Альфа по выбору

      — ТАК Я МОГ ТЕБЯ ПОЦЕЛОВАТЬ!!! — заорал в трубку Джисон и чуть было не заплакал от осознания.       — Хан-и! — строго шикнул на него Минхо и внимательно вслушался в слова Сынмина.       В комнате начали витать взволнованно-радостные феромоны, сплетаясь в один комок запахов.       — Солнце, как ты себя чувствуешь? Нам приехать? — тепло спросил Чан, сжимая телефон в руках.       — Нет, всё в порядке, я справлюсь. Но меня не будет несколько дней, — голос Сынмина был приглушён, будто он зарылся носом в подушку.       Хенджин запищал, от чего вся стая вздрогнула и уставилась на радостного омегу.       — Минни!!! Наконец-то я буду чувствовать твой запах! Ты будешь моим любимым бетой!       Все перевели взгляд на телефон, где притих Сынмин.       — Минни? — позвал Чанбин и переглянулся с Чонином.       — Я… А если я не буду бетой?       Феликс фыркнул и подался ближе.       — Не говори глупостей, все мы знаем, что ты бета, как может быть иначе? — он заскулил, — Ну же, Минни… Я так скучаю по тебе, возвращайся поскорее!       Все и так знали, что репрезентация у бет проходила быстрее и безболезненней, чем у альф и омег, поэтому, по идее, Сынмин должен быть как огурчик уже через два дня.       — Ликс.       Чонин помотал головой из стороны в сторону, остужая пыл Ли. Тот удивленно вскинул брови и нахмурился.       — Сынмин-а… Я так хочу тебя обнюхать, — неожиданно он всхлипнул. Течка заставляла его быть еще более чувствительным.       — Да, малыш, я буду скоро с вами, — хрипло прошептал Сынмин, — Простите, мне нужно отключаться. Люблю вас.       Парни поочерёдно пожелали ему хорошей презентации и отключились. Поднялся гомон.       — Наш мальчик наконец-то вырос! — щебетал Хан, подпрыгивая на месте.       Минхо прикрыл глаза и откинулся на широкую грудь Чанбина, и тот накрыл его ладонь своими, чуть сжимая. Перед глазами у Ли был его щеночек, смущенный их внезапной близостью, когда Минхо чуть было не впился клыками в его шею. А так хотелось.       Запах Минни манил, Минхо не мог точно описать какой был этот запах, только то, что он был. Парень облизнул губы, предвкушая как он первым обнюхает Сынмина, когда тот вернется, как первым лизнет его железу, как первым окутает его своим сладким запахом, как первым поцелует его, а если повезёт, то и…       — Хён! — воскликнул Хенджин округлив глаза. Он смотрел прямо на Минхо, когда тот открыл глаза.       В воздухе витал насыщенный тяжелый запах мускуса, окутывая каждого щенка и ложась на них ровным слоем. Минхо вздрогнул, когда у его уха тяжело вздохнул Чанбин и слегка застонал, почувствовав чужое возбуждение. Он выпустил свой феромон темного шоколада и сильнее сжал руки Минхо.       — Вы собрались групповуху сегодня делать?! — воскликнул Хан, сам изнывая от сильного желания, вдохнув тяжелые запахи старших. Он потерся о Чонина.       — Ладно, ладно, мы все перевозбудились от этой новости о репрезентации Мина, — спокойно произнёс Чан, — Но нам нужно отдохнуть…       Все вдруг загалдели как сороки. «Разве мы не для этого за город выбрались?!» — рассуждали они.       Чан устало прикрыл глаза и тяжело выдохнул — ночь с омегой выжала из него все соки, и даже, если бы он хотел сейчас секса, он бы не смог физически, из-за усталости. Все продолжали спорить, кроме притихшего Хана. Его запах сладкой карамели внезапно изменился и вместо этого стал сожженной карамелью, неприятно вбиваясь каждому в нос.       — Я не хочу без Сынмин-и, — прошептал он, сжимая палочки в руках. Ему было грустно, он сам не мог понять, что было не так. Они и раньше расставались с парнями на некоторое время, когда у них было разное расписание, но сегодня… Что-то было не так.       Все тут же замолчали и уставились на грустного омегу. Печаль и тоска передалась каждому в комнате.       Хёнджин понурив голову обхватил Феликса и сел рядом с Джисоном, обнимая и его тоже. Омеги сплелись в один клубок, перемешивая между собой свои ароматы. Минхо часто заморгал, пытаясь избавиться от непрошенных слез на его глазах, и, вырвавшись из теплых объятий беты, уселся Хенджину на колени и сжал его шею. И, как по команде, все вчетвером начали плакать в один голос, подвывая в тон друг другу. Им было тоскливо без их щенка. Как будто не хватало части их.       Чан, Чанбин и Чонин наблюдали за членами стаи, понурив головы. Их феромоны были не настолько сильны, чтобы исправить ситуацию и поднять настроение омег, чтобы успокоить их настолько, чтобы они перестали плакать.       