Нежность двух демиургов.

— Про́клятый день! — с порога бросает раздражённую фразу Джон, расстёгивая бежевый утеплённый тренч, и, скидывая с непокорных волос шапку. Он сам не ожидал, что так будет эмоционировать, несмотря на всю свою нарочитую отстранённость от происходящего вокруг, которая выражается в колкости, зазнайстве и одной и той же растянутой улыбке, где искать искренность, всё равно, что искать здравый смысл в высказываниях антивакцинаторов про аутизм от прививок. — Снова завал с отчётами? — слышится где-то из кухни голос Лололошки, немного приглушаемый шипением воды из крана. В ответ на это оранжевый клетчатый шарф летит на пол, плевать, что от сапогов натекло с расстаявшего снега и ткань пропиталась явно не дистиллированной водой. Придётся стирать... — Не то слово! Как же меня убивает порой эта бесполезная бумагократия... То им колотнитулы не так оформлены, то электронные печати не там стоят. Ло, а что там в бухгалтерии было... — снимая сапоги жаловался Харрис. Работали парни день через другой, но так совпало, что дома каждый день хотя бы один, но оставался. Так и распределили обязанности, кто дома, тот и занимается по дому по возможности. Квартира небольшая: две комнаты, кухня, скромный зал и уборная. Так как никто из них страстно убираться не любил, то и выбрали площади поменьше. — Гробишь же себя, я вижу как у тебя руки стали трястись. — Ло вышел в проём коридора, встречаясь с тусклым взглядом любимого. От него даже стало не по себе, давно его он таким не видел. Сейчас голубоглазый был в фартуке подстать цвету пронзительных зениц, под ним белая футболка, рукава выделяли рельефные, сильные, но аккуратные руки. Вместо спортивного треко на ногах красовались чёрные шорты, что явно были на полразмера меньше чем надо. Дейви сразу смягчился, как увидел своё чудо, работящее по хозяйству. «Какой же красавчик он всё таки...» — Предлагаешь уйти с должности корректора? — несколько лукаво ответил Джон, — Кредит же надо отдавать и жить на что-то. — Как минимум подбери запасной вариант. — не смутясь интонации парировал Ло и подошёл поближе, невесомо кладя руку на чужой, но на самом деле родной, затылок. — Сердце кровью обливается видеть тебя таким измотанным... Пока кареглазый подбирал слова, он ощутил нежное прикосновение губ на уголок своих и солнечную улыбку такого похожего лица напротив. Как вообще природа создала двоих настолько похожих, но не родных по крови людей? — Через минут семь будет цыплёнок готов, — и парень упорхнул на кухню. Только сейчас Харрис почуял запах специй (главные: хмели-сунели и розмарин), оливкового масла и самого цыплёнка. Любимый цыплёнок-табака... — Искушаешь меня, симпапусик! — наигранно обиженно бросил вслед. — Я... да и ты на диете! — Считай, сегодня читмил. — отрезал Лололошка. Всё таки разделся Дейви, оставшись только в рубашке и брюках, которые тут же сменил на яркую рыжую майку. А брюки... А зачем ещё что-то надевать? Чего стесняться? Все дома и эти "все" абсолютно не против. Он посмотрелся в зеркало, подмечая, что похудел. На работе просто не находишь время поесть хоть чем-то и сейчас прелестный запах прилично так подначивал пуститься в гастрономический кураж. Джон вышел из спальни и увидел на столе чугунную сковородку с цыплёнком. Ах, какая корочка... Такую только под прессом и получишь. Рядом был салатик, вроде греческий, без него никуда и... бутылка вина? Харрис подошёл и прочитал: Темпранильо, Риоха... — Ло! Ты тысяч пять за неё отдал? — его мама разбиралась в винах и Темпранильо был её любимым сортом винограда. — Не унижай виноделов, восемь! — Мы же не пьём с тобой... — на это голубоглазый подошёл поближе из кухни, выдержал паузу, как вино, и сказал: — Читмил. Аргументов не нашлось, да и не хотелось. Почему бы не приукрасить вечер хорошим вином? Не то чтобы они часто так, это скорее исключение. Они решили на фон поставить какой-нибудь фильм, но ничего в голову, кроме как поставить «Терминатор 2: Судный день», не пришло. Да-да, они любители классики. И ещё большие любители пересматривать фильмы... Лололошка расставил тарелки и бокалы, чуть не опрокинув один, спасла реакция Джона. — У самого уже руки не хирурга, да, красотка? — вернул кареглазый за дрожь в руках. — Твоя релейная защита явно не на