Good Luck, Babe!

      Прошло так много лет. Хоукинс уже совсем не тот, каким был в восемьдесят седьмом, когда все закончилось. Был теплый май и все вокруг цвело, зеленело, светило яркое солнце. В городе еще пятнадцать лет назад построили новый торговый центр, множество магазинчиков и других заведений. Хоукинс стал обычным провинциальным городком, который идеально подходил для тихой семейной жизни.       Майку Уилеру тридцать восемь лет. Он работает в небольшом издательстве, куда устроился еще со времен колледжа, получает довольно неплохую зарплату, как минимум, хватает оплатить счета, продукты и любые хотелки своей семьи. Его чудесная жена Джулия была настоящей красавицей для своего возраста, занималась воспитанием детей и домашним очагом. Дочка Лея уже пошла в первый класс, приносила домой только положительные отметки, добивалась успеха на танцах, куда ходила с четырех лет. Маленькому сыну Дэну только пять, но этот мальчишка уже вовсю изучает астрономию и просит родителей скупать абсолютно все книги про космос. Он рос довольно любознательным!       После всего произошедшего кошмара нынешняя жизнь казалась раем. Никаких монстров, Изнанки, Векны и военных. Все прошло и наладилось. Наступил тот самый счастливый финал. Чувствовал ли себя Майк счастливым? Нет. Может быть только иногда.       Иногда, когда собирался со старыми друзьями раз в год, обсуждая все произошедшие события. Иногда, когда Лея приносила грамоты за свои заслуги, а Дэнни показывал новые спроектированные модели планет из глины. Иногда, когда рассказы вызывали восторженные оклики у зрителей. Иногда, когда на другом конце трубки слышалось родное «Майк, привет». Иногда, когда в его жизни, еще хоть на мгновение, появлялся Уилл Байерс.       Брак с Джулией был его спасением из самого ужасного морального состояния. Дав себе отпуск длиной в годик, после финальной битвы над Векной, Майк все же поступил в колледж в Индианаполисе на факультет писательства. Все шло вполне неплохо. Научные руководители его хвалили, дали возможность работать в хорошем месте и жизнь будто снова обрела новые краски. Пока Уилер не почувствовал новую боль. Причин было множество, но самая главная — одиночество.       Оно его стало поглощать окончательно и бесповоротно. Огромная пропасть, откуда выкарабкаться не помогал ни алкоголь, ни часы, проведенные за сюжетами рассказов, где он давал героям любовь и хорошую концовку, ни время с новыми "друзьями", ни знакомства с красивыми девушками на вечеринках. Все это — ебучая имитация нормальной жизни, а не реальность.       Время почти вечер. Майк сидел за рулем своей машины, сворачивая по родным улицам. Джулия попросила отвезти ее с детьми в гости к подруге Маргарет. Он терпеть не мог подругу супруги, но часы тишины в доме упускать тоже не хотелось. Вот она суровая реальность: тебе говорят — ты делаешь, думая, а правильное ли это решение вообще. Уилер не верил ни одному своему жизненному выбору уже давно, ведь именно это привело его к жизни, которую он проживал сейчас.       Нежный поцелуй в щеку на прощание и любимая жена с радостными Леей и Дэном покидают машину. Пусть хоть кто-то проведет сегодня время хорошо. Майк планировал вернуться домой и выпить бутылку вина, припрятанного в шкафу в его рабочем кабинете. Не то чтобы Джулия возражала, просто помнила некоторые запои мужа, которые сопровождались ссорами и его уходу из дома. Карен искренне жалела сына внутри себя, поскольку по себе знала, что такое несчастный брак. Не та рутина, раздражающий временами голос и образ не того человека. Сука, как же ей было жаль своего мальчика, повторяющего ее судьбу. Холли выросла, но не жалела брата, совершенно не понимая, зачем жениться не по любви. Майк рад знать, что та понимает суть проблемы и вроде как не планирует брать ту же участь на себя. Как и Нэнси. Сердце щемилось, пусть Уилер и искренне рад за сестер.       Радио крутило различные песни. Хотелось уже выключить, но голос ведущего остановил от этого действия.       «А сегодня мы играем хит этого месяца. Безупречная и неповторимая Чаппел Роан со своей песней «Good Luck, Babe!», напоминающая нам о том, как важно любить и принимать себя. Очень сильная песня в честь приближающегося месяца-гордости. Давайте же насладимся этой шикарной песней.»       Руки резко разворачивают на пустующую обочину, неподалеку от леса. Машин почти нет, куда все захотят ехать в вечер воскресенья? Мелодия отдавалась в уши, но это вовсе не было усладой, наоборот — огромная горечь. Выключать не хотелось, Майк был большим любителем надавить на больное, пострадать, напомнить об ошибках прошлого, заставить ненавидеть себя еще больше.       