Что-то не так

      Майк громко и быстро шел по уже надоевшей радиобудке. Каждая мышца в теле была напряжена до предела, а тревога засела настолько глубоко в душе, что уже стало тяжело вспомнить последний спокойный и счастливый момент. Воздух прерывисто поступал в легкие, а сердце сжималось каждые несколько минут. Все мысли были погружены в предстоящее задание, в разрозненные идеи и теории об Изнанке и другом мире, а что-то внутри постоянно и настойчиво повторяло одну и ту же мысль: «Что-то не так».       Что не так? Майк не мог понять до конца. В целом, не так могло быть примерно все в его чертовой жизни. Он уже даже не уверен, что был хоть один момент, не окрашенный в синеватые или красные цвета тревоги, печали и этой злоебучей Изнанки.       Последние недели были наполнены ужасными событиями, как будто бы соревнующимися по силе влияния на парня. Что ж, будь Уиллер героем комикса или сериала, фанаты были бы в восторге от неожиданных сюжетных поворотов. Они ставили бы ставки, выкупали кассеты с новыми частями, устраивали бы встречи для обсуждения дальнейшего развития сюжета. Как жаль, что Майк не герой дурацкой вымышленной истории. Как жаль, что Майк не герой.       Хоппер наконец вышел на связь. Его голос был до омерзения пустым. Просто набор резких слов, окутанных затаенным волнением и тихим отчаянием. Пару лет назад, в порыве какой-то тупой злости и раздражения, Уиллер даже желал ему чего-то дерьмового, чтобы его злобная и саркастичная усмешка спала хотя бы на минутку. Сейчас Майк хотел только удариться головой об стену за все глупые вещи, которые он когда-то наговорил или подумал. Никогда еще они не были так близки к смерти, никогда еще так не хотелось извиниться перед всеми за все слова, сказанные раньше, никогда еще так не хотелось обнять маму, Холли, Нэнси, друзей. И Уилла.       Майк слегка нахмурился и подошел к закрытой двери. Оттуда доносились голоса, но он не мог услышать ни единого слова. Парень остановился и глубоко вздохнул. Если честно, то большая часть его переживаний и смутных опасений были неразрывно связаны с Уиллом. Неприлично много времени было посвящено размышлениям о друге. Да, каждый по-своему переживал за Байерса. Это стало что-то типа общей фишки в команде. Он всегда страдал больше, чем кто-либо, хоть и ненавидел это признавать.       В голове быстро, словно ураган, проносятся последние события: яркая и неотразимая уверенность Уилла, проявление его сил, отблеск печали и какой-то искры в глазах после, отчаянное желание влезть в самую гущу событий и, как итог, очередная ловушка Векны. Транс. Майк до сих пор помнит то до боли знакомое чувство липкого ужаса и пустоты, которое накрыло его с головой в момент, когда Уилл потерял сознание.       Джойс тогда ни на шаг не отходила от сына, а все, что мог Майк, это снова глупо и бесполезно ходить рядом, стараясь обуздать свое невыносимое желание просто сидеть у кровати и нести всякий бред. Уиллер даже попробовал, пока его не стало тошнить от чувства дежавю и пугающего желания схватить Уилла за руку.       Если говорить честно, за руку Уилла хотелось брать часто. Раньше. До его пробуждения. Стоило радоваться, наверное, что это желание физической близости исчезло, но Майк рад не был. Эта тяга коснуться была хоть странной и неправильной, но стабильной составляющей жизни. Просто еще одной особенностью того спутанного комка эмоций, который рос в Майке уже довольно давно. Что-то не так.       Майк слегка прикусил щеку изнутри и все же открыл дверь, слишком громко и поспешно входя внутрь. Ой.       