I'll be back!
31 декабря 2025 г., 15:05
Их история началась спонтанно.
Сначала в класс перевели новенького парнишу. Всего седьмой класс, а его уже успели исключить из прошлой школы, но не из-за ужасного поведения, дурных привычек или буллинга, а из-за банальных пропусков и вследствие этого плохой успеваемости. Сам по себе парень не имел плохих рекомендаций в плане "задира; грубит учителям; не слушает на уроках." или что-то такое. Но это не мешало Дилану ненавидеть этого парня: раздражение вызывало его дружелюбие. Первый день, а этого парня знает уже весь класс и несколько людей из параллельных! Как такое вообще возможно? У него когда-нибудь садится социальная батарея, или она бесконечная? Или он тот самый экстраверт, который «заряжается» во время общения с людьми? Любой вариант отвратителен, потому что этого прилипалу посадили за одну парту с ним. За что?! В классе есть ещë несколько свободный мест ближе к доске, так почему этот весëлый угаран посадили именно к нему – за четвëртую парту, к интроверту, который едва ли с кем-то вообще общается?! Но постепенно лëд таял... Медленно, иногда даже слишком, а бывали моменты, когда он снова замерзал и причинял боль своим холодом, но со временем всë изменилось. Никто в классе не понимал: каким образом главный хикка и жизнерадостный экстраверт стали лучшими друзьями? Это так стереотипно, но остаëтся фактом. Лучшие друзья.. По крайней мере, так считали те, кто не общается близко с этими двумя, ведь настоящие друзья парней прекрасно видят, насколько они близки. Это уже не обычная дружба, а что-то близкое к отношениям. Дилан, словно прирученный кот, ластился к Лололошке. На людях, конечно, старался этого не делать, но в круге близких людей даже не пытался себя сдерживать, открыто показывая свои чувства. Их «дружба» продолжалась до самого одиннадцатого класса. За четыре года к ним присоединился и Ричард – сначала все считали его грëбанным нарциссом, который не воспринимал общество вокруг за людей и постоянно снимал свои пранки, из-за чего даже собирались поднять вопрос о его исключении, но родители-учителя отмазывали своего сына каждый раз... А затем появился Лололошка. Не сразу, но со временем пранки прекратились: вместо этого парни стали прогуливать уроки, иногда втягивая с собой и ребят из класса, но ничего криминального не было.Наверное...
Самым опасным, что случалось за эти четыре года, было лишь попадание Лололошки в больницу. Этот парень никогда не жалел своë тело и, полный смелости, отправлялся в любые «путешествия», но в этот раз он превзошëл самого себя : сиганул с третьего этажа! Нет, он не пытался совершить самоубийство, а просто убегал от бездомного, который оказался ну вот очень недоволен, что в его***
— Ребят, да нет здесь никого, я вам отвечаю! — послышался озорной голос где-то впереди, но его владельца не было видно из-за позднего времени суток. И какого чëрта они вообще согласились на это? — Ло, ты ведь понимаешь, что каждый раз после этих слов происходит какая-то чертовщина? Особенно, если они озвучены тобой. — недовольно пробубнил тот, кто неохотнее всего согласился на эту авантюру - Дилан. — Ну.. В этот раз точно ничего не будет, я чувствую это. — попытался как-то оправдаться Лололошка, неловко почесав затылок. Почему-то ему было стыдно только перед Диланом. Но Дилан не ответил, а лишь закатил глаза и подумал «— Чувствуешь ты только приключения на свою голубую задницу». — Лучше бы это правда было так.. — боязливо прошептала Шэрон. Она, кажется, была второй по списку людей, кто не хотел сюда идти, но уговорили. Она вообще не была из того типа людей, кто любит приключения или подобные прогулки, тем более поздним вечером. — Это, конечно, хороший опыт ради моей книги, но я всë ещë боюсь!.. — Да ладно тебе, всë будет хорошо! — обняв девушку за плечо, весело ответил Ричард. Он же был как раз из тех людей, кто охото согласился на эту затею. Родители, конечно, против, но можно ведь и не предупреждать их, верно? Главное, чтобы не влетело потом. — Вот и я о том же! Хотя бы Ричард верит мне. — задорно улыбнувшись, заговорил Лололошка. Дилан на это лишь цокнул и закатил глаза, убирая руки в карман своей толстовки. Вечером уже и прохладно совсем