It's fine, it's cool. You can say that we are nothing, but you know the truth.       Майк Уилер знал правду. Знал, принимал и смирился. То, что его сердце бьется от объятий лучшего друга единственный раз — на Рождество, а не от времяпровождения с казалось бы заботливой и любящей женщиной рядом, не было открытием для него. Возможно, он осознал все настолько поздно, а, может, просто побоялся все исправлять. Майк действительно порол огромную хуйню, говоря о Уилле, как о лучшем друге.       And guess I'm the fool with her arms out like an angel through the car sunroof.       Нащупав в бардачке пачку сигарет, обычные Мальборо Голд, он закурил. В голове всплывали каштановые волосы, пусть и со стрижкой под горшок, ореховые сияющие глаза. Блять, как же ему сейчас стало дурно! Уилл Байерс был для него одним из самых красивых людей в жизни, послужил героем для одной из книг, был большим, чем просто другом.       Майк Уилер знал, что понял все слишком поздно. Все эти речи и тот гребаный каминг-аут — это все про него. Тошнота подкатила к горлу, смешиваясь с табачным дымом, оседающим где-то глубоко в легких. Он, та или тот, Уилер сам не понял до конца, Тэмми, про которую говорил Уилл. Истинный посыл фразы так и не дошел до него, но это значение было простым, чтобы рыться в метафоре, изучая досконально каждое слово. Невзаимная любовь, открытие себя и принятие себя. Майк, ничего по сути не делая, стал для Байерса важным человеком для понимания собственного «я».       I don't wanna call it off but you don't wanna call it love. You only wanna be the one that I call baby.       Настигло ли то же самое самого Уилера? Да. Принял ли он свою сущность окончательно? Нет. Даже красивая и пышная свадьба была, хотя ничего, кроме Уилла в красивом костюме, он оттуда не запомнил. Напился, погулял на славу, а память не запечатлела Джулию в их брачную ночь. Сомнения в том, что она вообще была, присутствовали. Майк не хотел этого всего. Вынужденная мера для того, чтобы стать "нормальным", стать тем, кто хочет целовать девчонку, а не парня.       Гомофобом он не был. Ни в коем случае! Но самому казалось неправильным связывать свою жизнь с человеком своего же пола, пусть это и была любовь всей жизни. Первая, большая и последняя. Майк чувствовал себя конченным мудаком, вспоминая Эл. Эл, погибшую в битве, за него. За него, за человека, который банальное «я тебя люблю» сказать не может. Он не должен был дать ей умереть. Но ровно также не должен был проебывать свое счастье с другим.       You can kiss a hundred boys in bars.       Все эти тщетные попытки завести хорошие отношения проваливались. Всегда. Майк находил много девушек, которые, к его собственному удивлению, считали его привлекательным, но все было не то. Не те руки, не те губы, не тот человек. Джулия стала последней среди всех. Уилер просто удобно выскочил замуж за женщину, которая, видимо, себя не уважала, раз выбрала его. Он занимался детьми, но не целовал любимую, не трогал ее, сделал несчастной, укутав узами брака, ибо первое время проявлял себя "хорошим" парнем. Может, Джули изменяла ему. Он ни раз об этом задумывался, но никаких эмоций внутри это не вызывало. Плевать. Теперь уже плевать.       Shoot another shot, try to stop the feeling. You can say it's just the way you are. Make a new excuse, another stupid reason.       Майк пытался. Пытался подавлять эти чувства, эту неправильную любовь, но все тщетно. Это не прекращалось, только лишь усиливалось, словно, чем ты дальше хочешь убежать — тебе же хуже. Было огромной ошибкой не пытаться проработать это, а закидываться алкоголем, рассказами о счастливой любви и ночными мечтами, начинавшимися со слов «а если...».       Куча нелепых отмазок и оправданий своего мудацкого поведения не помогали тоже. Уилер мог не утаскивать в эту яму Джулию, а за ней и Лею с Дэном, но нет. Ему нужно быть тонущим и вместо того, чтобы спасаться, топить всех вокруг. Спасибо самому себе на том, что Уилл обрел свое счастье и не умирает тихо рядом с Майком. Пусть его мальчик получит любовь, которую Майк "не смог" дать.       Good luck babe, good luck babe. 'Cause you have to stop the world just to stop the feeling. Good luck babe, good luck babe. 'Cause you have to stop the world.       