Заноза

Ночью Драко так и не смог уснуть, захваченный новой идеей. Он даже не заметил когда его смирение с судьбой, с тем, что он совсем скоро умрёт, сошло на нет и преобразилось в жгучее желание жить. В доме было очень тихо, приложив некоторое усилие и домовика Малфой сделал небольшую перепланировку и портрет госпожи Блэк теперь был в замурованном экранированном чарами коридоре, орать теперь она могла сколько угодно, а вход они перенесли на задний двор. Всё равно никто из них не пользовался крыльцом, теперь это было фальшивое крыльцо, так даже лучше. Какой-то тихий звук заставил Драко настороженно прислушаться, а потом и вовсе выйти в коридор. Поттер не закрывал дверь в свою спальню, не любил замкнутые пространства и привык, что друзья всегда его «пасут», следят, чтобы кошмары не утащили слишком глубоко. Сейчас пасти его было некому, да и кошмары уже почти отступили, но привычка не запирать двери осталась. Малфой осторожно приблизился и заглянул в чужую спальню. Поттер лежал на кровати и вроде бы всё было в полном порядке, но потом он дёрнулся, голова чуть повернулась и Драко увидел пустые открытые глаза и распахнутый в немом крике рот. Он уже видел такое. Распятые круциатусом. За пару мгновений до смерти. Малфой кинулся к чужой постели охваченный жутким страхом. — Поттер! Никакого ответа. — Поттер! — Драко встряхнул его, но тело в руках оказалось каменным, словно уже коченеющим. В панике он нащупал пульс, нет, живой. Пока живой. Чёрт возьми. — Поттер! Ты решил сдохнуть? именно сейчас, когда запланировал отпуск в другом мире, серьёзно?? Это не было похоже на проклятие, не было похоже на яд. Драко давно уже не носил с собой палочку, чтобы не колдовать, даже случайно, рефлекторно, но прямо сейчас у него просто не оставалось выбора. Самые страшные полторы секунды, добежать до комнаты, схватить палочку и назад. Живой. Ещё живой. Диагностические чары. Малфой не был колдомедиком, но кое-что умел, во всяком случае, поставить начальный диагноз он точно мог. Подтвердилось. Не яд и не проклятие. Метка на руке загорелась огнём и Малфой тихо взвыл от боли поднявшейся уже до самого плеча. Быстро же. Пару десятков заклинаний и он будет мёртв. Может быть даже раньше. — Чёрт возьми Поттер. Я рискую жизнью из-за тебя. Малфой медленно выдохнул. Отложил в сторону палочку. Сейчас она больше не могла ему пригодиться. Драко никогда не развивал свой дар, наоборот, старательно скрывал его, блокировал, только профессор Снейп знал о его таланте, он же помогал его контролировать. Тёмный Лорд получал отдельное удовольствие ломая мозги именно Драко, если бы не Снейп — было бы куда хуже, а так он научился прятать свои мысли и свою личность за маской, маскировать. Сильно легче от этого не становилось, но хотя бы уберегало его от безумия. Тот-кого-нельзя-называть словно взял вызов проверяя мозги Драко на прочность, он знал, что здесь что-то не чисто, любой другой после такого уже давно сошёл бы с ума, но Драко был в порядке, насколько это возможно после многих часов пыток. Он не знал, что врождённый дар нельзя обнаружить, нельзя отнять, заблокировать, что магия, которая живёт в крови остаётся с хозяином всегда и никакие артефакты и палочки не нужны для того чтобы она работала. Драко не любил свой дар, проникать в чужие головы, пропускать чужие мысли и чувства через себя ему совершенно не хотелось, но сейчас… у него не было другого выбора. Если Поттер умрёт — он тоже умрёт, его обвинят в смерти их героя и казнят, если метка не прикончит его раньше. — Будешь мне должен. Смотреть в совершенно пустые глаза, касаться застывшего в судороге окаменевшего лица было страшно. Поттер не выглядел