Свитер со снежинками на синем фоне

— Дядя Линч, а откуда у тебя этот свитер? – спросил Лукас, рассматривая своего дядю, который вешал куртку на крючок в прихожей. Он каждый новый год надевал его, но мальчик решил спросить только сейчас. Линч опустил на себя взгляд, словно сам не помнил, что на нём надето. Серый свитер со снежинками на синем фоне. Много времени прошло с того момента. Это был последний новый год, который они провели вместе. В ту ночь не произошло ничего особенного. Почти. Линч задумчиво разглядывал ёлку, думая, что глупо было бы что-то в ней менять в самый канун нового года. Через пол часа пробьют куранты. Да и вообще, ему вроде нравилось. Значит, и Линча всё устраивало. Он вошёл в комнату, опустился на диван рядом. На столе ароматно расположились все их заказы из доставки. — Да нормально же вроде. — А я ничего и не говорил. — Слушай... Давай в двенадцать сразу пойдем на улицу? Салюты смотреть? – предложил он внезапно. Линч пару секунд помолчал. — Почему бы и нет. Он улыбнулся и откинулся на спинку дивана. Егор с улыбкой рассматривал его довольное лицо. — О, кстати, ща, погоди, – он вдруг встал, ушёл в другую комнату, потом вернулся уже с пакетом в руках. — Вот, это тебе. Заранее, – и протянул красивый праздничный пакет, который (Егор был уверен) до него передарили ещё с десяток человек. Линч любопытно заглянул внутрь. Внутри было что-то мягкое. Журналист вынул содержимое из пакета, разглядывая вязаную ткань. Серый свитер со снежинками на синем фоне. Линч поднял на него взгляд, словно желая удостовериться, хотя и так знал, что у того такой же. Только бежевый. — Это парные типо? – усмехнулся Линч, встретившись с ним взглядами. Он вдруг зарделся – что было для него чрезвычайно необычно! – и постарался сделать свою улыбку не настолько глупой. — Ну да. Линч снова ухмыльнулся и надел подарок на себя. Покрутился перед ним, осмотрел свитер со всех сторон. Подошёл идеально. В без пяти двенадцать они и правда вышли из дома. Небо уже окрашивалось светящимися узорами торжества и радости. В линзах его очков отражался каждый из них. Да и не только в очках. Линч видел в серо-голубых глазах некое волнение, ожидание. Все эти пять минут прошли в странном молчании. Егор не знал, чего ожидать. Он чувствовал, что что-то произойдет. Пока большинство населения слышало бой курантов по телевизору, они поняли, что время пришло, когда кто-то неподалеку во всю заорал «С новым годом!!!». И тогда он повернулся к Линчу. Он улыбался, по-детски радостно. Егор видел, что он счастлив, но что-то в его взгляде продолжало выдавать волнение. Прямо перед ними люди отбежали от только что подожженого фейерверка, но он продолжал смотреть Линчу в глаза. Волны в его глазах, казалось, сейчас уже зайдут далеко за берег, но что-то заставило их застыть, как замороженных. Или это Линч замер, он уже не понял. Потому что следующее, что тот сказал, превратило эту ночь в самую незабываемую и самую размытую одновременно. — Я тебя люблю. Дальше Линч ориентировался в этом воспоминании только по ощущениям. По жжению в глазах оттого, что из-за шока их никак не удавалось закрыть. По теплу на губах, которое тогда показалось слишком сильным контрастом с десятью градусами мороза. По боли в щеках от бесконечных улыбок. Следующие полгода Линчу казалось, что жизнь приобрела какие-то новые краски. Стала ярче, насыщенней. Хотя по факту всё осталось как прежде. Работа всё ещё вызывала сильный стресс, отдых был всё также редко, скрывать свою деятельность от сестры становилось всё сложнее и сложнее, даже если казалось, что дальше уже некуда. Но с ним было гораздо легче. Вскоре они вдвоём пришли в гости к Лили, где она с ним и познакомилась, хоть и не знала, что конкретно связывало его с её братом. Смешно, весело, легко – первое, что приходило на ум при мысли о совместном времяпровождении. Даже на работе. Он всегда пытался шутить, разрядить обстановку. А его нытье только забавляло Егора, оказывая некий эффект «заземления» и напоминая, что всё не так плохо, как могло казаться. Но потом произошло то роковое дело. Его укусили. Линч тогда ненавидел весь мир. Он не мог простить себя за то, что в единственный