встретишь новый год со мной?

      минхо не знал, как он докатился до жизни такой.        под ножом в его руке крошились крабовые палочки, колени обдавало жаром из старенькой духовки, где запекалась картошка, а на ноутбуке играл новогодний филлер какого-то аниме. он был смущен, и поводом для таких неоднозначных чувств служили далеко не хаос готовки и поздний час, а темноволосый парень, что нарезал овощи слева от него и время от времени случайно пихал минхо локтем, виновато извиняясь. небрежно режа полоски огурца на кубики, парень не переставал болтать о том, как в одного тащил из магазина три пакета продуктов, и как ему пришлось идти по гололеду не в ларек напротив общаги, а аж до ленты, потому что в ларьке даже сока не осталось, не то что икры и яиц, а еще по пути обратно он дважды поскользнулся и чудом уберег банку с огурцами…       — хён, ты чего? все хорошо? — вдруг остановился он, подняв озорной взгляд с разделочной доски и встретившись им с минхо, который мысленно был явно в другом месте.        ли опомнился и мотнул головой, пряча покрасневшие кончики ушей. его мозг все еще пытался осознать происходящее и сопоставить точку А с точкой Б, пока сам он застыл с немигающим взглядом, направленным в парня.        свернувшись на скрипучем матрасе в своей комнате, еще полчаса назад минхо был полностью настроен быть в новый год… сам. он даже купил в том самом ларьке пачку дешевых бенгальских огней, чтоб зажечь в последнюю минуту уходящего года и пожелать самому себе чего-то хорошего. выключив в общажной комнате свет, минхо убивал часы до полуночи за первым попавшимся фильмом и смотрел на летящие вниз крупные хлопья снега, от ледяного вихря которых его отделяла хлипкая оконная рама.        когда по комнате разнесся стук, минхо вздрогнул и резко обернулся. с окончанием учебы еще неделю назад студентов смыло из общежития волной поездов и самолетов, которые развезли их к родным по всей стране, а то и миру — с того дня ли наслаждался тишиной коридоров и доступностью кухни с душевой. а еще не видел ни души. к нему что, стучится вахтерша?        хан… джисон, кажется, студент с продюсерского, теребил в руках шнурок от худи и очаровательно улыбнулся, когда минхо открыл перед ним дверь. они встречались в общих компаниях пару раз, но едва ли могли назвать друг друга приятелями — ли даже не знал, что джисон остается в городе на праздники. разве он не собирался уезжать?        — минхо-хён, у меня к тебе дело, — начал он подрагивающим голосом. раскрасневшиеся круглые щеки и капельки воды на его макушке говорили о вероятном столкновении со снегопадом, — встретишь новый год со мной?        и минхо, ошарашенный, согласился, сам тому не веря — они ведь едва знакомы! взял из темной комнаты телефон, бенгальские огни с зажигалкой, натянул свитер и пошел за джисоном на общую кухню, безнадежно клюнув на теплый взгляд карих глаз и улыбку сердечком, с которой он его встретил и которая с того момента так и не сошла с его лица.        — хён, ты чего? все хорошо?        — да, просто… — минхо снова встретился с круглыми глазами напротив, — долго ты решался ко мне постучать?        джисон беззлобно усмехнулся.        — с утра, как только проснулся. так и дотянул до последнего, — он сделал паузу, будто решал, продолжать ему или нет, — если честно, я думал, ты меня пошлешь.        ли поднял бровь и уставился на джисона в немом вопросе.        — почему?        — не знаю, — джисон пожал плечами совсем по-ребячески, — просто.        кухонный нож вновь застучал по пластиковой доске, кроша зелень для салата. как ни в чем не бывало, хан продолжил рассказывать про свой путь до дома и про то, как он звонил маме и записывал под диктовку нужные продукты. и все же минхо был прав — джисон должен был поехать домой, и дикий снегопад, которым ли был так заворожен еще со вчера, стал для джисона проклятием и причиной, по которой он застрял в городе за тысячи километров от родного. самолет джисона не взлетел, и парень позволил себе погоревать по навсегда потерянной встрече с семьей ровно десять минут — а потом натянул улыбку, отзвонился родителям и брату с маленькой племянницей, пообещал отправить купленные подарки почтой и расспросил их про меню, чтобы самому приготовить все так, как дома.        минхо слушал его рассказ внимательно, смотря за эмоциями, что мелькали на джисоновом лице, хоть и знал, что вряд ли сможет полностью понять его тоску и рвение уехать. родной дом минхо находился не в далекой стране, не в тысяче километров, и даже не в другом городе. он был в двадцати минутах езды на машине, и ли мог бы навещать семью каждый день, если бы захотел.        