живым. Не ощущался живым. Только неровный едва заметный пульс говорил, что ещё не всё потеряно. «Будь осторожен Драко, проникая в чужие мысли ты можешь завязнуть там, можешь умереть, твоё тело продолжит жить, но душа застрянет в чужой голове навсегда и вытащить тебя будет некому, а если тот в чью голову ты проникнешь погибнет, то ты тоже умрёшь. Особенности дара», — прозвучал в голове голос профессора. К чёрту. Метка обжигала шею, разбегалась жгучими нитями по груди, царапала рёбра. «Ещё не дошла до сердца, значит есть шанс». Нет, больше нет. В сознании у Поттера было серо. Бесконечный густой туман тускло подсвеченный, кажется со всех сторон так что не понять где хоть какая-то твёрдая поверхность, сплошное бесконечное ничто. Снейп когда-то с несвойственной ему эмоциональностью заставил Драко научиться работать проводником. Словно бы знал, что это обязательно ему пригодится. Поэтому Драко хорошо помнил, что чтобы вытащить человека из подсознания — его нужно там найти. Что на пути может встретиться что угодно, все ужасы, которые человек пережил в реальности, все кошмары, которые преследовали его в воображении, всё это было здесь и, пока Драко работал, для него всё это было реальной опасностью. Что можно повстречать в мозгах у Поттера сложно было даже вообразить. Реальность оказалась даже хуже. Работать в звенящем сером ничто было сложнее, чем в самых недружелюбных джунглях. Опоры не было. Двигаться можно было в совершенно любом направлении. Вверх, вниз, вперёд… это всё были лишь субъективные понятия, в новой реальности же никакого вверх или вниз попросту не существовало. Как можно было кого-то здесь найти? Драко не собирался сдаваться. Время искажалось, в реальности мог пройти день, а мог год, не узнаешь, пока не вынырнешь. Профессор Снейп всегда контролировал тренировки, чтобы они не затягивались слишком сильно, сейчас контролировать было некому, да и не тренировка это была. Всё или ничего. Интересно, а если Малфой сам умрёт, когда будет в чужом сознании, он просто исчезнет или тоже застрянет? Реальность подсказывала, что ответ он может получить очень скоро. Драко всё время двигался, он не понимал куда и не мог чётко настроить свой путь, но стоять на месте было ещё глупее, поэтому он просто думал и двигался. Почему он так рискует ради Поттера? Потому что если Поттер умрёт, то его в любом случае обвинят… Сколько угодно можно врать другим, можно даже врать себе, но нельзя не почувствовать, что врёшь. Драко чувствовал — врёт, а ещё чувствовал, что та глупая детская влюблённость совсем никуда не делась. Проросла в нём не хуже метки, только более незаметная, но, кажется, такая же смертельная. Краем глаза Драко заметил какое-то движение, по телу прокатилась едва ощутимая волна не то воздуха, не то магии. Что-то, нечеловеческое кружило вокруг него, скорее всего с самого его появления и только сейчас неосторожно приблизилось. Кошмары здесь всё же водились. Отчего-то вдоль спины прошибло мурашками. Словно что-то смотрело на него из глубины этой серой хмари. Что-то опасное. Злое. Медленное. Малфой почувствовал иррациональный страх, ему хотелось сбежать, но он не представлял куда ему бежать. Он чувствовал себя в ловушке. В сети. Это ощущение откликнулось чем-то… узнаваемым. Сеть. Серость. Неужели… Ретементис. Малфой лишь мельком читал о них в одной из книг, которые профессор Снейп ему всучил. Это живые существа обладающие собственным разумом, способные паразитировать на чужих мыслях долгие годы и в какой-то момент захватывающие их целиком. Ментальные пауки накладывающие свои сети так ловко и незаметно, что жертва до последнего ничего не чувствовала. Только Поттер мог поймать