D.E.T.E.C.T.I.V.E.:Первое дело

Было ранее августовское утро. Погода стояла нетипичная для самого пика месяца: пасмурность, небо затянулось серыми облаками, сквозь которые мелькало бледное солнце, дул легкий ветерок. Остановившись около церкви, Даша посмотрела на возвышавшуюся колокольню. Сверху донёсся звон колоколов… Он эхом разносился всё дальше и дальше, в сторону громадной и раскатистой площади. В миг всё вокруг остановилось. Даша мелкими шашками побежала в сторону площади, стараясь не задеть лаковые туфли о бортики и шершавый асфальт. Перед её взором открылся захватывающий душу вид: здание городской думы возвышалось над безлюдной площадью, оградившись чугунным забором, напротив мраморной лестницы здания величественно стояла скульптура советского губернатора города Неясный (а ранее его именовали Демьянск) — Фёдор Алексеевич Рахманов. Сама площадь была огромная, просторная. Её территория была вымощена камушками, по периметру проходила небольшая аллея, соединявшая зелёные скверы. Снова звон... Даша замерла на месте. Она осмотрелась и отчаянно кого-то искала своими округлыми васильковыми глазами. — Неужели опоздала? - сказала она, поправляя рыжеватые короткие волосы. Пройдя дальше сквозь аллею, она вышла прямо на площадь: безлюдная, просторная, величественная. Даша по сравнению с ней казалась совсем крошечной, будто песчинка. На неё сверху смотрел спокойно каменный губернатор. Его гранитное лицо было расслаблено, а взгляд такой пронзительный и приятный, что не смотреть на него было невозможно. Сквозь гранитные морщины, сквозь каменную броню его прорывалась теплота. Мужчина, как батюшка, смотрел на жизнь в городе и следил за порядком. Третий звон... Ветер легонько ласкал вьющиеся короткие волосы Даши, касался края кожанки. Она засмотрелась на мужчину и улыбнулась его приятному лицу. А он будто бы смотрел сквозь неё, куда-то вдаль. Девушка обернулась и увидела одиноко стоящего поодаль мужчину. Он был одет в черный плащ, джинсы и берцы. Волосы его были небрежно уложены сзади. Даша увидела только его спину. "Он или не он?" - мелькнула мысль в её голове. Незнакомец повернулся боком к Даше и посмотрел на здание думы, вертя в руке сигарету. Он сделал небольшую затяжку и из его рта выпалил дым. Их взгляды на миг встретились. Сердце Даши ёкнуло на миг. "Он ждёт меня?" - думала про себя Даша. - "Если окажется, что я опоздала, то лучше уж бежать прочь отсюда!" Даша поправила прилегавшее к телу платье, кожанку и повесила на плечо сумочку. Она, поборов свою боязнь, побрела вперёд. Она боялась смотреть незнакомцу в лицо и делала вид, будто любуется видом площади. Неспешно и неуверенно Даша шагала в сторону мужчины. С каждым метром он становился выше и выше. Даша могла его разглядеть его лицо: грубое, с едва выраженными скулами, лёгкими морщинами на лбу, между бровями. Загоревшую кожу украшал шрам, что проходил по переносице и пересекал правую бровь. Глаза были серые, проницательные и будто бы стеклянные. Правый был блёклыми и белёсым, напоминал хрусталь — стукнешь и треснет с отчётливым звоном. По бокам лба небрежно лежали тёмно-каштановые волосы, которые сдувал с лица ветер. А нижнюю челюсть прикрывала щетина с короткой бородой. Осанка была ровная, плечи широкие и расслабленные. Мужчина стоял посреди площади один и смотрел на Дашу. Его взгляд был расслабленным, но до боли суровым. Даша поначалу даже испугалась его и думала, как бы подойти, с чего начать диалог. А может это был вовсе не тот человек, с кем ей нужно было увидеться. Даша подошла к мужчине, который смотрел на памятник. Он будто бы не замечал её. Только выпалив дым, который растворился в потоке ветра, собеседник внезапно заговорил. — Погода снова пасмурная. Как и всегда - произнес мужчина. - Опаздываете, Дарья Павловна. — Я... Я просто искала вас, Дмитрий Георгиевич. - запиналась Даша, поправляя свои растрёпанные волосы. — Ну, да. Искали. - саркастически ответил Дмитрий, озираясь на безлюдную площадь. Даша чувствовала себя неловко. Дмитрий Георгиевич не поверил её приурашенной лжи, которая сорвалась с её уст, дабы как-то оправдать рассеянность и бестактность. Её подловили, как школьницу. Мужчина докурил сигарету и смял её, выпалив последний клубок дыма. — Пройдёмте? - спросил Дмитрий Георгиевич. — Конечно. - ответила Даша. Мужчина и девушка пошли вдвоём по площади. Только вороны каркали высоко над их головами, а голуби клевали сухие крошки, сбиваясь в кучи. Люди потихоньку начали подтягиваться к площади: кто-то пришёл любоваться открытым небом, кто-то выгуливал собак. Это место уже не казалось заброшенным и мистическим. В нём снова