раз не смог взять всё под контроль. Не мог простить их общего знакомого, ведь тот фактически стал причиной, по которой они вообще оказались в такой ситуации. Вампиризм слишком стремительно убивал в нём человека. Но Линчу казалось, что все раны почему-то остаются на нём самом. Уже через пару дней Егор не смог узнать любимого за прутьями серебряной клетки, обжигающими бледнющие руки, а вместе с ними и его сердце. В поисках лекарства прошёл ещё практически месяц. Три недели, на протяжении которых Линч готов был разорвать себе грудную клетку, лишь бы достать оттуда то, что так мучительно продолжало болеть. И вот, когда он, казалось бы, смог отыскать лекарство, дурная слава дяди оставила его в двух шагах от победы. Но и это ему удалось пройти благодаря новому знакомому. И вот, оно у него, скоро всё закончится. Шансы оказались пятьдесят на пятьдесят. И пока Егор с трудом пытался решиться... Стало поздно. Его не оказалось на месте. Никто ничего не знал, никто ничего не видел. А он просто исчез. И, как оказалось, навсегда. Прошло слишком много лет, чтобы Линч продолжал надеяться, что когда-нибудь увидит его снова. Ему просто хотелось верить, что он ещё жив. Потому что собственное сердце ещё бьётся. — Подарил кое-кто, – легко отмахнулся он, пока мысли не увязли в слишком глубоких воспоминаниях. В этом году праздновать решили в доме Линча. Он прошёл на кухню, отдавая Лили пакет с продуктами. Она мельком глянула на всё тот же свитер, что брат носил каждый новый год. Она знала о том, что он пропал, но Линч решил всё же не посвящать её в обстоятельства. Невыносимо было наблюдать за тем, как её любимый брат буквально увядал на глазах. Но Лили очень хорошо могла понять, что он чувствует. Именно тогда она поняла, что между ним и Джоном было что-то большее, чем дружба. — А кто? – Лукас продолжал следовать за Егором по пятам, не слезая с болезненной темы. Линч остановился, присел на диван. — Кое-кто важный, Лукас... – вздохнул он. Мальчику было всего три года, когда он пропал. Может, он помнил, может, нет. — Я его знаю? – спросил племянник снова. Линч и сам не понял, что глаза вдруг начало щипать. Он отвернулся, зажмурившись. — Нет, он... Он... – в голову ничего не шло, а слёзы предательски не отступали. — Лукас! Подойди-ка сюда, помогать будешь! – к счастью, его неожиданно спасла Лили. С тяжёлым вздохом Егор откинулся на спинку дивана. Посмотрел на часы: семь вечера. Сегодня будет ровно пять лет с того момента, как он впервые надел на себя этот свитер. Двенадцать ночи. Они вышли на улицу, наслаждаясь салютами вдалеке – мало кто праздновал в его районе. Линч невольно вновь вспомнил ту ночь, когда впервые услышал три заветных слова. Он словно снова слышал его голос, снова чувствовал на губах его дыхание. На секунду журналист позволил себе прикрыть глаза и представить его. Таким, каким он запомнил его тогда: с искрами в радужке и полуглупой улыбкой. Но из горького забвения его вырвал голос племянника: — Дядя Линч! Смотри, какой крутой салют! – он открыл глаза и посмотрел в небо. Наверное, салют действительно был крутым. Возвращаясь домой, он заметил, как из почтового ящика выглядывает кусок белой бумаги. Счёта за коммуналку на новый год, вот спасибо. Однако это оказалось письмо. Без отправителя, зато с адресатом. В строке «кому» было болезненно знакомым почерком написано: «Егору Линчу». Линч не поверил своим глазам. Это чья-то шутка?! Розыгрыш? Но ведь это всего лишь два слова. Это просто не может быть он. Чуть смяв конверт в ладони, он влетел в дом вслед за остальными. Он не стал ничего объяснять, просто спихнул с себя ботинки и вбежал в свою комнату. — Егор? – позвала Лили, но никто не ответил. Линч с молниеносной аккуратностью раскрыл конверт, доставая оттуда небольшой белый листок. На нем было написано одно предложение: «Приходи 1 января на площадь к ёлке в 19.00» И одна подпись: «Твой Джон Опасный» Земля ушла из-под ног, Егор свалился в кресло. Если это чей-то розыгрыш, то он не смешной. Вообще. Он просидел так десять минут. Пытаясь понять, что делать с этой информацией. Но кто ещё в окружении Линча знал о нём, кроме Лили? Кто из окружения Линча стал бы так шутить? Таких