Странные хроники. Новогоднее празднование

Тридцать первое декабря довольно суетливый день в фикрайтерской школе. Все давно украшено, подарки заготовлены, празничные спецвыпуски и прода написаны. Ну в большенстве случаев, те кто не успел завершить свое произведение в последний день года почти не имели такой возможности. Нужно было поздравить всех, сложить подарки под елку в актовом зале потому что тумбочка-телепорт отказывалась работать на отправку и при этом не забыть записывать идеи к следующим произведениям которые в такой день приходили буквально одна за другой.       Елка на новогоднем мероприятии выглядела величественно. Это была не просто ёлка, а коллективное произведение отражающее интересы фикрайтеров наряжавших ее. Помимо всевозможных обычных ёлочных игрушек, гирлянд и дождика на ветках были бумажные звёздочки снежинки и сердечки названиями любимых жанров и предупрежений а также маленькие свитки с фразами вроде «канон — это рекомендация» Также были фигурки самых различных фандомов, распечатанные мемы, фанарт, цитаты персонажей. На верхушке красовалась звезда с надписью: «AU, где канон пошёл спать». Новогодняя красавица выглядела особо важно и торжественно будто понимала сколь важная миссия поручена ей на этом празднике. Было очевидно что среди обычных людей ёлки не могут это понимать, но за год пребывания в этой школе с ее аномалиями ученики насмотрелись такого что сейчас их бы не удивили даже избушки на курьих ножках танцующие канкан. Буквально меньше недели назад им пришлось возвращать героев различных фендомов назад в их вселенные только потому что аномалия в очередной раз проходила поблизости когда администрация заведения устроила фестиваль чтения новогодних фанфиков. Фикрайтеры собрались в актовом зале, кто-то был одет в костюм из любимого фендома кто-то просто из фендома которым интересовался некоторые вовсе пришли в уютной домашней одежде. — Эта ёлка выглядит как мой черновик, — задумчиво сказал кто-то. — Неровно, перегружено и очень личное? — Именно. Активность кипела. Многие о чем-то говорили между собой, кто-то пил кто-то ел. Вкусностей на столах было предостаточно, но в этот раз ученикам удалось убедить администрацию выделить отдельный стол для приготовления салатов своими руками. Так сказать на ходу. И не большая группа людей уже начала там довольно активную, слегка хаотичную, но по-своему слаженную деятельность — ту что возможна только тогда, когда никто толком не знает, кто за что отвечает, но всем весело. Стол был заставлен мисками, разделочными досками и пакетами с продуктами, которые постепенно исчезали, причём не всегда по назначению. Кто-то сосредоточенно резал салаты, с видом человека, принимающего судьбоносные решения. Огурцы нарезались слишком крупно, помидоры — слишком мелко, но это никого не смущало. — Главное — душа, — философски заметил кто-то, размахивая ножом. — В салате? — Везде. Рядом другой человек «помогал» — то есть периодически подходил, отщипывал кусочек сыра, исчезал и возвращался уже с мандарином. — Я не ем, я дегустирую, — каждый раз честно оправдывался он. — Это для вдохновения. — Ты уже вдохновился на пол-стола, — заметили ему, но без особой строгости. Кто-то пытался одновременно мешать соус и рассказывать сюжетную идею, размахивая ложкой так, что соус чудом оставался внутри кастрюли. — И вот тут он понимает, что всё это время… — Осторожно! — …что это был не враг, а… ой. Соус всё-таки капнул на стол, но был тут же объявлен «жертвой ради драмы». А у стены, слегка прислонившись к ней плечом, стоял человек с телефоном в руках и выражением абсолютного, неподдельного счастья. Он медленно листал