одного из самых редких паразитов в свою пустую голову. Только Поттер мог неосознанно поселить к себе жить единственного, чей врождённый дар, теоретически, мог его спасти. Теоретически. Малфой никогда не делал ничего подобного. Малфой никогда не планировал делать ничего подобного. От отчаяния свело челюсть. Больше всего Драко Малфой не любил сразу «на оценку» делать то, чего никогда до этого не делал. Он всегда готовился заранее наедине с собой и книгами. Свидетели в его обучении ему уж точно были не нужны, как и преподаватели. Северус, пожалуй, был единственным у кого Драко действительно мог чему-то научиться, потому что он просто бросал его в сложную ситуацию, не пытаясь рассказать как из неё выбираться и не оценивая пути, которыми тот шёл. Паук прятался, теперь Драко настроившись мог почувствовать его, как более плотный туман перемещающийся в разных направлениях. Он норовил держаться со спины и выше, над головой. Точно паук. Теоретически он не мог Малфою ничего сделать, даже прицепиться не мог, но всё равно было… некомфортно. Как в этой паутине искать Поттера Драко не очень представлял, но продолжал двигаться в произвольном направлении. Паутина всегда имеет систему. Она циклична. Всегда есть центр и скорее всего сознание Поттера и есть этот самый центр. Оплетённый коконом. Спрятанный. Паук не зверь, спугнув его найти логово не получится, однако если подцепить паутинку… Ментальная магия — сложнейшая наука, всё, что происходит в подсознании крайне изменчиво. Ты можешь увидеть только то, что готов увидеть. Вот и сейчас, представив как может выглядеть паутина Малфой моргнул и перед глазами вместо серого тумана образовались хитро сплетённые нити. К сожалению это не была простая плоская паутина, которые порой плели самые обычные пауки в саду Мэнора. Эта паутина была объёмной. Нити расходились в хаосе во все стороны причудливо переплетаясь между собой. Но Драко точно знал, во всём есть система, даже если на первый взгляд кажется, что это не так. Он потянул за первую попавшуюся нить, проследил, куда она уходит, потом другую. Ему нужна была центральная, одна из тех, которые не изгибаются, цепляясь за другие, а идут к центру. К Поттеру. Не сразу, но Малфой нашёл такую, она даже на ощупь была другая, более плотная и натянутая, как струна, остальные окружающие её нити были мягкими, пружинили двигаясь от прикосновений. Он последовал вдоль неё надеясь, что выбрал правильное направление иначе идти он будет целую вечность и так никуда и не придёт, потому что нити эти от центра бесконечны, как и сама мысль. Но ему повезло, паутина становилась всё плотнее, чаще, а это значит он на правильном пути. Паук тоже был рядом, он метался, теперь он понял, что здесь делает Драко и за кем он пришёл, поэтому он всячески старался перекрыть тому путь, но ничего не получалось. Малфой продолжал лезть через паутину с прямо таки ослиным упрямством. Ощущения были такие, словно он лез через узкий пыльный подземный ход, весь был в пыли и грязи, но в конце его ждал приз. Кокон, а внутри — сознание Поттера. Осталась малость, распутать сотню крепких нитей. Паук метался по паутине, но напасть не решался. Только плёл всё новые и новые нити в глупой попытке закатать в огромный кокон уже их обоих. Поттер начал шевелиться, как только Драко смотал с него первый слой нитей и бесформенным липким клубком отбросил в сторону. — Поттер, не возись ты так, мешаешь, подожди немного. Гарри его услышал, узнал и затих. Ещё три слоя и сквозь сеть Драко увидел лицо Поттера, ещё две и освободил руки. Теперь Поттер ему помогал. — Что происходит? — просипел он. — Ты идиот, вот что происходит, и все, кто тебя обследовали