Последняя лестница

Ночь стояла душная, серая, будто сама не решалась смотреть.   Николай шёл медленно, осторожно ступая по лестнице Ипатьевского дома. На руках — Алексей. Сын был лёгок, слишком лёгок для четырнадцати лет, и дышал неровно. За спиной — Александра, дочери, слуги. Шаги глухо отдавались в подвале, где стены впитали сырость и страх.     Он не смотрел по сторонам. Только вниз.   Каждая ступенька была как год — необратима.     И в этот же миг, но три столетия назад, утренний воздух был чист и холоден. Над Костромой вставало солнце. Михаил Романов поднимался по ступеням Ипатьевского монастыря. Молодой, растерянный, почти мальчик. За ним — бояре, духовенство, шум голосов. Его звали на престол, уговаривали, клялись в верности.     Он шёл вверх.   Каждая ступенька была как надежда.     Подвал был тесен. Николай остановился, поправил сына на руках, машинально пригладил ему волосы. Алексей открыл глаза, посмотрел на отца — без страха, только с вопросом. Николай ничего не ответил. Слова здесь не имели смысла.     В монастыре Михаил замер у последней ступени. Он обернулся, словно хотел ещё раз увидеть дорогу назад — к тишине, к обычной жизни, которой у него больше не будет. Колокол ударил. Решение было принято за него.     И вдруг — мгновение, в котором время свернулось.     Николай поднял голову.   Михаил поднял глаза.     Между ними не было ни подвала, ни монастыря. Только лестница — бесконечная, уходящая одновременно вверх и вниз. Михаил смотрел с тревогой и смирением человека, которому ещё только предстоит нести корону. Николай — с усталой ясностью того, кто уже всё потерял.     — Прости, — тихо сказал Николай.   — Держись, — так же тихо ответил Михаил.     Мгновение исчезло.     Михаил шагнул вперёд, в свет, к трону, с которого начнётся династия.   Николай шагнул вглубь подвала, туда, где она оборвётся.     История закрыла круг.   Ипатьевское имя осталось — как точка начала и точка конца.