Чан сглотнул и вспомнил, что Сынмин всегда помогал им в этом, даже будучи непредставленным бетой. Он был сильнее всех из них, даже не обладая запахом — все в стае тянулись к нему, особенно омеги. Он умел успокоить, прямо как настоящий бета, мог поддерживать баланс между стаей, вставал на защиту, помогал разбираться в спорах. Его уважали, его любили.       Чан искренне считал, что Сынмин был бы хорошим лидером в их группе, но, поскольку, Чан уже давно был в этой индустрии, с детства, если быть точным, да и представился он до дебюта, поэтому именно он стал лидером. Ему не хватало Сынмина сейчас. На Сынмина он всегда мог положиться. Сынмин надежный.       Чанбин накрыл плечо Чана теплой ладонью, заземляя его и прижимая к себе. Старший уткнулся в шею Со и его окутал аромат черного шоколада, от которого начали течь слюнки, аромат успокаивал понемногу. «Ты нужен нам сейчас» — говорил через запах бета. Чонин встал рядом и тоже обнял Чана сзади, поглаживая по голове, помогая взять себя в руки. Так они простояли несколько минут, а омеги все еще заходились рыданиями.       Наконец, Чан взял себя в руки, отстранился от Чанбина, благодарно чмокнул его в щеку и, развернувшись к младшему, поцеловал его в висок. Он подошел ближе к омегам. Мысленно представил: как поступил бы Сынмин? Он бы обнял каждого, прижал бы к себе и шептал бы что-то супер утешающее, так, как умел только он. Пары слов хватало на то, чтобы остальные успокоились и улыбнулись.       — Бин, Нини? Можете помочь? — позвал бет Чан, кивая на клубок из омег. Их запах горчил от горя.       Парни тут же кивнули, без слов поняв, что от них хочет лидер. Подошли ближе и создав небольшой круг из них троих, обняли парней, накрывая их своими успокаивающими запахами: терпкая хвоя, сладкий черный шоколад и свежие цитрусы, сплетающиеся в одно целое.       Они делали это до тех пор, пока мальчики не перестали всхлипывать, а уже потом Чан начал шептать им:       — Сынмин-и скоро будет с нами. Наш малыш вернется к нам уже совсем взрослым.       Но тут Хенджин не выдержал и всхлипнул в плечо Минхо:       — Но ведь ему было бы лучше, представься он в кругу стаи… Ему разве не одиноко сейчас?       Настроение у всех снова ухудшилось. Чонин мягко клюнул старшего губами в висок и предложил:       — Давайте сфоткаемся и кинем ему фото, чтобы он чувствовал, что мы рядом?       Все тут же приняли эту идею на «ура».       — СТОЙТЕ!!! — заорал заплаканный Хан, лицо которого было грязным из-за непрерывного потока слёз, — Я не могу показаться в таком ужасном виде моему любимому щеночку! Мне надо умыться!!!       — И мне! — выкрикнул Феликс, отпихивая от себя мемберов, стараясь перегнать Хана по пути в ванную.       — Дети, — тепло улыбнулся Бан, глядя на убегающих омег. Он так сильно любил каждого из них.       Остальные начали тихонько посмеиваться с реакции младших, но тоже закопошились, стараясь принять более или менее благоприятный вид, чтобы, увидев их, Сынмин не начал излишне переживать. Они хотели поддержать их мальчика, а не расстроить его.       «Собирания» затянулись на полчаса: человек было семь, а ванных комнат всего две.       Но, когда все были при параде, они наконец-то уселись в гостиной в два ряда, чтобы поместиться на фото: на диване сели Бин, обнял он Минхо, на руках котрого был Хван. А внизу сидели Феликс, который прижимал к себе самого младшего, на его коленях полусидел полулежал Чан, а сбоку его обнимал Хан. Все ярко улыбались — от прежней грусти не осталось ни следа.       Сделав пару фото, Феликс тут же побежал отправлять их в общий чат. Им не терпелось увидеть реакцию парня на их старания.       Уже через пару секунд Сынмин прислал сообщение: От: Сынмин Что случилось? (19:43) Вы чем расстроены, почему вы плакали? (19:44) Что произошло? (19:44)       Феликс тут же взвизгнул, пугая парней, которые не успели прочитать сообщения Сынмина.       — Что случилось, Боки? — взволнованно спросил Чанбин, выпуская из объятий Минхо, который тоже всполошился.       — Он всё понял! — прокричал Ёнбок, тряся перед их лицами телефоном, — Он понял, что мы плакали, как так-то?! Мы же столько времени провели в ванной!       Все удивленно вздохнули. Чонин взглянул на их фотографию, внимательно всматриваясь в лицо каждого и не заметил ничего из того, что указывало бы на то, что они несколькими мгновениями назад были расстроены. Они постарались это скрыть. Как Сынмин уловил это, лишь взглянув на фото?       — А может у него тут есть жучки и он следит на нами?! — воскликнул Хенджин, слишком драматично хватаясь за голову, на что Минхо лишь фыркнул.       — Никто ни за кем не следил, Джинни, — мягко покачал головой Чан, — Вы разве не заметили, что наш Сынмин-и всегда очень наблюдательный?       