завертелась жизнь. Но мир героев сузился до них самих и они не так уж и замечали окружающих. Особенно сильно это испытывала Даша. Она медленно следовала за Дмитрием Георгиевичем, который, казалось, и вовсе её не замечал. Ей казалось, что он был погружён в свои размышления, постоянно озирался по сторонам, избегая чужих взглядов. — Вы... Хотели о чём-то поговорить со мной? - спросила Даша. — С вами у меня отдельный разговор, только вот... Надо бы место подходящее. - проговорил Дмитрий со слегка хрипловатым голосом. Дмитрий Георгиевич свернул в безлюдную часть площади, которая плавно переходит в сад. Он отошёл к заброшенной старой беседке и оперся на перегородку. Он достал из своего кармана документы с удостоверением и протянул его Даше. — Дегтярёв Дмитрий Георгиевич. Старший следователь, майор комитета. В свою очередь Даша достала своё удостоверение, последовав примеру майора. — Демидова Дарья Павловна. Младший следователь. — Пока что стажёр. - перебил Дегтярёв. - Ещё дорастёте до следователя. Даша запнулась. Небольшое замечание сбило девушку с мысли. Она хотела что-то сказать, но тут же замолкла. — Вам уже выдали распоряжение? - спросил майор. - Отныне вы будете работать моим помощником, Дарья Павловна. — Распоряжение? Я думала вы сами мне обо всём расскажете. - сказала девушка. — Вот оно что. Дегтярёв отошёл на пару метров, взглянул на часы и вздохнул. — Обычно я не занимаюсь подготовкой новичков. Но если вам даже этого не провели, то придётся начинать всё... С базы. В голосе мужчины слышалась некая досада или... Раздражение? По крайней мере Демидова чувствовала себя ещё больше неуклюже. Она перенимала на себя чужую ошибку, ведь в данной ситуации только она виновата, что не ознакомилась с базовыми знаниями. Но при трудоустройстве ей лишь дали понять, что майор сам займётся ею. — Вы ведь окончили академию? — Д-да. Бакалавр и магистр. — Во сколько поступили? — А вам зачем это знать? — Просто для... Детектива вы слишком молоды. — В шестнадцать лет. Меня... Рано в школу отправили. — То есть вам сейчас- — Двадцать четыре. Я умею считать, если что. Дегтярёв лишь хрипло усмехнулся. — Ладно, ладно. Просто хотел убедиться. Мне выслали ваше досье и... — И? — Неплохое, конечно. Только имейте ввиду, что эти документы мне пока ни о чем не говорят. Пока вы не проявите свои навыки, я буду к вам строг и суров. Ни один новичок легко от меня не отделывался. — Я заключила контракт ещё в магистратуре и в качестве наставника рекомендовали именно вас, Дмитрий Георгиевич. Не думаю, что всё будет так плохо. — Вы подождите, Дарья Павловна. Всё ещё впереди. Дегтярёв взглянул на небо, откуда доносился вопль ворон и грачей. — Пойдёмте. У нас ещё полно работы. Дегтярёв спокойно пошёл к огромной каменной арке, открывающей вход на территорию площади. Он шёл неспешно, прямо по почти безлюдной дороге, чувствуя себя свободным на просторе раскатистой площади. Даша смотрела ему вслед, а после просила взгляд на небо, на здание, сквер и на каменного губернатора. На миг он стал суровым и грозным. Его лицо уже не было расслабленным, не было той кроткой улыбки. Лишь презренный взгляд куда-то вдаль. Но девушке казалось, что скульптура смотрела на неё... — Вы долго так будете стоять? Голос майора вытащил Демидову из оцепенения. Она суетливо подбежала к нему и, наравне с напарником, направилась с ним по улице. Кабинет наполнился запахом свежего кофе. Но в воздухе чувствовался запах старины: залежавшиеся папки, пожелтевшая бумага, чёрные чернила и лёгкий аромат древесины. Холодный свет люстры слабо освещал помещение: всюду на стенах висели фотографии, шкафы переполнены книгами и документами. Шторы едва прикрывали ломящийся сквозь окна бледный свет. Дегтярёв стоял у окна с кружкой крепкого кофе. Его веки были слегка опущены, утомлёнными глазами он рассматривал вид улицы с третьего этажа, на котором находился его кабинет. Снаружи как всегда шумел транспорт, люди спешили по делам, где-то вдалеке орали сигналки и стучали колёса трамвая по рельсам. Всё майору казалось серым и тусклым, лишь солнце пыталось как-то осветить этот депрессивный городской пейзаж. Со звоном колокола, что прозвучал во время полуденной службы в церкви, мужчина отвлёкся от раздумий и обратил взор на Демидову. Она не вписывалась в его интерьер. Её не то каштановые, не то рыжеватые волосы, небрежные и короткие, как одуванчик болтались из стороны в сторону. Девушка своими васильковыми глазами внимательно рассматривала книги на шкафу, неловко перемещалась по комнате, не зная куда себя деть. Сама я была хоть и низенькой, но такой одуванчик было трудно не заметить в этой