пользу твоей же нервной системе. — Но я же не зря на это учился? — склонил голову набок парень, — Мне нравится, помощь людям всё таки... — Узнаю своего Лололошку, — улыбнулся Джон и уже далеко не лукаво, такую улыбку он припасает только для него. — сначала о других думает, а о себе не заботится, а потом мне за это же... — Джон! Давай уже, садись. Цыплёнок, салат и Риоха постепенно исчезали, как и уползал хронометраж фильма. Вот сон Сары, где она видит более молодую себя и сына — Джона Коннора. В какой то момент всё озаряет адски яркая вспышка: ядерный взрыв. Город сметает, будто он карточный. Люди сгорают до обугленностей. Истошные крики боли и... Сара просыпается. На столе выцарапана надпись: «No Fate» А Джон с Т-800, которого по-ребячьи первый назвал "Дядя Боб", только закончили загружать оружие в машину. — Знаешь Джонни, — с усмешкой обратился Ло, — ты же веришь в судьбу? — Смотря что ты под этим подразумеваешь, — решил задвинуть речь Харрис, — если иметь достаточные мощности компьютера, то можно просчитывать каждую частицу во вселенной. И составить её прогноз по нынешнему состоянию. — Дейви немного отпил бордово-фиолетово из бокала, просмаковал, ощущая нотки тёмного шоколада на языке и продолжил, — Пьер Лаплас в своё время это описал, так и прозвали устройство: "демон Лапласа". Таким образом, если обсчитать все исходы можно, то и наши действия предопределены. Но квантовая физика ещё не сформирована достаточно, чтобы говорить о возможности создания такого "демона". Поэтому мне проще думать, что судьбы действительно нет. — Только на последней фразе кареглазый услышал зевок от парня напротив. Кажется он перегнул палку. — Ты как всегда, Джон... За это я и люблю тебя. — Et je t'aime, mon chèr… — нежно произнёс Харрис. — Ты меня не обматерил часом? — шутливо бросил Лололошка. На что тот повернулся и сказал твёрдо и максимально тепло: — Тебя — никогда. К этому моменту фильм шёл к завершению. Т-1000 почти нашёл Коннора, но порядком поломанный "дядя Боб" сбросил из ракетницы монстра Скайнета в расплавленную сталь. «Есть ещё один чип.» — фраза от терминатора, от которой у голубоглазого потекла слеза. Столько раз уже видел этот финал, но каждый раз он рыдал. Маленький Джон пытается его остановить, но и до него доходит, иначе машины истребят всех... «Теперь я понимаю, почему люди плачут...» — Ло уже не выдерживает. Его Джон подошёл и обнял, пытаясь успокоить. Решил вырубить телевизор, всё равно смотрено-пересмотрено, голова сама докрутит плёнку внутри. — Ло, не переживай так, я тут, — легкие касания по плечам, взъерошивания волос и невесомые поцелуи всё таки заставляют парня успокоиться. Вроде двадцать с гаком лет, но коль плачет, так плачет. — Так жестоко... — Если бы не было так, был бы это твой любимый фильм, а, симпапусик? — парадоксальный вопрос, но действительно верный. Не был бы. Лололошка на него не ответил, им не нужно слов в такие моменты. Дейви повёл своего возлюбленного до кровати. Оба порядком измотались за сегодня, да и за окном темно, сам бог велел поспать. Оба хоть и сказали друг другу "доброй ночи", но всё равно в их головах вертелась фраза «Нет судьбы», кроме той, что мы сами творим. Наверное, стоит перестать это гонять и уснуть? Нет. Мозги их нарочно заставляли это обрабатывать. Краем глаза, кареглазый заметил, что его парень явно не спит. — Судьба? На что слышит: — Судьба. Большего и не нужно. Если она и есть, то их свела и это факт. Рука корректора потянулась к бедру напротив, нащупывая рельеф. В школе Ло был гимнастом, но сейчас просто ходит в зал для поддержания формы. Стоит сказать, Джон тоже не бесформенный, но спортивной карьеры за плечами нет. — Джонни? Что ты? — Хочешь? — и провёл по щеке кончиками пальцев. Дальше прикосновений он всё равно не зайдёт без разрешения. Немного колебания... — Хочу... — выдохнул голубоглазый. Рука Дейви перешла к груди, чуть потирая её, пока потянулся к таким мягким губам. Терпкий вкус вина придавал ещё большей раскованности парням и больше страсти в поцелуй. — Мм-х, Джон... — проронил Ло, когда рука стала водить по прессу, ближе к паху, но специально не двигалась дальше. Одеяло, прикрывавшее безобразие улетело в сторону, оказалось, Лололошка без нижнего белья и ничего не скрывало возросшего