Папа для Стаи. Позвони мне через пару лет.

Pov. Гоша. А вот интересно, думаю лениво, слушая занудную речь нашего дорогого директора, сколько можно поздравлять с Рождеством и наступающим Новым годом? Нет, ну вот серьезно? У меня дома Валик и Костя с Ваней к празднику готовятся, а я тут сиди, слушай ненужную болтологию... Я все, конечно, понимаю, но пора бы уже и честь знать, как говорится. Валерия Ивановича я, в принципе, уважаю и ничего плохого сказать про него не могу, кроме одного: он страшно болтлив. Просто до безумия. И его речи на любом собрании, посвященном празднику -- это особый вид пытки. Да его бы в Ад работать отправить: с такими умениями, наверняка бы, стал главным демоном! Телефон тихо тренькает в моих руках, я отпускаю глаза, ну, естественно, Костя сообщение прислал. Очень и очень скромный он, никогда не позвонит, ему лучше вот так, незаметно написать пару слов. Он чрезвычайно тихий, хоть и живет у меня уже почти год, но, по-моему, так и не привык до конца. Ему уже исполнилось восемнадцать, и он свободен полностью, но, кажется, сам в это не верит до конца. Так, а что там в сообщении? Ух ты, как интересно! "Гош, прикинь, у меня наконец-то появился оптовый заказчик, сегодня приедет женщина, которая хочет украсить моими игрушками ёлку, увидела ту статью и ей очень понравилось, да это же просто чудо какое-то!" Я радостно улыбнулся, это просто класс! Пацан у меня -- талантливый сверх меры стеклодув и делает невероятно красивые ёлочные игрушки, они как-будто действительно созданы изо льда. Многим их прозрачная красота не слишком нравится: сейчас в тренде яркость и блёстки; наверное, если бы Костя согласился раскрасить их, игрушки пользовались бы большим успехом, но он остаётся верен себе и хочет, чтобы его работы оставались какими он их придумал. Парень, кстати, даже не пытается их продавать: понимает, что не многим они придутся по душе, но совсем недавно о его игрушках написали статью в местной онлайн газетенке, и, видимо, заказчица ее прочла. Ну что ж, такое маленькое Рождественское чудо. Искренне надеюсь, что деньгами заказчица его тоже не обидит, и у маленького появятся деньги на подарок Ване. Он хочет купить любимому серебряное кольцо с очень красивой и тонкой гравировкой, копил на него со стипендии, но насколько мне известно, так пока и не сумел накопить. Да, Костя у нас теперь тоже первокурсник меда, того самого, где на втором курсе учится Ваня, но в общагу я его не отпустил, более того, забрал к себе и Ваню. "При живых-то родственниках не дело, чтоб пацаны по общагам мотались", -- заявил я Сонечке, которая летом приезжала из Питера навестить сына, и она со мной согласилась. То, что по крови они мне ни разу не родственники, никакого значения не имело. С тех пор парни живут под моим чутким присмотром, и я абсолютно счастлив. А что касается подарка: я, естественно, мог бы дать Косте недостающую сумму, он у меня денег никогда не возьмёт -- горячая кровь делает свое дело. Еле-еле досидев до конца собрания и получив из рук шефа конвертик с премией и мешочек со сладким подарком, я бегом выскочил из здания и понёсся к машине. На парковке меня поймал Тигран, мой лучший друг, который видимо ещё не оставил надежду заманить меня с пацанами на домашнее празднество. Рождество и Новый год праздновались в его доме с размахом, гостей всегда звали море, ну, естественно, первым в списке было мои имя. Вот только уже пару лет я стараюсь всячески увильнуть от этой чести. Нет, Тигран по-прежнему мой лучший друг и его жена просто прекрасная женщина, и мы не поссорились, все дело в Валике. Ребенок ненавидит шумные сборища, ему больше нравятся тихие семейные праздники, на которых из гостей максимум его друг Юра и Хатуна, моя бабуля. Я его переубедить не стараюсь: у ребенка куча тяжёлых психологических травм, и с ним обращаться надо деликатно, как с китайской фарфоровой вазой. -- Нет, Тигран, -- с ходу пресек я попытки друга, -- не придем мы. Извинись там перед Ануш, ну, она наверное сама все понимает. Уж извини, но мне менталка Валика дороже Рождества. Неуютно ему на таких сборищах, пойми нас и не держи зла. -- Да ты чего, Гош? Все я понимаю, не зверь ведь, и не думал даже на приглашении настаивать. Ануш просила Валику подарочек передать. Он вручил мне огромный пакет конфет, крепко