Взгляд наткнулся на тех, кого он в общем-то и искал. Они смотрели на него так, будто бы он только что прервал что-то очень личное и важное. Слезящиеся глаза Уилла были широко распахнуты и устремлены на него. Ой. Майк несколько раз моргнул и поспешил открыть рот: - Ой, извините. Там Хоп вышел на связь. Он уже почти на месте. Нам скоро нужно выдвигаться.       Слова дались тяжело, мозг был сконцентрирован на анализе происходящего. Заплаканный Уилл, встревоженная и напуганная Джойс. Что вообще происходит? Внимание снова переключилось на Уилла. Почему он так смотрит? Стало как-то некомфортно. Что-то не так. - У вас все хорошо?       Быстрый и формальный вопрос, за которым скрывалось не только волнение, но и небольшая подозрительность. Резко захотелось снова стать частью этой истории. Той истории, где Байерс всегда мог довериться не только семье, но и самому Майку, своему первому и лучшему другу. Той истории, которая уже вряд ли когда-то повторится, оставшись еще одной проебанной главой счастливого и значимого прошлого. - Дай нам пару минут, - Джойс умела своими словами попасть в самое нутро. Он больше не часть их жизни. Теперь он просто часть команды, тот самый хороший знакомый.       Слабо кивнув, Уиллер резко разворачивается и собирается вылететь из комнаты. Будет о чем подумать перед смертью на той стороне. Тоже результат. - Стой! – резкие слова словно потоком ветра доносятся до слуха. Не заботясь о том, как он выглядит, Майк порывисто оборачивается, снова сталкиваясь взглядом с Уиллом, - Ты тоже должен знать.       Слова Байерса что-то взрывают у него в сердце. Как будто дышать на секунду стало легче. Он тоже должен знать. Детская радость появляется внутри, откидывая назад все сомнения. Всего на мгновение абсолютно все сдвигается на задний план, оставляя только теплую благодарность напополам с тревогой. - Все должны знать, - Уилл произносит это как-то отчаянно. Вынужденно.       В ту же секунду в голове Уиллера красными буквами вспыхивает множество вопросов. Что знать? Все должны? Это связанно с Изнанкой, с Векной, с его силами, с его трансом? Смятение явно проступает на его лице. Что-то не так.       Майк молча выходит из комнаты. Если Уилл хочет собрать всю команду и прояснить что-то, то так тому и быть. Даже если хотелось снова стать кем-то особенным. Тем самым единственным, кому можно рассказать секрет. А это явно будет он, Уиллер даже не сомневается.

***

      Со своей задачей Майк справляется отлично. Уже через 7 минут все находились в комнате. В глазах у каждого плескались усталость и яркий огонь волнения. Что-то важное от избранного или проклятого Уилла Байерса явно имеет смысл и ценность для дальнейшего построения плана.       Уиллер сидит рядом с Партией, недалеко от Уилла. Все еще это кажется правильным и естественным. Смешно. Уже давно нет их Партии, уже давно Уилл не нуждается в поддержке и помощи от Майка. Суровая реальность, которая до сих пор усваивается с большим трудом и жжением где-то под сердцем.       Байерс напротив ведет себя до ужаса дергано и тревожно. Каждое его движение пропитано неуверенностью и чем-то незнакомым. Что-то не так.       Майк трясет головой и полностью концентрируется на лице друга, впитывая каждое сказанное слово.       Уилл говорит что-то о том, что он другой, но такой же. Но другой. Он торопливо произносит слова, путается в них, постоянно дергает рукава кофты. Весь он какой-то... Майк просто не может понять. Все переставало казаться реальным. Он смотрит Байерсу в глаза, потом на кофту, руки, волосы, кофту, руки. Он действительно другой. Что-то не так.       