Неожиданная встреча

В один из пасмурных серых дней, когда уже начался декабрь, а снега всё ещё не было, Вероника вдруг написала девушке, которая, как она полагала, была ее подругой: «Привет, а я сегодня Кумушкина в магазине встретила.» Дело было в том, что эта самая девушка не считала ее своей подругой, и просто не хотела разочаровывать Веронику в том, что та была не тем человеком, с которым она желала общаться. И звали ее Катерина. Катерина сразу же прочитала сообщение, отправленное Вероникой несколько секунд назад, и прислушалась к себе: эта новость не колыхнула ни одной струны в ее душе. Что она хотела этим сказать? Зачем написала ей это? Хоть Катерина и отнеслась равнодушно к этой ситуации, но проигнорировать свою одногруппницу не могла и написала: «Поздравляю.» Неискренне и не от всего сердца. — подумала она потом. Вероника была той еще дамой. Скромностью она не страдала, и, казалось, она отсутствовала у девушки с самого рождения, как и мозги. Однажды, сидя с ней за одной партой Катерина случайно опустила взгляд в телефон «подруги», лучше бы она этого не делала. Вероника по своему обыкновению во время пары таращилась в экран айфона, поэтому не заметила того, что Катерина тоже пялилась в него. Итак, что же там такого увидела Катя, после чего ее лицо и шея покрылись румянцем? А вот что: Вероника выбирала на маркетплейсе книгу по типу «Лучший минет — какой он?» Брови Катерины взлетели вверх, лицо удивленно вытянулось, и она застыла в немом шоке. Что она только что прочитала? Чувство стыда окатило ее с головы до ног. Как такое можно искать, да еще и долго рассматривать, находясь прямо на паре? Вдруг другие студенты увидят? Что еще хуже — вдруг увидит препод, если решит пройти мимо них? Катерине хотелось наорать на Веронику благим матом за ее тупость. Ох, сколько она себя сдерживала… Кто бы знал… Уже два года она мечтала высказать Веронике всё, что она о ней думала. Ее терпению могли позавидовать многие. Она и сама не знала, что каждый раз удерживало ее. Сама Ника бесцеремонно заглядывала в телефон Катерины при каждом удобном случае, именно поэтому та старалась при ней смотреть что-то нейтральное — прогноз погоды, например, или новости. Однако, оказалось, это были еще цветочки. Потому что через несколько месяцев после этого инцидента, Вероника пришла к ней с вопросом и двумя изображениями на телефоне. Вопрос был таков: «Какой из них выбрать?» А на фотографиях были два костюма (если эти полосочки ткани можно было назвать костюмами): один черный, другой — красный. На девушках модельной внешности не было почти ничего — какие-то бантики, полупрозрачные лифчики, стринги и чулки. Черт возьми! Они не были так близко знакомы, чтобы Вероника имела право спрашивать у нее, какой ей выбрать костюм для плотских утех со своим парнем! Катерина тогда заставила свой разум не представлять эти костюмы на Веронике. Это выглядело бы для нее максимально отвратительно. Ника была ниже ее и в несколько раз толще. Катерина спокойно относилась к полным людям. В конце концов, она когда-то тоже такой была. К тому же девушка понимала, что есть люди, которые склонны к полноте, и есть те, которые имеют определённые болезни, непозволяющие им похудеть. Итак, когда Катерина получила то злополучное сообщение про неожиданную встречу Веронике с преподом, ни одна мышца на ее лице не дернулась. Но она даже вообразить не могла, что там произошло на самом деле, потому что Ника, быть может, впервые в жизни поступила по-умному и не рассказала ей всей правды. А на самом деле случилось вот что: Вероника, работающая певицей в одном не очень известном кафе, поехала в центр города по делам и заглянула в магазин. Она долго ходила туда-сюда между стеллажами, закидывая в свою тележку то продукты питания, то бытовую химию. Наконец, добравшись до полки с сухариками, она протянула вверх руку, чтобы взять любимые, как вдруг заметила, краем глаза движение сбоку, но относительно далеко от себя — это Кумушкин повернул в тот же ряд из-за угла. Руки девушки задрожали, а пачка сухариков упала точно в ее тележку, но она не обратила на нее никакого внимания — ее распахнутые от удивления глаза были прикованы к преподавателю. Это был грузный мужчина лет сорока пяти. Казалось бы, в нем не было ничего особенного, но он подкупал студентов не внешностью, а своим