комментарии под своим последним фиком, время от времени замирая, перечитывая строчку дважды, а потом внезапно восклицал: — ОН ПОНЯЛ ПОДТЕКСТ! Это было сказано так громко и торжественно, будто только что объявили о мировом мире. Кто-то уронил ложку, кто-то поднял глаза, а через секунду вся кухня разразилась аплодисментами. — НАКОНЕЦ-ТО! — ЧИТАТЕЛЬ МЕЧТЫ! — СКРИНЬ, СОХРАНИ, ЗАВЕЩАЙ ПОТОМКАМ! Сам счастливчик смущённо улыбался, продолжая листать. — Он ещё и отметил вот эту деталь… я думал, её вообще никто не заметит… — Значит, ты всё сделал правильно, — уверенно сказали ему. — Даже если и далеко не по популярным шаблонам. — Парень довольно кивнул. Вокруг пахло свежими овощами, цитрусовыми и чем-то очень домашним — смесью еды, смеха и того особенного тепла, которое возникает, когда рядом люди, понимающие, почему одна фраза в комментариях может быть важнее любого новогоднего тоста. И работа продолжилась: салаты дорезались, ингредиенты «для вдохновения» исчезали, идеи рождались между мисками и шутками, а кухня постепенно превращалась не просто в место готовки, а в ещё одну сцену их общего, живого, очень настоящего праздника. Вокруг было весело все болтали о своём. — Да не начинай ты новую главу подожди хотя бы до утра — А если он уже начал? — Тогда не продолжаей. — А если он сам продолжается? — Тогда делай вид, что это не ты. — Бубнил какй-то творческий коллектив возле одного из столов с кондитеркой. — За что пьём? — спросили. — За дедлайны, которые мы игнорировали! — За персонажей, которые нас не слушаются! — За комментарии длиннее трёх слов! Бокалы поднялись, газировка пролилась, на промокшей странице блокнота внезапно проступили буквы: «сцена с хаосом за столом». Но этого никто не заметил по крайней мере по началу. Ближе к вечеру начались споры. Не настоящие — фикрайтерские. — Это не OOC, это альтернативная интерпретация! — Это не альтернативная, это ты сделал его мягким! — Зато он счастлив! — ВОТ ИМЕННО! В углу кто-то тихо шептал: — А если представить, что они встречают Новый год вместе… — НЕТ. — Я уже представил. — ЗАПИШИ ПОЗЖЕ. периодически то одной то другой компании раздавались возгласы — А давайте караоке? В комнате на секунду повисла тишина — та самая, опасная, когда мозги фикрайтеров уже подогреты мандаринами и шампанским. А потом кто-то сказал: — Я знаю слова. — Все слова? — Даже те, которых там нет. В итоге пели почти все, Даже те, кто клялся, что вообще не поет, только пишет, даже те кто поначалу пел в специальнаых звукоизолированных кабинках за тем выходили на площадку спеть со всеми за компанию. Микрофон передавали из рук в руки, как реликвию. Кого только не было в караоке в этот вечер. Был известный любитель стекла и ангста. — Начну с чего-нибудь весёлого, — сказал он и включил самую драматичную песню из возможных. Он пел с таким выражением, будто проживал трагическую арку персонажа длиной в три тома. Кто-то тут же начал подвывать на бэк-вокале, кто-то драматично упал на диван, изображая эмоциональный надлом. — ЭТО SLOW BURN! — крикнули из угла. — ЭТО УЖЕ BURN! — ответили ему. Когда припев закончился, все аплодировали так, будто только что стали свидетелями финала макси с хэппи-эндом. Певец поклонился. — Спасибо. Я всё это вырежу при редактуре. Следующей была Аня, человек, который всегда говорил, что не танцует. Именно поэтому, как только заиграла бодрая поп-песня, она оказалась в центре комнаты, размахивая руками и задавая тон. — Это не танец, — строго сказала она, — это эмоциональная интерпретация. И началось. Танцевали все и как угодно. Кто-то подпрыгивал, кто-то медленно раскачивался, кто-то пытался повторять движения из