обнял и отбыл домой. Через час борьбы с интенсивными снежными заносами дома оказался и я. Ну что ж, по крайней мере, доехать удалось без происшествий -- и то хлеб, как говорится. Возле ворот я увидел незнакомую машину и понял, что заказчица уже здесь. Надо же, как оперативно. Я загнал машину в гараж и пошел в дом: дел много, надо ещё приготовить кое-что к столу. И пусть вас не удивляет, что грузин собирается праздновать католическое рождество. Мне, честно сказать, такое бы и в голову не пришло, но бабушка Вани -- немка и, естественно, в семье праздновались оба рождества, поэтому теперь и мы празднуем также. Ну, не мог же я ребенку отказать. Войдя в прихожую, я понял, что Валика дома нет, наверное, в магазин пошел или с Юркой бегает где-то. Ну, ничего, сейчас старшие мне расскажут, куда его унесло, он никогда не уходит из дому, не предупредив. В доме было тихо, лишь где-то наверху играла музыка... Позвони мне через пару лет... Ох блин, прямо по-живому, не могу слушать без слез, сразу вспоминаю о прошлом. Пройдя в гостиную, я унюхал тонкий аромат дорогих женских духов и невольно вздрогнул. Acqua di Gioia, их так любила Марина... Марина -- боль сердца моего, единственная женщина, о которой до сих пор плачет моя душа. Наша история была так проста и банальна, сколько их таких было, есть и будет, но это не значит, что они не оставляют в душе глубоких ран... Юная студентка из неблагополучной семьи, искренне пытающаяся вырваться из своего окружения, и дальнобой без гроша в кармане, который не мог дать ей ничего кроме своей любви. Это была наша первая любовь, и, как это часто бывает, кончилась она ничем, слишком разными мы были. Мы встречались полгода, а потом расстались, тихо, без обид и как я тогда думал, взаимных сожалений. У нее появился человек, который мог дать ей все, она родила сына, и с головой окунулась в семейную жизнь, а я... Я так и остался одиноким, потом встретил Нину... Не смотря на то, что жить с этой женщиной я не смог, не жалел о том, что женился на ней: по крайней мере, теперь у меня есть сын. Женщина, сидящая в кресле, и Костя что-то обсуждали, шурша каталогом, и я деликатно кашлянул. Ничего страшного не случится, я просто спрошу где Валик и уйду. -- Здравствуйте, -- тихо сказал я, -- простите, что прервал вашу беседу, но я хотел кое-что спросить. Костя, ты не знаешь, где Валик? Уже достаточно поздно, куда он подевался? -- Он в школе, ёлку наряжает, -- пояснил Костя, -- Мариночка, позвольте мне представить вам моего опекуна, Георгий, это Марина... Женщина медленно обернулась, и мое сердце пропустило пару ударов. Господи боже, этого просто не может быть! Марина?! Но что она здесь делает?! Мы хоть и жили в одном городе, после расставания не виделись ни разу, слишком уж разные жизненные пути мы избрали, негде нам было пересечься... -- Мы знакомы, мой мальчик, давно знакомы, -- мягко улыбнулась она, -- у тебя очаровательный воспитанник, Гоша, он очень талантлив, и его игрушки просто произведение искусства. Конечно, я не ожидала увидеть тебя, но знаешь, этот сюрприз мне нравится, этакое рождественское чудо получилось. Я даже не сразу сумел ей ответить, просто смотрел в ее глаза и не мог оторваться. Она осталась такой же красивой, практически не изменилась... Длинные светлые волосы, самые прекрасные на свете зелёные глаза, Господи, зачем же я отпустил ее тогда? Почему не остановил, не убедил остаться? Входная дверь открылась, вот это точно Валик пришел и, кажется, Ваня. Я вздохнул с облегчением. Мальчишки пришли, и хорошо: все вместе, и душа на месте, как говорится. -- Ладно, не буду вам мешать, -- сказал я, вспомнив с трудом где нахожусь, -- пойду поужинаю и мальчишек накормлю, а потом пойдем приготовим кое-что. Был очень рад увидеться с тобой, Марина. -- А вы сегодня тоже Рождество празднуете? -- изумленно подняла бровь Марина,-- надо же, как неожиданно. Повезло вам, весело у вас будет, а я сегодня одна... Игорёк в языковом лагере, вернётся только двадцать девятого, так что я временно гордая волчица-одиночка. -- Как это одна? -- искренне удивился я, -- а супруг что же? -- А что супруг? -- пожала плечами Марина, -- он, наверное тоже празднует, с новой семьёй. Мы уже шесть лет в разводе. Игорь только только во второй класс пошел, когда мы развелись, и с тех