стало, осень всë-таки. И вот почему именно после этих слов послышался хруст какой-то ветки за спиной? Не в лесу вроде, да и в фильме не снимаются, а жуткий момент всë равно имеется. Это всë Лололошка! Вечно он притягивает к себе приключения, о которых даже мечтать не придëтся – в кошмаре обязательно увидишь. — Р-ребят? — позвала парней Шэрон, моментально отреагировав на шорох, который был чуть ли не у неë за спиной! Ну кто такого не испугается вообще?! — Это... Че щас было? — остановившись, спросил Ричард и медленно посмотрел назад. Из-за темноты видимость была едва ли не минимальная, спасал только фонарик на телефоне. Посветив фонарëм в сторону звука.. — А-А, БЛЯТЬ! БЕЖИМ! — крикнул он и стартанул так, словно всю жизнь бегом занимается, а не книжки читает с утра до ночи. После такого крика, конечно, Шэрон не осталась в стороне – она побежала вслед за Ричардом, уже чуть ли не плача от страха, хотя даже не успела посмотреть назад. Было слишком страшно оборачиваться, вдруг там лицо какого-то особо разыскиваемого маньяка?! Дилан только и успел схватить Лололошку за рукав его толстовки и побежал за друзьями, но этот парень видимо не знает поговорку "любопытной Варваре на базаре нос оторвали", из-за чего затормозил и не побежал следом, а остановился, глядя назад как истукан. Ну какой адекватный человек после крика "бежим!" и визгов девушки встанет на месте и будет смотреть туда, откуда прямо сказали валить?! — Ло, не тупи, побежали! — раздражëнно шикнул программист, вновь потянув друга на себя, но тот прижал палец к губам, явно показывая не шумать, что Дилан и сделал, но не удержал себя от того, чтобы не скорчить недовольную рожу. — Если мы тут сдохнем – вина на тебе, запомни. — шëпотом сказал он и остановился, стараясь не создавать лишнего шума, пока Лололошка всматривался в темноту. «Спокойствие» оказалось коротким удовольствием, ведь стоило Лололошке только посветить перед собой, как он увидел грязную физиономию бомжа, что было очень даже неожиданно и устрашающе в такой ситуации. Именно поэтому он не медлил ни секунды, а сразу потянул Дилана за рукав и побежал в сторону лестницы вниз – именно туда ушли Ричард и Шэрон. — Слушай! — начал объяснять свой «гениальный» план хренов путешественник, не прерывая бег. — Я сейчас побегу на него и отвлеку внимание, после чего буду водить по темноте и оторвусь, а ты беги дальше! — Ты с дубу рухнул?! Он тебя поймает! — возмутился Дилан такому плану, на секунду обращая свой взгляд на Лололошку, чтобы тот чëтко видел отказ от такой идеи. — И так успеем убежать! — А если нет?! Со мной всë будет в порядке! — сказал Лололошка и.. Отпустил руку Дилана. «Это пиздец.» — пронеслось в голове у парня, когда его друг резко развернулся и побежал обратно, но времени придумывать план по спасению не было, так что пришлось прислушаться к безумной идее и бежать к остальным. Следуя своему плану, Лололошке удалось отвлечь внимание неизвестного мужика на себя, но он не учëл один факт – голодный волк сильнее сытой собаки, а значит и бомж сможет догнать паренька, который недавно только в девятый класс перешëл. Именно в этот момент в его голову пришла новая идея – ещë «лучше» предыдущей (нет). С улицы уже слышался голос Ричарда, который переживал за своих друзей, но вскоре затих. Скорее всего, Дилан вышел из здания. Именно голос Ричарда помог Лололошке сориентироваться и найти подходящее окно – стекло разбито достаточно, сторона подходящая, высота приличная. Секунда, и под ногами уже не ощущается никакого холодного бетона, а мужик за спиной орëт что-то нечленораздельное. Ещë секунда и руки ощущают сырую землю, а от ноги слышится хруст, пока друзья шокированы происходящим. Что было дальше лучше не знать, ведь досталось всем достаточно, чтобы эту историю больше никогда не вспоминать.***
Этот случай не единственный, но определëнно самый громкий в школе, ведь после этого директор лично ходил по всем классам и проводил воспитательную беседу, таская за собой Лололошку и показывая всем на его сломанную ногу, тем самым давая пример последствия, если заниматься безрассудством. Благо, Лололошку за такое не отчислили, хотя и собирались. Посчитали, что приобретëнной школьной популярности ему будет достаточно, чтобы усвоить урок. Ошиблись, но не до конца. Сломанных конечностей больше не было, но было отравление.***
