как год встретишь, так его и проведешь

У каждого свои традиции на Новый Год. Йоичи и Рин, проживая вместе, выработали свою традицию: перед самым Новым Годом они вдвоём погружаются в эту атмосферу сказки путём совместного приготволения праздничного ужина. Всё таки очень романтично, когда можно вот так в тёплом домашнем уюте готовить блюда, чувствуя на талии родные руки. Особенно, если фоном играет какая-то мелодичная инструментальная музыка. — Эй, ты будешь помогать? Или собрался до самого Нового Года утыкаться мне в шею? — вполголоса, но с явным задором спросил Исаги, нарезая зелёный лук в салат. — Я устал. Ты заставил всю квартиру вылизать. И почему ты в повседневной жизни не такой чистоплотный, как перед Новым Годом, м? Вечно рожицы мне корчишь, когда я тебя прошу просто штаны со спинки стула убрать, — проворчал Итоши прямо в шею любимого, обнимая его, сложив руки у него поперёк живота. — Как год встретишь, так его и проведёшь. Поэтому всё должно сверкать и сиять, — хмыкнул Исаги, чувствуя приятное горячее дыхание себе в холку. — Из-за твоей уборки у меня теперь спина болит. Я задолбался ванну мыть, — продолжал тихо возмущаться ресничка, прижимая Исаги крепче к себе, словно хотел вдавить его в себя. — Не ворчи, а то кое-что не будет расти, — усмехнулся синеволосый, взял с соседней тарелки маленькую тарталетку, наполненную сливочным сыром и небольшим кусочком лосося, — Вот, жуй и не ругайся, — он аккуратно приподнёс тарталетку к своему плечу, словно пират, кормящий своего попугайчика на плече. Итоши поднял голову и послушно приоткрыл рот, но сам не ухватил угощение зубами, а просто ждал, чтобы Исаги положил тарталетку ему в рот, — Вот избалованный, — хмыкнул Исаги и, не сопротивляясь, положил угощение в рот своего любимого, а затем поцеловал его в щёку, пока тот старательно пережёвывал вкусняшку, — Хороший мальчик. — Я тебе собака что ли? — фыркнул Итоши, ещё пережёвывая, из-за чего его слова совсем не казались устрашающими. — Нет-нет, скорее оленёнок, — подметил синеволосый, указав взглядом на ободок с оленьими рожками на макушке Рина. — Почему именно олень? Совсем меня не ценишь, да? — последний вопрос прозвучал скорее в шуточном тоне, нежели в обидчивом. — Ой, глупости не говори. Я ценю тебя больше всех на свете. А олень, потому что... ну, символ Нового Года как никак, — объяснил Йоичи, не сдержав улыбки. Всё таки с оленьими рожками Рин выглядил слишком мило и вовсе не угрожающе. — Значит, я олень, а ты заяц? — буркнул Итоши, одной рукой загнув одно заячье ушко на ободке на синеволосой макушке. — Зато ты можешь звать меня зайкой, — засмеялся Исаги, поворачиваясь к Рину лицом. — А ты меня оленем? — досадно пробормотал ресничка, кладя руки на талию синеволосого, — У меня даже свитер с этими оленями долбанными, а у тебя вот со снежинками. Это значит, что я олень полный? — Хей, ну чего ты так категорично, Рин? — Йоичи обхватил своими ладошками щёки Итоши, мягко улыбаясь, — Ты как маленький мальчик дуешься. Мне вот нравятся твои рожки и свитер. И олени мне тоже нравятся. Они миленькие такие, прям как ты. — И в чём они милые? — буркнул Рин, пробираясь одной рукой к затылку Исаги, и стал перебирать мягкие синие волосы пальцами. — У них мордашки добрые. Вот сравни лося и оленя. Олень весь из себя такой важный, красивый. А оленята вообще смешные и глупенькие, — рассказал с улыбкой Йоичи, обвивая свои руки вокруг шет Рина. — Это значит, что я тоже глупый? — вновь загнул Итоши. — Нет, просто милый с доброй мордашкой, — хмыкнул Исаги. — С доброй мордашкой? — переспросил ресничка, наклоняясь ближе к лицу синеволосого, перебирая его волосый одной рукой, а второй — держа за талию. — С доброй мордашкой, — подтвердил шёпотом Йоичи, вставая на носочки, чтобы дотянуться до лица Итоши. — Хитрый заяц, — фыркнул с усмешкой Рин и накрыл своими губами губы синеволосого, перекладывая руку с талии на его поясницу, чтобы