Майк видит, что Уилл смотрит на него и бездумно резко улыбается, чтобы придать уверенности, но тут слух резко цепляется за обрывок фразы: - …и мы любим гонять за молочными коктейлями. И мы любим блуждать по лесу…       Что? О каких молочных коктейлях вообще идет речь? Это он сейчас про Партию говорит? Майк растерянно моргает и слегка сжимает челюсть. А еще они любят блуждать в лесу. Сомнительная информация, с учетом того, что последняя прогулка в лесу была на неделе, когда они отчаянно и долго пытались найти Уилла, действительно блуждая, но вряд ли радостно или неспешно. Майк слегка съеживается и смотрит на Лукаса. Тот быстро бросает взгляд на Дастина. Ладно, значит Майк не один заметил несостыковку. Что-то не так.       Дальше все идет неплохо. Каждое сравнение и перечисление уже не противоречит правде, но все еще что-то не дает покоя. В какой-то момент Уилл больше не может сформулировать мысль. Майк напрягается и слегка наклоняется вперед. физически тяжело видеть Байерса таким напуганным и потерянным. - Мне лишь не нравятся девушки… - Уилл на выдохе произносит это и его взгляд устремляется прямо на Майка, который забыл как дышать.       Шок и полная дезориентация накрывают с головой. Уиллер выпрямляется и несколько раз моргает. В голове проносится воспоминание, которое он хотел бы вырезать из своей головы уже не один раз. Он даже может почувствовать запах озона и полного смятения в воздухе. Уилл испуганно озирается по сторонам, а Майк не может понять. Неужели это Байерс хотел им сказать? Всем? Что за бред. Он, конечно, всегда старался быть искренним с другими людьми, но так? Уилл не мог хотеть сказать каждому в этой комнате. Не это.       Майка захлестывает чувство вины. Он не так его понял? На кой черт он позвал сюда Мюррея, Кали и Кларка? А всех остальных? Уилл точно хотел именно так раскрыть то, что явно сидело в нем годами? Что-то не так.       Уиллер метает взгляд на Джойс и Джонатана, пытаясь за секунду считать эмоции. Сейчас они кажутся полностью погруженными в слова парня. Ладно, видимо это проблема Майка. Он просто снова не может обратить внимание и поддержать своего друга. Идиот. Нет смысла сейчас надумывать всякий бред. - И вот я однажды втрескался в кое-кого, хотя я понимал, что ничего не будет…       Блять, что? Тяжело было понять какая из двух мыслей быстрее появилась в голове. Во-первых, втрескался? Какое стремное слово для такого теплого и глубоко чувствующего Уилла. Оно больше подходило для каких-то тупых баскетболистов в пропахшей потом раздевалке. Во-вторых, Байерсу кто-то нравился? Этот вопрос отдавал чем-то гулким внутри. Чувство, испортившее встречу в аэропорту, испортившее трубу на военной базе, испортившее кучу незаконченных писем. Оно не имело названия, оно было чем-то одновременно до одури теплым и болезненным. До сих пор Майк не стремился его ни принимать, ни анализировать. Потому что времени не было. Или смелости. - Я понял, что это просто мой Тэмми, - Уилл уже не мог успокоиться, его поток слов был смешан с постоянными слезами и попытками дышать.       Кто такой Тэмми? Майк непонимающе проследил за взглядом Байерса. Он пересекся с широкими и одобряющими глазами Робин Бакли. Что ж, видимо его догадки были не верны. Робин не была объектом симпатии Уилла, но кем тогда? Просто другом, который стал резко важен и нужен? А может наставником? Майк умел складывать очевидные факты. Еще в больнице Уиллеру показалось, что Викки и Робин стоят слишком близко, шепчутся слишком тихо, касаются друг друга слишком часто. Скорее всего, они вместе. Наставник. Ладно. - Хотя Тэмми тут вообще не при чем, конечно.       