— Блин, я чет так проголодался... — сообщил Ричард и положил руку на живот, слушая его урчание, которое, кажется, слышал весь район, если не весь город. — О, тут недалеко яблоня растëт. Может сорвëм яблок и поедим? — предложил Лололошка. Вроде приезжий, а район знает лучше, чем его коренные жители... — Чуваки, я не думаю, что есть яблоки с дерева, которое растëт рядом с проезжей частью – хорошая идея. — подал голос Дилан, даже не отрываясь от телефона. Несмотря на наушники, своих друзей он всë же слушал. — Да ладно вам! Я уже сто раз яблоки с неë ел, но, как видите, жив-здоров. — возразил Лололошка, хлопая по своему животу, но из-за этого послышалось лишь очередное урчание голодного живота Ричарда. — Тц! Ладно, показывай свою яблоню! Есть хочу до ужаса, а родаки опять денег зажмотили.. — недовольно буркнул Ричард, хмуря брови. Такое случалось часто. Строгие родители – горе для активного ребëнка. Ну или наоборот. — А может просто стоило смотреть порнушку с режима "инкогнито" в браузере, не думаешь? — усмехнувшись, напомнил Дилан и оторвал взгляд от телефона, из-за чего Ричарду только более стыдно стало, ведь ситуация то реально была. Кто ж знал, что они даже историю его браузера проверяют? Откуда вообще доступ?! — Дилан! Тише говори, вдруг кто-то услышит! — сразу же отреагировал Труман, нервно оглядываясь по сторонам, но улица была относительно пуста. В такое время все заняты – кто на работе, кто на уроках, а эти парни решили прогулять. — Да и вообще, ты обещал не шутить на эту тему.. — Ха-ха, Ричард, но Дилан же прав! — посмеявшись, вновь подал голос Лололошка. Он вообще подобным не интересовался и не понимал, почему подростков так интересуют видео с голыми женщинами. Может проблема в нëм? — Ло, и ты туда же?! Это предательство! — чуть ли не взвыл Ричард, понимая, что даже асексуальный друг над ними прикалывается. — Прости-прости! — не переставая тихо посмеиваться, извинялся Лололошка, пока Дилан снова уткнулся в телефон. — Кстати, а вот и яблоня. — перевëл тему он, показывая на дерево. И правда возле дороги. — Это же.. Точно безопасно? — поинтересовался Труман с подозрением косясь на несчастное дерево. Какой изверг вообще додумался сажать яблоню возле проезжей части? — Я не горю желанием повторить историю Белоснежки и уснуть вечным сном от одного укуса красивого яблока. Тем более, где мои семь гномов и принц на белом коне?! — А ты и недостаточно белый, чтоб Белоснежку косплеить. — снова усмехнулся Дилан, поднимая взгляд на яблоню. Красивая на вид, явно ухаживают, но место и правда ужасное для такого дерева. — Эй! Я не виноват, что у моих родителей есть деньги на отпуск в Сочи! Это просто загар. — обиженно буркнул Ричард. У него в принципе кожа не такая белая, как у Дилана, так ещë и легко поддаëтся загару, поэтому после каждого отпуска на море его ждут родные шутки про шоколадку. Или не шоколадку... А пока друзья разбирались, кто из них больше достоин роли Белоснежки, Лололошка уже полез на дерево. Навыки, кажется, абсолютно во всëм поражали, но становились уже привычными. Собрав несколько яблок в карман любимой толстовки, он слез с дерева и вернулся к парням. Протерев яблоко от пыли своим рукавом, Лололошка протянул его Ричарду. — Вот. Яблоки здесь зелëные растут, так что могут быть немного кислыми. — сразу предупредил он и отдал яблоко, после чего взял следующее и снова протëр, желая дать его Дилану, но тот жестом отказался. — О, так это же круто! Обожаю зелëные яблоки. Они намного лучше красных на вкус. — сказал Труман и охотно принял яблоко, делая первый укус. Фрукт оказался действительно более кислым, чем обычные магазинные, но хуже от этого не становился. — Да ты вообще всë зелëное обожаешь. Глядишь, после совершеннолетия и сам зелëным станешь. — прокомментировал Дилан, не поднимая взгляд от экрана. Что он вечно там интересного такого находит, раз даже гуляет и не отрывается от телефона? Или это обычная зависимость? Лололошка лишь хихикнул, жуя откусанный кусок яблока, а Ричард недовольно закатил глаза, но не стал обременять себя ответом, ведь сейчас еда была ему дороже