Все тут же закивали, вспоминая как точно Сынмин умел считывать их настроение, и каждое малейшее изменение в лице. Никто так не умел, кроме него. Перед ним не скроешь ничего, он всегда мог прочесть это на их лицах.       Телефон вновь пискнул новым уведомлением и Феликс снова полез в их общий чат. От: Сынмин. Ребята?.. (19:47) Что случилось? (19:47) Мне вернуться? (19:47)       Феликс тут же начал строчить сообщение о том, чтобы он не волновался и что им было просто немного грустно из-за того, что Сынмина нет рядом, но все в порядке, и кучу разных сердечек.       Сынмин поначалу просто прочитал сообщения, а затем выслал в ответ красное сердце, в знак того, что поверил. И дописал: От: Сынмин Я тоже скучаю (19:48)       — И что там? — поинтересовался Минхо, вытягивая голову.       — Я сказал, что мы соскучились и он ответил, что тоже скучает, — парень вытер рукавом слезу, скатившуюся по его щеке, — Я та-а-ак его люблю!       Он снова начал всхлипывать, и Чан мягко притянул его к себе, втягивая его в теплый клубок из живых тел. Они все завалились на пол и сплелись конечностями, обхватывая друг друга так сильно, будто боялись что кто-то может исчезнуть, пропасть, как Сынмин. Им было одиноко без него.       Его отсутствие ощущалось как недостающая деталь в паззле. Без него стая была не полноценной и каждый это чувствовал внутри.       — Надеюсь, что щенок успеет поправиться до нашего вечера стаи, — прошептал грустно Хан, обнимая Минхо за шею и утыкаясь носом.       — Не волнуйся, малыш, это будет аж через четыре дня. Он должен поправиться к тому времени, — погладил младшего по волосам Чанбин, обнимая за талию Чонина.       — Надеюсь… — вздохнул Джисон.       Их вечера стаи были только их вечерами, на которых они просто проводили время вместе: смотрели фильмы, сидя друг на друге, целовались, обнюхивали друг друга, натирали своим запахом. Это был вечер, который заряжал каждого из них на целую неделю. Омеги строили гнёзда, в которые приглашали бет, и все становились одним целым на весь вечер.       Без одного из них будет не то.       — Мальчики, сегодня был долгий день, давайте ляжем спать? — предложил Чан, с теплой улыбкой рассматривая своих любимых щенков. — Кто с кем сегодня хочет поспать?       — С Сынмином, — буркнул Феликс и надул губы, на что Чан улыбнулся еще шире.       — Прости, малыш, пока это невозможно, но я могу сегодня побыть с тобой.       Ёнбок вздохнул и прижался к Хёнджину.       — Хорошо.       — Тогда я с вами! — воскликнул Хван, тоже обнимая Чана и Феликса.       — Конечно, Хённи, — Чан мягко поцеловал своего мальчика в голову и поднялся, — Спокойной ночи, щенки.       Он обнял каждого парня поочередно, натирая их своим запахом хвои, даря свежесть. Парни довольно урчали, получая аромат лидера на себе.       Чан забрал с собой Феликса и Хенджина и отправился в свою комнату вместе с ними. Минхо схватил Чанбина за руку и хищно ухмыльнувшись, потащил его к себе наверх в спальню. Чанбин усмехнулся в ответ и не говоря ни слова последовал за старшим, не сдерживаясь, по пути целуя того в губы. Хан улыбнулся всему этому представлению и уставился на Чонина, который просто лежал на полу и смотрел в телефон.       — Нини…       — Я не хочу сегодня ни с кем спать, хён, — сразу же сказал Ян, уже понимая намёк в голосе старшего.       Хан нахмурился.       — Э-эй!!! Я просто хотел поспать с тобой вместе…       — Да, и увлечь меня в поцелуй, а потом раздвинуть ноги и дальше по сценарию, — ухмыльнулся Чонин, не отрываясь от телефона, — Знаю я тебя. Но сегодня я не в настроении.       Джисон активно замахал руками.       — Ты, мелкий! Я не собираюсь тебя использовать как секс игрушку на ночь! — он фыркнул, — Я просто… Мне одиноко, я хотел, чтобы со мной кто-то остался на ночь…       Чонин тут же повернулся к нему и присел.       — Прости, хён… Конечно, я пойду с тобой.       Джисон тут же улыбнулся и схватил парня за руку, потащил за собой.       Закрыв за собой дверь, он шепнул прямо на ухо:       — Ну, ты мог бы мне помочь сегодня…       Чонин сглотнул.       — И как же?       — Поцеловать например, — его глаза сверкнули в темноте.       — Хён. Ты неисправим, — застонал Чонин.       — Да, и поэтому ты меня любишь, щенок.       — И поэтому я тебя люблю, — подтвердил Чонин, толкая Хана к кровати и наваливаясь сверху.       Сынмин лежал в кровати, изнемогая от жара. Внизу живота все неимоверно болело. Ему хотелось рычать и плакать одновременно. Ему нужна его стая рядом с ним. Слёзы текли сами по себе, ему так сильно не хватало его парней рядом... Зря он отказался от того, чтобы они приехали.       Но мозг упорно твердил: «Не зря»