Первые мгновения наступившего года

— Куда ты тянешь свои ручки, сучка? — процитировала строчку песни Окетра, когда увидела, как Джон, открыв холодильник, тянется за каким-то пироженым. В ответ она получила фирменный взгляд, а-ля, "Попробуй запрети". При этом рука не переставала медленно, как бы назло, вытягивать пироженое из коробки, в которой ему было положено оставаться до самого накрытия праздничного стола. Уставивишись в глаза Окетры, Джон достал-таки сладость и откусил небольшой кусочек, начиная жевать его с хитрой, самодовольной ухмылкой на губах. Девушка смотрела на него со вселенским презрением, казалось, еще немного, и она прожжет дыру в... — Джон, я же просил тебя переодеться! У тебя вообще есть другая одежда, кроме этого твоего халата?! Из-за угла коридора показался Лололошка. Хотя он только что, ровно секунду назад ругал своего двойника за отсутствие нормальной праздничной одежды, сам он оставался в неизменном белом худи с искрами по бокам длинных рукавов. — Не кипятись, красотка, успеется, — протянул довольный Джон, проглотив печенье. — Лучше иди сюда и попробуй этот сахарный концентрат, — он указал пальцем на откушенное пироженое, намекая, что непротив им поделиться. Да-да, "Джон" и "поделиться" могут сосуществовать в одном предложении, Уважаемый Читатель, ты не спишь и тебе не привиделось. Новый год скоро, чудо, Дед Мороз и все такое, ага. Смерив альтер-эго скептическим взглядом, Ло все же направился на кухню, не отрывая глаз от Джона. Оказалось, что между раковиной, плитой и столом порхала Райя. Она то брала чистый нож, - нет, не потому, что нервы сдали и всех здесь перережет автоматон - чтобы нарезать овощей и колбасы, то перемещалась к духовке, глядя, какой степени запеченности достигла... что это, неужели, курица?! — Райя, что в духовке? — твердо спросил Ло, нахмурившись. Автоматон обернулась, видимо, только заметя мироходца, хотя, на самом деле, рассчитала приход еще когда он только подходил к кухне. Само собой, она знала, какой нездоровой любовью к курицам обладает Лошка, и, само собой, она ни разу не пыталась выяснить, а какого, собственно, черта эти милые птички могут соперничать с самой лучшей П.Е.Р.С.И.К. во вселенной в обожаемости Первым. — Утка с гречкой. Фух. Отмена тревоги, ребят, все хорошо. — ...Но, быть может, информация неверна - кое-кто так и не соизволил предоставить мне новые сенсоры, — с жизнерадостной улыбкой продолжила Райя. Так. Ребят, вызывайте неотложку. Инфаркт. На Джона обрушился третий тяжелый взгляд - бездушных искусственных глаз. На данный момент бездушных во всех смыслах. Поняв, в каком положении находится, Джон уверенно повернулся к двери из кухни. Единственное препятствие представлял собой Лололошка. А это препятствие - самое опасное и непроходимое. Он в тупике. Буквально. Сзади две пары глаз не давали сдвинуться с места, спереди высокая фигура не позволяла ретироваться. Великолепно. Самого Джона Дейви Харриса - на минуточку, гениального ученого, что смог высчитать координаты и время для перемешения между вселенными - зажали в угол две женщины и паренек. Хотя зажали какие женщины... и какой паренек... Перед такими целое войско упало бы на колени, моля о пощаде, что уж говорить о каком-то докторишке. Стоять. Стоя-я-ять. Когда это он вдруг стал "каким-то докторишкой"? Он - самый величайший и выдающийся человек, как минимум, в двух вселенных, JDH, один из сильнейших пустотных магов, мироходец, которого природа и генетика не обделила ни внешностью, ни умом! Все понятно, это на нем так сказывается общение со своим двойником - очень уж он любит умалчивать, а иногда и, о Время, принижать свои достоинства и подвиги, коих немало. Никогда ему не понять, как же так можно. Иногда Джон задумывался, а что же вообще может быть у них общего? Из разных вселенных, совершенно разное восприятие ситуаций, все у них разное, даже шарфы. Пока Джон с утра и до вечера болтал о своих изобретениях, Лололошка за день мог бросить пару фраз, и те четко и лишь по делу. Джон придерживался точного распорядка дня, прописывая его чуть ли не посекундно, а Лололошка вставал в первом часу и плыл по течению дня. Когда Джону что-то не нравилось, он избавлялся от раздражителя, в то же время Лололошка находил компромисс или мирился с неудобствами-ради-цели. А потом... А потом наступал вечер, и Лололошка рассказывал, как прошел его день, пока Джон молча выслушивал все те невозможные приключения невозможного мироходца. На вечер Джон никогда не составлял ни планов, ни расписания, ведь Лололошка так любил прогуляться по городу на закате. В забегаловке Джон никогда не прирекался с официантом, если тот напутал с заказом, Лололошка сам начинал отчитывать непутевого