перепалки. — Фтати, а фто ты там фефно фмотриф? — спросил Лололошка, наклоняясь к телефону Дилана, но даже не удосужился проглотить яблоко, прежде чем говорить. — Прожуй сначала, а потом говори. Я марсианский не понимаю. — ответил Дилан, поднимая взгляд на друга, но отходить не стал даже несмотря на слишком маленькую дистанцию между ними. Обычно он сохранял дистанцию два метра от людей, но для Лололошки сделал исключение. Сначала это исключение, правда, заключалось в дистанции четыре метра, а не два, но потом сокрытилось до нуля. Возмущëнный этим фактом, Ричард тоже подошëл к Дилану, желая хотя бы взглянуть в его телефон и узнать, что же там такого интересного. Небось читает какую-то манхву про любовь! — Эй, а ты-то куда полез? — возмутился Дилан и толкнул Ричарда в бок, чтобы тот отстал, но в итоге случайно толкнул и Лололошку, из-за чего у того упало яблоко. — Блин.. — расстроился он и поднял яблоко с асфальта, но когда посмотрел на яблоню, то понял, что подниматься за ещë одним яблоком не хочет. — Ля, чувак, извини. Давай я лучше тебе в магазине яблоко куплю? — сразу же извинился Дилан, словно не яблоко упало, а что-то дорогое, так ещë и разбилось. Может, сердце Лололошки? — А как же я?! У тебя были деньги, а ты даже не захотел помочь мне, своему любимому лучшему другу, и купить яблоко? Жмот! — воскликнул Ричард и обиженно сложил руки на груди, но продолжил есть своë яблоко. — Ты и не просил. Тем более, мы не лучшие друзья. Буду я на тебя деньги свои тратить. — закатив глаза, ответил Дилан, но, очевидно, это была шутка. Они все были лучшими друзьями и ничего не жалели друг для друга, всегда выручая, но деньги иногда всë же жмотили... — Ребят, давайте не будем ссориться. — вклинился в диалог Лололошка, достав влажную салфетку из бог-знает-откуда и протëр своë яблоко. — Не нужно мне ничего покупать, всë окей. — Ты уверен, что протирать откусанное яблоко влажной салфеткой – безопасно..? — спросил Дилан, глядя на яблоко с таким подозрением, словно оно украло у него тартар. Ричард же никак это не прокоментировал, продолжая строить из себя обиженного, но по его взгляду было видно, что он придерживается одного мнения с Диланом. — Да всë нормально будет, я и не такое ел! — усмехнулся Лололошка и продолжил есть.Нормально не было.
Буквально вечером ему стало плохо – постоянно тошнило, даже есть нормально не мог. Лицо бледное, словно призрак, а самое главное.. Вялость. Лололошка был таким вялым, что даже страшно становилось, ведь этот человек, казалось, даже во сне не переставал двигаться (поэтому на утро одеяло и подушка всегда оказывались на полу). Мама была в полном замешательстве, так что скорее потащила сына к дежурному врачу. Отсидев очередь, выяснилось, что это пищевое отравление.***
И таким образом дружба с Лололошкой никогда не была скучной. Почти на каждой прогулке что-то происходило, будь то драка с бомжом за бутылку пива в магазине (Лололошке она не нужна, ему даже не продадут алкоголь) или открытие «нового» района в их городе, где люди оказывались не самыми дружелюбными. Только богу известно, каким боком Дилан стал ближе к Лололошке, если они полные противоположности. Но, наверное, просто подействовало правило "противоположности притягиваются"? Иначе это никак не объяснить. Но их близость не ограничивалась дружескими отношениями. Сначала, конечно, Лололошка не понимал, что так часто обниматься со своим другом и получать от него поцелуи или даже редкие засосы на шее – неправильно, но после объяснений Дилана всë осознал. Он никогда не испытывал неприязни, если это был Дилан. Только Дилану было можно. Только от Дилана было приятно. Лишь бы Дилан оставался рядом. Так их отношения перешли на новый уровень. Они стали проводить больше времени вместе, праздновали вдвоëм некоторые праздники, шутили локальные шутки, дарили подарки даже без повода, а иногда гуляли за ручку, как «сопливая парочка» (со слов Дилана). Но именно из-за этого отношения были замечены старшим братом Лололошки – Джоном. Джон – успешный учëный в области медицины и искусственного интеллекта, подающий большие надежды на развитие ИИ в медицине, но в то же время он являлся ярым гомофобом.Именно эта гомофобия погубила чужие отношения.