Конюшня, блять. Шестеренки в голове Майка начинали крутиться все быстрее. Несколько бессонных ночей давали о себе знать, но его погруженный в стресс мозг научился концентрироваться до противного четко. После их финальной битвы он либо сдохнет, либо поедет лечить голову. Тэмми не при чем. Значит это просто сравнение. Аллюзия. Зачем он вообще вспомнил это слово. Но этот факт же не меняет того, что Уиллу кто-то нравился. Почему-то сейчас было важно понять. Какие еще намеки мог дать Уилл? Он явно не забыл их диалог под дождем. Само признание звучало как конец самой тупой фразы Майка за всю жизнь. Ладно, была еще фраза о том, что Уилл испортил им с Оди весь день. Оди. Калифорния. Картина.       Что-то внутри напряглось. Это было похоже на снятие пистолета с предохранителя. «Она так отличается от других людей…а когда ты не такой как все, то чувствуешь себя ущербно…ты заставил ее чувствовать себя не другой, а особенной…ты нужен Оди, Майк». Черт. Черт, черт, черт. Ну конечно. Картина их Партии от Оди? Какой идиот мог в это поверить?       Щелчок. У пистолета передернули затвор. Оди абсолютно ни разу не упоминала картину в разговорах. Даже когда они мирились, даже когда ругались, даже когда обсуждали их отношения, даже когда расставались. Какой в ней был смысл, если она словно стерлась из ее воспоминаний.       Прицел. Дуло пистолета смотрит прямо в сердце. Сердце Партии. В их Партии всегда было четверо. Быть сердцем для своих друзей всегда было чем-то безусловным для прошлого Майка. Он никогда не позволял себе отмалчиваться, отнекиваться от чувств и переживаний своих друзей, забывать. Он был храбрым рыцарем, который идет напролом и до последнего верит. Что же случилось? Майк забылся, закрылся, забил. Сначала на Дастина, потом на Уилла, потом на Лукаса. И снова на Уилла. Почему? Что-то не так.       Страх. Палец на спусковом крючке. Он боялся Уилла и себя рядом с ним. Не так, как боится Изнанки или Векны. Байерс всегда вызывал в нем слишком много эмоций. Раньше это не было проблемой. Он просто его лучший друг, первый друг, если хотите. Порыв защищать, поддерживать, быть рядом был естественным, подобным закону природы. Уиллер никогда только не мог понять одного. Почему ему всегда приходилось неосознанно выбирать между своей девушкой и лучшим другом. Майк знал, что любит их обоих, но разной любовью. Раньше он был уверен, что любит Оди так, как нужно. Так, как и должно быть. Но еще год назад они выяснили, что их чувства имеют другой подтекст. Это о дружбе, привязанности и верности. Звучит правильно. А что с Уиллом? Это то же самое?       Выстрел. Пуля со свистом влетает в сердце. С Уиллом не так. Сейчас, вспоминая все их разговоры, их жизнь под одной крышей, их как бы случайные касания, нежные порывы и странные приступы неловкости и смущения, Майк понимает одно - это не последствия долгого перерыва в общении. Это другое. Блять.       Майк резко вырывает себя из размышлений. Сердце болит так, будто выстрел действительно произошел. Он – это тот самый Тэмми для Уилла. Звучит неприятно, если честно. Звучит так, будто все, что было между ними, можно описать одним дурацким глаголом «втрескался» и рандомным именем без контекста. Что-то не так.       Уиллер замечает движения вокруг и понимает, что упускает момент поддержки. Он быстро соглашается с тем, что тоже не бросит его, и встает для объятий.       Почему-то теперь еще более неправильным кажется касаться Уилла. Это чувство странное, наполненное виной и желанием не делать еще больнее. Он не знает что именно нужно сказать или сделать. На автомате обнимает ту кучку плачущих людей и молчит.