подростка. Может, у них мало общего, может, вообще ничего, но... если вместе хорошо - не это ли главное? Но, хкм, мы отошли от темы, многоуважаемая публика. Как ему свалить из этой чертовой кухни?! Видимо, способ только один. Решительно направившись к двери, Джон с уверенностью смотрел на Лололошку. Если его не подводят расчеты, а они его не подводят, то... — Джо-... Именно. Уловив момент, Харрис безжалостно заткнул чужой рот печеньем, что так кстати не было съедено им же, а лишь слегка надкусано. В совершенном непонимании происходящего, Ло вздернул брови кверху. Что только что произошло? Неужто... его заставили молчать? И не кляпом, каким пользуются крутые похитители в крутых фильмах, а... пироженым? Ну серьезно? Даже обидно как-то. Правда, эту обиду скрасил неповторимый вкус, что, наконец, прочувствовался на языке. Легкая сладость и кислинка от джема внутри помогли всему, что не восхищение печенькой, сойти на нет. Почему Джон назвал это "концентратом сахара"? То, насколько был сбалансирован вкус, заставляло задуматься о происхождении сладости. Точно ли она настоящая, из этой вселенной, сделана человеком? Пока процесс размышления кипел в непоседливой вихрастой головушке, точно такая же, но прилизаная, смоталась куда подальше. Подальше - в гостиную. А в гостиной все обстояло еще веселее и еще более странно. Хотя бы потому, что стоял пробирающий до костей мороз, ощущавшийся несуществующим и, в то же время, самым реальным из всех реальных. Взгляд упал в угол комнаты. А, понятно. Неподвижным изваянием статуи там находился Бог Времени. От кого же еще может исходить столь отстраненная мерзлота, какой и в самый ледяной месяц не увидишь в прогнозе. Проследив за взором ледяных, как и все остальное, связанное со Смотрящим, глаз, взгляд упал на еще одного Бога. Самопровозглашенного, правда. Но самое главное - и смешное - не это, а безуспешные попытки выпутаться из гирлянды. Огромные крылья трепыхались во все стороны, поднимая... что? Снежинки? Откуда только взялись? Неуклюжий комок из перьев и конечностей то переставал дергаться, то вновь начинал биться в "предсмертной агонии". Кажется, это происходит уже не первую минуту. — Старина, не мог бы ты... — из этого самого комка послышался обреченный выдох. Джон снова перевел взгляд на Бога Времени. И, кажется, на одно единственное мгновение ему показалось, что глаза Смотрящего заблестели ярче, веселее, что ли. Они выражали веселье и насмешку? Или еиу все-таки показалось? Время спустя всего мгновение оказался возле Самопровозглашенного и одним касанием заставил гирлянду сначала распутаться, а затем и смотаться в аккуратный клубок. Он расправил крылья, причесал перья друг к другу в аккуратные рядочки. Совершенно невозмутимо сделал то же самое и с пепельными волосами. После столь внезапной помощи, он также внезапно вернулся на изначальную наблюдательную позицию в углу гостиной. Походу, Джодах и сам не ожидал подобного поворота, потому просто стоял в ступоре и моргал время от времени. Ах да, виновник всея торжества - двухметровая, если не больше, елка. Огромные лапы ее растопырились во все стороны, в темноте они наверняка похожи на щупальца монстров. А темнота будет, если Джодах так и не справиться с гирляндой. Ну вот что сложного в том, чтобы эти лампочки развесить на елку? С его-то ростом, тем более. — Как я вижу, Самопровозглашенный Бог не может совладать с тем, что вышло из-под рук человека? — с дразнящей ухмылочкой, язвя, спросил Джон. Как же ему нравилось бесить эту птицу. Да чего уж таить, ему в принципе нравится бесить людей и не только! Даже Лололошка поддавался на его провокации и затевал спор время от времени. О каком индюшачьем терпении тогда говорить? Правильный ответ - ни о каком! Но он сегодня добрый, Новый год же. Подойдя к елке и взяв гирлянду, он кинул ее конец Джодаху. Тот в непонимании приподнял бровь, безмолвно задавая вопрос. — Что? Елку украшать будем. Не смотри так на меня. В еще большем непонимании и удивлении Бог начал навешивать на хвойные лапы гирлянду. Спустя некоторое время, перекидываясь ею, они дошли до верхушки елки. Из коридора опять показался Лололошка, в руках он нес тарелку с мандаринами. Оранжевые дольки могли сравниться в своей яркости с шарфом Джона, а запах их слышался из самого дверного проема. Мироходец молча подошел к полуукрашенной елке и оценивающим взглядом окинул ее, сказав: — Думаю, можно добавить больше мишуры. Она кажется лысой. Особенно вон там, — он указал куда-то в проплешину между парой шаров. Джодах обреченно вздохнул. Откуда ему знать, как должна выглядеть новогодняя елка, если он большую часть времени помогает Смотрящему вылавливать всех и все, что опасно для Вселенной. Да