Семейный Новый год

В доме Хитклифов вовсю царила рождественская вечеринка. Столы были забиты едой, гостей было больше, чем Готье мог пересчитать, а весь дом сиял рождественскими украшениями. Несмотря на всю эту праздничную обёртку, Готье совсем не веселился. Ему не нравились многочисленные гости, имён которых он даже не знал. Не нравилось и то, что в день, когда он должен был радоваться вместе с семьёй, ему приходилось улыбаться и обсуждать политику. Готье скучал по маминым праздникам. Грэйс никогда не устраивала рождественских вечеринок. Вместо этого она собирала всю семью, и весь день они готовили дом к своему, по-настоящему семейному празднику. Габи и мама пекли печенье и другие сладости вместе с прислугой. Гедеон и Готье украшали дом, пока отец готовил подарки. Даже ёлку они наряжали все вместе. После смерти матери эти традиции исчезли. Как бы отец ни старался, он не мог вернуть тот рождественский уют, который создавала мама. Поэтому вместо него появились эти вечеринки. Было шесть вечера. Значит, ещё уйма времени, чтобы незаметно улизнуть. Не привлекая внимания гостей, Готье ушёл в свою комнату, на ходу набирая номер Скэриэла и молясь, чтобы тот взял трубку. — Алло? — в динамике прозвучал расслабленный голос. — Готи, это ты? Решил раньше всех поздравить? — Скэриэл, как хорошо, что ты взял трубку, — с облегчением выдохнул Готье, наконец усаживаясь на стул. — Что-то случилось, Готи? — в голосе Скэриэла появились нотки беспокойства. — Нет! — поспешно ответил Хитклиф. — Просто хотел узнать, где ты сейчас. — Я в Запретных землях. Мы тут дом украшаем к празднику. А что? — Можно я приеду? — Готье закусил губу и стал ждать ответа. Слишком долго. — Что-что? — переспросил Лоу. — Можно я приеду? — повторил Готье, всё больше опасаясь отказа. — Ладно. Но только если отец и Гедеон тебя не поймают, — наконец сказал Скэриэл. — Они даже не заметят, — заверил его Хитклиф. За годы жизни в семье Хитклифов Готье научился отлично увиливать от вечеринок — и этот случай не стал исключением. Видеть расстроенное лицо отца было неприятно. Но Готье не раз давал понять, что не любит подобные мероприятия. Возможно, он бы остался, будь здесь хотя бы друзья. Но ребята прийти не смогли: у Леона сегодня было важное выступление, у близнецов — семейный Новый год. Оставаться больше не имело смысла. И он это знал ещё до начала вечера. План Готье состоял из множества переменных, но в итоге он всё-таки решил довериться судьбе. На чудо он не рассчитывал. Самым сложным было улизнуть из дома так, чтобы Гедеон его не заметил. Именно здесь ему и понадобился Чарли. За последний год они здорово сблизились. Оставалось лишь надеяться, что тот рискнёт помочь — и, заодно, возьмёт на себя покупки. В спальне Готье достал наличные: пользоваться картой в такой ситуации было слишком опасно. Металл монет холодил ладонь. Медленно выйдя из комнаты, он проверил коридор и направился в другой конец дома — к чёрному входу. Сердце бешено колотилось, но отступать Готье не собирался. Отыскав Чарли, он сначала пытался уговорить его отвезти в Запретные земли. Когда это не сработало, пришлось перейти к угрозам. — Ну раз так, я сам доеду, — заявил Готье. — Интересно, насколько далеко ты уедешь, — ухмыльнулся водитель. — Попробуешь — и я в тот же час расскажу твоему отцу. — С чего бы? Я же не сказал, куда еду. Готье прекрасно знал: Чарли не отпустит его одного. И точно так же не сможет его переубедить. Несмотря на это, дыхание всё равно сбилось — план был слишком близок к провалу. В итоге Хитклиф не оставил Чарли выбора. Тот повёл Готье к машине, по дороге заставив раз за разом обещать, что его участие не всплывёт ни при каких обстоятельствах. Только когда дверь захлопнулась, Готье позволил себе выдохнуть. Самая сложная часть плана осталась позади. *** Новогодняя атмосфера ощущалась даже в Запретных землях. Везде сверкали гирлянды, в некоторых домах виднелись ёлки, а на улицах иногда попадались улыбающиеся люди. Купить подарки на 31-е оказалось непросто, но с деньгами и влиянием всё становилось немного проще. Наконец, со всеми покупками Готье подъехал к дому спасения и поддержки. Попрощавшись с Чарли и убедив его, что с ним всё будет в порядке, Хитклиф подошёл к зданию и стал осматривать его. В окнах горел свет, слышались разные голоса. Счастливые голоса. Этот дом был особенным и для Готье. Здесь сбрасывались маски, здесь происходили первые по-настоящему честные разговоры. Да, он и Скэриэл ещё во многом расходились во взглядах, но у них было время. И главное — желание понять друг друга. Сейчас же Готье просто хотел насладиться праздником с дорогими для него людьми. Он постучал, и почти сразу дверь открыл Скэриэл. Увидев груду коробок, Лоу удивился, но всё равно помог занести их. Большинство предназначалось детям из дома поддержки, но среди них были и посуда, и другие хозяйственные принадлежности. В последних коробках лежали новогодние украшения: гирлянды, диковинки, всё для праздничного настроения. — Думаешь, наших украшений не хватает? — ехидно пропел Скэриэл, разглядывая коробки. — Нет, — Готье приблизился к нему. — Просто думаю, что можем украсить дом ещё лучше. Только что пришедший Джером был в шоке от количества вещей. И хоть сначала он ворчал, быстро втянулся в процесс. Дети носились туда-сюда: помогали или мешали, но веселье делало такие мелочи незаметными. После хорошей работы Готье и Скэриэл стояли в углу, обсуждая всё вокруг, прошлые поступки и будущие планы. Вдруг Скэриэл перебил его на полуслове и указал пальцем вверх. Они стояли под омелой. Не успел Готье обернуться, как Скэриэл поцеловал его. Пальцы скользнули по щеке, поцелуй углублялся, и Готье тянулся к нему, будто требуя больше. Внезапно Скэриэл разорвал поцелуй и прошептал Готье в шею: — С Новым годом, Готи. Куранты пробили, а с улицы донёсся звук фейерверков.