тоже идиоты, пропустили паразита. — Паразита? — У тебя в мозгах глисты, Поттер. — Что? — Выпутывайся, не отвлекайся. — Какие глисты, Малфой? — Ты где-то подцепил ментального паука, наверняка ты ничего о таком не слышал. Конечно не слышал, даже сам Драко не знал, пока не занялся изучением своего дара. — Не слышал, что делать-то? И где мы? — Делать что не знаю, надеюсь, что всё закончится, как только мы тебя полностью распутаем, а где… в твоей голове, говорил же что у тебя тут пусто, но не знал, что ещё и грязно. Поттер покачал головой решив пока не разбираться в ситуации и с удвоенной силой принялся распутывать паутину. Когда первая жёсткая струна отстрельнула в сторону, Малфой еле успел убраться в сторону. Интересно, тут его могло разрезать пополам насмерть? Наверное не стоило проверять. Паук от этого тревожно защёлкал жвалами где-то вверху. Он всё время держался на расстоянии и плёл, плёл свою паутину, правда в этом не могло быть никакого смысла. Ещё одна «струна» отлетела в сторону и исчезла в бесконечности. Сразу за ней ещё две и вскоре Поттер уже был полностью свободен, а паутина без каркаса распалась на нити и стала быстро спутываться. Паук заметался из стороны в сторону, но в итоге увяз и сам. Малфой дёрнул Поттера за локоть и их двоих мгновенно выкинуло прочь, в реальность. В реальности Малфоя ждала боль. Не смерть и уже хлеб, конечно. Метка воспользовалась ситуацией на полную кожа руки до самого плеча горела огнём, даже, кажется на рёбрах уже что-то пекло, позже увидит в душе, а сейчас нужно чтобы Поттер ничего не заподозрил. Нацепив на лицо привычную уже надменную маску, Малфой поднялся на ноги. Голова болела, а во рту был неприятный горьковатый привкус. — Малфой? — Помнишь что-то? — Д-да. Да, помню. Спасибо. — Рано благодарить, приводи себя в порядок и дуй в Мунго. Я не колдомедик если ты забыл. Малфой вышел чуть не забыв подобрать свою палочку, не хватало ещё чтобы Поттер начал о чём-то догадываться. Пусть и дальше максимально долго думает, что всё хорошо. Закрыв за собой дверь в комнату Малфой буквально сполз на пол сжав зубы до боли, лишь бы не издать ни звука. Закатав рукав он с неудовольствием отметил, что рука уже полностью почернела, тонкие нити полезли уже даже на кисть, скоро это будет сложно скрывать, подняться и посмотреть добралась ли метка до шеи было выше его сил и Малфой остался сидеть у двери, пережидая пока боль поутихнет. Краем уплывающего сознания он услышал, как сработал камин, Поттер отправился на обследование, ну и хорошо, пусть побудет подальше от дома. Драко нужно было время, чтобы прийти в себя. Боль не утихала, метка жглась под кожей, словно раскалённая, но к боли, как уже давно выяснил Драко, можно привыкнуть. Он медленно поднялся и поплёлся в душ. До шеи всё же доползла. Малфой проследил пальцами чёрные нити на ключицах. Надо выбирать место для путешествия где нет пляжей или, где для купания нужен будет гидрокостюм, а то будет непросто объяснить Поттеру откуда взялась эта татуировка. Гарри вернулся с рассветом, Малфой не спал, поэтому всё слышал. Слышал, как он медленно спускался вниз по пути прося Кричера накрыть ранний завтрак. Полежав ещё с минуту, Малфой поднялся. Уснуть всё равно не получится. — О, ты не спишь? — Нет. Что сказали в Мунго? — Беспокоишься? Ничего не нашли, но, судя по их лицам они и не поняли что искать. Потер пристально посмотрел на Малфоя. Тот вздохнул, поправляя высокий воротник свитера, но объясняться по поводу своих особенных знаний не планировал. — Запишись на плановый приём к окклюменту, пусть посмотрит внимательнее. Гарри чуть дёрнулся. Окклюменцию он очень сильно не любил и, пожалуй, единственный, кому