***

      Джойс стоит на улице и нервно курит, делая глубокие и частые затяжки. Майк смотрит на нее уже около двух минут и думает, думает, думает.       Хоппер приехал и уже подозрительно долго говорит с Оди в отдалении. Остается только надеяться, что все будет в порядке. По плану они уже должны были выдвинуться двенадцать минут назад.       За это время Майк не успел ничего, если честно. Он не поговорил ни с кем, не повторил план, не помогал в проверке оружия и припасов. Мозг лихорадочно думал об одном человеке, пытаясь выловить в разуме хоть какой-то ответ. Ведь что-то не так. - Джойс, - тихо произнес Майк и поравнялся с ней, - можно с Вами поговорить?       Женщина вздрогнула, сделала последнюю тягу и устало улыбнулась. - Майк, дорогой, - голос звучал потерянно, - что случилось?       Хороший вопрос на самом деле. Уиллер все это время пытался сформулировать свои сомнения в теорию, которая все больше походила одновременно и на бред сумасшедшего, и на пугающую истину. - Я думал все это время, знаете, - Майк запнулся. - Мне кажется, что Уилл ведет себя странно. Вы не подумайте, я его совсем не осуждаю. Просто в последнее время он стал каким-то другим… Я не могу перестать чувствовать что... - Что что-то не так? – тихо спросила Джойс и пытливо посмотрела на парня, - это ты чувствуешь?       Вдруг дышать стало проще. Она понимала его, боже. Эта дурацкая фраза наконец-то произнесена вслух. Появилось то старое потерянное чувство родства, которое всегда связывало их нитью безусловной веры и любви к Уиллу Байерсу. Как раньше. - Да, - прошептал Майк. - Он ведет себя по-другому. Он говорит странные вещи иногда. Он не стал бы это так рассказывать. Не стал бы. Он будто все еще не с нами.       Взгляд Джойс забегал по лицу парня, останавливаясь на его глазах. Казалось, что все было понятно и так. - Векна все еще тут. Я тоже вижу, - выдохнула женщина. - Я просто уже не была уверена. Уилл будто бы снова… - Шпион, - четко закончил за нее Уиллер. Все складывалось в одну картину.       Стало страшно. Старая травма общим грузом легла на их плечи. Смятение и паника постепенно заполняли тишину между ними. Нужно что-то делать.       Позади них хрустнула ветка, заставившая их вздрогнуть и резко обернуться. Джонатан. - Простите, что тревожу, - взгляд слегка мазнул по Майку, а затем остановился на матери. – Я сейчас говорил с Уиллом. Мне кажется, что он снова мерзнет.       Майк почувствовал холодок, который прошелся по всему телу. Наверное, примерно так ощущает Уилл присутствие Векны. Отстой. - В каком смысле? – резко спрашивает Уиллер, пытаясь заглушить это чувство.       Джонатан поджимает губы и почему-то слегка раздраженно смотрит на парня. - А как ты думаешь? У него ужасно холодные руки. Я предложил ему куртку, но он сказал, что ему хорошо. Не холодно, - Байерс помолчал и тихо добавил. - Он любит холод.       Тишина оглушила их. - Мы должны сказать Хоппу, - голос Джойс прозвучал громко и уверенно. - Нет! – Майк крикнул резко и испуганно. - Мы не можем. Векна не должен узнать, что мы знаем, иначе он не остановится. Мы это уже проходили. С Истезателем.       Лаборатория и сарай давно стали частыми гостями кошмаров Уиллера. Демопсы, раскалывающаяся голова, душераздирающие крики Уилла. Он уверен, что не один помнит все в мельчайших деталях. Не он там потерял близкого человека. Джойс тревожно обхватил себя руками и просто молчала. - Какой у тебя есть вариант, Майкл? – Джонатан хмуро посмотрел на него.       