Найди меня

Майк так и не смог жить дальше. Все смогли, но только не он. Даже Хоппер, для которого Оди была так же дорога, как родная дочь. Мэкс, которая называла её своей лучшей подругой. Дастин, Лукас, Уилл, Нэнси, Джойс... У них всех была теперь совершенно другая, счастливая жизнь. Они нашли в себе силы двигаться дальше и у них это действительно неплохо получалось. За это Майк их презирал, хоть и не признавался в этом даже самому себе. Ведь это было бы жутко иррационально с его стороны... Но всё-таки как, чёрт подери, они могли держаться настолько беспечно!? Почему они делали вид, что ничего не было? Все словно сговорились и начали играть в какую-то свою игру, правил которой он не знал и посвящать в них его никто не собирался. Еще и эта чёртова свадьба Джойс и Хоппера, на которой Майк еле сдерживал слезы и рвотные позывы. «Оди, моя милая Оди,» — думал он, сидя на самой дельней скамье, устало опустив голову, пока молодожены обменивались кольцами под радостные восклицания гостей. «Только благодаря тебе все эти люди живы, a они о тебе совсем позабыли... Но не переживай, дорогая, я буду помнить всегда.» Её теплые карие глаза, такие знакомые, такие любимые, такие напуганные... Она пыталась казаться смелой, стоя во вратах, в ожидании смерти. Но он все равно увидел страх в ее наигранно уверенном взгляде. Она не хотела умирать и не должна была. Она должна была жить. Он бы увез её далеко-далеко, туда, где никто бы их не нашёл. Ни доктор Кей, ни армия, ни даже их друзья, если бы ей это было угодно. Они жили бы долго и счастливо, они бы тайно поженились, у них родились бы дети, он построил бы им дом прямо напротив трёх водопадов, чтобы она всегда могла ими любоваться... Но все мечты о совместной счастливой жизни стремительно рушились, ведь он был вынужден наблюдать за тем, как любимая испаряется вместе с Изнанкой. И он даже не смог ничего сделать, только кричать от отчаяния. Следующие несколько месяцев он с нездоровым фанатизмом пытался убедить себя, что она все ещё жива, он хватался за любую мелочь в воспоминаниях о том ужасном дне, стараясь найти хоть какую-нибудь зацепку и тем самым мучая себя, проживая этот кошмар снова и снова. Конечно он понимал в глубине души, что это всё скорее всего неправда и что её действительно больше нет. Но надежда умирает последней, а сильнее надежды Майка Уилера о том, что его любимая всё еще жива, не было ничего на этом свете. Методом проб и ошибок он разработал теорию, которая говорила в пользу того, что Оди всё-таки выжила. Майк был настолько воодушевлен ей, что после выпускного даже поделился с друзьями о своих догадках. Но его встретили лишь неискреннее согласие и снисхождение смешанное с жалостью во взгляде самых близких для него людей. После этого он больше ни с кем не говорил о ней... Проходили дни, недели, месяца и порой Майку даже начинало казаться, что он всё это придумал. Что её никогда и не было и что он просто сошёл с ума. Только фотография на письменном столе спасала его от безумия. На ней была запечатлена невероятно красивая девушка, её карие глаза радостно блестели, а на щеках полыхал легкий румянец. Несколько непослушных каштановых прядей выбились из её строгой прически. Улыбающийся темноволосый мальчик, стоявший рядом с ней, помогал ей заправить их за уши. Они были так счастливы, даже несмотря на все трудности. И казалось, что у них была вся вечность впереди... Майк мог смотреть на это изображение часами, жадно впиваясь взглядом в черты её лица. Этот день был не исключением. Часы уже показывали два ночи, но он не собирался ложиться спать. Каждый раз, как он засыпал, ему снились кошмары, где он раз за разом переживал тот самый момент, когда потерял её навсегда. Бесконечный цикл боли и страданий. Нет уж, лучше вообще не спать. Но его и так ослабленное тело не могло вынести еще одной бессонной ночи. Майк даже не