возбуждения. — Ты такой... — замер Харрис, разумеется всё это он видел, и не раз, и не десять, но это всё равно было очень красиво и горячо. — Bel... — нашёл только сказать "красивый" по-французски. — Я из французского только поцелуй предложить могу, — хихикнул Лололошка. — Так покажи... ~ с огоньком произнёс в ответ. Их языки сплелись, не стесняясь ничего. Хотя процесс принятия себя у них занял очень долго. И общество, и семья, и они сами не принимали себя, но теперь они взрослые, осознанные и самостоятельные. Они любят друг друга, ничего им не помешает. Между делом голубоглазый стянул боксеры с своего парня, поглаживая ему "мальчика", наслаждаясь лёгкими постанываниями. Джон наклонился к члену Ло, лизнув размашисто, капли прозрачной жидкости оказались на его языке и он потянулся снова за коротким поцелуем, давая почувствовать свой солоноватый вкус. Немного возни с головкой и пенис скрылся во рту. Лололошка не тратил время, стимулировал требующий внимания прибор. Почему то Дейви не дал сменить позу на 69, а оставил именно так. В отместку голубоглазый стал только покручивать соски и проводить руками куда только дотягивались. Особенно результативно было по внутренней стороне бедра — кареглазого била крупная дрожь. В какой-то момент Харрис отстранился с гортанным стоном и излился на постель, немного запачкав живот Лололошки. — А я ведь даже не трогал тебя, — усмехнулся. — Не хотел, чтобы ты сосал мне, не потому что плохо делаешь, а потому что хотел только тебе. — на одном дыхании протараторил корректор. — Так сказать себе детокс от минета. — Звучит так себе... — чего только эта бестия не придумает... — И вообще ты ещё не кончил, давай вот так, — Дейви потянулся к подоконнику, надавив на дозатор со смазкой, смазал пальцы и завёл их назад, пытаясь себя подготовить. Он и так часто удовлетворяет себя пальцами, поэтому было не долго. Команата наполнилась свежим лимонным запахом. — Сядешь сверху? — глупый вопрос, Джон не ответил и начал насаживаться на твёрдый член своего парня. — Ох, да... Мгх, боже... — ощущение заполненности всё равно лучше, чем тыкать себя пальцами. Ещё лучше, когда это любимый человек. Единение душ, единение судеб. — Ах! Ло вильнул бёдрами вверх, немного сильнее насаживая. Чуть призвук боли был в голосе, это было явно зря. — Прости, тороплюсь... Сложно сдержать... — П-похуй, прошу... — простонал Дейви. Пальцы гуляли по стройному телу верхнего, на нём бы хорошо смотрелось что-то кружевное, шёлковое. Желательно оранжевого цвета... Головка попадает в попу и давит на простату, вызывая тихие стоны, а иногда и не тихие. Такой порой надменный Джон Дейви Харрис, а послушно скачет на члене, умоляя ещё... Так будет ещё! Лололошка переворачивает позицию и Джон в коленно-локтевой активно начинает громче стонать от сильно ускорившегося темпа. — А-ахх, Ло! — сладко выкрикивает пассив, после дня, когда он обязан был для всех держать маску, теперь может искренне побыть слабым, нежным и... нуждающимся в ласке. Наверное, такое нужно каждому время от времени, даже если упорно отрицает. Его рука переходит на пульсирующий прибор и резкими движениями доводит себя почти до оргазма, чтобы последние штрихи доделал всё таки голубоглазый. Нижнего переворачивают и дотрахивают в миссионерской, взгляд к взгляду. Как же приятно видеть лицо любимого во время яркого оргазма... Глаза закрываются, голова немного отклоняется, рот приоткрыт и издаёт мелодичный высокий стон. Поток тёплого семени обрызгивает пресс Джона и уже Лололошка не выдерживает этого невероятного вида, испустился внутрь. Джон отдышался и встал на четвереньки, пытаясь выдавить из себя теплоту, создавая очень развратный вид для возлюбленного. Пока вымылись, пока поменяли постельное, они и уснули в обнимку, в абсолютном умиротворении.

***

Утром Джон встал примерно часов в десять. Сегодня у него выходной, а Лололошка у себя на электростанции. Реле свои переключает там. Выйдя из спальни, в зале он заметил пару тостов с греческим йогуртом и авокадо, а также айс-латте. Под тарелкой Дейви заметил записку: «Судьба? :)». — Судьба. Начну искать себе новую работу, осточертело мне документы форматировать... В этом наверное и есть человек. Форматировать свою судьбу... Будто древний демиург.

Конец.