Джон, имея достаточно финансов, по окончанию Лололошкой одиннадцатого класса неожиданно заявил, что тот будет поступать в университет за границей. Обучение уже оплачено, а значит отказываться нельзя. Более того, «заботливый» старший брат уже купил билеты на вылет, чтобы его любимый братик успел адаптироваться к новой стране ещë до начала учëбы. Это стало ударом для Лололошки. Он не хотел уезжать, но и разочаровывать своего брата тоже не хотел. Он понимал, что брат желает ему счастья, поэтому так вкладывается в его обучение, но почему так внезапно? Почему не поговорил с ним, а решил всë сам? В этом был весь Джон – всегда решает всë сам, считая, что он лучше знает что нужно другим, особенно его брату. Для Дилана это стало концом. Концом для их отношений, концом для социальной жизни, концом для всего. Лололошка занял слишком высокое положение в его сердце, чтобы его можно было так легко отпустить. Конечно, они могли бы общаться по переписке.. Но разве переписка сможет заменить живое общение? Их прогулки? А как же бесконечные прикосновения, поцелуи? Этого не будет ближайшие несколько лет, пока учëба Лололошки не закончится. Конечно, если Джон не отправит его ещë куда-то, лишь бы ограничить общение с Диланом. Встретиться перед вылетом было очень сложно, но они нашли на это минутку. Дилан не смог уснуть в эту ночь, поэтому приехал даже раньше, чем нужно было. Но именно благодаря этому Лололошке удалось всë же сбежать от своего брата на несколько минут и встретиться с возлюбленным в туалете аэропорта. Эти объятия были самыми крепкими, а поцелуи были такими же горячими, как и слëзы на щеках. Расставаться не хотелось, но выбора не оставалось. Джон придумал бы ещë более ста способов разлучить парочку, но никто не обещает, что они будут безопасны или законны, так что лучше согласиться на это, чем получить более жестокое решение.***
Было тяжело. Ужасно тяжело и сложно. Жизнь обоих парней бесконечно менялась и они старались сохранять контакт, но на расстоянии это было всë сложнее, а годы шли. Воспоминания школьных времëн уже не имели такой ценности, как раньше, но всë ещë оставляли теплый отпечаток в душе. По крайней мере у Лололошки. Дилану было безумно тяжело вспоминать это после того, как их жестоко принудили поддерживать отношения на расстоянии, ведь прикосновения были главной составляющей их отношений. Без этого было тяжело сохранять эмоциональную близость, а потому ссоры становились всë более частым явлением в их отношениях.А затем и отношения пришлось разорвать.
Появилось ощущение, словно они слишком разные люди, чтобы быть вместе. Один – заядлый нëрд, постоянно проводивший время дома и кодивший программы или сайты на заказ. Учëбу в университете он посещал, но пропуски или опоздания стали настолько частым явлением, что даже преподавали привыкли. Главное – студент изучал материал и хорошо сдавал зачëты. У Лололошки же всë было не так хорошо. Он пропускал учëбу, как и раньше, но его пропуски никто не одобрял. Ему постоянно прилетали выговоры, а в какой-то момент даже грозили отчислением, из-за чего пришлось восстановить посещаемость и время на общение сильно сократилось из-за нагрузки. Как на зло, Джон выбрал университет с высокой нагрузкой, где ты и вздохнуть лишний раз не сможешь – времени не будет. Так общение и сошло на «нет». С Ричардом Лололошка всë ещë поддерживал связь, но с Диланом.. Уже нет. Это было сильным ударом, но было достаточно редких рассказов Ричарда о том, как проходит их время, ведь парни учились в одном универе. Печально лишь то, что Дилан снова отдалился от людей и даже стал меньше общаться с Труманом. Все знали его как главного токсика университета и старались не общаться. Но и у каждого плохого эпизода есть свой конец, который становится началом чего-то хорошего. Этим стало возвращение Лололошки в родной город. Сначала он не говорил об этом, но чем больше выходил на улицу, тем чаще его посещали воспоминания о школьной дружбе, из-за чего он и написал Ричарду. Постепенно