universe in your eyes

в этот предновогодний вечер улицы сеула были усыпаны белоснежным, холодным одеялом, а огоньки гирлянд ярко сверкали на всевозможных деревьях и столбах, наполняя атмосферу города волшебством. джей стоял у окна, наблюдая за суетящимися людьми. его взгляд блуждал по заснеженному пейзажу. внезапно по всей квартире раздался стук в дверь, которую пак медленно направился открывать. открыв ее, он увидел своего парня, - ян чонвона, - укутанного в теплый объемный шарф, а на его лице красовалась улыбка, которая могла растопить любой лёд. — я пришел за тобой, — нежно сказал чонвон. его голос был словно мелодия в этот чарующий вечер. — пойдем гулять! чонсон не мог устоять перед этим милым котом, поэтому, пропустив яна в квартиру и закрыв за ним дверь, он оставил на его лбу лёгкий поцелуй и побежал собираться, одеваясь максимально тепло.

***

парни направились в парк, где фонари мягко освещали снежные тропинки, вытоптанные со временем, а смех детей, лепивших множество снеговиков, заполнял все пространство. каждый шаг был наполнен лёгкостью, а их разнообразные разговоры сливались с тишиной вечера. молодые люди гуляли так несколько часов, до десяти вечера, а после направились в какое-то милое кафе, в котором можно было согреться и перекусить всякими зимними и новогодними закусками. джей не стал заморачиваться и взял простой карамельный латте. пока чонвон, в свою очередь, чуть весь прилавок новогодних сладостей не скупил... в итоге в руках младшего оказались большой стаканчик горячего шоколада и новогодний подарочный пакет с чизкейком в красно-белую полоску, словно леденцы, три пончика, и каждый разного, типичного для рождества и нового года, цвета - белый с кучей снеговиков из глазури, зелёный с узорами в виде ёлочных игрушек, и красный с сантой и его оленями. и ещё куча всяких шоколадок и конфет... — и вот куда тебе столько сладкого, чонвон-а? ты же столько не съешь даже... — произнес чонсон, устало улыбаясь, наконец сев за последние часы, уронив голову на плечо яна. парням правда повезло, что люди предпочитали покупать что-то и идти на улицу, оставляя места внутри. — оно просто все очень красивое! ты вообще видел эти тортики?! они же произведение искусства!! — на лице младшего красовалась яркая улыбка, и чудесные ямочки на щеках, которые так и просились на то, чтобы в них ткнули. — ян чонвон! вы слишком падки на все красивое, мистер! — ты тоже, хен. не отвертишься. — с хитрым прищуром шепнул на ухо старшего ян. чонсон сперва не понял слов парня, а потом возмутился. — эй! ты - совсем другое! — да-да~ не ты ли в первый же день нашего знакомства сказал, что я словно богиня? почему вообще богиня, я ж мужчина.. — это был очень неудачный подкат! — пак оправдывался, как мог. но это правда был очень тупой подкат, хотя им было 20 и 18, а ведь скоро чонсону уже 25.. — верю-верю. — балбес. — проворчал старший. — ой да, ты не лучше, джей-хен. и ведь я тебя, дурака такого, люблю. — я тебя тоже люблю, кот. чонвон аж чуть горячим шоколадом не подавился. давненько пак его так не называл... но губы все же расплылись в нежной улыбке. — сюда иди, балда. ян поставил стаканчик с напитком на стол и протянул руки у своему парню, который сразу же прилип к младшему, крепко обнимая его, все же не выдержав и поцеловав чонвона в его прелестную ямочку. вон тихо возмутился, мол, "пак чонсон, мы, вообще-то, в людном месте!", но сам же в ответ чмокнул парня в скулу. — дурень ты мой маленький. сам себе противоречишь. мы же в людном месте. — хитро прищурившись, произнес джей. — сам ты маленький. и вообще, не кради мои фразы! пак тихо рассмеялся, после чего вернул голову на плечо яна, приобнимая его за талию одной рукой.