он мог бы сейчас доверить свои мозги был мёртв. — Не думаю, что найдутся специалисты нужного уровня, — коротко произнёс Поттер и сделал длинный глоток ягодного морса. — Да, пожалуй ты прав, — отзеркалив мелькнувшую на чужом лице грусть согласился Драко. — Но поискать всё же стоит, я не уверен, что паук отцепился, я вообще, если честно, не знаю как их отцеплять. Действовал интуитивно. — У тебя отличная интуиция. — Зато у тебя нет. Где ты вообще его нашёл? — Если это ментальный паук, то, думаю, когда умер. Я тогда видел Дамблдора, мы были на вокзале. Я ещё спросил реально ли это или происходит только в моей голове. — Да, это звучит логично, забавно, что пограничье в твоей голове превратилось в вокзал. — Ну… я люблю наш вокзал… Так что там с отпуском? Есть ответ? — Поразительно, ты пару часов назад чуть не сдох, а уже думаешь о том, как весело провести время. — Я слишком часто «чуть не сдыхал», если бы каждый раз я уходил в многомесячную депрессию… Малфой хмыкнул соглашаясь с невысказанным. — Нет, ответа ещё не было, обычно это занимает пару дней. Ты слишком торопишься. Хотя на самом деле торопился сам Драко. У него осталось катастрофически мало времени. Метка нажравшись не утихала. Отвратительное проклятие. Худшее из возможных. — Если я спрошу тебя о том, что ты сделал ночью, ты ответишь? Честно. — Смотря что ты спросишь. — Это ведь была не обычная магия, верно? Я видел, ты не пользовался палочкой уже очень давно, да и ночью ты её принёс разве что для отвода глаз. — Вообще-то для диагностики, Поттер. — Не важно. То что ты сделал и то что знал. Это не обычная магия, да? — Да. Это врождённые способности, у каждого чистокровного есть что-то заковыристое, я вот ментал. — Окклюменция? — Не совсем, но направление примерно то же. — Профессор Снейп был отличным окклюментом, лучшим, именно это позволило ему так долго быть шпионом, тебе тоже удавалось прятать мысли? — Мне до такого мастерства ещё далеко, но кое-что я смог спрятать, поэтому и жив. — Прости, не стоило, наверное. Просто было любопытно. — Ешь. Больше разговаривать не хотелось, но Поттер считал иначе. Он пошуршал каким-то журналом и развернув толкнул через стол к Драко. — Что это? — Благотворительный концерт. Понятия не имею кто это, но Кингсли попросил быть. Пойдёшь? — Ты приглашаешь меня на концерт? — Ну, да? Малфой длинно выдохнул. Поттер такой непосредственный. — Хорошо. Пошли. Сегодня? — Ага, вечером, в… эм, — Гарри притянул журнал обратно. — Начало в шесть, мы можем уйти пораньше, если что. — Нет, ничего, они хорошо поют. Теперь ты будешь приобщаться к нашей культуре. — С удовольствием. Нужно как-то особенно одеться? — Ох, это будет непросто… — Джинсы и рубашка не подойдут, да? — делая скорбную гримасу вздохнул Гарри. Он уже знал ответ. — Герой магической Британии на первом благотворительном концерте в джинсах? Тебе честно сказать? — Нет, не стоит, просто дашь мне то, что мне нужно будет надеть. Даже спорить не буду. Малфой расплылся в гаденькой усмешке и Поттер мгновенно вскинул руки. — Стоп! Это было опрометчиво! Спорить я буду, но ты можешь приготовить варианты. — Вариант будет только один, я, так уж и быть, не буду над тобой шутить, во всяком случае сильно. — Придурок. — На себя посмотри… пустоголовый. Я там был, я точно знаю. Секунду продержавшись они хором рассмеялись. Поттер никогда и не говорил, что слишком умён, за мозги в их троице отвечала Гермиона. Днём Малфой нагло растолкал заснувшего после насыщенной ночи Поттера и отпинал его в ванную. — Приведи себя в порядок! Смотреть страшно и спускайся в зал, будем тебя одевать. — Не рано? — зевая во всю пасть спросил Гарри используя