отношением. Он был терпим к ошибкам, добр и вежлив. При каждой встрече от него можно было услышать какую-нибудь занимательную историю. Чувство юмора тоже было на месте. Но какое дело было Нике до всего этого? Она однажды увидела его темно-серые, граничащие с синим, глаза и больше не могла их забыть. Они следовали за ней по пятам. Но вот досада — Кумушкин был женат. И весьма удачно, надо полагать, раз у него было двое детей, и он всегда с большой любовью рассказывал студентам о своей семье, и на что он готов ради нее. С этим со всем она еще могла смириться, но одно обстоятельство не давало ей покоя — преподаватель на каждой паре нахваливал одну ученицу — Катерину! Он явно видел в ней потенциал, недюжий ум, доброту и порядочность. Он хотел, чтобы Катерина пошла учиться в аспирантуру, а потом преподавала рядом с ним, ведь ему тоже рано или поздно понадобится достойная смена. Так вот Катерина была бы очень хорошей заменой ему, но Вероника уже не вдавалась в эти детали. Ее крошечный мозг не составлял такие длинные логические цепочки, и посему она видела лишь то, что Кумушкин симпатизировал ее подруге больше, чем ей самой, невзирая на то, что он сам говорил, что любил всех студентов одинаково. Даже несмотря на наличие парня, днями и ночами она грёзила лишь об одном мужчине, и он сейчас находился с ней в одной комнате! В одном магазине! Неважно! Это был ее шанс! Анатолий Сергеич, здравствуйте! — заорала она на весь магазин так, что все немногочисленные продавцы, сидевшие за кассами в противоположной части магазина, вздрогнули и схватились за грудь. Возможно, у самых впечатлительных из них появилось несколько седых волос на голове. Незамечавший ее до этого преподаватель пока набирал конфеты на развес из ящика перед ним, вдруг как-то подпрыгнул от неожиданности, его ноги заскользили на мокром недавно вымытом полу, разъехались в разные стороны, и он почувствовал себя так, как на коньках лет двадцать назад — когда ему неминуемо суждено было упасть. И вдруг он оказался на полу, лежа на спине, весь усыпанный конфетами из целофаного пакетика, куда он их до этого набирал. Это было фееричное шоу! Ника с замиранием сердца наблюдала, как Кумушкин взлетел вверх вместе со сладостями и болезненно приземлился, однако, она не считала себя виноватой — в конце концов он же сам испугался, и никто его не заставлял падать. При этом грохот был такой, что стены чуть не заходили ходуном, или как минимум с таким звуком мог упасть стеллаж, полный продуктов. Но почему-то никто не решился пойти в их сторону и проверить, что же там случилось. Не зная, что делать, Вероника стала метаться из стороны в сторону. Она забыла про всё на свете, а те редкие мысли, что посещали ее голову, внезапно куда-то улетучились. Руки сами потянулись в карман джинсов за телефоном, должно быть, она по привычке (Ника имела привычку докладывать «подруге» обо всем, что происходит в ее жизни) решила сфотографировать его в таком положении и отправить Катерине. Однако, ее ладошка остановилась на полпути, когда девушка заметила, что преподаватель смотрел прямо на нее. На лице расплылась самая настоящая улыбка глупой дурочки, и Ника оставила свою попытку достать устройство. Возможно, ее осенило, что мужчина чего-то ждал, и тогда она побежала к нему. В какой-то момент когда девушка стала быстро перебирать своими короткими ножками по полу, она поскользнулась на мокром полу, пролетела несколько метров и оказалась на огромном мягком пузе своего преподавателя. Осторо… — успел только крикнуть Кумушкин, но было уже поздно — на него упала чужая тушка, и вышибла весь воздух из легких. Ой! — растерянно пискнула она. В ее планы явно не входило лежать сверху на этом мужчине посреди торгового зала, как бы она не мечтала осуществить что-то подобное в своих мыслях. Это была встреча двух самых неуклюжих и вечно попадающих в какие-то истории людей, так сказала бы Катерина, увидев их. И она была бы совершенно права, потому как знала, что и преподаватель, и студентка в повседневной жизни были именно такими, и часто что-то ломали, падали и находили приключения на свои те самые точки. Вероника с наслаждением втянула ноздрями аромат парфюма, исходивший от него. Что-то древесное, возможно, сандал с нотами кардамона. Кажется, у нее закружилась голова… Девушке хотелось смежить веки