темной комнате или в более людей. В противовес ему стоит Дегтярёв: мрачный, холодный, суровый. Его поведение выражалось в сдержанности, дисциплине. Он медленно и плавно бродил по комнате, слегка покачиваясь, придерживая ровно осанку и расслабив широкие плечи. Дегтярёв присел на кресло за стол напротив Демидовой. Первые несколько секунд тишины были полны напряжения. Даша ждала, пока Дегтярёв поднимет свои глаза на неё, но одновременно и не хотела этого, ведь начался бы допрос, с типичными вопросами и расспросами. — Дарья Павловна, поскольку мне придётся с вами работать, то хотелось бы узнать о вас чуть больше. — Что например? — Ваше происхождение, например. Кто родители, где работают, сколько зарабатывают. Сидел ли кто в тюрьме или имеет сомнительное прошлое. Надеюсь, у вас самой нет с этим проблем? Говорил майор сухо, без нотки иронии, голос не дрогнул, был хриплым и бархатистым. Казалось, что мужчина не шутил, Демидова съёжилась от подступающего дискомфорта, от пристально взгляда майора она всем телом прижалась к спинке кресла и глаза округлились. — А, нет, тут всё чисто. - невзначай сказал майор спокойным голос. Уголки губ Дегтярёва поднялись в ехидной, едва заметной ухмылке. Он так смотрел на Демидову, пока та с растерянностью в глазах сидела и отходила от простого вопроса. — Д-да вы- — Что, Дарья Павловна? Собравшись с силами, Демидова выпалила: — У меня в-всё в порядке с родственниками, в тюрьме никто не сидел. — Успокойтесь, это и так ясно. А иначе бы не взяли. Но меня интересует другое. Дегтярёв скрестил руки на груди, откинувшись на спинку кресла. — Есть ли у вас какие-то иные мотивы? — Мотивы? — Да. Как вы пришли к тому, чтобы...стать следователем? Чем вы руководствовались? Демидова призадумалась. Она в голове продумывала как бы ответить наставнику. Девушка понимала серьёзность этого диалога и что от него зависит и дальнейшее отношение майора к ней. Демидова не хотела выглядеть в его глазах ничего не знающим стажёром, а равным по статусу коллегой. Хоть Дегтярёв и был выше неё, но она не хотела портить о себе первое впечатление. — Знаете, я долгое время думала о том, кем бы я могла стать. Осознание того, что я буду следователем пришло довольно поздно и внезапно. В детстве я любила слушать от отца истории про расследования, про поиск преступников. Когда он ещё был милиционером, то многое повидал и я видела в нём пример порядка и правосудия. А детстве любила читать книги про детективов. Я будто бы становилась непосредственным участником расследований. И всегда подмечала детали. А когда я заявила о своём намерении, то родители были и рады и шокированы одновременно. Вот и поступила в академию сперва на криминалиста, а после в магистр на следователя. — Отец стал для вас примером? Только потому вы выбрали эту специальность? — Нет, не только поэтому. Я думаю, что смогу сделать гораздо больше, чем просто искать преступников. Хочу почувствовать себя частью чего-то большего. Если, конечно, добьюсь того, чтобы этим заниматься. Дегтярёв приблизился к Даше и пристально на неё посмотрел. — Неплохо, Дарья Павловна, но стоит обозначить кое какие моменты. Майор встал из-за стола, прошёлся вокруг него и встал позади Демидовой. — Помните, как вы были на практике пару лет назад? — Конечно. — Так вот. Усложните всё то, с чем вы столкнулись тогда раза так в два, а то и в пять. Начинать свою работу вы будете с малого. Никаких лишних телодвижений и поспешных решений. Дегтярёв легонько хлопнул по плечу Демидову и подозвал к окну. Незаметно для самой девушки на улице уже стемнело. Город озарился фонарями, ветер завывал меж улиц, легонько ласкал штору. Но небо всё ещё было сероватым, а по нему плыли уже чёрные облака, скрывавшие восходящую Луну. А под её холодным светом всё также гудели машины, разгуливали прохожие и стучали колёса трамвая. — Дарья Павловна, вы... хотите всего этого? — Да, Дмитрий Георгиевич. Если бы я не была уверена в своём решении, то не стояла бы тут. — Тогда имейте ввиду, что вам придётся усердно работать. Никаких поблажек или исключений. Вам всего-то нужно слушаться и выполнять свои обязанности, в частности писать отчёты и проводить допросы. Остальную грязную работу я беру на себя. Демидова посмотрела на профиль Дегтярёва: жесткие черты лица его освещались тусклым светом, пока всё остальное было в тени. Глаза его серые светились, из рта выходил тёплый воздух. Он не смотрел на девушку, но чувствовал на себе её кроткий любопытный взгляд. Он резко повернул голову и сказал ехидно: — Всё ещё не отказываетесь от должности? Демидова хитро ухмыльнулась. — Даже не пытайтесь меня переубедить.