они придумали план – Лололошка придëт в блогер-хаус, где жили Дилан и Ричард. Дилан, конечно, долго отнекивался и говорил, что ему нормально живëтся и в общежитии, но всë же согласился, когда у него началась аллергия на один из цветков Карла. Прийти Лололошка должен был на Новый год, Ричард как раз пригласит его и скажет всем в хаусе, что позвал друга, но кого – не станет уточнять. Так и поступили. Даже Дилан не стал спрашивать, что это за «друг» и почему он его не знает – сам уже понимал, что у Ричарда своя жизнь, где появились свободные места для новых друзей. Лололошка пришëл ближе к бою курантов. Если точнее – за минуту до этого. Ему пришлось стоять всю эту минуту на пороге в мороз, потому что Ричард уговаривал именно Дилана открыть дверь, но тот отнекивался. Когда времени оставалось совсем мало, как и терпения, Дилан всë же пошëл открывать эту несчастную дверь гостю, громко топая, чтобы показать, как он недоволен, но всю злость как ветром сдуло, когда на пороге он увидел его – Лололошку. С пакетами в руках, красными от холода щеками и неловкой улыбкой. Стал выше в росте, лицо немного вытянулось, но глаза оставались такими же горящими своим голубым светом. Совсем не такими холодными, как голубые глаза Дилана. Пришëл в себя он лишь тогда, когда услышал бой курантов в зале. Опоздали. Но разве это важно, как перед тобой тот, по кому твоя душа страдала столько лет? Вовсе нет. Не закрыв за собой дверь и не надев банально куртку, Дилан накинулся на растерянного Лололошку с объятиями. Ни слов приветствия, ничего. Только крепкие объятия и зимний мороз. — С Новым годом, Ди.. — прошептал Лололошка, приобнимая парня свободной рукой, хотя было неудобно, ведь пришлось держать два пакета с подарками в одной руке. — Мог хотя бы предупредить, идиот... — именно такой ответ был озвучен, но едва ли слышен. — Заходи скорее, я замëрз. — пробубнел Дилан и отстранился, заходя скорее в дом. Лололошка не ответил, лишь усмехнулся. Он стал менее разговорчивым за эти годы, но чувства к Дилану не утихли, а словно хлынули новой волной. Пройдя в дом, он снял обувь и куртку, но шарф оставил на шее и прошëл в зал, где его встретили новые лица и Ричард, который хитро улыбался. — Всем привет, ребят! Я Лололошка. — с улыбкой представился он, пока Дилан оставался за спиной. Это было очевидно даже другим, но не потому что его было видно, а потому что знакомые руки обнимали Лололошку за талию. — Приветик! Я Клео, рада знакомству! — предствилась рыжая девушка, пока брюнетка рядом с ней недоверчиво глядела на нового знакомого. И чего она так? Не любит людей, как и Дилан? — Я Глен, а это Тим. Он у нас слегка сумашедший, про автоматонов бредит, но ты не обращай внимания. Он хороший парень. —заговорил блондин, представляя и парня рядом с собой, который тоже косо смотрел, как и брюнетка, но не на Лололошку, а на Дилана. — Я Брайана, для друзей просто Брай. — всë же представилась та брюнетка и вздохнула, словно решила что-то для себя. После этого началось празднование. Все дарили друг другу подарки, даже Лололошка подготовился, но у Дилана не нашлось для него подарка. Когда все закончили обмениваться поздравлениями, он увëл шатена за собой в ванную комнату и запер еë на замок, после чего не дал сказать ни слова, заткнув поцелуем. Такой долгожданный поцелуй, что даже не верится в его реальность. — Извини, что без подарка на этот новый год. Я уже и не надеялся, что увижу тебя.. — тихо, с явным сожалением в глазах, сказал Дилан, как только отстранился, но Лололошка обнял его за плечи и не дал отойти далеко. — Ничего страшного. Ты – мой подарок, Дилан. — с улыбкой произнëс он и поцеловал парня в щëку, смущая лишь сильнее. — Не говори глупостей, Ло. — пробубнил программист, прикрывая глаза под поцелуем. — Завтра поедешь со мной в ТЦ, купим тебе подарок. — Ладно, ладно. Но сейчас давай не думать об этом. — тихо предложил Лололошка и снова поцеловал, закрывая глаза.Это определëнно самый лучший Новый год для них обоих.
