Маггловская зараза

После проведения ритуала гоблин-ритуалист откланялся, а Крюкохват пригласил новоиспечённых крёстного и крестника к себе в кабинет. На вопрос, не нужны ли им соответствуюшие зелья, Северус ответил, что всё необходимое у него есть. А на вопросительный взгляд Гарри пояснил: - Всё своё ношу с собой... Опыт из боевого прошлого, - криво усмехнувшись, он достал из какого-то кармана два флакона. – Это укрепляющее, - он протянул один флакон Гарри. Потом опрокинул в себя другой флакон. – Мне необходимо что-то посильнее. Да уж... Ритуал прошёл удачно, но не сказать, чтобы совсем гладко. Сначала им с профессором пришлось чуть ли не проколоть левые ладони специальной иглой, так, чтобы выступила кровь. Потом они сцепили окровавленные руки крепко-накрепко, а ритуалист начал произносить какие-то непонятные слова, это  точно была не латынь, в этом Гарри был уверен. И всё шло вроде бы неплохо, но потом... Гарри пришлось изрядно напугаться, когда его почти уже крёстного вдруг выгнуло, тот схватился за левую руку и даже упал на колени, сдавленно мыча сквозь крепко сжатые зубы. Ритуалист продолжал произносить какие-то слова, Гарри не вслушивался, он наклонился к профессору, тоже схватив его за левую руку чуть пониже локтя. Закатал профессору рукав и с ужасом увидев, что эта тату... нет, профессор назвал это клеймом... ну в общем, эта змея на коже словно взбесилась – ощущение было такое, что она хочет вырваться наружу, а потом, когда это не получилось, обернулась и вцепилась зубами в своего носителя. Гарри разозлился – мало того, что Лорд лишил его родителей, теперь его клеймо хочет лишить его ещё и крёстного! Не очень понимая, что он делает, Гарри накрыл Метку на левой руке профессора – кожа оказалась очень горячей – и закричал, страстно желая прогнать клыкастую тварь: - Уйди, проклятая! Не трогай его!!! Гарри не отпускал руку профессора до тех пор, пока не почувствовал, что она «остыла», а сам профессор словно бы расслабился и даже смог подняться на ноги. Оба они уставились на профессорскую левую руку. Змеи там не было! Кожа была красно-бурая, наверное, от его окровавленной ладони, которой он накрыл Метку, и на ней словно кто-то растёр чернильную кляксу или чёрный порошок, который исчезал на глазах. Гарри перевёл взгляд на свою ладошку – она тоже была черным-черна, но чернота уже медленно сходила. Он вскинул взгляд на профессора, тот ответил ему не менее изумлённым взглядом и пожал плечами. Ритуалист тем временем произнёс последние слова и обратился к Крюкохвату, сказав что-то на гоблинском языке. Крюкохват кивнул и сказал, обращаясь уже к Гарри и профессору: - Ритуал завершён удачно. То, что сейчас произошло... Об этом мы поговорим чуть позже. В моём кабинете. Гоблин-ритуалист на прощание поклонился, намереваясь уходить. Снейп поблагодарил его, что характерно, на гоблинском языке, Гарри ещё удивился – не ожидал он такого от профессора! Сам он тоже поклонился, причём сделал это по-японски, с почтительностью высшей степени – ну а что, Джеймс Бонд так делал, а чем он хуже? Гоблины переглянулись и посмотрели на юного мистера Поттера и его теперь уже крёстного очень благосклонно. Распрощавшись, втроём они переместились в кабинет Крюкохвата. Там гоблин вручил профессору пергамент, выглядевший поновее, чем тот, который они читали до этого. - Вот свидетельство о проведении ритуала и, собственно, о признании мистера Снейпа крёстным отцом мистера Поттера, со всеми вытекающими отсюда правами и обязанностями. Ваши имена скрыты на пергаменте особыми магическими чарами, так что кто попало их не увидит и не прочитает, вы сами решаете, кому можно это показывать, сняв чары с имён. Гарри опасливо посмотрел на пергамент. - А это точно насовсем? Никто не скажет, что это неправда? Даже Дамблдор? Снейп усмехнулся: - Хотел бы я посмотреть на того безумца, что решит оспорить этот документ. И глядя не непонимающее лицо крестника, пояснил: - Этот ритуал, проведённый банком Гринготтс, он