тот прижался плотнее *** В гостиной царила приятная атмосфера домашнего уюта и праздника. В углу комнаты стояла пышная ёлочка, увешанная разными игрушками, мишурой и герляндой. Рядом на стойке стоял телевизор, на котором крутился заезжанный новогодний фильм. Напротив них стоял диван с разложенным столом, укрытым скатертью и уставленным едой. Парни, что сидели на диване, уже покушали горячего. После основной еды всегда следует десерт. Исаги старательно очищал мандарин за мандарином, кладя дольку в рот себе, вторую — Рину, и по кругу. Итоши же запал на сочный виноград, также делясь зелёными круглешками с любимым. Исаги поправил на голове свой ободок с заячьими ушами и потянулся через стол за бутербродом с икрой. Взгляд Рина скользнул к участку поясницы, что открылась под свитером синеволосого. Были видны подтянутые мышцы. И всё таки Итоши поддался искушению. Он дотронулся пальцами до кожи на пояснице Исаги, заставив последнего вздрогнуть и чуть не выронить бутерброд. — Эй! Я чуть не уронил его! — немного возмутился Исаги, садясь обратно и посмотрев на Рина. — Сам виноват, что прогибаешься тут передо мной, как кошка, — фыркнул Итоши, однако его рука всё ещё осталась на пояснице Исаги под его свитером. Исаги фыркнул и принялся за бутерброд. Рин же рукой под свитером синеволосого стал медленно подниматься выше, касаясь кончиками пальцев каждого позвонка, который выступал под кожей. — Эй, щекотно, — буркнул Йоичи, посмеиваясь. — Прожуй сначала, потом смейся, — сказал Итоши, не сдержав улыбки. Как только Исаги доел свой бутерброд, он прильнул к Рину, положив голову ему на плечо. А Итоши в это время провёл кончиками пальцев по боку синеволосого под свитером. Йоичи съёжился, а на теле выступили мурашки. Парень с хохолком на макушке захохотал тихо и стал жаться к ресничке всё плотнее и плотнее. — Фу, что за телячьи нежности, — фыркнул зелёноволосый, однако в его голосе не прозвучало и капли недовольства. — Ой не ври, тебе же нравится, — хмыкнул Исаги. Йоичи прильнул лицом к шее Итоши, утыкаясь в неё носом. Его губы стали осыпать кроткими и нежными поцелуями его кожу, ощущая, как под ней бьётся жилка сонной артерии. Рин прикусил щёку изнутри и, придерживая за талию, усадил синеволосого себе на коленки. Последний довольно хмыкнул, оттянул пальцами воротник свитера Итоши и прикусил место у основания шеи, оставляя след от зубов. — Какой непослушный заяц, — проговорил вполголоса ресничка, переместив свои ладони на бёдра Исаги, — Хвоста только не хватает. — Фуу, извращенец, — запротестовал Йоичи, едва сдерживая смех. — Я бы поспорил, кто тут из нас извращенец. Где это видано, чтобы заяц совращал оленя? — хмыкнул Итоши, сжимая мягкие бёдра своего любимого. — А если заяц слишком любит своего оленя? — усмехнулся Исаги, касаясь кончиками носов с Рином. Внезапно синеволосый почувствовал, как в бедро уткнулось что-то твёрдое. Слишком довольная ухмылка заиграла на его лице, — А мне кажется, что олень вовсе то и не против... Да, милый? Итоши ухмыльнулся. Ему всегда нравилась эта черта в Исаги, когда он мог вот с такой наглой ухмылкой говорить о подобных вещах. — Мне кажется, тебе показалось. Это всего лишь пульт от телевизора, — ответил Рин. — Врунишка, — хмыкнул Исаги и приподнялся, чтобы доказать обратное. В этот момент, когда Йоичи приподнялся на коленках, Рин рванул синеволосого на себя. Теперь Итоши лежал спиной на диване, а поверх него устроился Исаги с немного удивлённым выражением лица. Однако удивление быстро сменилось той самой фирменной ухмылкой Йоичи, которая заставляла сердце Рина невольно ускорять свой темп из раза в раз. — И всё таки я был прав, что олень вовсе не против этого, — хмыкнул парень с хохолком. — Да, ты прав, однако есть одно "но", — оповестил ресничка, усаживая Исаги себе на живот. — И что же это за "но"? — спросил шёпотом синеволосый, упираясь руками в грудь оленя. — Я устал, и у меня болит спина