Несколько мгновений

У Гиты даже особо не сбилось дыхание после фехтования с Ранджитом, сказывался опыт уличных драк, когда она так же, почти шутя, опрокидывала подручными средствами мальчишек и мужчин. Полиция подоспела вовремя и смогла зачистить остатки банды, как в принципе и все, кто собрался спасать милую и невинную Зиту. Первым же делом, когда на бандитов надели наручники, Гита быстрым шагом подошла к сестре и крепко ее обняла, растягивая губы в улыбку, чувствуя, что ее так же крепко обнимают в ответ. Разрывая объятия, она положила руки сестре на плечи и как следует ее рассмотрела, запоминая все, чего не смогла увидеть в первый момент. Те же глаза, те же руки, те же губы. Просто копия! — Ну что, моя скромница, теперь понимаешь, как важно постоять за себя? — с теплом спросила Гита, заглядывая Зите в глаза. Последняя еще раз сердечно обняла сестру, подхваченная небывалой радостью. Долго она думала о том, что осталась одинокой в этом мире и никто не заступится за нее, но за последние дни ее жизнь превратилась в сказку со счастливым финалом. И ничего не было бы без ее драгоценной сестры, которая как коварная Кали, понесла справедливость в ее мир. — Понимаю, моя родная, — произнесла Зита, все еще держа свою давно утерянную часть в объятиях и практически не веря, что такое возможно. И что это случилось с ней. — Надеюсь, в дальнейшем ты это мне покажешь, — подмигнула Гита. — Не даст соврать твоя тетушка, что кулак у тебя должен быть такой же твердый, как и у меня. — Ты била тетушку? — еле скрывая радость, и с волнением спросила Зита, одновременно ругая себя за такое оживление при упоминании страданий родственницы. Она всегда была доброй, бесконечно доброй. А та, что стояла напротив, оставалась чертенком, который был ее полной противоположностью. Зита не понимает, чему конкретно радуется — этому контрасту или тому, что есть тот, кто научит ее быть сильной. Добро должно быть с кулаками. — Она этого заслужила. Или ты думаешь нужно просто терпеть к себе отношение как к рабыне или мусору? — твердо произнесла Гита, сверкая глазами. Так похоже и не похоже одновременно. Восторг. — Я не знаю… — смутилась Зита. — Просто это так странно для меня. Гита вздохнула разочарованно, но заимела терпение. Сестра десятилетиями подвергалась насилию, понадобится не один год, чтобы взрастить в ней гордость. Шумные улицы Бомбея вольются и в ее кровь, Гита обещает себе все показать. Она ласково погладила сестру по плечам, а потом забралась ей рукой в волосы, слегка взлохмачивая идеальную прическу. — Ладно, милая, не тушуйся. Я тебя всему научу. Ты только смотри на меня и повторяй. Поняла? — Поняла, — кивнула Зита, а потом добавила с восторгом: — Я не знаю себя от счастья, милая Гита. Я благодарна всем богам за то, что именно ты моя сестра. Я уверена, что уже тебя люблю. Мы семья. — Ну-ну, наша бабушка этому тоже обрадуется, — усмехнулась смущенно Гита и приобняла сестру за плечи, уводя из полуразрушенного заброшенного здания под удивленные взгляды женихов, которые как никто понимали, что девушкам нужно время наедине, чтобы обсудить половину жизни. А для того, чтобы обсудить ее всю, понадобится вечность.