темпус, до приёма оставалось ещё три часа. Малфой вытращился на него, как на идиота. — Я тебе только волосы укладывать буду половину оставшегося времени. Не тупи, Поттер. — Только не вздумай сделать из меня прилизанного хорька. — Не вздумаю. Топай уже. Малфой идеально рассчитал время, чтобы они успели поесть и собраться и даже никуда не торопиться пройдя через камин не напрямую в концертный зал, а через улицу, чтобы немного прогуляться. Поттер чувствовал себя так, словно его вели на убой не иначе. Он никогда не носил ничего подобного, всё его знакомство с мантиями и магической модой в целом закончилось ещё в школе, где мантия была обязательным элементом формы, зато к кедам и джинсам никто не придирался. Малфой собрал ему костюм, кажется, от лучших модельеров. Белоснежная рубашка, чёрный жилет, узкие прямые штаны сделавшие Поттера визуально выше, чем он был на самом деле и венцом всего расшитая золотом мантия глубокого бордового цвета. — Ого! Гарри! — Джинни Уизли вытращила на него глаза не в силах собрать в слова всё то о чём она подумала, а потом она увидела Малфоя и изумление на её лице стало ещё больше. — Привет Джин, тебя тоже вытащили на концерт? — Конечно, даже Гермиона где-то здесь, пришлось отправлять ей порт-ключ, чтобы она не пропустила это событие. Кингсли очень просил всех быть и остаться до самого конца, вроде бы он будет толкать речь. — Она говорила, но глаза её постоянно бегали из стороны в сторону, хоть Драко на неё и не смотрел она словно бы не могла сосредоточиться и не понимала как действовать. Она знала, что Гарри вступился за Малфоя и выбил ему свободу, но не думала, что он будет теперь таскать его везде с собой. Тем более на официальное событие в честь победы над Волдемортом. Поттер мысленно скривился. Как же он не любил все эти общественные собрания, но магам после того, что устроили Пожиратели, требовалась разрядка, что-то яркое, простое, понятное и им требовался Герой, которого можно было бы поблагодарить за всё, что он сделал. Придётся остаться. Малфой усмехнулся верно истолковав выражение лица Поттера. Не сбежать. Места для героев войны естественно были в первых рядах, Малфой попытался ускользнуть в толпу, но Поттер схватил его за локоть и решительно поволок за собой. — Куда это ты собрался? Я столько распинался в письмах о том, какой большой вклад в победу над Волдемортом ты сделал, что теперь твоё место тоже среди героев, не увильнёшь. — Ты… что? — Блин… — Поттер явно сболтнул то, что не собирался. — Что же… ладно. Пришлось исписать достаточно много гербовой бумаги, чтобы укрепить твою невиновность. Про палочку я хорошо помню, Малфой и никому не дал забыть. — Это звучит почти как угроза. Считаешь, что одно условно доброе дело может перечеркнуть в глазах общественности тот факт, что у меня на руке метка Тёмного Лорда? — Да мне, знаешь, плевать, что у них будет в глазах, главное по бумагам до тебя никто не доберётся. — Почему раньше не сказал? — Я думал ты психанёшь, посчитаешь, что это жалость, подачка от ненавистного Поттера и натворишь глупостей. За твоих родителей я тоже поговорил, но… это сложнее. История твоего отца гораздо дольше чем твоя и… я сам не уверен, что его нужно вытаскивать. — Спасибо. Это было неожиданно и Поттер недоверчиво покосился на Драко, но тот не шутил и не издевался, он правда благодарил. Вечер удивительных открытий. Гермиона уже сидела в большом удобном кресле, Гарри узнал её по волосам, всё таким же непослушным, рядом сидел Рон. — Пошли к ним. — Ты уверен? Не хотелось бы грязного скандала прямо здесь. — Если ты забыл они тоже были там, они знают чьей палочкой я сражался. — Ты сам себя убедить пытаешься? Думаешь