***

в этом уютном кафе пара просидела часа полтора, и то в основном потому, что чонвон пытался съесть два пончика и чизкейк, но ему было слишком сладко. — а я говорил, что ты столько не съешь, а ты меня не послушал опять. ну ты правда как кот вредный. щеки яна покраснели ещё ярче, чем было полтора часа назад. слишком он любил это глупое прозвище от старшего слышать. — ну и что? дома потом съем. да и тем более что-нибудь можно с кофе или чаем съесть... — тогда тебя тоже можно с кофе или чаем? — что...? — глупо спросил младший. — что? чонсон засмеялся с реакции парня, после чего уткнулся в его шею(шарф, если быть точнее) носом, ещё больше смущая яна. — все, пошли на улицу давай, хен. полчаса до нового года, а нам ещё до большой ёлки надо успеть дойти. — пошли, ангелок, пошли. — да хватит уже такое говорить, джей! меня это все равно смущает. чонсон снова посмеялся. забавный ребенок, и за это он любит чонвона. парни всё-таки покинули кафе, двинувшись в сторону ёлки, которую было видно даже отсюда, правда, только ее ярко горящую верхушку. чонвон болтал обо всем на свете, пока джей, в свою очередь, внимательно слушал младшего, в нужные моменты отвечая парню. ян никогда не обижался на то, что чонсон в основном молчал, пока сам парнишка говорил. он знал, что такова личность джея - слушать поток разной информации, а потом отвечать на самое важное. когда они добрались таки до ёлки, украшенной сотнями, или даже тысячами ярких, разноцветных огней, игрушек, и большой звездой на самой верхушке, чонвон замолк. изначально он просто рассматривал огромное дерево, обходя его с разных сторон, отходя назад, чтобы разглядеть все, что сможет, а потом вернулся к своему парню и остановился рядом с ним, доставая телефон и смотря на время. — пять минут. — спокойно, вполголоса сказал ян. — совсем мало... этот год слишком быстро пролетел. — это правда. но я даже немного рад, что он скоро кончится. все равно этот год был какой-то странный. в нем самое лучшее - ты, хен. и я рад, что мы с тобой вместе уже почти пять лет... — вон-а, это звучит так, будто ты хочешь расстаться. — джей реально заволновался... — нет-нет, хен! это не так, правда! — ян сразу же приблизился к парню и взял его теплые руки в свои, чуть сжимая. — даже не думай, что я уйду от тебя, понял?! — все-все, не кипишуй, котенок. только не кусайся сейчас. лучше когда дома будем. на лице джея всплыла хитрая ухмылка после очередного возмущения чонвона, щеки которого краснели все больше и больше. — да перестань ты! и тут по улице начал разносится гул. обратный отсчёт... 20. 19. 18. 17. 16... — совсем чуть-чуть... что ж... — начал ян. 10. 9. 8... — пак чонсон, мой дурной ты.. 5... 4... 3... чонвон залез рукой в карман своей огромной куртки, которую ещё осенью пак подарил ему специально чтобы не мёрз зимой, а после вынул откуда маленькую, бархатную коробочку... люди вокруг начали кричать, встречая очередной новый год, поздравлять своих близких... а ян медленно открыл коробочку... в которой красовалось серебристое кольцо, подозрительно похожее на обручальное... — с новым годом, джей-хен. — ян протягивает свой подарок ближе к старшему, глаза которого были широко раскрыты и даже блестеть начали, но не от гирлянд на ёлке... по щекам чонвона скатилось пару слезинок от переизбытка эмоций. джей, заметив мокрые дорожки на излюбленных щечках, притянул парня к себе, обнимая так крепко, как никогда не обнимал. — ангел... с новым годом тебя, мой драгоценный. я тебя так сильно люблю, ты даже представить себе не можешь.. — я догадываюсь, хен. и я люблю тебя точно так же. но ты всё ещё не сказал ничего по поводу... подарка. чонсон немного отстранился от яна, смотря в его большие, блестящие глаза, которые были больше похожи на две маленькие, но бесконечные вселенные, а с его уст слетело нелепое "а?". чонвон высвободил одну свою руку, держа в ней коробочку с кольцом, после чего снова показал ее старшему. — это предложение в новый год, джей. старший тупо поморгал кошачьими глазками, а потом снова взглянул на младшего, в очередной раз улыбаясь. — я согласен, кот. с тобой я готов быть связан любым способом. и не важно, официально или нет. чонвон крепко-крепко обнял своего самого любимого человека, начав тихонько плакать от радости. он в жизни бы не подумал, что сделает предложение в новый год, дак ещё и такому чудесному парню. но вот они, пак чонсон и ян чонвон, прямо сейчас стоят рядом с ёлкой, пока на улице взрываются десятки фейерверков, а дети и взрослые вокруг радуются новому году. наконец оторвавшись друг от друга(ну, почти), пара ещё несколько секунд смотрели друг другу в глаза, видя в чужих целые вселенные с миллионом ярких звёзд, и через десяток секунд их губы соединились в нежном и немного солоноватым от слез поцелуе, который говорил бы больше, чем каждый сказал бы словами...