из-за твоей уборки. Так что зайке-попрыгайке придётся делать всё самому, — слишком невинно для натуры Рина проговорил он и улыбнулся так, словно не хватало только того, чтобы он ещё оскалился и провёл языком по своим верхним зубам. Исаги залился краской до кончиков ушей. Не хотелось признавать, но от слов Итоши в штанах стало на порядок теснее. — Придурок... — буркнул синеволосый, сползая на бёдра Рина. Он привстал на коленки и стянул белые в красную клетку домашние штаны, а за ними и нижнее бельё. Исаги сел на бёдра Итоши, медленно освобождая себя ниже пояса от одежды. Хоть синеволосый и сам полез к ресничке, явно говоря о своих намерениях, сейчас почему-то было слишком неловко. И всё из-за этих рожек на макушке Рина, его слишком самодовольной гримасы и заячьих ушей на макушке Йоичи. Исаги потянулся рукой к ободку, чтобы его снять, однако его руку почти моментально перехватил Итоши. — Нет-нет, ну какой же ты зайка без ушек? Зайка с ушкаии должен скакать по полянке, — хмыкнул Рин, слишком довольный ситуацией. — Не вижу здесь никакой полянки, — буркнул смущённо Исаги, надув губы. — Я – твоя полянка, — ответил Рин. Ему слишком нравилось, когда Йоичи сперва является таким дерзким заводилой, а потом, когда всё доходит до момента, тот смущённо краснеет и мямлит. — Такой смелый на словах. Забавно, когда домашний кролик строит из себя дикого зайца, — пробормотал вполголоса Итоши. — Да ну всё, хватит, — запротестовал Исаги. — Давай, зайчик. Йоичи зыркнул на Итоши, чуть хмуря брови. Синеволосый привстал на коленки, подползая к тазу Рина. Взяв рукой уже какое-то время возбуждённый член в руку, он пристроил головку прямо ко своему проходу и аккуратно ввёл её в себя. — Не спеши. Аккуратно, а то больно будет, — ласково говорил Рин, руководя процессом даже в таком положении, придерживая Исаги за талию. С полувсхлипом и полустоном Йоичи всё же сел, полностью погрузив в себя орган своего молодого человека. Казалось, что воздух сжался вокруг них. Было жарко, учитывая, что парни всё ещё в свитерах. Исаги потянул свитер Итоши вверх, задрав его выше груди. Открылся вид на прекрасное тело зелёноволосого, которое уже покрылось испариной. Йоичи положил свои ладони на накаченную грудь, рефлекторно сжимая её. Рин надёжно держал бока Исаги в своих руках, чтобы тот не рухнул. Он приподнял таз, посылая небольшой толчок в тело синеволосого, мол, давай начинай уже или ты хотел просто посидеть здесь? Йоичи отозвался сдавленным стоном. Он приподнялся и вновь опустился. И пошёл по кругу, повторяя цикл. Было слишком приятно наблюдать за тем, как Исаги, такой милый и смущённый с заячьими ушками, делает работу сам. Рин лишь иногда двигал бёдрами навстречу телу своего любимого, помогая ему. Ресничка спустя пару минут почувствовал что-то тёплое у себя на животе после сдавленного всхлипа Исаги. Белая субстанция паутинкой распласталась прямо у него на прессе. — Ты точно не заяц, а кролик. Твоей скорости можно позавидовать, — не удержался Рин, кусая губу изнутри, чтобы не засмеяться в голос. — Ты совсем придурок?! — сразу же завопрошал Исаги, сгорая со стыда и смущения. — Всё-всё, не сердись. Я любя, — ответил Итоши, притягивая любимого к себе и заключая его в объятия. Йоичи расслабился, утыкаясь мордашкой в плечо своего оленя. — Точно олень, — буркнул устало Исаги. — Для тебя буду кем угодно. — Не зря говорят, что, как год встретишь, так его и проведёшь, — бормотал Йоичи в плечо Рина. — Ага. Я твой верный олень, а ты мой заяц. Йоичи не удержался и тихо засмеялся. _________________ Новый Год — в первую очередь, семейный праздник с теплом и уютом, которые витают в воздухе между людьми, которые искренне друг друга ценят. В этот день нужно быть честным перед собой и близкими, быть с теми людьми, которые тебя поистине ценят. В этот день можно забыть о всех своих проблемах и быть собой в окружении любви родных людей. С Наступающим Новым Годом!!!