Завтра будет ёлочка

Закрыв кухонный кран, с которого текла вода, смывая остатки еды с посуды, Вадим открыл окно, вдыхая зимний асбестовский воздух.  Все сессии подошли к концу, уступая место долгожданному отдыху.  На улице было спокойно и тихо. Только небольшой ветер разбрасывал снежинки, утаскивая их в бесконечный вальс.  Вадим закрыл окно и взглянул на настенные часы. Минутная стрелка доходила до двенадцати, а часовая уже вовсю наступала на цифру десять. Парень отвёл взгляд от ходиков и направился с кухни в, когда-то его, комнату, которая принадлежала только ему почти шесть лет. Пока в жизни пятилетнего Вадика не появился маленький, пищащий, голубоглазый комочек, именуемый - Глебом.  Дело было всё в том, что мать братьев вызвали по делам в Свердловск. Ирина Владимировна работала анастезиологом и имела неплохой статус в кругах Асбеста и за ним, поэтому её частенько созывали на работу даже в Новый год. Так случилось и сейчас.  Женщине было крайне не удобно оставлять младшего сына одного в канун праздника, но поделать она ничего не могла.  Статус старшего брата никак не мог допустить, чтобы его младшенький встречал Новый год в одиночестве. Тем более Вадик прекрасно представлял, как его флегматичный и меланхоличный Глеб будет встречать праздник. Поэтому старший вызвался спасти младшего от скуки и лично организовать его уходящий год своим приездом. Так и маме будет спокойнее, да и Глеб под присмотром.  В шесть утра Вадик уже стоял в дверях родной квартиры. Быстро распрощавшись с мамой, которая успела дать кучу указаний по поводу брата, старший разобрал вещи и прилёг на диване в гостиной, решив не тревожить Глебовский сон.  Сейчас время было уже десять, а мелкий до сих пор спал. Мириться с этим Вадик не хотел, поэтому, не шумя, направился в комнату брата.  Глеб лежал на кровати полностью укрывшись одеялом. Сбоку от его головы что-то выпирало. Это оказался массивный том Гофмана.  Любовь младшего к чтению всегда удивляла старшего. С раннего возраста Глеб требовал, чтобы Вадик перед сном почитал ему очередную сказку, а уже в пять научился читать самостоятельно, но от братского чтения не отказался. Сейчас Глебу пятнадцать и книги в его репертуаре стали намного серьезней и проникновенней. Некоторые даже не мог понять сам Вадим.  Там же он нашёл и фонарик. По всей видимости, мелкий опять читает ночью и портит себе зрение.  Убрав находки на стол, Вадик вернулся к Глебу и нежно потормошил его за плечо со словами: -Глебка, просыпайся давай, —из под одеяла послышалось недовольное бурчание.  -Вставай, Глебка, весь Новый год проспишь, —Вадик схватил край одеяла и откинул его назад, раскрывая голову брата.  Почувствовав холод, Глеб недовольно поморщился и, не открывая глаз произнёс: -До него ещё три дня, успею.  Самойлов-младший вернул одеяло на место, сильнее кутаясь в него.  -Мда, такими темпами я женюсь быстрее, чем ты наконец проснёшься, —выдал старший, почёсывая затылок  Он резко схватил одеяло и дёрнул его на себя. Глеб, не ожидавший такого, выпустил спасательную ткань из рук.  -Думаешь, тебе это поможет? —усмехнулся он, переворачиваясь на живот, обнимая подушку.  Вадик, оставшись стоять с целым одеялом в руках, недовольно прыснул.  Тут в кучерявую голову пришла идея. Он отложил одеяло на свою кровать, подошёл к окну и резко дёрнул форточку, распахивая её настежь. Комнату тут же стал заполнять холодный воздух.  Глеб, всё это время лежавший неподвижно, сжался от холода, оборачиваясь на улыбающегося старшего, прожигая того рассерженным взглядом.   -Ты с ума сошёл? Холодно же, —досадно взвизгнул Глеб, наконец, принимая положение сидя.  Вадим усмехнулся.  -Зато ты полностью проснулся.  Он сел на кровать рядом с младшим и набросил ему на плечи одеяло.  -Ну привет чтоли, мелкий, —добродушно поздоровался он, заключая младшего в тёплые объятия.  -Я между прочим не такой уж и мелкий, —фыркнул Глеб, крепче прижимаясь к старшему.  -Для меня ты всегда будешь мелким, —парировал Вадик, целуя брата в висок.  Эти редкие нежности со стороны Вадима всегда вызывали тепло на душе Глеба. Хотелось, чтобы Вадик приезжал по-чаще. Хотя бы раз в месяц, ну или, на худой конец, вовремя каникул, что удавалось крайне редко и сильно огорчало младшего Самойлова.  -Давай-давай, Глебка, умывайся, одевайся нам ещё кучу всего переделать надо, —поторопил расслабленного брата Вадим.  -Зачем? Новый год же не сегодня.  -Не сегодня, —согласился старший, -но, чтобы всё успеть надо начать прямо сейчас.  Глеб недовольно стукнул брата по бедру, вызывав у второго смешок, и нехотя поднялся, направляя навигатор в сторону ванны.  **** -Вадик, скажи, а как ты смог променять своих друзей на меня? —неожиданно спросил Глеб брата, когда тот садился за стол со своей тарелкой яичницы.  -Что? —искренне не понял старший. -Ты о чём?  -Ну, ты же будешь встречать Новый год с капризным мной, вместо того, чтобы тусоваться с друзьями по клубам, бухать и трахаться с девчонками. Вадик чуть не подавился после последних слов Глеба.  -С чего ты взял?  -Вадик, не делай из меня идиота, —Глеб усмехнулся лживой улыбкой, -думаешь я не знаю, как ты там развлекаешься в своём Свердловске?  Вадим хотел возразить, но младший продолжил: -И сейчас ты сидишь под наказом мамы за мной следить, как последний фраер, вместо того, чтобы трахать очередную девушку, имя которой ты даже не запомнишь.  Глеб замолчал, уставившись в тарелку.  Вадик конечно предполагал, что брат злился на него из-за переезда. Он был уверен, что Глеб расценил это как предательство, словно тот его бросил и уехал. С одной стороны так и было… -Глебка, послушай, —Вадик подсел ближе к брату, -ты - мой брат, и я никогда не променяю тебя на развлечения. Просто мне надо получить образование, а перспектив в Асбесте, как ты видишь, не много Старший говорил это настолько нежно и правдиво, что Глеб на секунду закрыл глаза, стараясь впитать в себя этот вожделенный и такой родной голос.  -Скоро ты вырастишь и переедешь ко мне, —продолжал кареглазый.  -Нет, Вадик, когда я вырасту, ты уже женишься и я стану тебе ненужным, —Глеб вновь опустил взгляд в тарелку, стараясь не обращать внимание на поглаживание по плечам.  -Глебка, ну с чего ты такой пессимистичный? —улыбнулся старший. -Как я смогу тебя бросить, малыш, я же люблю тебя.  Вадик обмял худые плечи, крепче прижимая к себе. В объятиях Глеб быстро смог расслабиться и полностью довериться брату. Уж слишком сильная была из связь. Слишком сильно Глеб любил и доверял старшему так, как не доверял никому, и Вадик оправдывал эти ценности, не разочаровывая младшего.  **** Весь день братья прибирались в квартире, наводя чистоту. Глеб смог выпросить у брата включить магнитофон и уборка сразу заиграла новыми красками.  Вадим в очередной раз порадовался тому, насколько у них с братом были схожи вкусы в музыке, которые в будущем могли бы неплохо сыграться вместе.  Уже под ночь Вадим отправил брата спать, конечно же проконтролировав, что он точно будет спать, а не читать книги. Глеб сначала противился: мол, парень он уже большой и в контроле не нуждается, но в итоге смирился.  Вадим разложил диван, сделав до этого все ванные дела, и зашёл на балкон покурить. Но долго наслаждаться табачным дымом он не смог так, как зимний морозец давал и себе знать, а деревянные окна балкона сильно не защищали от сквозняка.    Спустя пару минут парень уже лежал, завернувшись в одеяло, с выключенным светом.  Сон всё никак не шёл. Время уже успело перевалить за час ночи. Вадик перевернулся на спину и прислушался. Было тихо. Даже настенные кухонные часы будто бы замерли, погружаясь в сон. Воспоминания сами стало заполнять голову студента: как он, ещё будучи совсем маленьким, любил смотреть в окна балкона, как собирал с отцом железную дорогу, как потом помогал собирать трёх летнему Глебу эту же дорогу…. Из воспоминаний его вырвал довольно громкий скрип половиц. Резко обернувшись, взору Вадика пал Глеба. Младший стоял возле входа в зал, будто боясь пройти вперёд.  -Ты чего? —как можно тише спросил Вадик, но Глеб всё равно вздрогнул.  -Вадь, там…. -Что там?  Глеб замолчал. Только сейчас Вадик заметил, что у младшего в руках подушка.  Он сразу всё понял.  -Иди сюда.  Глеб долго не думал и тут же, преодолев короткое расстояние, лёг на диван возле стены. Вадик накрыл его одеялом и обнял.  -Замёрз? Ты холодный, —шепнул он в ухо брату.  -Немного, —признался Глеб, сильнее прижимаясь спиной к тёплой груди старшего.  Вадик вздохнул и сильнее закутал младшего в одеяло, не распуская объятия. Сам же он решил раскрыть хотя бы спину, чтобы не было слишком жарко.  Самойлов-старший не стал спрашивать у брата, что побудило его прийти к нему ночью. Он с детства привык, что Глеб приходит и ложится рядом. В голове никогда не зародилась мысль отказать или прогнать младшего. Слишком сильно Вадик любил Глеба и никогда бы не позволил себе такого.  **** Следующий день обвенчался тем, что был потрачен на поход в магазин за всеми необходимыми продуктами.   -Куда собрался? —Глеб вздрогнул от громкого голоса брата, раздавшегося у самого уха.  -В магазин, —непонимающе ответил Глеб, -сам же сказал идти одеваться.  Вадик осмотрел младшего с ног до головы.  -И ты собрался так идти в тридцатиградусный мороз?  Теперь уже Глеб принялся осматривать себя.  Вадик уже давно заметил склонность брата не носить шапку или хотя бы шарф.  Зимы на Урале были холодные и слабый иммунитет младшего Самойлова чуть ли не каждый месяц падал, прогибаясь под ОРВИ и его предшественниками.  -Глебка, вот скажи, ты хочешь под Новый год слечь с температурой тридцать девять и больным горлом? —строго задал вопрос старший.  -Нет, —буркнул Глеб, -но мы же быстро.  Глеб дальше что-то говорил, но Вадик мало вслушивался в его речь. Не обращая внимание на сопротивление, старший нежно одел шапку на голову брата. Несколько прядей беспорядочно упали на лицо, что придало Глебу ещё более милый вид.  Вадик по-доброму улыбнулся и погладил брата по задней части шее. Глеб тоже улыбнулся, несмотря на колючую шапку на голове.  **** В магазине братья были не долго. Только Глеб под конец начал ныть брату на ухо, что ему жарко и, что шапка эта дебильная. Закатив глаза, Вадим отправил мелкого на улицу, а сам пошёл на кассу.  Пока брат расплачивался, Глеб вынул из кармана начатую пачку сигарет и закурил.  Табачный дым всегда привлекал младшего Самойлова. Мальчику было интересно наблюдать как курил отец, а потом и брат. Глеб самый первый узнал, что брат курит. Просто навсего застукал его на балконе с сигаретой в зубах. Даже удалось выпросить затянуться. Вадик конечно сопротивлялся, Глебу на тот момент было всего одиннадцать, но милые голубые глазёнки вынудили его всё же разрешить.  -А не рановато ли вам мистер табачный дым потреблять и портить свой организм? —неожиданно раздалось сзади. -Да ладно, не удивляйся, я и так знал, что ты куришь, —Вадик сунул брату в руку пакет с продуктами.  От последних слов Глеб озадаченно поднял одну бровь.  -Откуда?  -Глебка, —рассмеялся Вадик, -ты бы хоть выветривался, прежде чем меня обнимать. Думаешь я не учую запах табака?  -Не знаю, —хмуро ответил Глеб, но всё же улыбнулся.  -Я у тебя научился -Да уж, —старший положил руку на глебово плечо, -не очень хороший пример, ну да ладно, прошлое не вернуть.  С минуту братья молча глядели друг на друга, но вскоре у обоих разрослась искренняя улыбка и, смеясь, они направились в сторону дома.    **** -Глебка, ты какой салат будешь, мимозу или оливье? —крикнул Вадик брату с кухни.  Кудрявая макушка не заставила себя долго жать и через полдюжины секунд появилась на кухне.   -Оба и побольше, —ответил Глеб, беря с разделочной доски огурец.  -Эй, —стукнул его Вадик по руке, -а не лопнешь?  Глеб рассмеялся.  -Не лопну, если что, ты мне поможешь всё съесть.  Вадик развернулся на брата, пронизывая того янтарным взглядом.  -Глебка, ты не забыл, что твоя задача ёлку нарядить?  Глеб стукнул себя ладонью по лбу, словно только сейчас узнал об этом, и умчался в зал наряжать праздничное дерево.  Уже ближе к десяти оба закончили со своими обязанностями. Глеб помог брату достать и разобрать стол, застелить его скатертью и расставить тарелки с едой.  Когда все дела были сделаны, парни уселись перед телевизором. Вадик вооружился пультом, а Глеб бутербродом. Остановились они на новогоднем огоньке, где советская эстрада уже в сотый раз перепевали попсовый новогодний мюзикл.  Пока Глеб накладывал салаты и курицу в тарелки, Вадик куда-то отлучился. Он вернулся через пару минут. Его встретил Глеб с руками за спиной.  -Вадик, я тут копил, —Глеб замялся, подбирая слова, -и наконец накопил, —он снова замолчал, -вообщем, это тебе. Он протянул старшему небольшую коробочку с прозрачной крышкой, в которой красовались наручные часы «Восток». -С Новым годом!  Вадик ошарашено уставился на подарок, прикидывая в голове сколько он мог стоить.  -Глеб…Глеб это супер, это..это же очень дорого, малыш, откуда у тебя такие деньги?  -Я же сказал, копил, —Глеб улыбнулся, -а ещё играл на гитаре в одном из клубов, ну помнишь, который рядом с вокзалом, и там мне заплатили почти половину той суммы, которая у меня была.  —Глеб посмотрел в окно.  -Я уж думал не успею.  Вадик прокручивал в голове слова брата, но слов подходящих не подбиралось. Он смог только заключить младшего в объятия.  -Глебка, ты такой у меня молодец, —старший поцеловал его в висок. -У меня для тебя тоже есть подарок.  Вадик расцепил объятия и достал что-то из-за дивана.  -Я знаю, что ты хотел её и вот, —Вадик протянул брату подарок, -еле нашёл. С Новым годом, братишка.  Глеб держал в руках виниловую пластинку «The Wall», о которой мечтал последний год.  -Вадик, это же она, прям, как я и хотел! —пластинка была перемещена на диван рядом с часами, а Вадик был стиснут в тёплые объятия. -Вадик, ты чудо!  Больше десяти минут братья благодарили друг друга за подарки, а потом Глеб предложил поставить новую пластинку на проигрыватель.  Минуту спустя комнату заполнила мелодия британской группы. Глеб осел на диван, вслушиваясь в каждый звук музыки, а в голове прикидывая, какая партия играется тем или иным музыкантом.  -Вадик, —настойчиво подал голос Глеб, -знаешь, что я сейчас хочу?  -Чего же?  -Танцевать.  -Танцевать? —Вадим удивился, но вязнув в глаза брата, наполненные искрами желания, спорить не встал.  Он нежно взял руку брата в свою, поднял того с дивана и, прихватив за талию, увёл в танец. Хоть музыка и не подходила; стол мешал, но парням было плевать. Оба получали наслаждения от происходящего.  Ещё некоторое время парни кружились в ломаном вальсе, пока не повалились на диван, громко смеясь от тряски перед глазами.  -Осталось пол часа, —напомнил Вадим, настраивая новоподаренные братом часы.  -Да… —как-то задумчиво произнёс Глеб. -Вадик, а пить мы что-то будем?  Вадим оторвался от своего занятия и озадаченно посмотрел на младшего.  -Да, я буду пить шипучку, а ты сок, —выдал он, еле сдерживая улыбку.  -Вадик!  Старший рассмеялся. Наконец получилось настроить часы, чтобы они не отставали. Он надел их на левую руку, чувствуя, как кожаный ремешок обхватил запястье. С минуту любуясь дорогим хрономом, Вадик потрепал младшего по голове и пошёл на балкон. Глеб внимательно проследил за его действиями.  Самойлов-старший вышел с бутылкой советского шампанского и поставил её на стол, а следом поставил небольшую бутылку импортного коньяка. Глеб сделал вид, будто не обратил внимание, продолжая читать книгу. Но дочитать ему не дали - рука старшего медленно опустила книгу от лица, заставив смотреть ровно на себя.  -Глебка, только маме скажешь, что пил сок, хорошо?  Глеб удивлённо кивнул, не понимая зачем брат это спросил. Вадик одобрительно кивнул и улыбнулся. В верности младшего он никогда не сомневался.   Когда время уже начало подходить к курантам. Самойловы сели за стол перед своими тарелками. Пока брат разливал взрывной напиток по бокалам, Глеб в пол уха слушал обращение нынешнего президента.  -С Новым годом, Глебка, —возгласил Вадик, обнимая брата, когда речь главы государства закончилась.  -С Новым годом, Вадик! —Глеб обменял брата в ответ, разглядывая куранты по телевизору.  В груди Глеба всегда ёкало от звука огромных часов, стоящих на Красной площади такой большой и красивой Москвы.  Куранты сменились гимном.  Парни допили первый бокал шампанского и Вадик подлил нового.  -Вадик, спасибо тебе. -За что? —не понял Вадим.  -За то, что приехал и организовал всё это. Без тебя я бы даже и пробовать не стал, —Глеб придвинулся к старшему.  Вместо слов Вадик чмокнул брата в макушку - Глеба это удовлетворило.  На удивление, за разговорами обо всём на свете, шампанское закончилось быстро и Вадик принялся разливать коньяк.  -Импортный, сказали, что быть хорошим.  Глеб цокнул.  -Можно подумать я пробовал что-то другое.  За коньяком разговоры сместились в одну тему - музыка. Глеб поделился с братом, что в будущем хочет создать рок группу. Вадик эту идею поддержал, поскольку также, как и брат, уже давно горел этой идеей.  Захмелевший Глеб так разоткровенничался, что решил показать брату несколько своих творений.  -Вадик, а хочешь я тебе свои стихи покажу?  -Конечно, —искренне обрадовался старший, -очень хочу.  Глеб метнулся за толстой тетрадкой в комнату и вручил её брату. Вадик раскрыл её и принялся листать. Исписано было много: где-то был полноценный текст, где-то были отрывки, а где-то даже зачеркнуто половина листа. Но Вадик вчитывался, хоть разум от алкоголя был немного затуманен.  «Плазма огня и блестящая ртуть всё бежит, я не знаю куда. Я лишь вижу, они бегут от окна не узнать, не назвать, не вернуть»* «Мы выпили жизнь, но не стали мудрей. Мы прожили жизнь, но не стали моложе»** «И мы, как листья, падаем с деревьев кровью стекая в лужи»*** -Глеб, —произнес старший, как прочитал всё полностью, -Глеб, это…это шикарно, великолепно…гениально! Глеб, мы это обязательно запишем, слышишь…. Вадим обернулся на брата и увидел, что тот на него даже не смотрит.  -Глебка, ты чего, —взволнованно поинтересовался он.  -Приезжай почаще -Что?  -Приезжай почаще, Вадик, —Глеб повернул голову на брата и посмотрел ему в глаза. -После твоего отъезда мне так грустно, одинокого, понимаешь? Я могу разделить что-то дорогое, что-то сокровенное только, когда ты рядом, а ты…ты приезжаешь только на каникулах и то не всегда. Я понимаю, что у тебя учёба, друзья, девушки и, что возможно я тебе уже не интересен, но я не могу без тебя. Я хочу быть к тебе ближе, но у меня не получается, —Глеб замолчал, переводя дух, но вскоре продолжил. -Ты нужен мне, Вадик.  Глеб уткнулся носом в плечо старшего, ожидая приговор на такую откровенность. Вадик молчал, осмысливал, принимал решение. -Глебка, —он поднял лицо брата, -ты мне небезразличен! Мне всегда с тобой интересно в любом возрасте, —Вадик старался говорить твёрдо, но не грубо. -Так было всегда - так и останется.  Он прижал младшего к себе, утыкаясь носом в кудрявую макушку.  -Извини, что делаю тебе больно, я не хочу этого, но, понимаешь, нужно пожертвовать, хотя бы этим периодом, чтобы потом было лучше. Ты вырастешь и переедешь ко мне, будет у нас своя группа и всё у нас будет хорошо.  Голос брата успокаивал, давал надежду, веру в будущее. На душе стало легче. Глеб поднял голову на брата.  -Я люблю тебя, Вадик.  -И я тебя, Глебка.