Порой было ощущение, что он сам сходит с ума. Ужасные мысли въедались в голову, проникая в каждую клеточку мозга. Может, Майку стоит покончить с этим? Смерть казалась не таким уж плохим исходом. Конец всем страданиями, внутренним коррозиям. Тогда бы, наверное, все вокруг стали рады. Супруга нашла бы другого нормального мужчину. Родители погоревали и успокоились со временем. Дети пережили бы такую утрату с тяжестью, но смирились. А Уилл? Уилл уже с другим. У него своя жизнь. Как бы он отреагировал? Уилер и думать о таком не хотел. Именно эта причина останавливает его. Он эгоист, но не совсем пока головой тронулся.       Громко простонав, Майк посмотрел в окно на темный лес. Забрал бы его сейчас какой-нибудь один, чудом выживший, демогоргон и обрел бы он покой. Умер, нашел бы в ином мире три водопада, как хотел, гнил бы в одиночестве там, не портив никому жизнь. Сигарета тлела меж пальцев постепенно. Нужна еще одна.       I'm cliché, who cares? It's a sexually explicit kind of love affair. And I cry, it's not fair. I just need a little love, I just need a little air.       Пару лет назад Майк написал историю о мальчике-подростке, жаждущему настоящей любви. Билл — бисексуал, ищущий принятия, понимания, но находящий лишь ложь. Другие хотели поэкспериментировать, хотели похоти, но не любви. Уилер проводил прямые параллели с Байерсом, рассказывающим ему о неудачных свиданиях, парнях, которые плевали Уиллу в душу. Рассказ получился с хорошим финалом. Билл обрел счастье, нужного человека рядом. Уилл Байерс сделал тоже самое.       Карлтон вроде был неплохим парнем. Они живут душа в душу, купили квартирку в Калифорнии, вышли замуж и, самое главное, любили. Майк радовался за друга искренне. После всего пережитого он это заслужил, как никто другой. Но сердцу все равно было больно. Уилер и не пытался его склеить вновь. Был ли в этом смысл? Уилл разлюбил его, зачем пытаться вернуть былое?       I think I'm gonna call it off. Even if you call it love. I just wanna love someone who calls me baby.       Майк сам выбрал этот путь, а значит нужно смириться. Смирение. Блядское слово. Он слишком слаб, что-то менять, исправлять, мириться с ситуацией.       В ход пошла вторая сигарета. Хотелось просто разъебаться головой об руль. Намеренно сидеть, думать, слушать гребаную Чаппел Роан по радио — мазохизм. Все это ощущалось, словно его полосуют лезвием по телу, да и то было бы как-то поприятнее, чем это самокопание и сгрызающее чувство вины.       You can kiss a hundred boys in bars. Shoot another shot, try to stop the feeling. You can say it's just the way you are. Make a new excuse, another stupid reason. Good luck babe, good luck babe. 'Cause you have to stop the world just to stop the feeling. Good luck babe, good luck babe. 'Cause you have to stop the world.       Может правда остановить планету, чтобы прекратить это? Перестать придумывать тупые причины, перестать терпеть Джулию рядом, от поцелуев которой воротило. Несколько раз, когда та пыталась соблазнить его, Майка тошнило. Мерзко. Отвратительно. Противно. Только если напиться в хлам, то можно было заняться сексом, чтобы видеть размытое лицо и было проще представлять другого на ее месте. Бедные дети, зачатые не в любви, тоже не заслужили подобного.       When you wake up next to him in the middle of the night with your head in your hands. You're nothing more than his wife. And when you think about me. All of those years ago. You're sitting face to face with I told you so.       Майк просто обычный муж для Джулии. Он не стал для нее огромной любовью. По сравнению с Уиллом — был никем. Он сам попал впросак, решив остаться обычным мужчиной без ярких чувств, красивой молодости и кучи воспоминаний. Так проще. Проще игнорировать собственную ориентацию. Проще дать себе типичный скучный финал.       Уилл однажды спросил его: «Что насчет рассказчика?». Это был вопрос насчет него самого. Рассказчик будет страдать оставшуюся жизнь, погрязнув в фантазиях. Совсем не то, что желала ему Эл, и точно не то, что хотел для него Байерс. Он обязательно напишет кучу книг, где объяснит, почему нужно принять себя таким, какой ты есть, почему не стоит забывать о собственном счастье, а также о том, что признаться и начать жизнь с нового листа — никогда не поздно.       А пока Майк Уилер выбрасывает окурок в открытое до этого окно и едет домой. В последующие дни будет такая же рутина, как и до этого. Ничего не поменяется. Не настанет хорошего финала. Ни в этот раз. Не в этой истории.