learning to fly

– Я возьму этот заказ, – парень кладет ладонь на крафтовый пакет, который вот-вот уже собирался забрать другой курьер.        – Но я уже принял его, – неловко мнется мальчишка, на вид совсем недавно окончивший среднюю школу.        – Дружище, ты не понял, – Чангюн с абсолютно спокойным лицом забирает пакет и кладет его в свою термосумку. – Видишь адрес? Туда доставляю только я, – он наклоняется и прямо на ухо шепчет парню, – Клиент с прибабахом, поверь, оно тебе и не надо.       

***

       «Он носит крылья в рюкзаке, мечтает и грустит о ком-то»        Кихен глупо смеется, когда слышит по радио эту песню. Это непозволительно глупо, но на ум сразу приходит этот вечно стреляющий глазками курьер. Действительно ведь крылья носит в рюкзаке. Правда, куриные. И жареные. И действительно таскает короткое пальто. Ну, на велике удобнее ездить, наверное.        Из размышлений, приправленных глупыми ухмылками, его выдергивает звонок в дверь. Надо же, новый рекорд, всего двадцать минут. Определенные бенефиты, конечно, имелись. Кихен вздрагивает от звонка, а следом тут же натягивает безразличную мину и, предварительно быстро поправив прическу перед зеркалом открывает дверь.        – Ага, угу, спасибо, – быстро выхватывает пакет из рук парня и старается быстрее закрыть дверь прямо перед его носом, но оказывается грубо остановлен.        – У вас указана оплата при получении, – совершенно незнакомый голос и только сейчас Кихен догадывается поднять глаза.         Перед ним совсем не тот юноша, который привозит ему курицу из небезызвестного ресторана абсолютно каждый раз. Перед ним почти пожилой, осунувшийся мужчина, выглядящий крайне недружелюбно.        Он неловко мнется, объясняясь, что не заметил и спешно возвращается с кошельком. Расплачивается с курьером, а потом еще какое-то время печально смотрит на закрывшуюся дверь. Как будто сам не может понять, почему расстроен. Не нравилось ему никогда это сталкерство: ну не верил он в такие совпадения. Да и шуточки этот тип отпускал слишком уж тонкие для простого дружелюбия.         Еще через неделю он снова делает заказ и снова приезжает другой курьер. Он не понимает, почему нервничает и не может притронуться к вкуснейшей курочке, которая так в итоге и остается остывать до вечера. А когда такое происходит в третий раз, у него уже включается паника от осознания собственной глупости. Тревожный мозг подкидывает обрывки их диалогов: как Кихен грубо пресекал комплименты в свой адрес и совсем безобидные шутки, как захлопывал дверь перед его носом.       

***

– У меня немного необычный вопрос, – Кихен крутит на пальце какую-то резинку, пока пытается правильно сформулировать вопрос, – У вас раньше работал парень, кажется, Чангюн зовут... он очень часто приезжал на мои заказы, а сейчас пропал и я хочу узнать, он уволился?        – Прошу прощения, но мы не имеем права разглашать информацию о сотрудниках, – приятный женский голос из трубки транслирует Кихену именно то, что он и ожидал услышать.         – Я понял, простите, что потратил ваше время, – он сам быстро вешает трубку и буквально чувствует, как лицо заливается краской.         Почему его вообще это волнует? После этой дурацкой песни все стало как-то слишком сложно, непозволительно сложно: он ведь сам искренне бесился с неприкрытых подкатов этого парня, а теперь, кажется, скучает? Может недооценил свою собственную вовлеченность или просто испугался?         Спустя месяц Кихена немного отпускает, но в душе все равно каждый раз теплится надежда: ну может хоть в этот раз он все-таки приедет? Пусть не специально, но может быть все же?        В очередной из таких раз он все с теми же горящими глазами распахивает дверь и не может им, глазам, поверить. Улыбается по-мальчишески, а потом нарочито быстро стирает эту улыбку с лица.         – Ресторан переехал, теперь твой адрес падает только курьерам на автомобиле, – он держит одну руку за спиной. – Скучал же, признайся честно?        – Иди к лешему, – ругается Кихен и пытается закрыть дверь, хотя на самом деле хочет едва ли не броситься ему в объятия.        – Подожди, – Чангюн придерживает дверь освободившейся рукой, – У меня тут подарок от фирмы. Постоянным клиентам полагается.        Он достает из-за спины небольшой букет и протягивает Кихену, а тот дар речи теряет, но все же выдавливает из себя колкое замечание.        – Сталкер хренов.        – Эй, повежливее! Я все-таки машину купил чтобы к тебе кататься.         Кихен усмехается, опустив глаза в пол. А прежде, чем закрыть дверь, просит позвонить вечером после работы. И снова отпускает остроту, намекая, что номер телефона наверняка оставлять не нужно.