клипа, которого никто не видел. Один человек танцевал так сосредоточенно, будто искал ритм для важной сцены. — Ты что делаешь? — спросили его. — Прорабатываю мотивацию персонажа. Караоке тем временем не останавливалось. Дуэты появлялись стихийно. — Я знаю эту песню! — Я тоже! — Отлично, вы поёте вместе. Они пели не в тон, не в ритм, но с таким энтузиазмом, что это переставало иметь значение. Слова путались, строчки заменялись на «ла-ла-ла» и «ну вы поняли», но каждый знал: главное — эмоция. В какой-то момент включили песню, которую знали все. Абсолютно все. Это было опасно. — Я БЕРУ ПЕРВЫЙ КУПЛЕТ! — Я ВТОРОЙ! — Я ОРУ ПРИПЕВ! Пели хором, громко, с расстановкой, иногда перебивая друг друга. Кто-то залез на стул, изображая сцену, кто-то размахивал мишурой, как концертным шарфом. Ёлка мигала огоньками в такт, словно была частью шоу. — Это канон? — спросил кто-то между строчками. — Это AU! — закричали ему. — ВСЁ МОЖНО! Веселье набирало обороты. Люди кружились, сталкивались, смеялись, извинялись и продолжали. Один из фикрайтеров внезапно начал танцевать парный танец с пледом.       К полуночи напряжение в воздухе стало почти осязаемым. Не из-за праздника — из-за идей. Они витали, цеплялись за уши, шептали «а что если». Ёлка подозрительно мигала гирляндой, словно тоже хотела что-то предложить. Песни стали особенно душевными, Кто-то тихо подпевал, кто-то обнимал соседа, кто-то просто сидел на полу и смотрел на остальных с тёплой улыбкой. — Запомните этот момент, — сказала милая девушка с блокнотом. — Потом будем писать. Когда часы начали отбивать последние секунды года, все собрались вокруг ёлки. Кто-то держал бокал, кто-то — кружку с чаем, кто-то — телефон с таймером, а кто-то — ноутбук с очередным текстом. — С НОВЫМ ГОДОМ! — закричали все. В этот момент кто-то случайно нажал кнопку. — … — Ты что сделал? — Я… опубликовал. — ЧТО?! — Сырой черновик. — С примечанием? — С примечанием. Повисла тишина. Потом пришло уведомление. — КОММЕНТАРИЙ, — прошептал он. — Читай. — «Боже, спасибо, вы выложили это именно сейчас». Комната взорвалась аплодисментами. — Значит, так было задумано, — философски заключили все. Дальше началась игра «Тайный Бета». Каждый тянул ник, и радость быстро сменялась ужасом. — У него макси на 400 страниц. — Тут нет пунктуации, но с душой. — Я люблю вызовы, посмотрим что получится из этого. Кто-то предложил читать отрывки вслух. Что тут началось. Через десять минут половина комнаты смеялась, вторая — плакала, а третья срочно переписывала сцены в голове. Да, три половины. Это же фикрайтеры. — Не слишком ли жёстко? Какой-то hurt без comfort. — Так задумано. — Лучше добавь comfort или смени рейтинг на NC Под утро разговоры стали тише, но идеи — громче. Люди лежали на полу, укрытые пледами, и обсуждали, кто кого спасёт в следующей главе. Кто-то клялся, что это точно последний фанфик, кто-то — что «просто маленький драббл». — Мы же договорились не начинать. — Я не начинаю еще. Я думаю. В воздухе витало то самое чувство — когда ты среди своих. Среди людей, которые понимают, почему три часа ночи — лучшее время для вдохновения, и почему комментарий «я плакал» важнее любого подарка. И никто не заметил, что над зданием повисла серебристая туча. Подозрения возникли когда одна девушка спортсменка, фикрайтерша, красавица и просто верная подруга решила выйти на караоке площадку. Все знали что поет она не очень, но в этот раз ее голос был прекрасен. В отличии от того что она показала еще буквально минут двадцать назад он буквально завораживал. Но еще никто не догадывался что желания загаданные ими под елкой сбудутся очень странным образом.голос неё не очень