пор я одна. Что?! Как это развелись, а я об этом почему не слышал ничего? Обычно в нашем крохотном городке новости разносятся мгновенно, но про развод Марины никто не сплетничал и это действительно было странно. Я искренне считал, что Марина по прежнему счастлива с супругом, а оказалось... Язык сработал быстрее разума. -- Если хочешь, -- быстро, чтобы не передумать,сказал я, -- оставайся, отпразднуешь с нами. -- Серьезно? -- Марина искренне обрадовалась. -- Если твои мальчики не против, я, конечно, останусь. У нас, как нарочно, сгорел трансформатор во дворе, и дома темно и холодно. Мысль провести рождество в темноте и одиночестве вызывает у меня ужас, прямо-таки не знала, кому в гости-то напроситься, а тут такое предложение. -- Мальчики против не будут, они очень даже за! -- возвестил Валик, вваливаясь в гостиную. Выглядел он совершенно очаровательно: огромные глаза блестели, волосы переливались от тающих в них снежинок. --Привет тетя Марина! -- поприветствовал он гостью, целуя её в щеку. -- Вы разве знакомы? -- удивился я. -- Естественно, мы же с Игорем учимся в одной школе, а Мариночка председатель нашего мамского общешкольного комитета. Она меня постоянно от Нины защищала и горячими обедами кормила. Мы будем очень рады приветствовать вас на нашем скромном празднике, мадам, --шаркнул он ножкой и поклонился. --И вообще, знаешь, пап, давай-ка мы как-нибудь сами с ужином решим, а ты с Мариночкой пообщайся, не хорошо женщину оставлять одну, не можем же мы её притащить на кухню. А чего это Валик так оживился, удивился я про себя, аж подскакивает от энтузиазма, неужели он решил нас свести? Да нет, глупости, ему такое и в голову не прийдёт. Уж не знаю, чем руководствовался Валик, но деятельность он развил просто бешеную. Мгновенно забрал Ваню и Костю на кухню, а нам принес перекус в гостиную, ничего особенного, кофе и бутерброды, но как же они пришлись кстати. Лёд, сковывающий нас и мешающий общению, мгновенно растаял, и мы стали болтать как ни в чем не бывало. В следующие два часа я окончательно убедился, что просто дебил, раз упустил Такую женщину. Она ведь красивая, лёгкая, очень умная и добрая, по-настоящему добрая, а не лживо-сахарная, как Нина. Не даром ведь к ней так пацаны тянутся. Мальчишки, действительно, постоянно забегали: то принесут что-то попробовать, то угостят мандарином и все это с такими тёплыми, искренними улыбками. А потом наступил вечер. Праздник был великолепен: вкусные блюда, бабушкина посуда из серванта, мальчишки, светящиеся от счастья, и женщина моей мечты. И это не просто слова, я шел к этому решению восемнадцать лет и теперь уверен, что хочу, чтобы наши жизни переплелись как можно крепче. -- Давай потанцуем, -- вдруг попросила Марина, вставая, -- мне очень хочется прижаться к тебе... Парни переглянулись и порозовели, им явно было слегка неловко, но они искренне радовались за нас, это было видно. Мы танцевали, то и дело натыкаясь на ёлку и смущаясь этим, и нам было так хорошо... Непросто танцевать вальс в домашних тапочках, которые больше на пять размеров, но Мариночка с этим великолепно справлялась. На ёлке тихо позвякивали игрушки, сделанные Костей, и вдруг я вспомнил. -- Знаешь, -- тихо прошептал я, -- а я ведь храню рождественского ангела, которого ты забыла, убегая тогда из моей квартиры. Если хочешь, могу вернуть. -- Ты правда хранил эту игрушку? -- Глаза Марины занимали пол лица и в них плескалось искреннее изумление. -- Но почему? Это же просто безделушка! -- Это не безделушка, -- возможно излишне резко ответил я, -- это была единственная память о тебе. И сейчас парни повесили его на ёлку. Так что, мне его вернуть? -- Нет, -- покачала головой Марина, -- не надо. Зачем? Пусть лучше он останется здесь, и украшает нашу семейную ёлку. --Что? -- моему изумлению не было предела, -- ты сейчас делаешь мне предложение? -- Ну да, -- кивнула она, тепло улыбаясь, -- а как с тобой Гоша ещё общаться? По-другому ты не понимаешь! Я ждала предложения восемнадцать лет назад, но так и не дождалась, по-моему, теперь нужно взять дело в свои руки. Так что, ты согласен? Я просто поцеловал ее, молча, а зачем нужны слова? Марина всегда понимала меня без слов. Благослови, Господи, игрушки Кости, которые свели нас вместе, теперь-то я никуда эту женщину не отпущу!