сколько он себя помнил, минхо не знал чуда новогодней ночи, суеты на кухне и радости от встречи гостей. сменяющие друг друга в календаре числа декабря из года в год заставляли его внутренности сжиматься в расползающейся ядом тревоге, что оседала в теле плотным слоем пыли. вместо бокалов с шампанским дома звенели лишь тарелки, вдребезги разбивающиеся о пол в чужом гневе, и детский плач — или это был его собственный? — ведь неокрепшая психика просто не могла вынести голосов, без конца кричащих друг другу о долгах, ревности и алкоголе. под большой пахучей елкой едва научившийся читать минхо искал не подарок, а уголок спасения, где его не найдут и откуда он не услышит ссор взрослых. но главное правило детских игр не срабатывало, и даже если он зажмуривал собственные глаза, его все равно находили снова и снова, и крики становились вдвое громче. поступив в университет и съехав в общежитие, в первый новый год ли не вернулся домой из-за ночной смены в круглосуточном, куда устроился на подработку. он встретил полночь в одиночестве, говоря с лучшим другом по видеосвязи и поедая пиццу, и… это было лучшее, что с ним случалось. из магазина он уволился почти сразу, вот только его родителям этого знать было совсем не обязательно. впервые за всю его жизнь новогодние праздники стали временем полного одиночества, а еще — возможностью наконец-то выдохнуть, отоспаться, заняться всеми отложенными делами и побыть наедине а собой, благодаря всех и вся за еще один год прожитый без криков и страха.        серия аниме закончилась, и джисон поставил свой плейлист, где инди-рок смешался с рэпом. он красиво подпевал мелодичным строчкам, пока доставал картошку из духовки, и минхо украдкой старался заглянуть в округлые глаза, то и дело замечая в них колющие звездочки грусти.        даже находясь в семье, каждый новый год ли был один. из жестокого наказания одиночество со временем стало его верным другом и утешением; но сейчас, видя, как джисон делает всё, что только может, чтобы держаться на плаву в свой первый одинокий праздник, минхо захотелось быть рядом и хоть как-то показать ему, что быть самому по себе не так уж и страшно.        он протянул ладонь к джисоновой голове и легко потрепал темные волосы.        — ты милый.        — эй, хён, не флиртуй со мной! — возмутился джисон, и его губы растянулись в улыбке.        подмигнув ему в ответ, минхо забрал из рук хана противень и отправил его накрывать на стол пустующей кухни, принадлежащей только им двоим, пока сам он заканчивал с готовкой. за час времени их совместных кулинарных способностей хватило на крабовый салат, картошку и бутерброды, но джисон выглядел более чем довольным, когда зажигал притащенные из комнаты свечи и открывал шампанское, разливая его по кружкам — бокалов не было, увы.        последние минуты до полуночи они провели за ужином и тихими разговорами, пока за окном наконец утихал бушующий снегопад. в 23:59 минхо со второй попытки зажег палочку бенгальского огня сначала джисону, потом себе, и наблюдал, как зажмуривший глаза хан нашептывал желание на будущий год, стараясь загадать как можно больше, пока белые искры не испарятся у его пальцев. завороженный этим моментом чужой искренней веры во что-то хорошее, минхо почти проворонил собственное желание. он загадал первое, что успело прийти в голову, и в следующую секунду догорели последние искры на палочке в его руке.        а потом где-то далеко разразился гром — джисон широко распахнул глаза, вскочил с табуретки и подбежал к окну, потянув минхо за собой. он открыл нараспашку окно, впуская в комнату морозный воздух, и приковал взгляд к темному небу, где один за другим взрывались тысячей искр фейерверки, празднуя новое начало. прижимаясь к холодному подоконнику, они соприкоснулись плечами, и по спине минхо пробежала дрожь совсем не от холода.        — с новым годом, хан-и, — сказал он еле слышно и всмотрелся в глубину карих глаз, в которых отражались яркие вспышки.        — с новым годом, минхо. спасибо, что провел со мной этот вечер, — джисон встретил его взгляд, — мне правда было это нужно.        минхо усмехнулся одним уголком губ и довольно кивнул головой.        — хочешь провести со мной еще и завтрашнее утро? и день? и вечер?        зажмурив глаза в попытке убежать от накатившего непонятно откуда волнения, джисон уткнулся лбом в чужое плечо и закивал, пока минхо довольно гладил его по спине и думал о том, что сделал сегодня один очень правильный выбор.