как бы экспертное заключение. Знаешь, что это такое? – и дождавшись ответного кивка от мальчика, продолжал: - Этот пергамент нельзя оспорить. Во-первых, потому, что гоблины беспристрастны. Согласно договору от 17... года маги и гоблины сохраняют нейтралитет. - Это значит, что маги не вмешиваются в дела гоблинов, а гоблины не вмешиваются в дела магов? – спросил Гарри. - Совершенно верно, - Крюкохват одобрительно смотрел на Гарри. Снейп продолжал: - Таким образом, у гоблинов нет заинтересованности в том, чтобы подделать документы и свидетельства. А во-вторых, в ритуале использовалась именно гоблинская магия, поэтому маги никак не могли на неё повлиять, а значит, и на результаты ритуала. Добавлю ещё, что тот, кто захочет оспорить это, тем самым поставит под сомнение репутацию банка, и тогда я ему не завидую. В британском магическом мире нет других банков, и так рисковать дураков нет. А теперь относительно того, что произошло во время ритуала... – Снейп вопросительно посмотрел на Крюкохвата. - Мы можем предполагать, но скорее всего, это действительно так – на мистере Поттере сохранялись какие-то остаточные узы, подобные родственным и крестническим, причём родственников очень близких. Судя по тому, что из близких родственников у него остались только магглы, значит, то была крестническая связь. Видимо, ранее крёстный отец у мистера Поттера всё-таки был, но по каким-то причинам он либо не стал им до конца, либо – что вероятнее – не исполнял свои обязанности в полной мере, потому связь начала разрушаться. К моменту совершеннолетия от неё ничего бы не осталось. Либо её можно было «перебить» новым ритуалом, особенно если другой крёстный отец очень сильный маг и/или присутствует соответствуюшее желание крестника. Что, как мы видим, и произошло. - То есть тот маг, который ранее считался крёстным отцом, кем был он ни был, всё ещё жив? – спросил Снейп. Крюкохват кивнул: - Совершенно верно. Если бы он умер, то и связь бы пропала. - А кто  он, это можно узнать? – спросил Гарри. - К сожалению, нет, такого ритуал не позволяет сделать, - развёл руками Крюкохват. Гарри помолчал несколько секунд, потом тряхнул головой: - Ну и ладно. Какая разница, если он не заботился обо мне все эти годы и вообще не показывался на глаза... Видимо, всё-таки что-то такое прозвучало в его голосе, потому что его крёстный положил руку ему на плечо и сказал очень серьёзно: - В жизни бывают моменты, когда всё нужно начинать с нового листа, и не всегда это плохо. Иногда это бывает во благо. Благодаря тебе, я тоже могу начать с чистого листа. Гарри вскинул глаза на крёстного – он понял, что тот хотел сказать. Его Метка пропала, но как и почему это произошло, оставалось  непонятным не только ему, но и крёстному. Оба посмотрели на Крюкохвата. Тот улыбнулся, правда, выглядело это несколько зловеще для непривыкших к гоблинской мимике. - Магия, желание и намерение. То, что нужно, чтобы творить волшебство. Потом Крюкохват посерьёзнел. - Во время ритуалов случается всякое. Не скажу, что уже наблюдал точно такое же, но могу поделиться своими соображениями на этот счёт, если желаете. Гарри и крёстный дали понять, что очень даже желают. Крюкохват пустился в объяснения, из которых волшебники поняли следующее – когда Гарри искренне пожелал освободить своего будущего крёстного отца от змеи, а значит, и от Метки, в которой содержалась часть магии того тёмного волшебника, который убил его родителей, он неосознанно запустил механизм уничтожения этой Метки, поскольку и он, и Тёмный Лорд ведут своё происхождение от Певереллов, то есть являются пусть и очень дальними, но родственниками. Но Гарри, в отличие от Лорда, вернее, его духа, жив, здоров и силён магически, к тому же происходит из более старшей ветви Певереллов, поэтому нет ничего удивительного, что магия Поттера «пережала» ошмётки магии Лорда в Метке, тем более что они не подкреплялись магически более 10 лет. Да ещё Поттер подтвердил своё намерение кровью, нанесённой на эту самую Метку – Гарри вспомнил, как накрыл предплечье профессора своей левой ладошкой, которую он ранее проколол особой гоблинской иглой... - К тому же вы, мистер Поттер, использовали парселтанг, что, как я понимаю, тоже входило в ритуал нанесения этой самой Метки, - при этом Крюкохват многозначительно посмотрел на Снейпа, который кивнул в ответ. - Парсел...