Призраки своей комнаты.

***

      Утро в доме выдалось суетливым. Акулина, сменив свой строгий, пропитанный офисной пылью жакет на старый уютный свитер Кристины, выглядела совсем иначе. Ей было около двадцати четырёх - почти столько же, сколько и нам. Без маски «корпоративного робота» её лицо обрело мягкость, а в глазах, вместо сухих цифр, появилось живое любопытство. — Я должна вернуться, — сказала она, допивая чай, — Если я просто исчезну, они аннулируют мой доступ раньше, чем я успею внести акт в общую базу «Мемории». У них всё зациклено на блокчейне памяти: документ считается действительным, только если он прошел через центральный сервер их «Стеклянной крепости». — Это самоубийство, — Костя скрестил руки на груди, — Тебя там просто... отформатируют. — Нет, — Кристина подошла к Акулине и протянула ей маленькую брошь. Это была не серебряная незабудка, а нечто новое: маленькая медная деталь, похожая на кошачий глаз, которую Костя спаял ночью из остатков «Юрия» и капли фиалковой эссенции по просьбе Кристины, — Это ретранслятор. Сажа будет твоим проводником.       Черная кошка, словно понимая свою задачу, подошла к Акулине и пристально посмотрела ей в глаза. В зрачках Сажи на секунду вспыхнул золотистый код. — Мы будем видеть и слышать всё через неё, — пояснил я, — Сажа не пойдет с тобой физически, но её «тень» будет рядом. Если почувствуешь, что начинаешь забывать, зачем пришла — коснись броши.

***

      Офис «Мемория-Групп». 10:30 утра.       Офис корпорации на окраине города выглядел как антитеза нашему дому. Стекло, сталь и ослепительно-белый свет, в котором не выживала ни одна тень. Здесь не пахло ни лимонами, ни старой бумагой - только озоном и стерильностью.       Акулина шла по коридору четвертого этажа. Её каблуки звонко цокали по зеркальному полу. Коллеги - такие же молодые и «эффективные» - проплывали мимо, уткнувшись в прозрачные планшеты. — Акулина, — окликнул её голос, холодный, как жидкий азот.       Из кабинета в конце коридора вышел руководитель департамента «освоения пространств». Ему было чуть за тридцать, в костюме, который казался частью его кожи, и тёмных очках. — Ты опоздала на полтора часа, — мужчина подошел вплотную, — И от тебя... — он поморщился, — Странно пахнет. Что это? Фиалки? И старая пыль?       Акулина непроизвольно коснулась броши на лацкане. В её сознании тут же раздалось тихое, успокаивающее мурлыканье Сажи. Страх, начавший было ледяным комом подкатывать к горлу, отступил. — Извините, Дмитрий Георгиевич... Я проводила полевой аудит объекта 412, — твердо ответила она, — Нашла юридические несоответствия. Нам нужно отозвать предписание.       Дмитрий прищурился. В его глазах мелькнули строки программного кода. — Несоответствия? Мы стерли историю этого квартала еще месяц назад. Там не может быть ничего, кроме пустого места, ожидающего застройки. Дай мне свой портфель.

***

             Мы стояли в гостиной, сгрудившись вокруг монитора Кристины. На экране, в странном инфракрасном спектре, отображалось то, что «видела» Сажа. Мы видели Дмитрия Георгиевича - он выглядел как темный сгусток серого шума, лишенный человеческого тепла. — Он пытается её взломать, — прошептала Кристина, её пальцы летали по клавиатуре, — Он транслирует «белый шум» прямо при разговоре. — Костя, готовься, — я посмотрел в окно. К нашему дому уже подкатили три экскаватора с логотипом «Мемории», — Если Акулина не нажмет кнопку «подтвердить» в их сети, через десять минут они начнут крушить фасад.

***

      Дмиитрий протянул руку к портфелю Акулины. В этот момент свет в коридоре «Мемории» на мгновение мигнул. Девушка почувствовала, как по её руке пробежал электрический разряд. Она вдруг ясно увидела не холодный офис, а солнечный зайчик на подоконнике в доме Рождественского. — Я уже внесла данные в систему, — соврала она, глядя мужчине прямо в глаза через очки, — Если вы попытаетесь их удалить, сработает протокол «Архивной защиты». Вы же знаете, что бывает, когда необработанная память попадает в чистую сеть.       Он замер. Для корпорации «взрыв памяти» был хуже пожара. Это означало, что их серверы заполнятся призраками, стихами и запахами, которые невозможно монетизировать. — Ты блефуешь, — прошипел он, но в его голосе проскользнула тень сомнения.       Мужчина схватил Анну за запястье, и в этот момент брошь-глаз на её груди вспыхнула. По всему офисному зданию раздалось громовое, усиленное динамиками кошачье мурлыканье.       Это был звук такой низкой и мощной частоты, что стеклянные перегородки задрожали. Сотрудники «Мемории» начали ронять планшеты, хватаясь за уши. Программный код на экранах начал превращаться в рукописные письма. — Это Сажа! — закричала Кристина в наушник Акулине, — Беги к терминалу! Сейчас их сеть открыта!       Анна рванулась мимо дезориентированного руководителя к центральному узлу связи. Она видела, как по стенам «Стеклянной крепости» начали проступать призрачные очертания лимонных деревьев. Дом Рождественского нанес ответный удар по территории врага.       Она прижала печать к сенсорной панели. — Объект 412. Статус: Вечный памятник. Подтвердить.       Пик.       В ту же секунду на улице Петроградки экскаваторы заглохли. Водители в недоумении вышли из кабин, глядя на свои планшеты, где горел красный сигнал: «Доступ запрещен. Объект под охраной».

***

Заметки из дневника Макса:

      «Мы захватили их штаб-квартиру... на пять минут. Но этого хватило.       Итог: Акулина вернулась к нам через час, бледная, но с победной улыбкой. Из босс в ярости, но его руки связаны законом, который он сам же и помогал внедрять. Мы теперь - «белое пятно» на их карте, зона, которую невозможно стереть.       Акулина больше не хочет возвращаться в «Меморию». Она сказала, что, когда по офису разнеслось мурлыканье Сажи, она впервые за пять лет почувствовала себя живой. Мы предложили ей остаться. У нас в архиве как раз не хватало юриста, который умеет переводить язык бюрократии на язык чудес.       Сажа спит без задних лап. Кристина говорит, что её «ментальный прыжок» через весь город истощил запасы энергии. Костя принес ей целую миску сливок. Заслужила.       Наблюдение: В офисе «Мемории» после нашего визита начали происходить странности. Говорят, на сорок четвертом этаже теперь пахнет фиалками, а принтеры иногда сами собой печатают рецепты чая доктора Арсеньева.       План: Осада снята, но война не окончена. Мы создали прецедент. Теперь другие дома в городе начали подавать сигналы. Наша сеть «Резонанс» растет. Но самое интересное - в Королевской Книге появилась страница с портретом Акулины. Она стоит недалеко от нас, а у её ног - Сажа».

***