они мне разом всё простят? — О, конечно нет, на восьмом курсе вы обплюёте друг друга ещё тонной яда, но сегодня не думаю, что будет шумно. — Я почему-то так и думала, — усмехнулась Гермиона увидев Малфоя. — Твои письма это что-то, Гарри. Я так понимаю то, что ты не пришёл в джинсах тоже его заслуга? — Поразительная догадливость, мне стоило больших усилий затолкать его в нормальный костюм, — голос Малфоя звучал сейчас как раньше, в школе. Высокомерно. Он чуть растягивал слова и смотрел сверху вниз. Гермиона пару секунд смотрела на этот его спектакль и, не выдержав, рассмеялась. Рон хотел что-то сказать, но Гермиона тихо на него шикнула и даже ткнула локтем, чтобы закрепить эффект. Всё шло неплохо, подумал Гарри улыбаясь и занимая место рядом с подругой. Малфой тоже сдержанно улыбнулся и сел. Концерт длился два часа, в середине был антракт позволивший ребятам немного перевести дух. Музыка волшебных инструментов захватывала, проникала под кожу, цеплялась за сердце и полностью подчиняла себе его. — Ты в восторге, — тихо хохотнул Малфой и это точно был не вопрос. — Это старая пьеса, я потом расскажу тебе всю историю и мы сходим снова. Гарри рассеянно кивнул всё ещё пребывая под впечатлением от развернувшегося перед ним представления. Стоило победить Волдеморта только чтобы попасть сюда. Официальная часть продолжалась. Кингсли позвал его к себе на сцену, но не заставлял толкать речь, за что ему огромное спасибо. Пара слов о том, что теперь-то у всех точно будет всё хорошо и можно быть свободным. Пресса то и дело ослепляла вспышками и завтрашние новости должны были состоять целиком из фотографий Поттера и нового Министра магии. Уходил Поттер последним, даже Гермиона и Рон уже успели сбежать, но Гарри нужно было обсудить пару деловых вопросов. Кингсли был не против, сегодняшний день прошёл ровно так, как он планировал и сейчас можно было позволить себе небольшой отдых. — Выпьешь? — Министр достал из-под стола пузатую бутылку с вином. — Спасибо, да. — Что-то хочешь спросить? — Да. Как обстоят дела с Пожирателями? — Хм, странно обстоят, большинство из них мы не смогли найти, а тех, кого обнаружили не успели убить или обездвижить. — В смысле? — Из трансгрессии они выходили уже мёртвыми. Мы отправили тела в Мунго, пришёл ответ, что на них подействовало какое-то сильное проклятие. Никто с таким ещё не сталкивался. Поттер кивнул. Картина начинала складываться. — Спасибо за вечер, я даже не знал, что существует такая музыка. — Детям войны всегда труднее, но ты наверстаешь, удачи. Малфой ждал его в коридоре у каминов. — Я думал ты уже давно дома. Дома… это звучало странно, Драко, пока не мог называть это место домом и чувствовал себя там гостем. Поэтому и ждал. Только поэтому. В этом себя было достаточно легко убедить. — Идём. После длинного дня не найдя в себе сил даже на ужин Малфой ушёл спать. Поттер честно выждал почти час и, решив, что Малфой уже должен был достаточно крепко уснуть, медленно двинулся в его спальню. Нужно было кое-что проверить. Подтвердить или опровергнуть свои догадки. Малфой крепко спал, одеяло сбилось к стене, рука свисала с кровати и чуть задравшийся халат обнажил совершенно чёрное запястье. Поттер медленно, стараясь не издать ни одного лишнего звука, приблизился. Тонкие чёрные нити тянулись даже на кисть, как он раньше не заметил? Такие же нити были и на шее, если присмотреться. Гарри осторожно, почти не дыша, отвернул воротник халата в сторону и уже представляя, что увидит с ужасом уставился на совершенно чёрное, будто обугленное плечо. Кожа под пальцами ощущалась мелкой наждачкой, высохшая, не живая. «Мы не успевали их убивать… выходили из