что? – недоумённо спросил Гарри. - Парселтанг. Змеиный язык, - пришёл ему на помощь крёстный. – Те, кто умеют на нём разговаривать, называются змееустами. Тёмный Лорд был змееустом. Когда ты закричал во время ритуала, вернее, зашипел, я грешным делом подумал, что в тебя каким-то образом вселился Лорд, он когда ставил эту Метку, тоже произносил заклинания на змеином языке. - Я не знал... Я просто говорил! – Гарри словно пытался оправдаться. - Ты не сделал ничего плохого. Знать другой язык, даже если это парселтанг, не преступление. Хоть это и считается тёмным даром, а на змееустов смотрят косо. Идиоты... – вздохнул профессор. - А откуда я его знаю? – уже с любопытством спросил Гарри. - Певереллы, - проскрипел гоблин. –  Их родовой дар. Теперь Певереллов почти не осталось, поэтому парселтанг здесь, в Англии большая редкость, тут и змей-то почти не водится... Но в тех странах, где их много, в Индии, например, такое умение очень распространено. Я бы всё-таки посоветовал вам, мистер Поттер, не афишировать ваш дар без необходимости, маги, знаете ли, очень нервно реагируют на такое. В отличие от нас, - Крюкохват зубасто улыбнулся. Затем продолжил: - Могу я спросить, мистер Поттер, - и, дождавшись ответного кивка, продолжил: - О чём вы думали в тот момент и что именно сказали? Гарри честно ответил: - Я ужасно разозлился. Мало того, что этот Лорд убил моих родителей, так теперь он пытается убить моего крёстного, единственного мага, кому на меня не наплевать. Простите, сэр... Вот я и закричал, чтобы эта змея убиралась прочь. Чтобы совсем пропала... И взял крёстного за руку, я хотел стереть эту Метку... - Всё сходится, - покивал головой Крюкохват, - всё, как я и говорил... Магия, желание и намерение. Что ж, я поздравляю вас с успешным ритуалом, а вас, мистер Снейп, ещё и с освобождением, - при этих словах гоблин многозначительно посмотрел на профессора. - Не желаете, чтобы я известил об этом поверенного семьи Принц? - И чем мне это грозит? – Снейп старался сдержать раздражение, ибо в разговорах с гоблинами старался не проявлять эмоций, во избежание, так сказать. Крюкохват захихикал, звучало это как скрежет по металлу: - Семейными делами придётся заняться, уж не обессудьте! Северус только махнул  рукой: - Извещайте... В любом случае это случится не сегодня, пара дней у него есть, чтобы переварить всё случившееся, а там видно будет... Надо, в конце концов, привыкнуть к собственной свободе и к крестнику, благодаря которому эта самая свобода на него и свалилась. Удивительный мальчишка... Неужели и в его, Северуса, жизни началась светлая полоса? Когда они вдвоём выкатились из Гринготтса, были уже сумерки. У Гарри в животе заурчало, он сконфуженно посмотрел на профессора. Тот усмехнулся: - Однако много же мы с тобой времени потратили... Пора ужинать! - Так пойдёмте к нам! – вскинулся Гарри. – Дядя Вернон уже вернулся с работы, вы заодно с ним познакомитесь. Тётя точно ужин приготовила, вот и поедим. Северус неопределённо шевельнул плечом: - Не хотелось бы напрашиваться... Гарри тут же возразил: - Почему напрашиваться? Вы же теперь член семьи! – и взял Северуса за руку, словно боялся, что тот передумает. Снейп усмехнулся – ну вот, его уже «усыновили». А с другой стороны, парень-то прав, как ни крути, теперь он хоть и крёстный, но отец. Правда, Гарри тут же помрачнел: - Ой, я забыл... Вас, наверное, директор ждёт? - Подождёт, не развалится, - Северус недобро усмехнулся и покрепче сжал руку крестника: - Сперва семейный ужин. Приготовься, мы аппарируем! - Йеееес! – восторженный вопль Гарри отозвался эхом в вихре аппарации.