и как можно дольше растянуть мгновение. Этот запах (возможно, не только он) согревал ее тело и дарил чувство защищенности. Ох, если бы ей вдруг стало известно, что это за парфюм, она непременно купила бы его для своего парня и заставила бы пользоваться им, чтобы рядом была хотя бы частичка ее любимого преподавателя. От осознания этого она поерзала и еще больше смяла конфеты, зажатые между их телами. «Вот он, мой сладкий рай!» — подумала она, уже будучи разнеженной и разомлевшей. Здравствуй, Вероника. — сдавленно произнес мужчина, приподняв голову, встретился глазами со студенткой. Все ее фантазии в один миг лопнули, словно мыльный пузырь. Я… я только поздороваться хотела. — пытаясь оправдаться, пролепетала она, словно маленький нашаливший ребенок. Ей стало неловко, и она поерзала. Животы обоих смягчили ее «аварийную посадку», поэтому она ничего не ушибла в отличие от преподавателя. Она совсем забыла про свой телефон, который при каждом её движении терся о ткань кармана его брюк, где лежали ключи. Обычно такой общительный человек сейчас был настолько шокирован, что не мог сказать что-то нейтральное и выдал первое, что пришло на ум: Слезь с меня. Я женат. И только после того, как Ника с грацией и ловкостью медведя встала на ноги, он помимо огромного облегчения ощутил еще и страшную, расползающуюся по спине боль, которая то поднималась к затылку, то опускалась к копчику. Когда он перевернулся, чтобы упереться руками и коленями в пол, откуда-то (о чудо!) прибежал продавец — высокий худощавый парень — и помог подняться. Он спросил, как тот себя чувствовал, не нужна ли покупателю медицинская помощь, но мужчина от всего отмахнулся, мол, не впервой. И только убедившись, что с Кумушкиным действительно все было в порядке, он удалился на кассу, где и сидел до этого. Они просто стояли и смотрели друг на друга. Когда Ника что-то невинно начала лепетать о том, что у нее сегодня вечером выступление в каком-то кафе, а завтра — в другом городе, преподаватель молча сверлил ее глазами, причем это было не в его характере. Его взгляд очень редко приобретал холодность или злость. Казалось, она даже не поняла, почему ее поведение спровоцировало его напомнить про свое семейное положение. Она не утруждала себя размышлениями об этом. Кумушкин не спешил сообщать ученице, что он сразу, когда она только его окликнула, узнал ее голос. Он мечтал никогда не встречаться с этой надоедливой навязчивой, вечно сующей свой нос всегда и везде девушкой. Но разве он мог ей все это высказать? Конечно нет. Скоро она выпустится из института, и эта огромная проблема, преследовавшая его вот уже несколько лет, решится сама собой. О, ее рассказ вроде близится к концу! — с облегчением подумал про себя мужчина. Благо, что Вероника сама догадалась помочь ему собрать сладости с пола, потому как сам бы он уже не смог согнуться от стреляющей боли во всем теле. Таким образом, и ее руки, и ее рот были заняты делом, пока он приходил в себя. Ну, все, я побежала, мне еще надо заехать домой, а потом — на репетицию, а то опоздаю. До свидания. — девушка отдала ему пакет с расплющенными конфетами и умчалась в сторону кассы. Так быстро убежала, как будто действительно боялась опоздать. Хотя сама опаздывала всегда и всюду. Да уж, ну что тут скажешь… Надеюсь, не до скорого свидания. — промелькнула у него мысль. — Хотелось бы думать, что я ошибся, когда решил, что она специально все это спланировала только ради того, чтобы потереться о меня. И не стыдно ей! Хотя… она слишком глупа, чтобы такое провернуть. Это реально была случайность. Успокоив себя этим, преподаватель закинул в пакет еще горсть неповрежденных конфет, посчитав, что лучше взять и нормальных, а то у его семьи возникнут вопросы, почему принесенные им сладости имеют странный вид. Он взял еще некоторые продукты и похромал к кассе, чертыхаясь про себя. А Ника уже тем временем сидела в такси и строчила то самое сообщение «подруге». Возможно, она представляла, как карие глаза Катерины расширятся от удивления, когда та прочитает ее смс. Но она в любом случае не смогла бы этого увидеть и жалела об этом. Зато теперь у нее гарантированно осталось очень теплое воспоминание, связанное с Кумушкиным, и оно будет еще долго греть ее душу и сердце. Эх, знала бы Катерина, что на самом деле произошло в том магазине!