Яд в лепестках роз

Так и прошёл весь день. В 19:00 Розалина стояла под кабинетом Снейпа. Ребята договорились, что она идёт первой. Девушка выдохнула и постучалась. Когда Уокер зашла, её встретил сильный запах роз. — Это запах роз? — удивлённо спросила ведьма. — Нет. Это запах Амортенции, — ответил Снейп, не отрываясь от флаконов. Запах красных роз, насыщенный и прекрасный. Так пахло зелье для этой конкретной, надменной слизеринки. Интересно. Ни намёка на тягучий аромат приторной сладости юношеской влюблённости. Только розы. Холодные и чистые. Любопытно: если человек не влюблён, Амортенция пахнет тем, что он больше всего ценит и любит. А по девушке нетрудно догадаться, что она любит розы. Для некоторых это даже смешно, учитывая её имя. — Понятно... Можете положить вещи на первую парту и заняться драйкой котлов. — Хорошо, профессор... — сказала девушка и принялась скрести первый котёл. Через четверть часа Роза решила попробовать завести разговор. — Профессор, а вы не против поговорить? — от скуки поинтересовалась слизеринка. — Не горю желанием, — ответил Снейп, не отрываясь от проверки работ. Его перо аккуратно и сосредоточенно выводило каждую букву каллиграфическим почерком. — А если я буду настаивать? — с надеждой спросила девушка. Снейп раздражённо отвлёкся от работ и, сжимая перо, посмотрел на слизеринку. Его чёрные глаза будто прожигали в ней дыру. — Мисс Уокер, — его голос стал тише, отчего напряжение в кабинете стало физически ощутимым, — вы действительно полагаете, что у меня есть время или, что более важно, желание поддерживать ваш детский лепет?! — Профессор, — её голос прозвучал громче, чем она планировала, — а как... как пахнет ваша Амортенция? Перо в его руке замерло. Он медленно поднял на неё взгляд. В его чёрных глазах не было гнева. Была бездонная, оценивающая пустота. — Почему вас это интересует, мисс Уокер? — Просто... любопытно, — она почувствовала, как кровь приливает к лицу, а в горле пересыхает. Зачем она вообще это спросила?! — Какие запахи могут быть у... такого человека, как вы? Уголок его тонких губ дёрнулся — не то чтобы в усмешке, скорее в гримасе холодного развлечения. — Ничего, что могло бы заинтересовать юную девицу. Чистите котёл. Он всё ещё испачкан стеблями папоротника. — А как ваш день прошёл? — не унималась девушка. — Продолжайте отработку, мисс Уокер, — уже более холодным и спокойным тоном сказал Снейп. Такое ледяное равнодушие было хуже любой вспышки ярости. Роза стиснула зубы и принялась за следующий котёл, чувствуя, как гнев и досада копятся где-то в глубине души. Руки ныли, спина затекла, а молчание Снейпа, прерываемое лишь скрипом пера, сводило с ума. Спустя долгих полтора часа она отработала наказание. — Я закончила, сэр. — Можете быть свободны. Спокойной ночи, мисс Уокер. — Спокойной ночи, профессор. Девушка взяла вещи и вышла из кабинета. "Глупое, опасное любопытство. И этот запах... Красные розы. Слишком прямой. Слишком очевидный символ. Или нет? Девчонка умна, чтобы не понимать этого. Что за игру она затеяла?" — все эти мысли крутились в голове Снейпа после её ухода. Розалина же пришла в гостиную Слизерина. Там стоял никто иной, как Драко Малфой собственной раздражающей персоной. — Уокер? Опять на отработке была? Носишься с этими гриффиндорцами и приключения только ищешь, — со злорадством сказал блондин и подошёл к Розе, задрав подбородок. — Малфой, не твоего ума дело, где я была! Не доёбывай! — зло ответила девушка. — А декан знает, что ты такими словами ругаешься? Может, тебе одной отработки не хватило? Или вас за какие-то другие проделки отправили? — Не-твоего-ума-дело, — после этих слов девушка толкнула Драко в плечо и прошла в свою комнату. Она кинула сумку на кресло и без сил упала на кровать. — Чёрт побери этого змея подвального! Вдруг телефон в руке сильно завибрировал. Кто-то опять спамил. — Чёрт побери! Они же знают, что я это ненавижу! Аааа! — крикнула девушка в подушку. Потом подняла голову и зашла в группу. Рон: Наконец-то в сети! Роза: Рон, я на тебе когда-нибудь Аваду примерю! Гарри: Кто-то сегодня не в духе. Роза: Интересно почему же?! Я же всегда такая радостная с отработок у змея возвращаюсь! Гермиона: Что он опять говорил? Роза: Я зашла в его кабинет, обалдела оттого, что пахнет моими любимыми розами, а это была Амортенция. Он, оказывается, перед моим приходом разливал её по флаконам. Ну а я решила спросить, как у него пахнет зелье... Рон: Ты бессмертная?! Роза: Ну он, конечно же, не ответил... Потом я ещё спросила, как у него прошёл день, и он посмотрел на меня, будто я предлагала отравить Дамблдора. Не отработка, а хождение по острию клинка! Ну мне тогда было слишком скучно... Гермиона: Удивительно, как ты живая из его кабинета вышла! Гарри: А почему тебе вообще было так интересно? Надеялась, что у него тобой пахнет? Роза: Гарри, тьфу на тебя! Он, конечно, красивый, но он мой декан! Рон: Красивый?! Змей?! Роза: Если ты не знал, красота — это субъективное мнение! Рон: Ууууууу) Гарри: Ууууууу) Роза: Ой, идите вы! Гарри: Гермиона, приготовь сыворотку правды! Завтра нужно будет всё у неё выпытать! Роза: Ладно, я спать! Заебал этот змей проклятый! Рон: Сначала красивый, потом проклятый... Попробуй понять этих девушек! Роза: Ой-ой-ой! Иди тогда с Гарри пососись, если мы такие сложные! Рон: Эээ! Гарри: Эээ! Роза: Всё! Спааать! Отправив сообщение, девушка отложила телефон, переоделась и легла спать. На следующий день на отработку должна была идти Гермиона. Лёжа в постели, Роза ворочалась. Перед глазами стоял его профиль, освещённый зелёным светом котлов. В ноздрях снова всплывал призрачный, дразнящий аромат красных роз.