заметил, как его глаза начали медленно слипаться... И вновь она стоит перед ним, так близко, но одновременно так далеко. Он тянется к ней руками, а она исчезает. «Не-е-ет!» Но все же в этот раз что-то было иначе. Вроде как тот же самый кошмар, только вот... «Майк?» Он начинает ошеломленно озираться по сторонам, пытаясь найти источник звука в резко наступившей кромешной тьме. «Оди?!» «Я здесь, Майк,» — ее голос прозвучал прямо у него за спиной. Парень тут же обернулся и чуть ли не упал на колени. Перед ним и вправду стояла она, совсем рядом, почти в притык. Такая настоящая... Он даже опомниться не успел, как тут же заключил её в крепкие объятия. «Господи, Оди, я так соскучился!» Слёзы безудержно начали скатываться по его щекам и тихие всхлипы вскоре переросли в отчаянные рыдания. Он почувствовал, как она нежно обнимает его в ответ. «Найди меня, Майк,» — тихо прошептала девушка. «Ч-что?» Вновь открыв глаза, он не обнаружил её рядом. Теперь его взору предстала совершенно другая картина. Он стоял на зеленом усыпанном цветами лугу, его темные локоны развивал слабый ветер, а прямо перед ним, у подножья горы стекали три водопада. «Найди меня.» Майк резко проснулся, пульс тяжело отдавался в висках. На часах было всего пять утра, но он совсем не чувствовал усталости. Теперь он точно знал, что она жива. *** У него ушли долгие месяцы на поиски того места из сна. Иногда ему казалось, что это всё было лишь плодом его отчаявшегося воображения. Но то чувство, которое он тогда испытал, было настолько реальным... Нет, это не был просто сон. Оди действительно где-то там и хочет, чтобы он её нашел. Удача подвернулась совершенно случайно. В тот день он как обычно разбирал почту. «Ужас, опять одна реклама,» ворчал он, перебирая журналы, как вдруг его взгляд упал на одну маленькую фотографию в нижнем углу страницы. Это было оно. Зеленый луг, горы, три водопада. И подпись: «Незабываемый отпуск в Гренландии». *** Он ни с кем не попрощался — даже не попытался. И только на выходе из пустого дома всё же соизволил обернуться. Тут он прожил все свои девятнадцать лет... Но ему было совсем не жаль, он уже давно понял, что жизни без неё для него нет. Только пустое и бессмысленное существование. Из вещей он ничего с собой не взял, чем сильно удивил других людей в аэропорту. Они смотрели на него косо, с подозрением. Они бы никогда не смогли понять, что там, куда он направляется, ему не понадобятся ничего из того, что раньше ему принадлежало. У него начнется что-то совершенно новое и лучшее. Там, куда он направляется, не будет места для прошлого. И он будет не один, с ним будет его любимая Оди. Где-то на самом краю сознания вдруг промелькнуло слабое сожаление: «Может все-таки стоило проститься с друзьями и семьей?» Они ведь теперь подумают, что он пропал без вести, канул в небытие... Но нет. Всё будет хорошо. Они смогли забыть её —  забудут и его. *** Порывистый ветер беспощадно растрепывал его волосы, гораздо сильнее, чем во сне. Он приехал, он действительно был тут... Место оказалось именно таким, каким он его запомнил, и в то же время совсем другим. Зеленый луг был редким, местами вытоптанным, трава — жёсткой и влажной от холодного тумана. Шум водопадов заглушал всё вокруг, давя на уши, а воздух был таким ледяным, что каждый вдох резал лезвием грудь. Но Майк был совершенно спокоен. Он прикрыл глаза и счастливо улыбнулся, не чувствуя, как от холода немеют пальцы. Он даже не удивился, когда через несколько мгновений до боли родные руки обвились вокруг его шеи, а мягкие девичьи губы коснулись его сухих потрескавшихся губ. «Ты нашел меня.» «Конечно, Оди,» — прошептал он, прижавшись к ней сильнее, словно пытаясь впитать ее каждой клеточкой своего тела. Его сердце билось всё реже и реже — но всё ещё только для неё. «Ведь я люблю тебя.» Холод подбирался к нему всё ближе, но он чувствовал лишь тепло.