Раздражение поднялось к горлу, но Уиллер быстро проглотил его обратно. Наверное, он заслужил. С Джонатаном их отношения натянулись после Калифорнии по неопределенным причинам. Теперь же Майк понимал. Что ж. - Макс говорила, что чувствовала прикосновения в трансе. Еще есть музыка. Я не уверен сработает ли это и насколько далеко Уилл. Я…Мне кажется, что он все еще тут, он принимает некоторые решения, но иногда контроль будто берет Векна. Или же их мысли путаются, я не знаю, - поток быстрых слов, рандомных кусков решений и вариантов вывалились наружу. Хотелось просто чтобы кто-то помог принять решение. - Звучит неплохо. Может получиться, но тогда мы точно покажем Векне свое знание. Эти танцы с бубном не пройдут мимо его глаз, - Джонатон задумчиво прищурился. - Я знаю его любимую песню. Это же все еще The Clash?       Майк физически почувствовал волну негатива в ответ. - Ты не пойдешь к нему, Майк. Не ты. - Почему не я, Джонатан? Раньше у меня получалось помочь ему выйти из транса.       Майк начинал закипать. Естественное желание защиты и искреннего, немного эгоистичного желания помочь самому заполняло все мысли. Джонатан выглядел не убежденным. - Раньше получалось, сейчас вряд ли. С собой разберись сначала, потом уже другим помогай. Мам, я пойду к Уиллу. Хочешь со мной?       Внутри медленно разрасталось осознание. Такое простое, но очень сильное и важное. Майк прекрасно понимал, что он просто тратит время на полную херню, пытаясь здесь доказать семье друга, что он достоин его спасти. Какой бред. Нашелся храбрый рыцарь. Но Майк так хочет объяснить Уиллу, что он не Тэмми. Что бы это ни значило. Уилл же не знает. Даже сам Майк еще не до конца знает что-либо. Но он должен был сказать о своих чувствах. Если Уиллер прав, то еще не все тайны Байерса сказаны вслух и обговорены. Это должен быть Майк. - А что, если я разобрался, Джонатан? – резко спрашивает Уиллер, перебивая Джойс и уверенно глядя Байерсу в глаза. Терять сейчас нечего. Конец света.       Парень пристально смотрит на подростка, заглядывая прямо в глаза. Майк пытается взглядом передать все свои чувства. Он всегда был плох в этом, на самом деле. - Что ты понял, Майк? – тихо спрашивает Джойс и мягко смотрит на парня.       Красные пятна расходятся по лицу Уиллера. Становится неловко под этими взглядами. Он уж точно не собирался сегодня никому признаваться в своих мыслях и желаниях. Никому кроме Уилла. Но времени нет. Выбора нет. - Я понял, что Уилл влюблен в меня. Наверное, - тихо говорит Майк и опускает взгляд. – Я понял, что ничем от него не отличаюсь.       Джонатан тихо усмехается и опускает свой взгляд. Джойс продолжает мягко улыбаться. В ее глазах появляется что-то похожее на смесь страха и небольшой гордости. - Пусть он идет, сынок. Дадим шанс лучшим друзьям, - Джойс позволяет себе тихий смешок.       Майк ярко улыбается. Это звучит как принятие, как одобрение. Звучит как что-то, что имеет смысл.       Джонатан кивает в сторону двери: - Иди. Найдешь нужную песню?       Майк несколько раз быстро кивает и тут же срывается с места, не давая себе возможности передумать. Он может сделать что-то стоящее и важное. Наконец-то.