даже елку он видел, в лучшем случае, третий раз за свою длинную жизнь. — Симпапусик, не придирайся. Эту елку украшали сами Боги, — прыснул Джон, подойдя к Ло и бессовестно украв с невинностью ребенка взяв с тарелки дольку мандарина. Его двойник этого, как будто, даже не заметил. Он всунул тарелку в руки JDH и вытащил из коробки с игрушками несколько шариков и, подпрыгнув, завесил ими непонравившееся ему место. — Вот теперь - идеально, — расплылся он в довольной улыбке, глядя на свой небольшой вклад. Такой радостный, такой веселый, такой... Лололошка. С самого начала дня он бегал по дому и помогал с готовкой, притащил елку неизвестно откуда, даже смог заставить Дилана одеться не в свое обычное худи, а в свитер с какими-то оленями и снежинками. Весь он был яркий и улыбчивый, несмотря на зимний холод и слякоть на улице. Джон поймал себя на том, что рассматривал эту его улыбку слишком долго. Дольше, чем нужно смотреть на самого доброго мироходца. Поймав себя на столь сентиментальных мыслях, губы Джона тронула легкая улыбка. Их отношения действительно наладились в последнее время, так что же может быть лучше этого? Наверное, только невозможный ор и смех из коридора. Походу, из магазина вернулись Дилан и Ричард. Джон и Ло переглянулись, улыбаясь, и направились помгать разбирать покупки. Райе на кухне не хватило крабовых палочек и прочей ерунды для салатов, а Окетра настояла на детском шампанском. Кто вообще ей рассказал о нем? Эта сладчайшая штука вызывает зависимость не хуже, чем реальный алкоголь. Оказалось, что "невозможный смех" являл собой, буквально, истерику. Дилан кинул пакеты на пол и щекотал Ричарда, бывшегося в конвульсиях от смеха. — Хаха, помогите! — Ричард не переставал смеяться и орать, как резаный. — Убивают! Насмерть убивают! Из кухни на крики вышла Райя, а за ней и Окетра. Обе выглядели озадаченными, знаете ли, не часто в дом заваливаются два студента, один из которых просит о помощи сквозь слезы смеха, а другой, не щадя первого, продолжает его щекотать, не обращая внимания на куртку. — Тебе никто не поможет! Ты умрешь самой нелепой смертью! — раззадоренный Дилан не заметил всех стоящих в коридоре. Только после того, как Ричи уже не мог смеяться и просто бился руками и ногами, лежа на полу, трясясь в свдуроге, но с улыбкой на лице, он соизволил поднять голову и встретиться поочередно с пятью парами глаз. После того, как незаметно появился Смотрящий - с шестью. Переглянувшись с Ричардом, которого он, наконец, перестал щекотать, Ди издал неловкий смешок: — Хах, ой. Он поднялся с пола сам и протянул руку Ричи, поднимая его и отряхивая от подтаявшего снега. — Я в порядке, меня не убили. Ура! *** Возле новоголнего стола находился даже Бог Времени. Неведомыми просьбами и уверениями Джодах смог затащить его не только помогать с подготовкой, но и на самую вкусную часть Нового года. По Смотрящему нельзя было понять, доволен он этим или нет, но если не ушел - значит все в порядке. Оставались считанные минуты до заветного времени, суетились все, с кухни доносили последние блюда, негромкие перекрикивания из комнаты в комнату не стихали. Спустя пару минут восемь существ сидели за столом и отсчитывали последние секунды. 55 секунд. — Джон, иди сюда! Осталось меньше минуты! — Иду-иду, красотуля, сам просил меня переодеться! Послышались быстрые шаги в направлении стола. 43 секунды. — Райя, а где шампанское! — Вот же!.. Кто-то сделал звонкий фейспалм... 38 секунд. Райя убежала на кухню за бутылкой. Она успеет. Должна успеть. Наверняка же все в своих железных мозгах просчитала с точностью до миллисекунды. 26 секунд. — Райя, ты где?! Беспокойство нарастало. Не дело это - встречать Новый год, если за столом сидят не все. 10 секунд. Райя успела. Штопор на готове. 5 секунд. Трепет чувствуется в каждой клеточке. Накаленный воздух будто потрескивает. В хорошем смысле, конечно же. 4 секунды. Последние секунды ощущаются особенно медленными, на фоне играет новогодняя музка, она тоже замедляется и утихает. 3... 2... 1... — С Новым годом!!! Хор из семи голосов выкрикнул немного несинхронное поздравление. Всего три слова, но столько радости. Внезапно из ниоткуда начали падать небольшие снежинки. Взгляды упали на темную фигуру в капюшоне. Глаза-звезды хитро прищурились, как если бы Бог улыбался. Он, может, и не человек и даже не автоматон, но момент устроить умеет. Снежинки кружились и таяли в полете, не касаясь пола. В воздухе витало волшебство, каждый присутсвтующий впитывал его в уютной и по-домашнему семейной атмосфере. Вскоре будет произнесен тост, подарки появятся под елкой, смех и веселье заполнят дом до самой крыши. А пока все наслаждаются самыми первыми мгновениями Нового года.