойно. - Руки блокирующего мягко скользили по телу, нежно поглаживая плечи. Младший замер, задержав дыхание, когда горячие ладони каснулись чувствительной кожи. - Послушный мальчик. - прошептал Довгань, отчего парень покрывается мурашками, а дыхание сбивается и становится громче. Он продолжал выполнять теже действия, переходя на шею и спину. Постепенно его движения стали ощутимее у него были сильные руки. Артём рисовал на его спине причудливые узоры, и Шенкель осознавал, что его кисти касаются не только внешней стороны спины, но и всего, что находится в нём. Напряжение уходило, и в какой-то момент он почувствовал себя лучше. Денис слушал своё неровное дыхание и осязал влетающие потоки воздуха, погружаясь в наслаждение. Тогда старший провёл ладонями по голове, и слегка сжал волосы на затылке. Так нежно и приятно. Довгань надавливает чуть сильнее, и слышит, как парень тяжело выдыхает. Младший замирает в предвкушении, а после слегка вздрагивает, когда шеи касаются тёплые губы. Они не целуют, просто прижимаются к коже, постепенно скользя вниз. Парень чувствует, как мужчина ведёт губами всё ниже, уделяя каждому сантиметру кожи немного внимания, заботы и любви. Невероятно мило. Спустя мгновение Артём разворачивает его к себе лицом. - Понравилось? - услышал Шенкель, ровно до того момента,пока ему в голову не ударяет возбуждение. - Как бы сказать.. Я почти кончил.- Младший поднял глаза, околдованный его странным потемневшим взглядом. Горячая, чуть шершавая ладонь, коснулась его щеки, и погладила осторожно. - Ты говоришь моими фразами, извращенец. - Не отводя взгляда, старший провёл большим пальцем по чужим губам. - От извращенца слышу. - Доигровщик даже не пытался отстраниться, замер, и лишь сердце колотилось в груди, норовя выпрыгнуть. Довгань склонился к нему, оказавшись непозволительно близко, прижался щекой к щеке. После блокирующий слегка касается его кончиком носа и медленно выдыхает: - Я уже не могу вспомнить, какраньше жил без тебя. - Мурашки разбежались по коже от этого шёпота, от прикосновения, от любимого и манящего запаха. А Артём уже запустил пальцы в его мягкие волосы, удерживая голову, впиваясь жадным поцелуем в губы. Вот теперь всё было совсем не так невинно и нежно. Денис упёрся ладонями в грудь старшего, попытался оттолкнуть, вырваться из сильных рук, но его губы настойчиво требовали своего. Это оказалось неожиданно приятно, странно, волнующе. Дыхание сбивалось, губы горели, в груди зажгло. Этот жар скатывался вниз живота, пробуждая странную дрожь в коленях. Он уже не пытался его оттолкнуть, напротив, цеплялся пальцами за одежду, льнул к ладоням, что гладили ласково его волосы, скулы и шею. Шенкель потерял счёт времени не знал, сколько они такпролежали, целуясь ненасытно и сладко. Младший забыл обо всём. Безбрежная лёгкость переполняла казалось, он сейчас мог взмыть в облака, если бы мужчина не сжимал его так крепко в своих объятиях. Вкус поцелуев, жар мужских объятий, и страсть Артёма будила в нём ответный огонь, пугающий, но такой волнующе-прекрасный. The End