вот мы и снова вместе, володь.

подворотня. тупик. человек сергея. драка. нож. бордовая жидкость растекалась по асфальту, неприятный металлический запах ударял в нос. холодный и резкий порыв ветра снова заставил володю вздрогнуть и немного придти в себя, сфокусировать взгляд. сколько он уже лежит здесь? час, два, три? третьяков даже не считал. по сумеркам, окутавшим район, можно было догадаться, что сейчас где-нибудь около восьми-девяти вечера. скоро совсем стемнеет, и глаза закроются сами, забыв про пролитые некоторое время назад слезы боли и бессилия, но володя не мог знать, откроются ли они вновь. стемнеет, и его дыхание сначала выровнится, а потом вовсе пропадет. третьяков снова погрузился в свои мысли, постепенно проваливаясь в вечный сон. веки слиплись, и вова больше не дышал.

***

его окутало странное ощущение. вокруг него полная темнота, здесь холодно и скользко, а где-то впереди проскальзывает синее свечение. может, матвей? в этой темноте вова мог ходить, бегать и даже летать. быстро добравшись до источника света, догадки третьякова оказались верны. матвей сидел в этой темноте. один. и снова в черной жиже. вова тихо подошел к нему, опуская руку на плечо крименова. — матвей. крименов вздрогнул и резко повернулся к третьякову, не ожидая увидеть там володю. — володя? ты.. какого хуя ты в крови?! ты каким образом еще жив вообще? — матвей удивленно и обеспокоенно уставился на володю. один в крови, второй в жиже, то еще зрелище, конечно. — я умер, моть. прости, я так не смог тебе помочь.. я надеюсь, что ты справишься и будешь счастлив. не вини себя. прощай, матюш. — вмиг володя стал точно такой же черной сущностью и отовсюду полилась липкая черная жидкость. — володя? володя! — матвей долго звал третьякова, надеялся, что это очередной кошмар от сущности лжематвея, но вова исчез. исчез навсегда. да, матвей снова одинок и беспомощен в своих терзаниях. вова был единственным человеком, который мог хоть как-то помочь матвею избавиться от черной жижи, помочь пережить кошмары и побороть свои старые травмы, а теперь его нет. мысленно, матвея тоже нет. опустошение, одиночество, боль отрезвляюще давят на разум и крименов просыпается — просыпается ради того, чтобы прекратить это навсегда.

***

подскочив на кровати, матвей тянется к телефону. пара сообщений от лени и лишь подтверждение того, что третьяков мертв. медленно встав на ноги, матвей направился в ванную. запер за собой дверь и в последний раз посмотрел на себя в зеркало. — идиот. — кинул крименов сам себе и снял с себя олимпийку, оголяя тонкие запястья и выступающие вены. с силой пройдясь лезвием по рукам и превратив их в сплошное кровавое месиво, матвей улыбнулся. блаженное облегчение прошлось по телу, все мысли покинули голову и лезвие выпало из рук. — вот мы и снова вместе, володь. — одними губами прошептал матвей и навсегда закрыл глаза.