трансгрессии уже мёртвыми». «Проклятие». Заброшенная волшебная палочка. «Иди в Мунго». Спровадил, чтобы справиться с тем, что с ним сделала магия, которую он использовал, чтобы спасти его, Гарри. Хотелось вломить по этой блондинистой роже прямо сейчас, чтобы проснулся захлёбываясь кровью из разбитого носа. Скрытный паршивец. Сдохнет, но никому ничего не скажет. Поттер продолжал касаться грубой кожи, которая видимо была уже нечувствительна, а вот линия, где проклятие его ещё не захватило вполне ещё была жива и лишь только почувствовав чужое прикосновение Малфой резко, как и правда от удара, вскочил и отпрянул прочь больно врезавшись здоровой рукой в стену. — Что ты здесь делаешь, Поттер? От Драко не укрылось то, что Гарри рассматривал его руку где когда-то была обычная метка, а теперь чернильная тьма проклятия. — Ничего, — Гарри немного растерялся. — Какого хрена? Кто тебя просил вообще лезть в мои дела? — Это не только твои… — Заткнись! Не нашёл лучшего объекта для своих геройствований?! Малфой в один момент превратился в сгусток чистой ярости, обжигающей, как белое пламя. — Я… — К чёрту, я ухожу отсюда. Малфой чуть не потянулся к палочке, чтобы быстро запаковать вещи, но вовремя одёрнул себя, Поттер, конечно, сразу это заметил. — Нет! Стой. Я сам уйду, если тебе так будет легче. — Иди в задницу со своей заботой! Малфой и сам не знал, что именно его так сильно взбесило, этот взгляд полный жалости или то, что Поттер без спросу влез в чужие секреты. Наверное всё вместе, а ещё… Малфой не хотел, чтобы всё, что видел Гарри, когда смотрит на него — это проклятие. — Прости, — Поттер хотел было шагнуть к Малфою, но сдержался. Сейчас за любое движение он вполне мог получить кулаком куда-нибудь в глаз. Не то чтобы они так уж часто дрались, но и в такой ярости Малфоя Поттер никогда раньше не видел. — Это бесчестно, Поттер. Ты уверен, что тебя распределили на тот факультет? Гарри немного расслабился, буря вроде бы миновала. — Нет, — кажется он скоро выработает привычку говорить Малфою только правду. — Я… шляпа хотела отправить меня к вам, но… в общем ты меня сильно взбесил и я попросил отправить меня на Гриффиндор. Малфой вскинул в изумлении бровь и медленно сел обратно на свою кровать. — Ты попросил? — Я очень попросил. Не хотел учиться с тобой на одном факультете, к тому же, мне рассказали, что волшебник, который убил моих родителей, учился на Слизерине и что всё тёмные учились у вас и я… ну, не захотел. Повисла недолгая тишина, Драко переваривал новую информацию. — Хорошо, ладно, слизеринец Поттер вполне мог воспользоваться чужой слабостью потакая своему любопытству. — Прости. Я говорил с Кингсли, он рассказал, что Пожиратели умирают от какого-то проклятия. У меня было предположение… — Спросить ты, конечно, не мог. Нужно было подкрасться и выведать всё самостоятельно. — А ты бы мне честно ответил? Ты сбежал из Мунго, что-то мне подсказывает, что никто тебя не отпускал. Малфой вздохнул. — Что же, если у нас день откровений… — Драко устало потёр переносицу здоровой рукой. — Я в любом случае скоро умру, это проклятие нельзя снять, в Мунго не представляют что это, они бы просто заперли меня в палате до самой смерти. Я… не хотел закончить там. — Прости. Надо было действительно спросить. — Я бы не признался. — Мне можно остаться? — Да. — Путешествие откладывается? — О, ради Мерлина, Поттер, веди себя как обычно. Давай просто будем жить, ага? Не так много мне и осталось, чтобы разбрасываться путешествием в другой мир да ещё за чужие деньги. А теперь, будь добр, свали и не игнорируй закрытую дверь даже если на неё не наложены запирающие чары. — Я бы всё равно вломился. — Знаю.