нет. Значит, это всё по-настоящему. — Егор? Всё нормально? – из-за двери послышался вкрадчивый голос сестры. Он не стал отвечать. — Что-то случилось? — Лили... – не удержался он. — Я получил письмо. От него. Она тихо вошла в комнату, прикрыв за собой дверь. — От кого, Линч? – переспросила она, наклонившись к нему с кресла. Он молча указал пальцем на последнюю строчку короткого текста. Лили распахнула глаза, перечитав её несколько раз. — Но... Он же... – она осеклась, решая лишний раз не ударять брата очевидными фактами. — Я ничего не понимаю... – Линч зарылся руками в волосы. — Думаешь, это правда? В смысле... Это правда он написал? Лили вздохнула. — А про что пишет? Егор просто отдал ей письмо. Она быстренько прошлась глазами по единственному предложению. — Ну... Я считаю, проверить в любом случае стоит... – задумчиво протянула девушка. Она искренне надеялась, что это в самом деле Джон. Может, тогда Линч снова обретёт тот задорный огонёк в глазах. Ведь после его пропажи Егор забросил свою карьеру как блогера, так и охотника за мистикой. Он боялся потерять ещё кого-то. Линч не знал, что именно он чувствовал. Неужели, спустя столько лет... Они смогут увидеться?.. Но тогда что с ним случилось? Он же... Он стал вампиром... Егор всё это время считал, что если он и жив, то он уже не человек. Он уже не Джон. Он снова осмотрел письмо. Его почерк. Линч слишком часто тайком читал его авторские произведения – ну, или он сам ему показывал – чтобы не помнить каждую его особенность. — Я пойду, – решительно заявил он. *** Однако на следующий день, идя по заснеженной площади, которую помимо одинокой луны освещали тысячи цветных огоньков со всех сторон, Линч понимал, что совсем не знает, чего ему ожидать. Вдруг это всё вообще сон, и он просто напился вчера, а сейчас лежит где-нибудь под кроватью, вот и дует откуда-то... Он подошёл к ёлке, переливающейся всеми самыми праздничными цветами. Вокруг было много людей, все куда-то шли, смеялись со своими семьями, друзьями. Город как раз только проснулся после новогодней ночи. А Линч так и не смог заснуть. Подремал пару часов, не более. А всё остальное время он смотрел на письмо, пытался спрятать его куда подальше, чтобы забыть о нём, и снова смотрел на него. Он достал телефон, посмотрел на время. 18:59. Ещё несколько секунд, и будет ровно семь. Егор снова огляделся. Мимо пробегали дети со снежками в руках, какие-то девушки звонко смеялись, чуть не падая в снег, а вот... Пришёл он. Без шапки, в расстёгнутой куртке, из-под которой выглядывал бежевый свитер со снежинками на синем фоне. В очках, скрывающих глаза, с растрёпанными кудрявыми волосами. Бледный, что даже морозу не под силу было покрыть его щёки румянцем. Они молчали, смотря друг на друга. И снова то жжение в глазах, но боль почему-то переехала в грудь. И что же ей, интересно, на щеках не сиделось... Линч застыл, как замороженный, наблюдая за тем, как тот медленно подходит к нему. Все звуки затихли, оставляя за собой только звенящую тишину. — Егор... – собственное имя казалось чужим. Он так его не называл. Это всё враньё... Это всё неправда... — Приятель... Линч продолжал вглядываться в его лицо, и вот, он оказался достаточно близко, чтобы за стёклами очков наконец показались серо-голубые глаза. Его пальцы потянулись вперёд, но замерли в паре миллиметров от рук Егора. Но журналист уже успел почувствовать их жжением на коже. Уже узнал это тепло, которое, похоже, боль из груди и выселила. Линч отмер, опустив взгляд на его руки. Медленно, осторожно поднял свои, коснулся их. — Джон? – он заглянул ему в глаза. Но ведь тогда очков на нём уже не было... И, словно прочитав его мысли, тот снял их. — Да, приятель? – его глаза вдруг наполнились слезами. Он взял Егора за руки, сжал их. — Я скучал, Линч... Линч не нашёл, что сказать. Жгучие слёзы наконец вылились на щёки. Он не мог поверить, просто не мог. — Я... – он хотел спросить, где тот был всё это время, что с ним случилось, и почему он вернулся, но ему вдруг показалось это всё таким неважным. Джон жив, он здесь, и он вроде даже не вампир... Он тут. Линч схватил его за плечи и притянул к себе. — Я тоже скучал, приятель...