***

      Майк не формулирует ни одной мысли у себя в голове. Он просто хватает нужную пластинку, подлетает к магнитофону и ставит ее. Все получится.       Первые аккорды наполняют тишину. Знакомая песня даже немного успокаивает Майка.       Он потратил еще минуту на проверку пластинки. Надо было убедиться, что песня зациклена и не оборвется в какой-то момент. Второго шанса у них может не случиться.       Сердце быстро стучало в висках, но Майк не давал себе больше времени на обдумывания. Твою мать, он думал несколько лет.       Уилл находится в той же комнате, где совсем недавно звучали его неуверенные и панические реплики. Отлично. - Хэй, - быстро произносит Майк и подходит к Уиллу. Тревога наполняет все нутро.       Байерс вздрагивает и отворачивает от окна. Его испуганный взгляд встречается с взбудораженным. - Пойдем! Я тебе сюрприз подготовил, - Майк преувеличенно расслабленно улыбается. - Что? – голос Уилла звучит хрипло и все еще странно. Теперь это ощущается слишком явно.       Майк прикусывает губу и подходит ближе. Надо как-то подвести его ближе к музыке. Он справится. - Ну же, Байерс! У нас конец света через часа два. Не тупи.       Уиллер с резким вдохом хватает Уилла за руку и просто ведет за собой. Касание обжигает искристым током, который проходит по всей ладони и движется выше. Так вот как это ощущается. Когда любишь и знаешь это.       Уилл немного задыхается, его взгляд падает на переплетенные руки. Ноги сами по себе идут вслед за другом.       Знакомые слова песни мягко обволакивают их, создавая своеобразный защитный кокон. Остается только надеяться, что это не надуманная картинка Майка Уиллера. У них нет второго шанса. - Эта песня… - шепотом говорит Уилл и на секунду его глаза расширяются.       Там мелькает узнавание и что-то еще. Непонятно.       Майк разворачивается к Байерсу и заглядывает в глаза. - Уилл, - тихо начинает парень. - Я хотел тебе сказать, что очень горжусь твоим поступком. Это было очень смело. Круто.       Майк широко улыбается, вглядываясь в глаза напротив. Они все еще держатся за руки. Ладонь Уилла все еще прохладная. - Круто. Правда? – Байерс немного смущенно улыбается, - ну, раз ты так считаешь. - Да, считаю, - быстро произносит и потерянно смотрит перед собой. Страшно. – Я бы так никогда не смог. Перед таким количество людей. Ты ведь даже не всех там хорошо знаешь.       Уилл слегка напрягается, словно осознавая эту информацию. Дрожь проходит по всему его телу. Майк сильнее сжимает руку парня. Мысли путаются. Он делает что-то не так? - Какая разница, Майк? – Уилл отводит взгляд, - главное, что это поможет мне и нам держаться от Векны подальше.       Байерс пытается мягко вырвать свою руку из хватки друга, но не выходит. - Есть разница, Уилл. Я сожалею, что тебе вынужденно пришлось рассказать всем то, что ты хотел сохранить в тайне.       Майк недоуменно смотрит как парень напротив криво улыбается. - А ты давно мысли научился читать, а? Со мной все в порядке, Майк. Может у тебя какие-то проблемы?       Уиллера поглощает сомнение. Может он просто неправильно понял Уилла. Может на самом деле Тэмми – это просто какой-то парень из Калифорнии. Почему он вообще так эгоистично решил за другого человека. Может что-то не так с Майком. - У меня нет проблем, Уилл. Я тебя чем-то обидел?       Байерс усмехается. В этом жесте столько иронии. Майк не знал что делать. Его рука начала потеть. - Не обидел, забей. Я просто устал, окей?       Майк слегка поморщился и уже собирался отпустить его руку. Ошибка. Он совершает ошибку прямо сейчас. Вдруг он чувствует движение, которое что-то ломает внутри него.       Небольшие, едва заметные постукивания. Указательный палец Уилла мягко касался его руки с определенной периодичностью. Боже. Азбука Морзе.       Майк сморщился будто от удара и задал еще один вопрос: - Отчего ты устал? От сна?       Вопрос звучал тупо, но это вообще не интересовало Майка. Он полностью был сосредоточен на тактильных ощущениях. Два длинных касания. Короткое. Длинное. Короткое. Три длинных. Май? Блять, Майк!       Уилл вгляделся в пустые глаза Уиллера и пару раз моргнул. - Ты идиот? Мы все устали, не заметил? Или это только ты можешь чувствовать себя уставшим? Снова вернулся к своей эгоистичной версии? Ах да, ты и не менялся.       Ого. Это настолько Векна может управлять разумом? Это невероятно, если честно. Удивительнее только то, что Уилл может противостоять ему даже здесь. Майк всегда им восхищался. - Кто бы говорил, Байерс. Скажи мне лучше что поинтереснее. Кто такой Тэмми?       Единственное что волновало Майка на данный момент – это ответ настоящего Уилла, который все еще был заперт где-то внутри. - Какая тебе разница? Ты вроде бы забил на меня еще давно. Не легче ли просто сказать одобряющие формальные слова и идти дальше заниматься своими делами? – раздраженно и обиженно ответил Уилл, снова встряхивая руку. - Нахрен ты меня держишь?       Уиллер судорожно вдохнул, его глаза вспыхнули болью. У него всегда хорошо получалось играть роли. Колледж по актерскому мастерству плачет по нему уже давно. - Я обжег руку минут десять назад. У тебя ладонь холодная. Потерпи, - Майк усмехается со своей тупости. - С чего ты решил, что я забил на тебя?       Ответ на ладони снова быстро простучал. Ты.       Ладно. Он действительно Тэмми Уилла. Бред.       Уилл в этот момент рассмеялся. Смех неприятно резанул по ушам. Как они могли не замечать это целый день? - Ты в какой-то момент просто отдалился. Бегал со своей Оди. Как два кролика, реально, - Уилл обиженно отвел взгляд. - Вы отвратительные.       Майк наконец понял его план, боже. Векна просто хотел заставить Майка ненавидеть Байерса. Полностью отрезать шансы на что-либо. Самое отстойное, что у него могло бы и получиться. Будь их с Уиллом связь менее крепкой и будь Майк более тупым.       Уиллер вскинул бровь и иронично усмехнулся прямо в лицо человека, которого до одури хотелось вернуть обратно. - Да че ты мне тут заливаешь? Это же типа я твой Тэмми и все такое. Это в меня ты втрескался?       Пришлось произнести это с долей раздражения, попытаться еще больше втереться монстру в доверие. Майк мысленно задержал дыхание и просто ждал ответ, данный искренними и такими родными касаниями. Он скучал. Очень.       Он отсчитал на руке пять касаний. Разница между «нет» и «да» всего в одном коротком, но таком важном ударе. Было что-то судьбоносное и рушащее последние барьеры в этих пяти касаниях, которые отстучали слово «да». Да.       Уилл влюблен в него. Не втрескался, не перелюбил, не забил. Любит. К черту.       В песне начинался припев, солист собирался спеть самые любимые строчки Уилла Байерса с десяти лет. Теперь они любимые и у Майка. А может всегда и были. Майк не верит в совпадения.       Он больше не дал возможности Уиллу открыть свой рот. Он быстро приблизился к уху Байерса, резко и дергано обхватил его руками за плечи, формируя крепкое и сильное объятие. - Я тоже, Уилл. Вернись.       Майк просто закрыл глаза. Он больше ничего не мог сделать. Просто стоял, отчаянно обнимал Уилла и слушал песню. Кубик брошен.       Какое-то время ничего не происходило. Казалось, что время просто остановилось. Лишь громкие аккорды песни рушили эту иллюзию. Движение. Судорожный вздох рядом с шеей. Поднятые руки и, наконец, долгожданные крепкие объятия.       Боже. Майк почувствовал, как все его тело будто бы распадается на части. Кажется, что он сейчас просто заплачет. Крышесносное облегчение просто сводило с ума. - Уилл, - тихо прошептал Уиллер и слегка потерся носом о растрепанные волосы парня. - Майк, - хриплый, но тихий и мягкий шепот раздался рядом. - Ты сказал правду?       Теплое чувство растеклось по всему телу, успокаивая учащенное дыхание и сердцебиение. Это ощущалось как дом, как смысл, как любовь. - Правду.       Теперь все так. Выпало 20. Они победят.